Ван Хэн принял донесение и, едва пробежав глазами по строкам, осознал скрытый в них глубокий смысл.
Однако даже если бы он и доложил, Император вряд ли стал бы слушать.
Если бы на троне сидел мудрый государь эпохи процветания, прямые увещевания сановника могли бы принести пользу народу и укрепить страну, но сейчас…
Наступил следующий день.
У ворот Резиденции канцлера слуга Тянь Ань в крайнем беспокойстве просил о встрече.
Сяо Боюй, не отрываясь от кисти, отрезал:
— Не приму.
Ван Хэн прошептал:
— Похоже, он говорит… что с младшим господином Сяо случилась беда.
Кончик кисти в руках Сяо Боюя замер, и капля туши расплылась по донесению.
— Впусти его.
— Слушаюсь.
Ван Хэн поспешил к выходу и приказал страже провести Тянь Аня.
Слуга, едва переступив порог, даже не глядя, где находится, вскричал от волнения:
— Старший молодой господин! Второй господин в квартале Сюаньян столкнулся с людьми Гун Жунаня и… и дело дошло до драки!
Квартал Сюаньян был местом, где обычно собирались ученые мужи и торговцы. Не так давно Император пожаловал здесь поместье Гун Жунаню.
Половина квартала была охвачена хаосом: на земле валялись осколки фарфора и опрокинутые столы со стульями. Гун Жунань, опираясь на то, что его дочь Яньчжи была любимой наложницей государя, творил зло на каждом шагу, и люди в страхе разбегались от него подальше.
Улицы вмиг опустели.
Несколько городских стражников, стеная, лежали на земле, а Сяо Чанцзэ был окружен десятками охранников из поместья Гун Жунаня.
Уголок его рта был в крови, но он всё равно держал голову высоко, взирая на Гун Жунаня волчьим взглядом.
Гун Жунань, которому было чуть за сорок, имел лицо настолько багровое, что оно казалось почти фиолетовым, а его пухлый подбородок дрожал складками. Узкие, треугольные глаза были глубоко утоплены в отекших веках, белки их подернулись желтизной, и, что самое странное — даже с расстояния в несколько шагов от него разило приторным запахом пудры.
— Ты всего лишь мелкий квартальный надзиратель, почему не преклонил колени, видя меня? — прохрипел Гун Жунань, силясь придать своему голосу напускное высокомерие.
Сяо Чанцзэ вытер кровь с губ и холодно усмехнулся:
— Мужи Дашэна преклоняют колени перед небом и землей, родителями и государем. С чего бы мне вставать на колени перед Гун Жунанем, у которого нет ни единой заслуги перед армией?
— Наглец! — лицо Гун Жунаня исказилось, багровая кожа потемнела, и он яростно взмахнул рукой: — Сломать ему ноги! Посмотрим, как он тогда запоет!
Охранники бросились вперед.
Сяо Чанцзэ метнулся в сторону и выхватил висевший на поясе прямой меч.
— Хорошо! Очень хорошо! — Гун Жунань, не в силах сдержать ярости, зааплодировал пухлыми ладонями: — Второй господин Сяо вздумал чинить расправу среди бела дня! Это тягчайшее преступление, мятеж!
Сяо Чанцзэ крепче сжал рукоять, его костяшки побелели. Он понимал, что погорячился, и боялся, что это происшествие навлечет беду на Клан Сяо…
В самый разгар противостояния из-за угла улицы внезапно появился отряд людей.
— Гун Жунань, — голос Сяо Боюя был негромким, но от него шумная сцена мгновенно утихла. — Мой брат молод и горяч. Если он в чем-то провинился, я прошу прощения от его имени.
Жирные складки на лице Гун Жунаня подернулись, и он выдавил из себя фальшивую улыбку:
— Господин Сяо, вы преувеличиваете. Но ваш брат пытался совершить покушение на меня средь бела дня, это…
— Я этого не делал! — поспешно воскликнул Сяо Чанцзэ. — Гун Жунань потворствует своим слугам в похищении женщин из народа. Я как надзиратель квартала лишь исполнял законы Дашэна…
Не успел он договорить, как Гун Жунань прищурился и холодно произнёс:
— У тебя есть доказательства?
Зрачки Сяо Чанцзэ сузились. Он обвел взглядом пустую улицу — женщина, которая еще мгновение назад плакала и звала на помощь, бесследно исчезла.
— Оклеветать меня? Смелости тебе не занимать, — Гун Жунань перевел взгляд на Сяо Боюя: — Ладно, ради Господина Сяо — уходи с должности надзирателя, и я не стану сводить с тобой счеты.
Пусть должность надзирателя была низкой и незначительной, Сяо Чанцзэ относился к ней со всей ответственностью. Однако теперь, когда Гун Жунань был на пике своего могущества, у него не было другого выхода. Сяо Чанцзэ опустил глаза и разжал пальцы на рукояти меча.
Вдруг Сяо Боюй негромко произнес:
— Должность надзирателя назначается императорским двором, как можно оставлять её из-за личных обид?
Лицо Гун Жунаня помрачнело. Слова Сяо Боюя, несомненно, были пощечиной при всех. С тех пор как Император пожаловал ему титул Гун Жунаня, какой вельможа при дворе не обходился с ним вежливо и не уступал в мелочах?
— Хорошо, хорошо… — процедил Гун Жунань сквозь зубы, часто и тяжело дыша. — Я непременно доложу об этом Его Величеству. Уходим!
— Брат… — голос Сяо Чанцзэ звучал надтреснуто. Что, если из-за этого дела Император накажет брата?
Сяо Боюй, будто прочтя его мысли, лишь ответил:
— Не беспокойся.
Однако, неизвестно, что именно Гун Жунань наговорил Императору или о чем просила Яньчжи, склонив голову на подушку, но в итоге Сяо Чанцзэ был лишен должности надзирателя, а Сяо Боюй оштрафован на жалованье за месяц в качестве наказания.
В середине восьмого месяца, во время праздника Середины осени, на пруду Цюйцзянчи устроили торжество. Пруд пересекал город Чанъань, по обеим берегам благоухали османтусы, и народ с надеждой взирал на воду. Украшенные фонарями императорские расписные ладьи покачивались на волнах, а звуки струнных и духовых инструментов не смолкали ни на миг.
Император восседал на высоком ложе, а из всех наложниц рядом была лишь Яньчжи. Более того, государь лично подкладывал ей еду — такой милости во всем заднем дворце не удостаивался никто другой.
После трех перемен вина Гун Жунань, поглаживая выпирающий живот, опустился на колени внизу и вдруг громко произнес:
— Ваше Величество, до меня дошли слухи, что в городе Чанъань нынче неспокойно. Сегодня праздник Середины осени, быть может, позволить Господину Сяо лично возглавить патруль в кварталах, дабы показать заботу двора о народе?
Затем он взглянул на Сяо Боюя и, прищурившись, добавил:
— Господин Сяо всегда любил народ, как своих детей, думаю, он не откажется?
Император, казалось, был пьян и туманным взором обвел присутствующих, а затем лениво махнул рукой:
— Гун Жунань прав. Канцлер Сяо, ступай и берись за патрулирование.
Среди гостей поднялся шум. Высокопоставленный канцлер был публично назначен выполнять обязанности квартального надзирателя — Гун Жунань явно сводил личные счеты.
Сяо Боюй медленно поднялся, поклонился и произнес:
— Слушаюсь, Ваше Величество.
Как только Сяо Боюй покинул пир, музыка на ладье стала еще громче: нежные переборы пипы и мелодичные звуки шэна переплетались с ароматом османтуса. Настоящий пир процветающей эпохи.
— Выпей еще, любимая, — Император поднес чарку к губам Яньчжи.
Яньчжи кокетливо рассмеялась, отпила немного и, словно лишенная костей, прильнула к груди государя.
Но внезапно музыка изменилась. Струнные звуки резко напряглись, словно рвущийся жемчуг.
— Ш-шу!
Арбалетный болт прорезал воздух, пробил чарку и вонзился в ложе. В тот же миг вино залило одежду Императора.
— Стража, спасать государя!
Не успели эти слова прозвучать, как из двух сторон ладьи выпрыгнули несколько темных фигур. Главарь в маске с мечом в руке направил холодное острие прямо в горло государя.
В панике Император внезапно схватил Яньчжи и выставил её перед собой! Острый клинок вонзился прямо в сердце наложницы, и кровь мгновенно окрасила её одежды в красный цвет.
В глазах же Императора не было ни капли жалости.
— Ваше Величество… — Яньчжи в изумлении распахнула глаза, но увидела лишь, как государь скатывается под столик, походя оттолкнув её тело.
На ладье воцарился хаос. Сотни охранников бросились на защиту, и нападавшие, потеряв преимущество, один за другим падали под их мечами. Главарь убийц, нахмурившись, хотел было отступить, но подоспевший стражник вогнал ему клинок в плечо. Убийца глухо застонал, отшвырнул стражника ногой, метнулся в сторону и сбежал с судна.
— В погоню! Догоните их! — Император, выбравшись из-под столика, выглядел мрачным и свирепым. Он пнул тело поверженного убийцы: — Если они выберутся из города Чанъань, я прикажу отрубить вам головы!
— Слушаюсь! — присутствующих прошиб холодный пот.
Яньчжи, лежавшая на полу, была еще жива. Она с трудом протянула руку и почти одними губами прошептала:
— Ваше Величество…
Однако государь даже не взглянул в её сторону.
Перед самой смертью Яньчжи осознала, как холодна и безразлична любовь императора, но было уже слишком поздно… Слезы скатились по её щекам, и она с неохотой сомкнула глаза навеки.
Когда пришла весть о покушении на Императора, Сяо Боюй как раз патрулировал окрестности с десятком стражников.
Сяо Боюй нахмурился и спросил:
— Что с Его Величеством?
Принесший весть стражник не успел даже перевести дыхание:
— Ваше Величество в безопасности… но… благородная наложница… скончалась…
Глаза Сяо Боюя потемнели. Боковым зрением он внезапно заметил, как у края крыши вдалеке промелькнула темная фигура.
Стражники, увидев это, обнажили мечи.
— В погоню, — тихо приказал Сяо Боюй. — Живьем.
— Есть! — половина отряда бросилась вдогонку.
Сяо Боюй пошел в ту сторону, куда скрылся убийца. Кровавый след на земле прерывался, а у поворота и вовсе исчез.
— Господин… — стражники переглянулись, не смея двигаться дальше.
Сяо Боюй наклонился, осматривая следы крови на полу, затем посмотрел на левую улицу и скомандовал:
— Продолжать погоню.
Действительно, в конце левой улицы вновь обнаружилась капля темно-красной крови.
Все подняли головы и увидели Особняк принца.
Во дворе разрослись сорняки, было ясно, что никто за домом не ухаживает. Главные ворота были приоткрыты, и через щель виднелось тусклое пламя свечи — казалось, будто внутри никто не живет.
Один из стражников, колеблясь, шагнул вперед и доложил:
— Господин, это… резиденция Седьмого принца…
Ночь была темна, как чернила, внутри усадьбы царила мертвая тишина.
В этот момент дверной проем заполнила фигура с фонарем в руках.
Все насторожились, их ладони сжали рукояти мечей.
Разглядев лицо того, кто вышел, Сяо Боюй медленно подошел, поклонился и сказал:
— Ваше Высочество, только что на пруду Цюйцзянчи было совершено покушение на Его Величество. Я преследовал убийцу и дошел досюда. Дабы обеспечить Вашу безопасность, мне придется осмелиться просить Вашего дозволения обыскать особняк.
http://bllate.org/book/34550/4261546
Готово:
