Легкий ветерок овевал водную гладь, пуская по ней рябь.
И Ци Цюй ошеломленно смотрел на то место, где только что кто-то находился, и долго не мог прийти в себя.
Исчез, исчез, исчез.
Честно говоря, И Ци Цюй был по-настоящему напуган. Это был первый раз в его жизни, когда он воочию видел, как кто-то растворяется прямо у него на глазах.
Заметив странное состояние мальчика, Его Ветельство Император Янь ласково погладила его по голове и с улыбкой спросила:
— Цюй, что с тобой?
Судорожно сглотнув, И Ци Цюй с побледневшим лицом указал перед собой и прерывисто пролепетал:
— Матушка, эта травинка… она исчезла. Только что она была здесь, а в мгновение ока — пропала.
Его Ветельство Император Янь бросила взгляд на озеро за спиной и, мягко улыбаясь, утешительно произвела:
— Хороший мой, не бойся. Это был представитель Клана Демонов. О, Клан Демонов! От рождения они наделены самыми разнообразными способностями!
Услышав это, И Ци Цюй широко раскрыл глаза и недоверчиво переспросил:
— Клан Демонов? Это те самые демоны, которые обретают духовное сознание и могут принимать человеческий облик?
Кивнув, Его Ветельство Император Янь ответила:
— Верно, именно такие демоны.
— Спасибо, матушка, Цюй понял.
Маленький ребенок кивнул своей прелестной головкой, показывая, что действительно уловил смысл слов Его Величества Императора Янь.
Успокоив И Ци Цюя, Его Ветельство Император Янь повернулась к одному из уголков озера и с улыбкой произвела:
— Не подскажете, как именовать уважаемого соратника по пути? И Цигуй приветствует вас.
У поросшего пышной зеленью берега мелькнула бирюзовая вспышка, и среди травы предстал нагой мужчина. Его тело скрывалось в воде, и только широкая грудь и благородные черты лица открывались взорам людей. У мужчины были длинные, спускавшиеся до самых бедер волосы. Черные пряди раскинулись по траве, выглядя невероятно изящно.
И Ци Цюй ошеломленно замер, его глаза слегка расширились от изумления. Поистине, представитель Клана Демонов — как же он прекрасен!
— Я Тяньпэн. Кто вы такие и зачем пожаловали сюда? — строго спросил красивый мужчина, стоя посреди реки и глядя на прибывших.
Его Ветельство Император Янь с теплой улыбкой посмотрела на Тяньпэня и ответила:
— Мы из Племени Лешань. Мы отправились в путь из родных мест, чтобы отыскать лекарственные травы от моровой язвы, поразившей наш народ. Надеемся, уважаемый даос проявит милосердие и облегчит нам задачу.
Тяньпэн моргнул, совершенно не понимая слов Его Величества Императора Янь. В конце концов, он был демоном, причем демоном, обретшим разум совсем недавно. Дела человеческих племен были ему совершенно чужды.
— Вот оно что! Что ж, тогда гуляйте где хотите! Только мои листья обрывать не смейте.
Его Ветельство Император Янь легко улыбнулась, сразу раскусив наивный нрав Тяньпэня, далекого от мирских дел.
— Благодарю за понимание, уважаемый. И Цигуй запомнила это.
Едва слова затихли, Тяньпэн в реке исчез, а на его месте осталась лишь изумрудная, сочная травинка.
Увидев это, Его Ветельство Император Янь повернулась к своим сподвижникам и произвела:
— Раз уж в этой траве обитает представитель Клана Демонов, давайте назовем ее в его честь!
Приближенные кивнули, вырезая на каменной дощечке имя Тяньпэня. С той поры этот вид зелени стали называть тяньпэньцао.
И Ци Цюй с наивным выражением лица стоял рядом с Его Величеством Императором Янем и думал про себя: И Цигуй — это имя матушки, как же оно красиво звучит. А как зовут его самого? Неужели И Ци Цюй?
И Цюй не ошибся: большинство соплеменников из Племени Лешань носили фамилию И Ци, а те, что жили ближе к реке Цзяншуй, звались Цзян. Впрочем, не имело никакого значения, носил ли человек фамилию Цзян или И Ци. Так что И Ци Цюй был одновременно и И Ци Цюем, и Цзян Цюем.
Все целебные травы в этом месте уже были занесены в опись, и сейчас велась их систематизация. Не имея никаких поручений, И Ци Цюй сделал шаг к самому берегу и принялся дальше срывать листья тяньпэньцао. На сей раз его грешные ручонки потянулись к самым обычным тяньпэньцао, поэтому никаких неожиданностей не произошло. В конце концов он все-таки добыл заветные листья.
Отправив листок тяньпэньцао в рот, И Ци Цюй принялся вдумчиво его распробовать. У него не было столь тонкого дара, как у Его Величества Императора Янь, и он совершенно не мог распознать в растении все скрытые свойства. Он ощущал лишь едва уловимое покалывание: если есть эту траву почаще, тело крепнет, а плоть закаляется.
На вкус тяньпэньцао оказался вполне неплох, напоминая обычную зелень из поздних времен, а легкая горчинка была вовсе незаметна. Сам того не заметив, И Ци Цюй набил живот тяньпэньцао.
Бережно сохраняя то самое утонченное ощущение в глубине души, И Ци Цюй еще больше утвердился в мысли, что он действительно родной сын Его Величества Императора Янь. Разве они не обладали одинаковым даром? Пусть его способности не шли ни в какое сравнение с талантом Его Величества Императора Янь, но он ведь был еще мал и имел впереди немало простора для роста.
Наблюдая за тем, как И Ци Цюй не спеша срывает и жует тяньпэньцао, Его Ветельство Император Янь слегка приподняла бровь. Неужели сегодня утром этот ребенок остался голоден?
Подойдя к мальчику, Его Ветельство Император Янь присела на корточки и, глядя на его маленькую согнутую фигурку, спросила:
— Цюй, а вкусный этот тяньпэньцао?
И Ци Цюй улыбнулся и, подняв вверх маленькую ручку, продемонстрировал стебелек тяньпэньцао.
— Этот тяньпэньцао очень даже неплох! Если поварить его в мясном бульоне, станет еще вкуснее!
Его Ветельство Император Янь погладила Цюя по голове и вновь спросила:
— Разве ты сегодня утром не наелся досыта?
Помотав головой, И Ци Цюй ответил:
— Нет, я наелся.
— Тогда зачем ты уплетаешь столько тяньпэньцао? Лучше прибереги местечко в животике для вечерней трапезы!
Поднявшись на ноги, Его Ветельство Император Янь свысока посмотрела на мальчика и дала ему шутливый совет.
И Ци Цюй кивнул и, запрокинув голову, озарил всё вокруг сияющей улыбкой:
— Матушка, Цюй запомнил. Цюй больше не будет есть, побережет животик.
Его Ветельство Император Янь хмыкнула и уже собиралась отходить, как вдруг подумала: раз этот ребенок унаследовал ее кровь, он вполне может обладать точно таким же даром. И она спросила:
— Съев столько тяньпэньцао, можешь ли ты сказать, какими свойствами он обладает?
И Ци Цюй заморгал и немного поник.
— Цюй не так силен, как матушка, он не знает всех свойств тяньпэньцао и с какими травами его нужно сочетать для достижения нужного эффекта. Цюй знает лишь то, что тяньпэньцао укрепляет тело и здоровье. Если есть его побольше, человек становится крепче.
Услышав это, Его Ветельство Император Янь сильно обрадовалась и, взяв Цюя с собой, велела ему попробовать другие, недавно открытые травы. Большинство из этих растений И Ци Цюй действительно смог охарактеризовать, пусть и не так подробно, как Его Ветельство Император Янь.
— Матушка, почему Цюй не может распознать целебную силу вот этой травы? — И Ци Цюй прижал к груди стебелек какого-то растения, растерянно моргая.
Его Ветельство Император Янь была вполне довольна нынешними успехами мальчика. Не став говорить лишнего, она лишь утешила его:
— Целебная сила этой травы скрыта слишком глубоко. Ты еще мал, и нет ничего удивительного, что ты ее не знаешь. Когда подрастешь и наберешься опыта, станет намного легче.
Услышав слова Его Величества Императора Янь, И Ци Цюй сразу повеселел.
Проводив взглядом Его Ветельство Императора Янь, которая вместе с приближенными продолжила работу над черновыми записями Канона корней и трав Шэнь-нуна, И Ци Цюй зашагал по берегу, перебирая короткими ножками.
То ли случайно, то ли по воле судьбы мальчик забрёл прямо к тому месту, где находился демон Тяньпэн.
Истинное тело Тяньпэня находилось совсем близко к берегу — всего в нескольких метрах, так что Цюю стоило лишь поднять голову.
Усевшись на траву, И Ци Цюй бросил на Тяньпэня мимолетный взгляд, а затем свесил в воду свои короткие ножки и принялся усердно мыть пухлые ладошки, склонившись над водой.
Тяньпэн с недовольством наблюдал за тем, как человеческий детеныш безрассудно сует в воду свои ножки, а к нему уже подплывает крупная рыба. Хотя демон немного сердился на Цюя за попытки оборвать его листья, ему все же стало жаль глупышки, если бы та оказалась утащена рыбой на глубину. И тогда корни под Тяньпэнем зашевелились, преграждая путь хищной рыбине.
В этот самый момент Его Ветельство Император Янь внезапно обернулась и легко улыбнулась Тяньпэню.
Пусть Тяньпэн и был далек от мирских дел, но он отлично понимал: женщина по имени И Цигуй видит абсолютно всё. Если бы они сами не преградили путь рыбе, эта И Цигуй вмешалась бы без промедления.
Пристально вглядевшись в Его Ветельство Император Янь, Тяньпэн испытал странное чувство. Ему захотелось пасть ниц перед И Цигуй и в то же время тянуться к ней всем существом.
Тогда Тяньпэн еще не знал, что подобные чувства рождаются лишь из чистых инстинктов. Подумать только, какое из растений в Поднебесной не стремилось бы к солнцу на небесах?
Отогнав эти мысли, Тяньпэн перевел взгляд на И Ци Цюя. Мальчик как раз заканчивал умываться и совершенно не подозревал о том, что только что произошло.
В отличие от Его Величества Императора Янь, Тяньпэн испытывал куда большую симпатию к этому человеческому детенышу. Его Ветельство Император Янь была прекрасна, но от нее исходило ощущение: стоить подойти слишком близко, и тебя мгновенно обратит в пепел. Цюй же подходил идеально — от него веяло мягким теплом. Вероятно, дело было в том, что мальчик был еще мал и не обладал столь разрушительной силой, как Его Величество Император Янь. Будь силы Тяньпэня чуть мощнее, пожалуй, он бы сильнее потянулся к Его Величеству Императору Янь.
— Мелкий, тебя ведь зовут Цюй? — тихонько подплыв ближе, неожиданно спросил Тяньпэн. Разговор Цюя с Его Величеством Императором Янь он запомнил от и до.
Услышав голос, И Ци Цюй снова испугался, на секунду окоченев всем телом. Подняв голову и взглянув на перед собой тяньпэньцао, он кивнул:
— Братец Тяньпэн, привет, я Цюй.
От этого обращения братец сердце Тяньпэня радостно затрепетало. Обратившись в человека, он встал в воде и с улыбкой посмотрел на Цюя:
— Цюй — отличное имя, в нем заложен смысл передачи священного огня! Похоже, матушка возлагает на тебя большие надежды.
— Еще бы! — вспомнив то значение, которое вкладывалось в олимпийский огонь две тысячи восьмого года, И Ци Цюй победоносно улыбнулся. — Я обладаю таким же даром, как и матушка, и когда вырасту, непременно стану таким же великим человеком, как она!
Как же прекрасны были мечты нынешнего Цюя! Он слишком просто смотрел на этот мир. Лишь повзрослев и испив до дна горечь и радости скитаний, он понял, насколько наивным был в ту пору.
Бросив взгляд на неподалеку стоявшую Его Ветельство Император Янь и ощущая исходящую от нее сокрушительную, способную уничтожить небо и землю мощь, а затем посмотрев на хрупкого, уязвимого малыша перед собой, Тяньпэн на мгновение замер, а затем с улыбкой произвел:
— Ну тогда тебе придется сильно постараться. Твоя матушка невероятно сильна. И дело даже не в ней — в этом мире полно людей, что намного превосходят тебя.
И Ци Цюй поднял голову и с абсолютной уверенностью заявил:
— Я буду изо всех сил учиться у матушки, пока однажды не стану сильным человеком!
http://bllate.org/book/34566/4263744
Готово:
