Тот сранный придурок! — Цзян Янь мысленно выругался и процедил про себя: — Запомни наконец: в Китае выходить из дома нужно только с удостоверением личности. Эта черная карта бесполезна, без документов ты здесь и шагу не ступишь, не пройдешь и двух ли, как тебя сгребут и утакут в полицейский участок.
Вэнь Шумянь посмотрел на него, вроде бы понимая, но в то же время нет, а затем развел руками:
— Но у меня сейчас нет удостоверения.
Он еще и рассуждал об этом так, будто был прав! Цзян Янь свирепо бросил:
— Нет удостоверения? Раз нет удостоверения, будешь ночевать сегодня на улице!
Сказав это, он даже не обернулся к нему и зашагал к освещенному месту.
Вэнь Шумянь так и остался стоять на месте, не последовав за ним.
Однако Цзян Янь отошел не слишком далеко и вдруг снова оглянулся.
Вернувшись назад, он с раздражением схватил Вэнь Шумяня за руку и потащил за собой вперед.
Обойдя здание гостиницы с тыльной стороны, Цзян Янь прижал Вэнь Шумяня спиной к облупленному окну и тихонько велел:
— Жди меня здесь.
Закончив говорить, он сам направился к стойке регистрации, чтобы предъявить документы и оформить заселение.
Получив ключ-карту, он воспользовался моментом, когда никто не смотрит, шмыгнул в подсобное помещение и толкнул заброшенное, давно не видевшее ремонта окно.
Вэнь Шумянь сразу всё понял и уже собирался перемахнуть внутрь.
Но Цзян Янь, даже не поднимая головы, протянул руку, ухватил его за бока и внес в комнату.
К счастью, стояла глубокая ночь, и снующих туда-сюда сотрудников ни внутри, ни снаружи гостиницы не было, так что они остались незамеченными.
Вэнь Шумянь последовал за Цзян Янем наверх по лестнице в конце коридора.
Глядя на прямую, крепкую спину Цзян Яня, он испытывал весьма противоречивые чувства.
Впрочем, то окно для Вэнь Шумяня вообще ничего не значило.
Не говоря уже о таком пустяковом препятствии, даже если бы Цзян Янь тогда потребовал залезть на подоконник второго этажа, Вэнь Шумянь с легкостью смог бы подтянуться и взобраться наверх.
Больше десяти лет кровавых схваток и выживания в самых суровых условиях закалили его так, что угрозы ночевать на улице, какими обычно пугают маленьких детей, на него совершенно не действовали.
И тем не менее Цзян Янь сказал это. Сказал, потом ушел, а уйдя — вернулся.
В конце концов он ведь не бросил его.
Войдя в номер, Цзян Янь стянул с себя просквозившую насквозь мокрую куртку и бросил ее на раковину в умывальнике.
Он специально заказал стандартный номер с двумя кроватями. Войдя, он даже не стал разговаривать с Вэнь Шумянем, выбрал себе одну из кроватей, взял полотенце и направился в ванную.
Условия в приграничных районах были суровыми, водонагреватель то и дело барахлил, и вода из душа текла либо обжигающе горячая, либо ледяная.
Цзян Янь не стал терпеть эту дикую, свирепую температуру и просто до упора повернул кран в сторону холодной воды, быстро смывая с тела дождевую сырость.
Кто бы мог подумать, что когда он запрокинул голову, чтобы вымыть волосы, сквозь застилавшие глаза струи воды ему померещится какой-то странный, зловещий признак.
Цзян Янь провел рукой по лицу, стирая воду, и вгляделся еще раз — по щелям в стене ванной комнаты сочилась красная жидкость.
Это… кровь?
Почувствовав неладное, он тут же закрутил вентиль душа, но не успел даже толком во всем разобраться, как в дверь комнаты громко постучали.
— Не открывай…
Цзян Янь не успел договорить, как единственный оставшийся в комнате — белоручка с отвратительно низким уровнем бдительности — уже шагнул вперед и распахнул дверь, шлепая своими дорогими кроссовками Hermes Bouncing.
Увидев на пороге полицейского в синей форме, Вэнь Шумянь не выказал особого испуга, выражение его лица осталось совершенно естественным.
Окинув его взглядом с ног до головы, тот предъявил служебное удостоверение:
— Здравствуйте, проверка из отдела полиции посёлка Наньцяо. Будьте добры, предъявите документы, удостоверяющие личность.
Вэнь Шумянь стоял у дверей, не двигаясь:
— …
В его голове мелькнул образ пистолета, который он перед самым отдыхом достал из-за пояса и положил на прикроватную тумбочку.
Заметив это, милиционер слегка нахмурился, в его взгляде проскользнуло подозрение.
Сменив тон на более жесткий, он повторил:
— Пожалуйста, предъявите документы.
Цзян Янь, чьи волосы еще не успели высохнуть, наспех натянул футболку, которую даже не успел до конца высушить, и выбежал из ванной:
— Извините, товарищ полицейский, вот мое удостоверение.
Полицейский протянул руку, взял документ, с обеих сторон сверил данные, бросил его обратно Цзян Яню и, указав на Вэнь Шумяня, спросил:
— А его?
— Его документы мы тоже только что использовали, наверное, случайно оставили где-то в комнате.
— Так чего же вы ждете, идите поищите!
Вэнь Шумянь молча стоял напротив, застряв в патиковой ситуации, пока Цзян Янь не повернулся и не подал ему знак глазами, после чего он тихо произнес:
— Пойду поищу.
Вэнь Шумянь истолковал этот жест по-своему, решив, что Цзян Янь велел ему идти за оружием.
Но стоило ему развернуться и сделать пару шагов, как его окликнули:
— Стоять!
Такое неестественное поведение у любого сколько-нибудь опытного сотрудника полиции сразу вызвало бы подозрения.
Вэнь Шумянь, остановленный окриком, повернулся обратно. Полицейский еще раз внимательно окинул его взглядом, убеждаясь, что при нем нет никакого оружия, пригодного для внезапного нападения на расстоянии, и только после этого спросил:
— Вы кем друг другу приходдитесь?
Было около четырех-пяти часов утра.
Небо еще не посветлело, и полицейский, задавая вопрос, нарочно заглянул внутрь комнаты.
Кровати аккуратно застелены, никаких следов того, что на них кто-то спал, Вэнь Шумянь одет с иголки, а Цзян Янь в этот момент мылся в душе…
— Мы… мы влюбленные.
— Влюбленные? — подозрение в глазах полицейского не рассеялось, его взгляд снова скользнул по обоим парням. — Вы уверены, что это нормальные романтические отношения, а не какая-то незаконная торговля людьми?
— Что вы такое говорите, — улыбнулся Цзян Янь, обернулся и протянул руку Вэнь Шумяню: — А-Мянь, иди сюда.
Вэнь Шумянь шагнул вперед с абсолютно бесстрастным лицом. Впрочем, намек он понял и увиливать не стал: его прохладные, мягкие пальцы целиком легли в ладонь Цзян Яня.
Вот только, хоть их пальцы и переплелись, выглядело это совсем не как проявление нежности.
Полицейский в упор уставился на их соединенные руки, придирчиво их осмотрел и снова спросил:
— Гомосексуалисты?
— Да.
— Почему же он выглядит таким недовольным?
Цзян Янь тут же нашелся с ответом:
— Мы только что поссорились, он дуется.
Взгляд полицейского снова переместился на Вэнь Шумяня:
— Ты знаешь, как зовут твоего парня?
Вэнь Шумянь холодно ответил:
— Цзян Янь.
Тогда полицейский повернулся к Цзян Яню:
— А он? Как его зовут?
Цзян Янь произнес:
— Вэнь Шумянь.
— Акцент у вас не местный. Откуда вы?
Цзян Янь ответил:
— Из Пекина.
— Из Пекина? — Офицер смотрел на них с глубоким недоверием и снова спросил: — Что вы здесь забыли?
В этом вопросе сквозило слишком много дознания.
С самого первого слова допроса местный полицейский, казалось, вел себя непринужденно, но каждая фраза была искусно расставленной ловушкой.
Мозг Цзян Яня работал на предельной скорости.
Он понимал, что в их поведении наверняка промелькнуло что-то подозрительное, но пока не мог точно определить, какая именно деталь привлекла внимание человека в форме.
После стольких витиеватых взаимных выпадов оппонент наконец задал самый опасный вопрос, требующий самого четкого ответа.
Зачем они вообще здесь появились?
По идее, это должен быть простейший вопрос — по крайней мере, для обычных людей, которым не нужно думать ни секунды, чтобы выдать готовый ответ.
Именно поэтому ответ в данную секунду приобретал решающее значение.
— Офицер, извините, что-то случилось?
— Ничего особенного, плановая проверка.
С этими словами полицейский снова бросил взгляд на Вэнь Шумяня.
Конечно, он вряд ли разбирался в таких роскошных брендах, как Hermes или Chanel, но одежда и манера держаться стоявшего перед ним человека явно выгодно отличались от обычных людей, что и заставило блюстителя порядка проявить бдительность.
Пока Вэнь Шумяня пристально разглядывали, Цзян Янь лихорадочно перебирал в уме возможные варианты, и его словно озарило вспышкой молнии.
В его памяти промелькнула планировка всей комнаты: от прихожей и телевизора до двух нетронутых односпальных кроватей…
И когда картинка дошла до аккуратно заправленного ложа, натянутая в голове Цзян Яня струна резко оборвалась.
Он понял.
У него были все основания полагать, что подозрения полицейского упирались в самую банальную вещь — время.
Сейчас четыре-пять часов утра, он принимает душ, а Вэнь Шумянь слоняется по комнате, даже не притронувшись к кроватям.
О чем это говорит? Разумеется, о том, что они прибыли в гостиницу совсем недавно.
Но что за люди станут заселяться в отель в четыре-пять часов утра, не ложиться спать, а сразу бежать в ванную мыться?
Цзян Янь уже собирался заговорить, как вдруг сверху, прямо с потолка, донесся тяжелый, глухой грохот.
И следом раздался женский, полный ужаса и отчаяния визг:
— На помощь! Помогите! Убивают…
Этот пронзительный крик о помощи, прорезавший тишину ночного часа, прозвучал так зловеще, словно за душами грешников явился сам мрачный жнец, мгновенно отвлекший проверявшего комнату полицейского.
Тот невольно перевел внимание наверх, поспешно захлопнул блокнот и бросился бежать по лестнице.
Убегая, он не забыл бросить на ходу:
— Никуда не уходите, ждите здесь!
Но стоило тому скрыться из виду, как Цзян Янь не колеблялся ни единой секунды.
Он быстро схватил лежавшую на полке бейсболку, до упора натянул ее на голову, ухватил Вэнь Шумяня за руку и, не оглядываясь, стремительно выскочил из гостиничного номера.
Вэнь Шумяня от неожиданности дернуло вперед, он оступился и спросил:
— Уходим прямо сейчас?
Цзян Янь кивнул и знаком велел ему вести себя тише:
— Не разговаривай, быстрее.
Они спустились со второго этажа на первый, миновали длинный коридор и уже собирались обойти просторный вестибюль, как вдруг Цзян Янь резко замер на месте.
Вэнь Шумянь, шедший следом вплотную к нему, не успел затормозить и врегся лбом прямо в его плечо.
— Ох… — переносицей о лопатку, да так больно, что Вэнь Шумянь невольно охнул.
Он зажал нос рукой и еще не успел даже пожаловаться на боль, как его снова резко развернули в другую сторону.
Цзян Янь всю дорогу шел с сурово сжатыми губами, не произнося ни слова, с чрезвычайно мрачным выражением лица.
И как раз в тот момент, когда они поворачивали за угол, Вэнь Шумянь снова увидел в холле с десяток людей в полицейской форме.
Откуда здесь столько полицейских?!
Разумеется, в их нынешнем положении следовало избегать представителей закона любой ценой. Вэнь Шумянь побежал быстрее, спотыкаясь и не отставая от Цзян Яня, который вернулся к входу на лестницу.
В конце коридора у лестничной площадки оказалось окно, выходившее прямо на открытую парковку на первом этаже.
Цзян Янь распахнул его, обхватил Вэнь Шумяня за талию и изо всех сил вытолкнул наружу.
http://bllate.org/book/34551/4261668
Готово:
