Каждый год этот старшеклассник поступает в бакалавриаты на девяносто процентов...
Ну, отлично, хоть десять процентов мне оставили.
Цинь Юй откинулся на спинку переднего пассажирского сиденья и закинул ноги вперед. Из-за слишком длинных ног ему пришлось немного свернуться калачиком.
Чэнь Нань нахмурился и продолжил:
— Маленький Юй, генеральный директор Цинь имеет в виду, что если ты и в следующем году не поступишь, он отправит тебя за границу. Школа хорошая, будешь нормально учиться — проблем не возникнет.
Цинь Юй скосил на него взгляд и усмехнулся:
— Брат Нань, ну что вы такое говорите. Моя прежняя школа, между прочим, была ключевой в городе Б. А эта дыра!
— Ты не смотри, что место глухое, зато школа знаменитая, сколько народу сюда прорваться хочет! Здесь проходной балл на гаокао высокий, и программу дают очень глубокую. Поучишься здесь, а вернешься сдавать гаокао в город Б — какая же это фора! — возразил Чэнь Нань.
Услышав это, Цинь Юй вдруг фыркнул и, искоса поглядев на Чэнь Наня, спросил:
— Глубокую? Насколько глубокую?
Улыбка его была двусмысленной, и Чэнь Нань быстро сообразил, сказав с некоторым отчаянием:
— Мой молодой господин, я с тобой о серьезных вещах говорю, побереги ты мне нервы! Всего-то и нужно, что сдать экзамен в университет. Поступишь — директор Цинь обрадуется и перестанет заставлять меня следить за тобой целыми днями.
Цинь Юй дернул уголком рта, улыбка исчезла:
— Брат Нань, я не поступлю в университет. Если батя захочет, чтобы я всю жизнь учился в старшей школе, я не против.
Черты лица у Цинь Юя были объемными, линии резкими, а уголки глаз слегка приподняты. Когда он не улыбался, от него исходила некоторая неприступность.
— Ладно, пусть будет так, здесь всё уже устроено, иди сразу найдешь учителя Сяо. Эту машину я сейчас отгоню к подножию жилого комплекса и оставлю тебе, а сам улечу самолетом. Квартира находится в квартале прямо возле школы, с жильем в городе Б ей, конечно, не тягаться, но я сделал всё возможное, в том районе только этот квартал выглядит прилично. Ее отремонтировали заново по твоему вкусу, сходишь после уроков посмотришь. Если что-то не понравится, скажешь мне.
Чэнь Нань не стал отвечать на слова Цинь Юя — да он и не знал, как ответить. Он был помощником отца Цинь Юя, Цинь Хао, и работал на него уже больше десяти лет. И хотя все эти годы Цинь Хао относился к нему почти как к члену семьи, Чэнь Нань не мог позволить себе наглеть и слишком много о себе возомнить.
Многими делами Цинь Юя он занимался напрямую. Он считал Цинь Юя младшим братом, хотя порой ему казалось, что с Цинь Юем справиться труднее, чем с самим Цинь Хао.
— Ладно, понял.
Цинь Юй махнул рукой и вышел из машины.
Сейчас как раз шло занятие, и в коридоре было жутковато тихо. Проходя мимо нескольких классов, Цинь Юй боковым зрением заметил сплошную черную массу учеников внутри, почти никто не разговаривал — до того давящая атмосфера.
У Цинь Юя возникло ощущение, что он пришел не учиться, а угодил в тюрьму.
Дойдя до конца коридора, он вошел в учительскую для второго года старшей школы.
— Цинь Юй, верно? — раздался мужской голос.
Цинь Юй бросил взгляд вперед и увидел мужчину ростом примерно метр шестьдесят, который направлялся к нему.
«Вот престижная школа, ничего не скажешь, одни сливки общества», — мысленно усмехнулся Цинь Юй.
— Я по фамилии Сяо, зовут Сяо Вэй, я твой классный руководитель, — представился Сяо Вэй.
Цинь Юй кивнул:
— Ага, учитель Сяо.
— Директор рассказал мне о твоей ситуации: ты творческий ученик, к тому же тебе потом возвращаться на гаокао в город Б, так что, думаю, проблем не возникнет, — продолжил Сяо Вэй.
Цинь Юй усмехнулся в ответ:
— Учитель Сяо, а вы знаете, какими были мои прежние результаты? На этом гаокао я набрал сто пятьдесят баллов.
Сяо Вэй тоже улыбнулся:
— Если хочешь учиться, у нас есть план для тех, кто хочет учиться. Если не хочешь учиться — есть план для тех, кто не хочет, как пожелаешь.
Цинь Юй приподнял бровь: он-то думал, классный руководитель с порога решит продемонстрировать ему свою власть!
Этот учитель оказался ничего, вполне в его вкусе.
Внезапно прозвенел звонок с урока, и Сяо Вэй не стал продолжать. Он встал и указал на стопку книг на письменном столе:
— Отнеси их в класс, второй год, третий класс, как раз следующий урок — мой.
Переступив порог, он испытал легкий шок: класс оказался небольшим, но народу набилось битком. Парты стояли впритык друг к другу: слева и справа сидели по два человека, посередине — по три, все теснились, как пельмени в кипятке.
Бросив на это беглый взгляд, Цинь Юй подумал, что в классе наберется по меньшей мере человек шестьдесят-семьдесят. Он вдруг вспомнил слова Чэнь Наня о девяноста процентах поступивших в бакалавриат и подумал, что тот просто несет чушь: при таком количестве учеников учителю бы имена запомнить, какие уж там девяносто процентов бакалавриата, умеет же заливать!
Стоило лето, в классе не было даже кондиционера, только несколько настенных вентиляторов усердно мотали головами. Так что воздух, естественно, оставлял желать лучшего.
Цинь Юй поморщился, и на душе у него заскребли кошки. Больше всего на свете он не выносил всяких странных, отвратительных запахов.
— Представляю вам нового ученика, Цинь Юя, — произнес Сяо Вэй и указал на свободное место посередине. — Цинь Юй, садись туда.
Ровно третий ряд, самый центр. По бокам от этого места сидели парень и девушка; девочка выглядела вполне симпатично и разглядывала его со странным выражением лица. Парень же низко склонил голову над бланком с заданием, виднелись лишь его очень белые, длинные пальцы, а лица было не разобрать.
Сам не зная почему, Цинь Юй почувствовал, что после слов Сяо Вэя взгляды части окружающих стали неприязненными.
Впрочем, ему было не до того — ему срочно требовалось выйти глотнуть свежего воздуха, иначе он бы задохнулся.
С книгами в руках он дошел до третьего ряда и, наклонившись над парней с белыми пальцами, положил учебники на место. От парня исходил слабый аромат мыла; этот запах заполнил нос Цинь Юя и загнал подальше раздражение от душных испарений класса.
Внезапно ему расхотелось выходить на свежий воздух.
— Эй, подвинься, пожалуйста, — постучал он по столу.
Парень даже не поднял головы, лишь подался корпусом вперед, одновременно пододвинув стул, так что сзади освободилось место как раз на одного человека.
«Ох и заносчивый же тип!» — подумал Цинь Юй.
— Сам встать не можешь? Я пройти не могу! — стоял он на месте, не двигаясь.
Сидевшая рядом девушка покачала головой, но он сделал вид, будто не заметил, и продолжал стоять.
В классе царила тишина, и эти две фразы Цинь Юя успешно привлекли внимание остальных одноклассников.
— И чего нос задирает, чужое место занял и еще качает права, — зашептались в углу.
Цинь Юй услышал, но не понял: какое еще чужое место? Впрочем, разобраться он не успел — раздался голос Сяо Вэя:
— У человека дома свои золотые рудники, а у вас есть?
Черт побери!
Мысленно выругался Цинь Юй и поднял взгляд на Сяо Вэя. Ему показалось, что у классного руководителя либо не все дома, либо он намеренно настраивает против него весь класс, хотя второе казалось вероятнее.
И с чего это он вдруг решил, что этот учитель такой несговорчивый? Оказывается, поджидал его здесь!
Встретившись взглядами, Сяо Вэй улыбнулся ему и снова заговорил:
— На этом уроке мы рассаживаемся. По старой традиции — в соответствии с результатами экзаменов за прошлый семестр. Цинь Юй остается на своем месте, а все остальные — марш в коридор.
Рассаживаться по оценкам? Вот это новинка, Цинь Юй впервые слышал о таком методе рассадки — не открытая ли это дискриминация отстающих?
Когда Сяо Вэй вышел, сосед Цинь Юя наконец поднялся. Обернувшись, Цинь Юй нос к носу столкнулся с парнем взглядом.
Глаза были чистыми, классические персиковые глаза. Даже когда он не улыбался, уголки его глаз слегка изгибались.
Не успел Цинь Юй и глазом моргнуть, как парень прошмыгнул мимо, задев его плечо. На нем была легкая летняя одежда, и Цинь Юй почувствовал, как плечо неприятно кольнуло.
Он поморщился, подумав: «И как этот парень умудрился так исхудать!»
Парень ушел, место опустело. Цинь Юй подошел к своей парте, уселся и уставился на дверь.
Ему не терпелось узнать, кто же этот круглый отличник.
Цинь Юй был полным тупицей, который ничего не знал. Но это было неважно — главное, он умел списывать.
До этого гаокао Цинь Юй из раза в раз стабильно попадал в двадцатку лучших по школе. Цинь Хао радовался как ребенок и хвастался им перед каждым встречным. Именно поэтому, даже когда Цинь Юй заводил ранние романы, сбегал с уроков или дрался, у Цинь Хао не хватало духу сорвать на нем злость.
Когда пришли результаты гаокао, классный руководитель Цинь Юя горько рыдал, ухватившись за него, и допытывался, не пережил ли тот какое потрясение, раз набрал так мало.
Цинь Юй честно ответил, что нет, это его настоящие результаты. На обычных экзаменах он всегда списывал, причем добровольно сдавал орудия преступления — всевозможные продвинутые шпионские штучки.
Так что, когда Цинь Хао понял, что его нагло водили за нос, разразился скандал. Итогом этого взрыва стала отправка Цинь Юя в сию глушь.
Стоило вспомнить перекошенное от злости лицо Цинь Хао в тот момент, когда вскрылись результаты, как Цинь Юя разбирал смех.
Он просто не мог позволить Цинь Хао радоваться. Если счастлив Цинь Хао — несчастен он сам. А притворяться отличником он начал лишь для того, чтобы накопить всё в один момент и преподнести Цинь Хао грандиозный сюрприз.
— Первое место — Чэн Жань.
Из коридора донесся голос Сяо Вэя, Цинь Юй собрался с мыслями и увидел своего соседа.
Чэн Жань подошел к нему, сел на то самое место, где только что сидел, и продолжил решать задачку, которую не закончил.
Остальные ученики по одному потянулись в класс, и только теперь Цинь Юй понял, как именно здесь распределяли места. По баллам: кто первый вошел, тот первый и выбирал.
Неудивительно, что, когда Сяо Вэй усадил его сюда, окружающие смотрели на него волком. У него не было баллов, а он с ходу занял самое злачное место в классе — конечно, это вызывало зависть.
— Если бы я не занял это место, ты бы его выбрал? — Цинь Юй вспомнил недавний шепоток о том, что он отобрал чужое место.
Он догадывался, что речь шла именно о Чэн Жане.
Обычно зубрилы стремятся сесть ближе к доске: отличный обзор, да и учитель уделяет больше внимания.
Особенно в таком огромном классе: посади тебя на галерку — еще бабушка надвое сказала, заметит ли тебя учитель, не говоря уж о внимании.
Руководствуясь принципом наладить отношения с заучкой, Цинь Юй решил проявить инициативу.
Однако до самого конца урока Чэн Жань не удостоил его ни словом.
— Вы, отличники, что, вообще говорить не умеете? — раздраженно бросил Цинь Юй, глядя на сидевшую справа девушку.
Та нахмурилась и понизила голос:
— Не болтай ерунды. Чэн Жань просто не любит разговаривать. К тому же ты занял его постоянное место, он явно недоволен.
Цинь Юй усмехнулся и снова перевел взгляд на Чэн Жаня. У Чэн Жаня были длинные ресницы, и когда он опускал голову, они легко подрагивали.
«А симпатичный», — подумал Цинь Юй.
Только одежда выглядела бедно.
Белая футболка, явно заношенная, и выцветшие добела джинсы.
— Эй, если тебе так нравится, забирай свое место обратно, — толкнул он Чэн Жаня в плечо.
Тот по-прежнему молчал, лишь чуть-чуть подвинулся в сторону.
— Я вообще-то с тобой разговариваю! — Цинь Юй начал терять терпение.
http://bllate.org/book/34536/4259562
Готово:
