Сидевшие внутри люди услышали шум, и секретарь комиссии открыл дверь:
— Вы к кому и по какому делу?
Линь Шуйчэн слегка кивнул:
— Я из группы преподавателя Вана, раньше отпросился на сегодня, но увидел вечером сообщение и пришел на защиту.
Фу Луоин стоял рядом с ним, и секретарь, заметив, что тот из Седьмого отдела, даже не смел о чем-то расспрашивать и позволил им войти.
Фу Луоин небрежно выбрал небольшой диванчик с краю и сел послушать.
Сам не зная почему, ему вдруг захотелось посмотреть, как Линь Шуйчэн держится на защите. К тому же, раз уж он приехал, невозможно было оставаться снаружи вместе с толпой плачущих студентов.
Он окинул взглядом комнату для защиты: за квадратным конференц-столом сидели четверо преподавателей, а провалившиеся студенты расположились у круглого дискуссионного стола позади. Преподаватели не выказывали особого недовольства, их лица были вполне расслабленными, а на полу валялось несколько пустых пластиковых контейнеров из-под еды — судя по всему, здесь провели немало времени.
Он сразу заметил Оу Цянь. Ее глаза покраснели, и, кажется, она тоже увидела его, испытав легкий шок.
Фу Луоин равнодушно отвел взгляд.
Пальцы Оу Цянь слегка дрожали: она знала, что Линь Шуйчэн — любовник Фу Луоина, но неужели Фу Луоин действительно сопровождал его на защиту?
Это же больше чем просто забота!
Особых близких отношений с Фу Луоином у нее не было: хоть они и вращались в одном кругу, Фу Луоин с детства не особо общался с девушками. После начала романа с Ся Жань контактов стало чуть больше, но Фу Луоин даже не удостаивал ее долгим взглядом.
Увидев Линь Шуйчэна, Оу Цянь разозлилась так, что ей снова захотелось заплакать, но она сдержалась.
Сегодня она уже выплакала все слезы.
Вообще-то до воскресенья они вместе с остальными участниками до мельчайших деталей разобрали диссертацию и презентацию. Работа, проделанная Линь Шуйчэном, была идеальной, написанной четко и понятно, каждый теоретический момент все они заучили наизусть и держали в голове. Вот только в разделе данных Линь Шуйчэн использовал множество формулировок вроде легко доказать, очевидно, получено путем моделирования по уравнению такому-то. У них была слепая, почти безоговорочная вера в данные Линь Шуйчэна, и за все три дня и три ночи подготовки никому из них даже в голову не пришло перепроверить расчеты в квантовой лаборатории или пересчитать все его методом.
Когда подобные данные и методы вычислений уже расписаны черным по белому и все кажется предельно ясным, Оу Цянь и подумать не могла, что на защите возникнут проблемы.
На беду, на этот раз им попался Сюй Кун.
Сюй Кун занимался разработкой фронтовых инструментов, был ректором Научно-технического университета Альянса, одновременно преподавал на физическом и математическом факультетах, а разработку квантового компьютера третьего поколения вел от начала и до конца под своим руководством.
Из-за экологической обстановки он долгое время оставался в другом филиале и не возвращался обратно. Синский университет приложил огромные усилия, чтобы переманить его на должность ректора, но он отказался, заявив, что избыток административных обязанностей помешает его научной работе, и согласился занять лишь пост заместителя декана математического факультета.
Сюй Кун также славился своей репутацией грозного тигра. Его строгость проявлялась как в научных исследованиях, так и в методах преподавания: процент заваливших экзамены бакалавров под его руководством превышал восемьдесят процентов, а среди аспирантов лишь единицы защищались вовремя, без продления срока учебы. Новый начальник заступил на пост с решительным настроем, и его первой мишенью стали научно-исследовательские проектные группы математического факультета.
Никто не смел перечить словам столь авторитетного человека.
Поначалу защита шла гладко. Оу Цянь с товарищами выступали последними; услышав, что у предыдущих двух групп дела шли неважно, они сильно тревожились, но после того как презентацию зачитали, остальные преподаватели задали именно те вопросы, которые они подробно обсуждали при подготовке, так что все немного выдохнули.
Проблема крылась в Сюй Куне.
Сюй Кун все время читал их диссертацию, ничего не говоря, но выражение его лица выглядело вполне довольным. Когда остальные преподаватели закончили задавать вопросы, он прямо спросил:
— К остальным частям вопросов нет, доклад оформлен прекрасно, и больше спрашивать не о чем. Посмотрим-ка… Как вы получили значение $T=3749.565$ на третьей странице?
Оу Цянь тут же запаниковала: это число как раз находилось в той части, где Линь Шуйчэн написал очевидно.
Откуда ей было знать, каким именно образом это очевидно!
Заметив ее замешательство, Сюй Кун добродушно улыбнулся, решив, что она просто слишком сильно нервничает и не может вспомнить с ходу, и повернулся к остальным членам группы.
По правилам защиты, если выступающий под номером один не может ответить, остальным участникам группы разрешается прийти на помощь.
Однако сидевшие внизу Ань Руи, Лю Цзянь и Мэн И не смогли ответить вовсе. Как они могли знать, откуда взялось это число, если они даже не прикасались к расчетам?
К этому моменту улыбка на лице Сюй Куна постепенно исчезла. Он продолжил листать диссертацию дальше и с первого же взгляда наткнулся на второе очевидно:
— А это? Доказательство коэффициента замены 37 на пятой странице? Можете не вдаваться в подробности, назовите мне сам метод доказательства.
Оу Цянь:
— …
Она была полностью ошеломлена.
Атмосфера в зале замерла, давление, исходившее от Сюй Куна, падало все ниже, и лицо его заметно переменилось.
Она не понимала, почему эти два числа имеют такое значение, из-за которого Сюй Кун полностью перечеркнул свое прежнее одобрение и швырнул диссертацию прямо на пол:
— Чушь, сплошная чушь! Кто писал эту диссертацию? Ван Пиньюань их этому научил? Чем он вообще занимается, я добьюсь его увольнения! Если сегодня не назовете источник этих данных, никто отсюда не уйдет!
Его лицо покраснело от гнева, кажется, у него даже поднялось давление, и ему пришлось принять пару таблеток, которые он носил с собой.
Оу Цянь тут же расплакалась от отчаяния и принялась умолять:
— Преподаватель, простите, мы не до конца подготовились к предварительной работе. Сегодня один из участников нашей группы отсутствует, именно он отвечал за эти расчеты, мы можем его позвать…
— Какая чушь! — голос Сюй Куна звучал гулко, от его раскатов дребезжали стекла в оконных рамах. — Студенты математического факультета, написавшие собственную диссертацию, не знают, как были получены эти два числа? Это что, какая-то неразрешимая задача? Ни один из вас не знает ответа, в этом и заключается проблема! Выкладывайте, у кого вы заказали написание диссертации, иначе я просижу здесь весь день. Сколько лет я преподаю, через сколько защит прошел, но таких бездарных студентов вижу впервые!
Сюй Кун легко выходил из себя, и никто из трех остальных преподавателей не осмеливался его успокаивать.
Сегодня было воскресенье, так что о срыве рабочего графика речи не шло. Разозлившись, Сюй Кун уселся на месте и отказался уходить, а продолжая ругаться, он неожиданно приобрел весьма невозмутимый вид и даже заказал доставку еды, попросив студентов принести ее.
Оу Цянь тайком отправила сообщение с просьбой связаться с другим доцентом математического факультета из учебного отдела, и побеспокоила даже ректора, но никто из них не смог утихомирить Сюй Куна.
Сюй Кун вбил себе в голову искоренить эту порочную практику.
Сама ситуация казалась совершенно немыслимой: аспиранты лучшего учебного заведения всего Альянса, Университета Звездного Города, докатились до такого!
Увидев появившегося Линь Шуйчэна, члены его группы ожили, словно безжизненные деревянные игрушки, которым завели пружину, и мрачная атмосфера вмиг рассеялась.
Поскольку сегодня через дверь то и дело кто-то входил и выходил, появление Линь Шуйчэна не привлекло внимания преподавателей. Лишь когда он спокойно и ровно заговорил, все взгляды снова обратились на него.
— О, подкрепление подоспело? — Сюй Кун с издевательским подтекстом хмыкнул носом и кивнул ему. — Пришел — поднимайся давай.
Линь Шуйчэн бросил взгляд на экран проектора, где все еще светились слайды предыдущей группы, поэтому он опустил голову, намереваясь выйти и отыскать на рабочем столе файлы своей группы, но сидевшая сбоку женщина-преподаватель преградила ему путь:
— Время уже позднее, вы должны сами хорошо знать данные, которые рассчитали. Слайды не нужны, рассказывайте так.
Женщина-преподаватель скрестила руки на груди и посмотрела на него с полуулыбкой. Ее звали Ян Шэнь, ей было чуть за тридцать, и она тоже являлась преподавателем высшей пробы на математическом факультете, чье отношение к науке полностью совпадало с позицией Сюй Куна.
Оу Цянь и остальные сразу все поняли: это была демонстрация силы. Преподаватели отчетливо дали понять, что больше не верят в то, что презентацию студенты сделали сами, и решили испытать Линь Шуйчэна точно так же.
Защита без предварительно подготовленной презентации была равносильна выступлению оратора, которому сообщили о докладе всего за минуту до выхода на сцену, заставив говорить экспромтом!
Линь Шуйчэн на мгновение замер и произнес:
— Хорошо.
После этого он обратился к секретарю комиссии:
— Есть маркер?
Секретарь протянул ему маркер.
Линь Шуйчэн повернулся к доске и начал писать.
Семь ключевых данных, двенадцать теоретических уравнений, три графика математического моделирования.
Это была самая суть слайдов, данные, на которых держался весь инициативный доклад и вся обоснованность проекта.
Почерк Линь Шуйчэна был изящным и размашистым, и к тому моменту, как он вывел последние ключевые данные, все преподаватели уже выпрямились в креслах и сосредоточенно вглядывались в доску.
У этого студента действительно были знания за душой, а его знакомство с данной группой данных как минимум доказывало, что именно он являлся подлинным участником написания диссертации!
Закончив писать, Линь Шуйчэн без малейшей паузы, выстроив рассказ строго по логике своей презентации, изложил содержание всего доклада. Он говорил четко, последовательно и без единой запинки, и всего за две-три минуты лаконично и емко представил всю работу.
Именно в этот момент стала видна разница между теми, кто действительно трудился, и остальными: пока Оу Цянь во время своего выступления просто читала текст с презентации, Линь Шуйчэн умело расставлял акценты, переходя прямо к сути и уделяя особое внимание тем сложным частям, на которых преподаватели обычно любят задавать вопросы. Казалось, он пришел не на защиту, а на лекцию.
Закончив доклад, Линь Шуйчэн опустил маркер:
— Я всё. Прошу уважаемых преподавателей высказать свои замечания.
В аудитории воцарилось абсолютное молчание.
— Хм… Отлично. Всё, о чем мы хотели спросить, вы уже сами рассказали, — Ян Шэнь смягчилась в лице и одобрительно взглянула на Линь Шуйчэн. — Начало положено блестяще, а в чем, по-вашему, заключается смысл этого проекта?
Это был теоретический вопрос. С некоторой натяжкой его можно было назвать подарком.
Линь Шуйчэн ответил:
— Хм… Кажется, никакого особого смысла в нем нет. Полагаю, он вряд ли имеет больший смысл, чем взлом пароля электрощитовой в Главном управленческом ведомстве, но раз он понадобился военным, мы его и выполняем.
Стоило ему произнести это, как по аудитории прокатилась волна смеха, и даже Сюй Кун улыбнулся: Линь Шуйчэн использовал шутку, хорошо известную в мире работы с данными. После появления технологий квантового анализа запросы от военных посыпались один за другим, причем заказчики совершенно не понимали реальных областей применения квантового взлома. Соответственно, стали возникать и подобные требования вроде взломать пароль электрощитовой, а эта шутка превратилась в частый мем, с помощью которого специалисты по данным подтрунивали над заказчиками.
Напряжение, державшееся все это время, внезапно рассеялось.
Дождавшись, пока все стихнут, Линь Шуйчэн тихо добавил:
— Военным нужен этот проект для укрепления национальной обороны. С его помощью мы сможем создать абсолютно неуязвимую квантовую защитную стену, какой сегодня не существует в природе, и я верю, что значение этого проекта огромно и далеко идуще.
Уже наступил вечер, снаружи стоял шум, внутри расселись поредевшие студенты, а преподаватели выглядели расслабленно и непринужденно. На полу валялись смятые листки бумаги со следами от ботинок. Без слайдов и черновых вариантов диссертации, в подобных условиях Линь Шуйчэн всё же с невероятной серьезностью провел этот доклад. Тусклый свет ламп и всеобщая усталость не могли затмить сияние, исходившее от него.
Наступила очередь Сюй Куна задавать вопросы.
У всех перехватило дыхание.
Сюй Кун пару раз кашлянул и испытующе оглядел Линь Шуйчэна:
— Мой вопрос остается прежним, что и утром. Если в вашей группе все еще не найдется никого, кто сможет на него ответить, я добьюсь отчисления вместе с научным руководителем.
— Каким методом вы получили значение $T=3749.565$ на третьей странице?
Линь Шуйчэн замер.
Сидевшие внизу студенты, заметив его заминку, почувствовали, как сердца подступили к горлу.
В наступившей удушливой тишине Лю Цзянь навострил уши и услышал, как Линь Шуйчэн с некоторым недоумением произнес:
— Так… посчитал.
Что это за жуткий ответ!
Лицо Лю Цзяня попепелело, и он повернулся к Мэн И:
— Конец. Неужели Линь Шуйчэн и сам от балды взял эти данные?
Мэн И так нервничал, что не мог связать и слова; едва не плача, он уткнулся лицом в сгиб локтя:
— Вот теперь точно конец…
К всеобщему удивлению, Сюй Кун вовсе не разозлился.
Он продолжил расспросы:
— Как именно посчитал? Ты же знаешь, что обратный пересчет подобных данных порождает бесконечное множество вероятностей. Зная лишь один диапазон исходных радиочастот, неужели ты стал перебирать их все методом полного перебора?
— Преподаватель, именно полным перебором, — ответил Линь Шуйчэн. — Поэтому я подал заявку в квантовую лабораторию, и расчеты завершились за два часа. Компьютер просто сосчитал.
— Ладно, у меня больше нет вопросов, — Сюй Кун поднял кружку с водой. — Можете быть свободны. А с остальными — поживем-увидим, сами проявите сознательность: кому объявлять выговоры, кому менять порядок авторов в статье, я ведь не должен вам разжевывать?
— …
— …
Мэн И совершенно ничего не понял и спросил Лю Цзяня:
— Что происходит?
Лю Цзянь отчаянно затряс головой.
Ань Руи же побелел лицом и тихо забормотал:
— Это же был вопрос на засыпку… Это как обратный подбор случайной маски для банковской карты на терминале: метод грубой силы — самый быстрый способ. Линь Шуйчэн использовал квантовый компьютер для брутфорса, поэтому и сказал, что просто посчитал, а в презентации написал очевидно, мы… мы просто не догадались.
Это означало, что вопрос, заданный Сюй Куном Оу Цянь, по своей простоте был близок к тому, чему равен один плюс один. Любой член группы, загляни он хоть раз в процесс расчетов, с легкостью назвал бы ответ!
Но поскольку никто из них лично не участвовал в работе над диссертацией, никто не смог ответить на этот элементарный вопрос.
Вот это и был самый настоящий позор: в глазах преподавателей было кристально ясно видно, кто из студентов честно трудился, а кто не делал ничего.
Ян Шэнь собирала вещи перед уходом и многозначительно бросила:
— Военные не любят подобных ситуаций. Будь вы моими студентами, я бы ни за что не позволила вам продолжать работу над этим проектом. Старосте — строгий выговор, а остальным, за исключением вон того студента и еще одного отсутствующего, объявить выговоры с занесением в личное дело и общеуниверситетским предупреждением. Ваши научные руководители тоже получат взыскания.
Сюй Кун задержал Линь Шуйчэна одного, остальные вышли наружу первыми, а Фу Луоин ждал у дверей.
Сюй Кун спросил его:
— Линь Шуйчэн, кафедра квантового анализа? Раньше участвовал в каких-нибудь проектах?
Линь Шуйчэн ответил:
— На математическом факультете этот — первый.
Сюй Кун протянул:
— На математическом первый, значит, были проекты на других факультетах. Какая у тебя была специализация раньше? Кто научный руководитель?
— Я изучал химию, в бакалавриате учился под руководством профессора Ян Чживея.
Сюй Кун как раз просматривал его досье, но, услышав это, поднял голову и окинул его взглядом:
— Ян Чживей?
Линь Шуйчэн кивнул.
— Тогда и правда жаль. Впрочем, изучение данных — тоже неплохо, занимаясь ими, делаешь больше реальных дел. — Сюй Кун изучил послужной список Линь Шуйчэна и мысленно все понял. — Руководитель магистратуры у тебя есть, а не хочешь подумать о поступлении ко мне в докторантуру? Я еще думал, почему твое имя кажется мне таким знакомым — ты же ученик старого Яна, неудивительно.
Линь Шуйчэн сказал:
— Благодарю за столь высокую оценку, преподаватель, я буду стараться.
— Если в будущем возникнут какие-то вопросы по специальности, можешь заходить ко мне, я сижу в кабинете замдекана, — произнес Сюй Кун. — Пока я ничем особо не могу тебе помочь, но у меня есть квота на рекомендацию для рассмотрения на премию TFCJO, заполнишь потом документы и принесешь мне.
…
Когда Линь Шуйчэн вышел, остальные уже почти разошлись.
Фу Луоин с улыбкой посмотрел на него:
— Ну как, теперь ты настроил против себя всех однокурсников?
Линь Шуйчэн опустил голову, обдумывая этот вопрос, но прежде чем он успел ответить, Фу Луоин притянул его к себе и обнял за плечи:
— Ваш факультет открылся недавно, а масштабное внедрение в практическую сферу началось всего лет четыре-пять назад, так что уровень подготовки неизбежно разный, не стоит обращать внимания на такие мелочи. Только вот…
Он замолчал, понизив голос до хрипловатого, обволакивающего бархата:
— В следующий раз, если кто-то посмеет тебя обидеть, послушно скажи мне, и твой муж все уладит, хорошо?
Фу Луоин ласково потерся щекой о его лицо рукой, лежавшей на плече Линь Шуйчэна, а его голос звучал так тихо и гипнотически, будто мог погрузить в сон:
— Знаешь, о чем я думал, когда ты стоял там перед всеми?
Линь Шуйчэн стоял спиной к нему, выводя мелом слова на доске, а в помещении работал обогреватель. Когда он говорил, в его глазах теплилась едва заметная улыбка, одновременно отрешенная и элегантная. Взгляд, изредка бросаемый на Фу Луоина, вспыхивал огоньками, словно россыпь ярких звезд.
Линь Шуйчэн опустил глаза, а его лицо слегка покраснело до самых ушей.
http://bllate.org/book/34425/4244113
Готово:
