— Цзян-сяцзе, ваш стейк. — Официант взял тарелку со стейком и поставил перед Цзян Шуйцин.
Цзян Шуйцин опустила взгляд:
— Спасибо.
Дождавшись, пока официант расставит блюда, Чжу Цы склонила голову в сторону Чэн Линъи и махнула рукой, подзывая сотрудника:
— Можешь идти, она останется.
Официант слегка кивнула:
— Хорошо.
VIP-места находились у панорамных окон: стоило поднять взгляд, как открывался чарующий ночной вид на город. Вокруг было тихо, шум почти не доносился.
Однако троим было вовсе не до созерцания: каждая сидела сама по себе, то и дело опуская глаза, словно стараясь избежать чужих взглядов.
Больше всех выделялась Чжу Цы — она не скрывая разглядывала Чэн Линъи с головы до ног.
Раньше она не видела в той ничего примечательного, но теперь, узнав, что та — генеральный директор Юшан, изменила своё мнение: аура и образ гостьи мгновенно преобразились.
Поизучав Чэн Линъи некоторое время, Чжу Цы прямо спросила без утайки:
— Директор Чэн, имея прекрасную должность президента, прийти в наш ресторан работать поваром — какое же это транжирство талантов.
Услышав это, Чэн Линъи перевела взгляд прямо на Цзян Шуйцин.
Цзян Шуйцин знала, что та посмотрит на неё, поэтому подняла глаза. На миг их взгляды встретились.
В глазах обеих не было ни малейшего намёка на эмоции — спокойные, как вода, они смотрели друг на друга, как на совершенно незнакомых людей.
— Это ты рассказала? — спросила Чэн Линъи.
— Угу, — ответила Цзян Шуйцин.
Чэн Линъи не удивилась, медленно опустила взгляд и о чём-то задумалась. Спустя мгновение она повернулась к Чжу Цы и пояснила:
— Хотя я скрыла часть своей личности, когда устраивалась в ваш ресторан, госпожа управляющая может быть спокойна: у меня нет никаких дурных замыслов на ваш счёт.
Чжу Цы скрестила руки на груди, её лицо было суровым:
— Нельзя же позволять говорить только одной стороне. Директор Чэн должна объяснить цель своего визита в наш ресторан.
Каковы бы ни были причины, она имела право знать.
Чэн Линъи и не собиралась ничего скрывать. Она опустила голову, сняла рабочую шапочку, слегка вздернула подбородок и кивнула на Цзян Шуйцин:
— Подвинься немного внутрь.
Цзян Шуйцин повернулась и, перебирая ногами, подвинулась к стене.
Сидящая напротив Чэн Линъи удивилась:
— А?
С каких это пор эта госпожа Цзян стала такой сговорчивой?
Слева освободилось немного места, и Чэн Линъи, сжав в руке шапочку, подошла и присела. Устроившись на месте, она даже подвинула свой стейк в сторону Цзян Шуйцин.
— Всё равно приготовили, не пропадать же доброму делу. Мы поговорим о своём, а ты ешь своё, — тихо произнесла Чэн Линъи.
Её тон стал чуть более мягким и нежным.
Сердечко Цзян Шуйцин на мгновение дрогнуло.
Раньше, стоило им поссориться — будь то из-за какой-то мелочи или в пух и прах, — ни одна из них никогда не шла на уступки первой. Обида и злость росли в их сердцах, словно горы.
Эта гора молча возвышалась между ними: мало того что она не собиралась рушиться, так она ещё и продолжала расти с каждой новой ссорой.
Иногда Цзян Шуйцин думала: почему они, казалось бы, совершенно не подходят друг другу, но при этом прошли рука об руку столько лет?
Сначала Цзян Шуйцин находила эту мысль довольно удивительной, но в следующую же секунду напоминала себе, что они подписали брачный договор и черным по белому там были прописаны не клятвы в вечной любви, а взаимные интересы.
Нет вечных чувств — есть лишь вечная выгода.
Вот так они с Чэн Линъи и прожили эти семь лет.
Пока она размышляла об этом, сидевшая рядом женщина уже заговорила, объясняя суть дела:
— Причина, по которой я устроилась на подработку в ваш ресторан — проведение рыночного исследования.
— Какого ещё исследования? — нахмурилась Чжу Цы.
Чэн Линъи пояснила:
— Недавно профильные ведомства объединили усилия с нашей компанией. Мы планируем заняться продажей морепродуктов, чтобы поддержать сельскохозяйственную продукцию. В качестве целей рассматриваются рынки морепродуктов, туристические достопримечательности, рестораны морепродуктов, а также элитные рестораны западной кухни и многое другое.
Чжу Цы нахмурилась ещё сильнее:
— Морепродукты? Но наш ресторан — это элитное заведение западной кухни, где коронным блюдом являются стейки. Морепродукты у нас тоже есть, но по сравнению с крупными рынками их продажи — лишь капля в море. К тому же, многие морепродукты мы импортируем из-за рубежа: например, камчатского краба, гавайских омаров, бостонских омаров, австралийских омаров, крабов-стригунов, тунца и так далее. Разве вы не считаете, что проводить здесь исследование не совсем уместно?
Чэн Линъи медленно скривила губы в фальшивой улыбке:
— Я думала точно так же.
В элитных ресторанах западной кухни по всей стране большая часть ингредиентов импортная. Взять хотя бы самый главный компонент — стейки. Не то чтобы в стране не было хорошей говядины, но по сравнению с зарубежной она уступает и по породе, и по качеству, и по текстуре.
Именно поэтому, как бы ни дорожала отечественная говядина, кусок мяса за тысячу юаней на родине не продашь.
Конечно, помимо самой говядины, важным фактором является и баснословная стоимость доставки.
Что уж говорить о морепродуктах в элитных западных ресторанах: чтобы поддерживать статус элитного бренда и безупречный вкус, практически все ингредиенты завозят из-за границы. Даже покупая что-то внутри страны, при продаже заявляют, что продукт был свежим доставлен самолётом из какой-нибудь далёкой страны.
Разве Чэн Линъи сама этого не понимала? Но раз поступило такое требование и было решено проводить рыночное исследование, значит, нужно проверить всё досконально и постараться вывести бренды отечественного производства на должный уровень.
Получив указание, Чэн Линъи была занята релизом нового продукта в головной компании, поэтому перепоручила эту задачу маркетинговому отделу Юшан. Однако подготовленное ими исследование оказалось настолько никуда не годным, что в поданном виде не выдерживало никакой критики. Ей пришлось заняться этим лично.
Перед началом исследования она велела собрать данные о продажах морепродуктов в западных ресторанах города и выяснила, что многие заведения выдают дешевые аналоги за элитные, и лишь этот ресторан пользовался неизменно высокими отзывами. Поэтому она решила лично окунуться в эту среду и устроилась сюда поваром по морепродуктам: только прочувствовав всё на собственном опыте, можно составить по-настоящему убедительный отчёт.
— Ох, вон оно как, — услышав это, Чжу Цы даже выпрямила спину.
— Наш ресторан получил оценку девять и восемь десятых вовсе не за красивые глаза.
— Точно, — согласилась Чэн Линъи. — Госпожа управляющая — человек дела. На самом деле я собиралась рассказать вам о своей личности при увольнении, но то, что это выяснилось раньше времени, даже к лучшему. Если госпожа управляющая не возражает, могу ли я задать вам пару вопросов и включить их в свой исследовательский отчёт?
— А какая нашему ресторану польза от вашего отчёта? — поинтересовалась Чжу Цы.
Бизнесмены не станут шевелиться без выгоды, она не собиралась помогать бесплатно.
— Я упомяну ваш ресторан в отчёте, и тогда мы сможем прорекламировать его на нашем официальном сайте. Возможно, удастся даже претендовать на премию.
Чжу Цы легко усмехнулась:
— Звучит неплохо.
Бесплатная реклама на официальном сайте — независимо от того, увидят её или нет, их ресторан сможет использовать это для продвижения.
Пока они обо всем договаривались, Цзян Шуйцин тоже почти закончила ужин.
Чжу Цы слегка выдохнула и с похвалой произнесла:
— Директор Чэн действительно держит слово и говорит по делу. Неудивительно, что Шуйцин только что сказала мне, что может за вас поручиться.
Поручиться?
Чэн Линъи повернула голову и посмотрела на Цзян Шуйцин. Та слегка откинулась на спинку стула, её длинные чёрные волосы рассыпались по плечам, черты лица были прекрасными, а мягкие алые губы, когда она молчала, выглядели особенно привлекательно.
Разговор о работе был окончен, и Чэн Линъи встала, чтобы вернуться на кухню и продолжить работу.
Изначально она планировала отработать в ресторане месяц, написать отчет и уволиться, но раз уж её личность раскрылась раньше времени, на следующей неделе она сразу доделает исследование и подаст заявление об уходе.
Она понимала стремление руководства помочь сельскому хозяйству, но дело это было непростое, требующее серьезного обсуждения.
Кто знает, возможно, через пару дней ей придется мотаться по деревням.
После ухода Чэн Линъи Цзян Шуйцин осталась сидеть за столиком и продолжила болтать с Чжу Цы:
— Вы вообще кто друг другу? — спросила та.
— В смысле кто? — переспросила Цзян Шуйцин.
Чжу Цы тихо усмехнулась:
— Мы с тобой знакомы уже не первый год, и твой нрав я знаю отлично: ты не любишь сближаться с людьми, не любишь вести глубокие разговоры и никогда ни с кем не поддерживаешь отношений ближе приятельских. Но когда этот директор Чэн попросила тебя подвинуться, ты ведь не сомневалась ни секунды.
Цзян Шуйцин небрежно пояснила:
— Я с ней знакома, а ты нет. Она же не могла попросить сесть на твоё место. К тому же, нас связывает рабочее сотрудничество, и раз уж она попросила, как я могла отказать?
— Нет, — поджала губы Чжу Цы. — Тут что-то не так.
Цзян Шуйцин больше ничего не ответила, сделала глоток воды и, опуская чашку, невольно бросила взгляд на пустую тарелку перед собой.
Чжу Цы мало что знала об их отношениях с тем директором, поэтому больше расспрашивать не стала. Зато в последнее время в делах Линь Цзяна творилось что-то невообразимое.
— Ты в последнее время поддерживаешь связь с Линь Цзяном? — спросила она.
Цзян Шуйцин слегка покачала головой:
— Нет. Он присылал мне сообщения, но я не отвечала.
Чжу Цы подняла брови:
— Ну ты и жестокая. Даже на сообщения не отвечаешь, этот парень точно с ума сойдёт от злости и заявится к тебе.
Ещё когда она только познакомилась с Шуйцин, то сразу поняла, насколько безумно Линь Цзян преследовал ту. Он покупал ей бриллианты и золото, арендовал самолёты и корабли для совместных поездок, устраивал романтические полёты на воздушных шарах и осыпал морями из роз — делал абсолютно всё, что было в его силах. Но Шуйцин не то что не прониклась симпатией — у неё не ёкнуло даже на малейшую долю секунды.
В таких случаях оставалось лишь признать, что она к нему совершенно равнодушна. Но Линь Цзян упёрся роком и продолжал преследовать её по сей день, не желая сдаваться.
— Мне всё равно, — бросила Цзян Шуйцин.
Всё, что могла посоветовать, она уже посоветовала, всё, что нужно было сказать, — сказала. Дальше это её не касалось.
Чжу Цы легко рассмеялась:
— Знала бы я, что у тебя такой характер.
Иногда ей и вправду было ужасно любопытно, какой же человек сможет растопить сердце Шуйцин.
Например... директор Чэн?
Цзян Шуйцин просидела в ресторане до половины одиннадцатого вечера, а затем собралась уходить. Чжу Цы проводила её до лифта.
— За директором Чэн я присмотрю и помогу, не переживай.
Цзян Шуйцин кивнула:
— Угу.
Дзынь!
Двери лифта открылись. Цзян Шуйцин шагнула внутрь и помахала Чжу Цы:
— Пока.
Чжу Цы взмахнула рукой в ответ:
— Пока.
Спустившись в лифте на цокольный этаж и выйдя на парковку, Цзян Шуйцин села в машину и велела водителю пока не трогаться с места, после чего достала телефон и написала Чэн Линъи:
— Я жду тебя на парковке.
Затем она открыла планшет и приняла за работу.
По выходнам было много гостей, и зачастую приходилось засиживаться до глубокой ночи. Сегодняшний день не стал исключением — Чэн Линъи освободилась только в два часа ночи.
Переодеваясь в раздевалке, она согнулась в три погибели на стуле и легонько массировала нывшие от усталости икры.
Подумать только: она, директор крупной компании и генеральный директор Юшан, сейчас ради какого-то рыночного исследования работала в поварском фартуке на кухне до двух часов ночи.
http://bllate.org/book/34431/4245225
Готово:
