Фан Тяньсинь, Чэнь Чжиюань и Му Цинлинь принадлежали к трём из четырёх великих семейств: клану Фан, клану Чэнь и семье Му. Все трое были одеты просто, а лица прятали за складными веерами, так что поначалу не привлекали к себе особого внимания. Однако стоило появиться Лянь Юньчжи, чья культивация достигла пика Закладки Основания, как личности остальных троих тут же раскрылись перед всеми. Это мгновенно вызвало бурные обсуждения среди зевак, а кое-кто даже вознамерился подойти поближе, чтобы завязать знакомство.
Желая уединения, четвёрка повернула и направилась в торговую лавку.
Это заведение принадлежало к сети магазинов, открытых кланом Фан. Едва они вошли, как управляющий тут же велел закрыть двери и разогнать посетителей, оставив молодым господам тихий и уединенный уголок.
Убедившись, что вокруг никого нет, четвёрка перестала стесняться в выражениях. Чэнь Чжиюань сразу же задал вопрос:
— Му Цинлинь, я слышал, твой двоюродный брат пропал. Правда это или нет?
Му Цинлинь нахмурился, в его голосе прозвучало легкое отвращение:
— Этот ублюдок мне не кузен.
Помедлив, он добавил:
— И всё же он действительно пропал. Дедушка подумал, что раз уж они состояли в родстве, надо бы сегодня утром отправить людей забрать его тело для погребения, но оказалось, что труп исчез.
Кончики пальцев Лянь Юньчжи, перебиравших отрезы ткани, замерли.
Стоявший рядом Фан Тяньсинь уставился на него с крайним изумлением и беззвучно сформировал губами вопрос: «Быть не может, это ты закопал Му Чэна?»
Лянь Юньчжи: «…»
Фан Тяньсинь поскрёб подбородок, немного подумав, и снова безмолвно спросил: «Неужели ты оттащил его назад и скормил демоническим зверячам?»
Лянь Юньчжи не удостоил его ответом. Проведя пальцем по ряду одежды, он сказал управляющему:
— Заверните мне всё это, а также вот эту обувь и носки.
Фан Тяньсинь смотрел на одежду и обувь, которые явно не соответствовали ни вкусам, ни размеру Лянь Юньчжи, и его глаза постепенно округлялись.
— А вдруг он не умер и сбежал? — снова подал голос Чэнь Чжиюань с другого края.
— Исключено, — тоном, полным уверенности, но с легким пренебрежением ответил Му Цинлинь. — Его духовный корень уничтожен, меридианы разорваны, к тому же он принял на себя восемьдесят один удар кнута, истязающего душу и крушащего кости, будучи простым смертным. Если только в мире не явится Пилюля Бессмертных, он никак не мог дожить до вчерашнего вечера.
— И это тоже заверните, всё до последнего, — Лянь Юньчжи указал на ряд нижней одежды и тканей. — И материю этого цвета тоже соберите всю.
Управляющий действовал расторопно: в мгновение ока он упаковал и аккуратно сложал гору вещей, а затем протянул сверток Лянь Юньчжи. Тот протянул руку и убрал вещи в пространственный браслет.
Взгляд Фан Тяньсиня вдруг замер на пальцах Лянь Юньчжи, а лицо приняло странное выражение:
— Тебя… покусали?
Лянь Юньчжи опустил взгляд на свой указательный палец. После прорыва на пик Закладки Основания тяжелые укусы на нем уже сильно затянулись, оставив лишь легкое онемение и зуд, однако следы от зубов все еще отчетливо виднелись — любой с первого взгляда понял бы, что это укус.
Услышав слова Фан Тяньсиня, Чэнь Чжиюань и Му Цинлинь тоже обратили на это внимание и с любопытством уставились на палец Лянь Юньчжи.
Чэнь Чжиюань раскрыл веер, лениво взмахнул им и со странной улыбкой произвел:
— Ого, какое диво! Практик стадии Закладки Основания — и вдруг искусан? И кто же это тебя так?
Лянь Юньчжи пошевелил пальцем и невозмутимо ответил:
— Мой демонический зверь укусил. Раньше он был не слишком послушным.
Чэнь Чжиюань тут же потерял интерес и со звуком «хлоп» сложил веер.
Му Цинлинь, напротив, проявил живой интерес:
— Брат Лянь, неужели ты заключил Контракт приручения зверей? Что за зверь?
Лянь Юньчжи хотел было сказать «собака», но подумал, что заводить собаку по контракту звучит как-то несолидно, и поправился:
— Это волк.
Однако волк тоже не казался чем-то из ряда вон выходящим, и Му Цинлинь снова слегка скис:
— А, волк…
Лянь Юньчжи не понравилась такая реакция, и он уточнил:
— Не обычный волк. Огромный волк, он встанет на задние лапы — и будет выше тебя на целую голову.
Му Цинлинь: — Тогда его действительно можно назвать гигантским волком. На нем верхом ездить можно?
Лянь Юньчжи: — Разумеется. К тому же он невероятно разумен. Вчера ночью, когда я неожиданно пошел на прорыв, именно он отнес меня в безопасное место, а когда я очнулся, то увидел, что он стирает мою одежду.
Тут Му Цинлинь изумился по-настоящему:
— Демонический зверь… умеет стирать одежду?!
— Конечно, — гордо произнес Лянь Юньчжи. — Мало того что стирает! Мой демонический зверь даже Массив Собирания Духа умеет устанавливать!
Фан Тяньсинь отвернулся, прикрыл рот рукой и зашелся в яростном кашле.
Чэнь Чжиюань же подозрительно покосился на Лянь Юньчжи и даже шумно принюхался, словно проверяя, не разит ли от того алкоголем.
И только Му Цинлинь по-прежнему смотрел на него во все глаза, заикаясь от потрясения:
— Демонический… демонический зверь еще и Массив Собирания Духа умеет ставить?!
— Да, — с абсолютно серьезным видом подтвердил Лянь Юньчжи. — Разве ты не знал? Высокоуровневые демонические звери обычно обладают интеллектом, не уступающим человеческому. Существо, с которым я заключил контракт — высший зверь, и если подумать, оно намного умнее тебя!
Му Цинлинь: — Ого…
Фан Тяньсинь больше не мог этого выслушивать. Он схватил Му Цинлиня за рукав и перевел тему:
— Кх-кх… Му Цинлинь, ты же вроде собирался купить себе одежду? Вот это — как раз новые поступления в нашей лавке…
Му Цинлинь всё еще находился под впечатлением и не сразу пришел в себя. Лишь когда управляющий подошел ближе и принялся нахваливать товар, он опомнился, и его внимание успешно переключилось.
Он нахмурился:
— Неужели этой ярко-синей одежды осталось всего несколько штук? Куда делись все ткани такого цвета?
Управляющий виновато развел руками:
— Все отрезы этой расцветки уже раскупил молодой господин Лянь. Не желаете взглянуть на другие цвета?
Разочарованный Му Цинлинь вздохнул:
— Ладно, давайте тогда возьму хотя бы эти…
Однако закончить фразу ему не дал Лянь Юньчжи.
— Управляющий, — мягко произвел он. — Будьте добры, заверните мне и те вещи тоже. Я только что случайно забыл их взять.
Лицо Му Цинлиня мгновенно пошло пятнами — то бледнея, то зеленея. Он обратился к Лянь Юньчжи:
— Брат Лянь… Разве ты не всегда избегал одежды этого цвета?
Ярко-синий был излюбленным цветом Му Чэна. Лянь Юньчжи терпеть его не мог, его глаза буквально болели при одном взгляде на этот оттенок. Хотя посторонние не знали, насколько сильно он его ненавидит, все в округе были уверены, что на Лянь Юньчжи никогда не появится подобная вещь.
Лянь Юньчжи приподнял бровь:
— А разве ты сам раньше носил этот цвет?
Му Цинлинь замялся:
— О… Похоже, брат Лянь теперь души не чает в этом оттенке. Что ж, я тогда уступлю… отдам это брату Ляню.
Лянь Юньчжи легко улыбнулся:
— Я не люблю его. Это мой демонический зверь любит, я возьму ткани, чтобы сделать ему подстилку. Управляющий, если в вашем магазине снова появится материал такого цвета, пожалуйста, отправляйте его прямо в поместье Лянь, я заплачу двойную цену.
Управляющий: — Слушаюсь, молодой господин Лянь.
Даже такой глупец, как Му Цинлинь, теперь отчетливо видел, что Лянь Юньчжи презирает его компанию. Бледный как полотно, он стоял посреди лавки, совершенно не зная, что предпринять дальше.
К счастью, на почтовую станцию как раз прибыла Птица Очищения Ци, и Му Цинлинь, поспешно распрощавшись, бросился прочь.
Чэнь Чжиюань не стал уходить вместе с ним и перевел взгляд на Фан Тяньсиня.
Фан Тяньсинь спросил Лянь Юньчжи:
— Ты полетишь со мной на мече?
Лянь Юньчжи: — Можно.
Фан Тяньсинь сложил руки в извиняющемся жесте перед Чэнь Чжиюанем, тот кивнул в ответ и тоже удалился.
Когда все разошлись, а управляющий почтительно удалился вглубь лавки, Фан Тяньсинь, сдерживавший любопытство дольше всех, наконец не выдержал:
— Му Цинлинь чем-то тебе насолил? С чего это ты вдруг ополчился против него? Нет… дело же не в этом, а в Му Чэне! Ты что, забрал его вчера к себе? Он что, не умер? И этот демонический зверь… что вообще всё это значит? Настоящий зверь или фальшивый… Почему мне кажется, что от тебя и впрямь исходит аура Контракта приручения зверей?
Вопросов у Фан Тяньсиня накопилось слишком много. Лянь Юньчжи молча опустился на стул, выпил чашку чаю и лишь после этого вкратце, опустив лишние детали, пересказал события последних двух дней.
Услышав, что Лянь Юньчжи заключил с Му Чэном Контракт приручения зверей, Фан Тяньсинь лишился дар речи.
Добрую половину дня он не мог вымолвить ни слова.
— Что до Му Цинлиня? — спокойно произнул Лянь Юньчжи. — Раньше он был мне безразличен, но раз уж он посмел скверно отозваться о моих вещах, он мне разонравился.
— Но… — Фан Тяньсинь тщательно подбирал слова. — Му Чэн ведь и правда не родной ребенок семьи Му. Если те слухи правдивы, если Му Чэн действительно знал обо всем и утаил правду, заняв чужое место, а когда его разоблачили, попытался убить собственных приемных родителей, лишь бы уничтожить улики и остаться молодым господином клана Му… Тогда нет ничего удивительного, что Му Цинлинь его презирает.
Лянь Юньчжи вовсе не считал те слухи правдивыми. Словно наяву вспомнилось ему: в том расколотом кроваво-красном мире он собственными глазами видел, как глава клана Му с неимоверной осторожностью, кусочек за кусочком, живьем извлекал из тела Му Чэна его Духовный Корень Десяти Тысяч Источников.
Однако он не стал говорить об этом Фан Тяньсиню. Лишь отпив глоток чаю, он произнес:
— Фан Тяньсинь, помнишь, я как-то подглядывал… то есть, нет, наблюдал за Му Чэном целых три дня?
Фан Тяньсинь: — Помню. Ты говорил, будто Му Чэн распускал о тебе слухи, клевеща, будто ты нанял сказителей в чайном доме, чтобы те расхваливали твои достоинства. Вот почему, когда в одном временно открывшемся секретном царстве тебе попалось Зеркало Вод, способное заглянуть во все уголки мира, ты потратил целые три дня на то, чтобы подглядывать… то есть наблюдать за Му Чэном.
При воспоминании об этом у Фан Тяньсиня невольно опускались руки.
Хотя он и приходился другом Лянь Юньчжи, ему приходилось признать: в данном случае тот поступил не слишком умно — подумать только, какая невероятная возможность выпала! Зеркало Вод, способное видеть сквозь любые тайны мира! А он потратил его на слежку за Му Чэном!
Лянь Юньчжи продолжил:
— Я наблюдал за ним трое суток без сна и отдыха, надеясь отыскать хоть какую-то зацепку, чтобы разрушить его репутацию. Но я ничего не нашел. Я видел, как он отчаянно сражался в секретной зоне, как всякий раз при появлении опасности заслонял собой младших членов семьи Му, включая Му Цинлиня. Я видел, как он пощадил беременного демонического зверя, пролив слезу, из-за чего сам получил тяжелые ранения. Я видел, как он вытащил со дна пропасти крошечную птичку и заснул, прижимая ее к груди на поляне, сплошь усеянной Травой, Улавливающей Духи…
Лянь Юньчжи опустил ресницы:
— Наверное, именно поэтому он стал раздражать меня еще сильнее. Если бы он и вправду оказался тем алчным до власти, неблагодарным негодяем, способным поднять руку на отца и мать, я бы и вовсе не удостоил его презрением — потому что он не стоил бы даже единого взгляда.
…
— К тому же.
Лянь Юньчжи на мгновение замолк, склонив голову набок.
И наконец выдал довод, против которого Фан Тяньсинь не смог бы возразить при всем желании:
— Му Цинлинь просто ужасно выглядит в одежде такого цвета.
Глава 6
Лянь Юньчжи никак не ожидал, что окажется настолько невезучим.
Накануне они с Фан Тяньсинем вместе вошли в Малое тайное царство Юньшань, после чего их пути разошлись.
Фан Тяньсинь отправился набираться опыта в относительно безопасную зону редкого леса.
Лянь Юньчжи же осторожно пробрался в чащу, где уже заблуждался в прошлый раз, пытаясь снова отыскать подземную пещеру.
По дороге он уничтожил немало демонических зверей третьей, а то и четвертой ступени. И хотя он получил желаемую закалку и укрепил основы, избежать ранений ему тоже не удалось.
Сегодня утром он спрятался за огромным валуном, чтобы наложить целебную мазь, но кто бы мог подумать, что этот валун сам окажется демоническим зверем!
http://bllate.org/book/34470/4251411
Готово:
