Но не успел Рональд погрузиться в пучину терзавших его воспоминаний, как внезапный, до боли знакомый голос прервал ход его мыслей.
— Неужели ты каждый раз будешь так ненавидеть меня? — этот голос, даже задавая вопрос, звучал удивительно ровно. — Но кажется, у него нет подобных чувств.
Рональд слегка вздрогнул, словно внезапно пораженный парализующим заклинанием. Во все глаза он смотрел, как открылось окно комнаты, и в него бесшумно проскользнула фигура в сером плаще. Гость снял капюшон, открывая лицо.
Белые волосы, у лба перечеркнутые двумя черными прядями, сапфирово-синие глаза и неизменно спокойное выражение лица.
Холл Толед. Это был он.
Рональд не знал, как к нему вообще вернулся голос.
— Это ты? — он нахмурился, подавляя бушующие в душе сложные чувства. — Не думаю, что это подходящее место для молодого господина Толеда.
— Я больше не молодой господин семьи Толед, — Холл сделал шаг вперед, с удивлением глядя на Рональда. — Нана, неужели ты не знаешь? Я ведь сбежал.
— С чего бы мне это знать? — Рональд сжал кулаки. — И еще: прекрати так меня называть!
— Я думал, тебе нравится, когда я так тебя зову. — Холл окинул взглядом округлившийся живот Рональда. — Нана, ты так сильно изменился. Разве раньше ты не говорил, что роды влекут за собой тяжелые последствия и меняют тело не-зверолюда, делая тебя слабым, поэтому ты ни за что не станешь рожать детей зверолюдам?
Рональд невольно прикусил губу. Да, раньше он так говорил. В те времена он был еще так наивно увлечен погоней за силой, искренне веря, что не-зверолюд способен ни в чем не уступать зверолюдам, оттого и бросался подобными словами.
Но лишь позже он понял: в этом мире не-зверолюдам вовсе не нужна никакая сила. Этот мир не приемлет не-зверолюда, пожелавшего стать зверолюдом. Продолжение рода, забота о муже и воспитание детей — вот истинное предназначение не-зверолюда.
Будучи не-зверолюдом из столь незнатного рода, даже отчаянно борясь за свое место под солнцем, он в конце концов все равно не смог вырваться из предопределенной зверолюдами судьбы. У него даже не было права самому выбрать себе пару, и в итоге он превратился в то, что представляет собой сейчас.
Хотя тогда он за таковую несправедливость люто ненавидел весь мир, но теперь, стоило ему прикоснуться рукой к еще не рожденному ребенку, как в мыслях промелькнуло: если вдуматься, все обернулось не так уж плохо.
И все же, какое ко всему этому имеет отношение Холл?
— Не говори так, будто ты меня понимаешь!
— …Нана, ты действительно сильно изменился. — На лице Холла наконец промелькнуло выражение, похожее на недоумение, отчего он выглядел ужасно простодушно. — Ты сердишься на меня? Из-за того случая?
— Что ты вообще хочешь сказать?!
— Прости, что из-за меня тебе пришлось выйти за такого человека. Но Нана — мой единственный друг, а если бы мы стали парой, наши прежние отношения разрушились бы. Я этого не хотел. — Он выглядел несколько расстроенным. — Но теперь, судя по всему, друзьями нам остаться все равно не суждено.
— …С тебя хватит.
Рональду вдруг стало невыносимо тошно. Ему до боли хотелось спросить Звездного Бога, за какой грех он вообще повстречал этого человека и почему тогда так сильно любил его, наивно полагая, что это взаимно, ведь к нему одному Холл относился совершенно по-особенному.
Но в конце концов… неужели они были всего лишь друзьями?
— Ты ведь вовсе не не хотел становиться моей парой. Ты просто палец о палец не ударил, чтобы все исправить! Твоя семья заставила меня… выйти за Рекса, а ты не сделал ничего. Ты просто стоял и смотрел.
— Нана, ты меня обвиняешь? — Холл моргнул. — Но тогда моих сил было еще недостаточно. Что бы я ни сделал, это не изменило бы исход.
И тем не менее, безразличие — это то, с чем в этом мире мириться труднее всего.
Рональд смотрел на Холла. Этот человек никогда не менялся. Как же сильно он когда-то любил его манеры, его нрав, каждое его движение! Но в ответ получал лишь все то же глухое равнодушие.
Пожалуй, Рекс был прав.
Он действительно оказался просто брошенным человеком — не более того.
Но главная проблема Холла заключалась в его натуре: он никогда не осознавал собственных ошибок, был не в силах вообразить чужую боль и напрочь не замечал страданий, которые причинял другим.
В каком-то смысле он был невероятно наивен.
Поэтому Рональду вдруг стало так безумно тяжело обсуждать с ним эти прошлые обиды, где невозможно найти правых и виноватых. Успокоив дыхание, он с усталым видом спросил:
— Зачем же ты тогда пришел? Что, твоя сила окрепла? И поэтому ты… сбежал?
— Да, именно так. Семья больше не в силах меня удерживать, я свободен! — Холл выглядел почти радостным. Видимо, он совершенно не думал о той боли, которую его побег причинил отцу, и о своем… женихе, о котором никогда особо и не вспоминал.
— Ох, неужели? И что же дальше?
— Я хочу попутешествовать по другую сторону континента. Говорят, там обитают куда более могущественные существа. Нана, перед уходом я просто хотел заглянуть и посмотреть, как ты тут поживаешь.
Он просто хотел заглянуть, и в его мысли даже не закрадывалось намерение взять Рональда с собой.
Рональду вдруг захотелось горько рассмеяться. Пусть все прежние чувства к Холлу с момента его предательства обратились в жгучую ненависть, но в те тяжелые дни, когда он жил с Рексом, он невольно думал: если бы тот человек вернулся за ним и предложил бежать вместе, возможно… он так легко бы его простил.
Однако Холл никогда бы так не поступил.
Потому что он — одиночка.
Он способен принять лишь собственное одиночество.
Рональд взглянул на Холла и слегка опустил голову, пряча истинные эмоции.
— Ну что ж, ты посмотрел?
— М-м… — Холл кивнул, всем видом показывая, что никак не возьмет в толк одну вещь. — Все вокруг говорят, что он ужасно с тобой обращается, но сейчас кажется, будто всё совсем не так, как в слухах. Нана, это так странно: он все-таки хорош к тебе или нет?
И какая разница, хорош или нет?
— …А если я скажу, что плох? — машинально бросил Рональд. Он даже представить не мог, какой ответ выдаст извращенная логика Холла.
— Получается, слухи все-таки правдивы? — Холл не заметил, что Рональд вовсе не собирался отвечать всерьез. — Тогда почему ты все еще с ним? Неужели он отказывается расторгнуть союз?
С этими словами его глаза ярко вспыхнули, и, уставившись на Рональда, он с предельной серьезностью предложил:
— Тогда… хочешь, я убью его?
Не успел еще Рональд оправиться от шока, в который его повернули мыслительные лабиринты Холла, как тот перевел взгляд на его живот и добавил:
— Я-то думал, с чего это тебе вдруг понадобился ребенок. Это он тебя принудил? Нана, ты сам не можешь решиться? Если ребенок тебе не нужен, я могу сделать это за тебя.
Не договорив, он действительно шагнул вперед, в мгновение ока очутился перед Рональдом и уставился пустым взглядом прямо на его живот, источая невыразимое холодное равнодушие.
Рональд испугался до смерти: инстинктивно вскинув руки для защиты, он отступил назад и влупился спиной в дверь. Та оказалась незапертой и с треском распахнулась. Из-за выпирающего живота Рональд потерял равновесие и кувыркнулся назад.
Рефлекторно прикрыв руками живот, в следующую секунду он подумал лишь о том, что если с ребенком что-то случится, он никогда этого не простит Холлу.
Но к счастью, падения не последовало.
Холл вовсе не собирался нападать всерьез — он действительно находился лишь на стадии обсуждения идеи и никак не ожидал, что Рональд так испугается его внезапного приближения и шарахнется назад.
Поэтому в самый последний момент, оказавшись в опасной близости, Холл успел перехватить Рональда и подхватить его за талию.
Он не дал ему упасть.
Однако сцена выглядела донельзя громкой и до безумия двусмысленной.
Хотя Рекс находился в своей комнате и не мог расслышать голосов из комнаты Рональда, этот грохот просто невозможно было проигнорировать.
Изначально он собирался дать обоим остыть в одиночестве, но теперь ему было уже не до того: резко вылетев из комнаты, он с первого же взгляда уперся глазами в беловолосого парня, который наполовину обнимал его супруга.
Он сразу узнал того самого виновника их с Рональдом сегодняшней ссоры! Холл Толед!
А Холл и Рональд в ту же секунду заметили его появление.
http://bllate.org/book/34377/4238013
Готово:
