Мэй Шицзю расслышала высокомерие в словах Май Чанцзэ и тоже не стала с ним церемониться:
— Что ж, вице-президенту Маю действительно пришлось нелегко, раз он проделал такой путь.
Пфф.
Цюй Ханьлу не удержалась и хихикнула. Заметив смущенный румянец на лице Май Чанцзэ, она тут же сдержала смех, с трудом подавляя улыбку, и взмахнула рукой:
— Простите, я от природы человек веселый, к тому же у меня легкое и странное чувство юмора.
После таких слов о самой себе Май Чанцзэ уже не мог укорять Цюй Ханьлу. Ему оставалось лишь снова кашлянуть, прочищая горло, и заговорить с Мэй Шицзю чуть более мягким тоном:
— Командир Мэй, тогда пойдемте. Не заставлять же мисс Жо ждать.
Май Чанцзэ ускорил шаг и зашагал прочь, совершенно не интересуясь, поспевает ли за ним Мэй Шицзю. Пройдя добрых несколько ли, этот проводник вспомнил о своем поручении, обернулся и увидел, что Мэй Шицзю плетется позади на расстоянии каких-то тридцати-сорока метров. При виде такой картины изначально и без того скверное настроение Май Чанцзэ испортилось еще сильнее. Он поджал губы и уже собирался сорвать злость на Мэй Шицзю, как та внезапно произнесла:
— Вице-президент Май, дам тебе кое-что хорошее.
С этими словами Мэй Шицзю вытащила из кармана какой-то предмет и бросила его Май Чанцзэ.
Май Чанцзэ инстинктивно поднял руку и поймал его. Всмотревшись в то, что оказалось у него в ладони, он понял, что это фруктовая леденцовая карамель, причем в обертке, какую явно не встретишь в обычных магазинах. Май Чанцзэ нахмурился, сжимая конфету в пальцах, и его раздражение не только не утихло, но разгорелось с новой силой:
— Командир Мэй, что это значит?
Мэй Шицзю достала еще одну конфету, развернула фантик и отправила сладость себе в рот:
— М? Да просто захотелось наладить с тобой дружеские отношения. Эти леденцы очень вкусные, к тому же, когда настроение неважное, съесть что-нибудь сладкое — отличный способ успокоить нервы.
— Простите, командир Мэй. Мое настроение сейчас действительно оставляет желать лучшего. Но это вовсе не направлено против вас. — Май Чанцзэ глубоко вздохнул, но лишь сунул конфету в карман своей куртки. — Я не люблю сладкое, но благодарю за добрый порыв. И все же повторю то же самое: нельзя заставлять мисс Жо долго ждать.
— Судя по твоим словам, Сичжэн Жо не отличается терпением?
— Смотря в каких ситуациях. По большей части с мисс Жо вполне легко ладить. — Дойдя до этого места, Май Чанцзэ с намеком окинул Мэй Шицзю взглядом с ног до головы. — Впрочем, с такими должностными лицами, как командир Мэй, прибывшими с официальным визитом, мисс Жо обычно держится куда строже.
— Нет ничего предосудительного в том, чтобы быть строгой в работе, — легко улыбнулась Мэй Шицзю, не поддаваясь на провокацию Май Чанцзэ. — Если бы она слишком расслабленно относилась к служебным обязанностям, Сичжэн Жо не добилась бы тех успехов, что имеет сейчас. Хотя в отрасли ее и порой критикуют, общая оценка ее деятельности крайне высока. Я прекрасно это понимаю, так что вице-президенту Маю не стоит опасаться, будто у меня возникнут какие-то предрассудки насчет Сичжэн Жо.
Май Чанцзэ подхватил мысль Мэй Шицзю:
— Что ж, прекрасно, если командир Мэй все понимает. Если вдруг у мисс Жо испортится настроение, прошу командира Мэй проявить снисхождение: в последнее время у нее слишком много поводов для головной боли, так что и расположение духа не самое лучшее.
— О, я прекрасно это понимаю. — Мэй Шицзю бросила на Май Чанцзэ оценивающий взгляд и мысленно подумала: Он специально заостряет внимание на том, что у Жо Фуфэн дурное настроение. Пытается внедрить в мое сознание скрытое внушение, чтобы у меня заранее сформировалось негативное впечатление о Жо Фуфэн? Будучи ее заместителем, Май Чанцзэ ведет себя из рук вон плохо и даже явно любит баламутить воду.
— Командир Мэй, прошу сюда.
Май Чанцзэ остановился у дверей приемной, которую он назвал таковой, и сделал приглашающий жест.
Мэй Шицзю бегло взглянула на него и перевела взгляд вглубь комнаты. Жо Фуфэн грациозно сидела на диване, закинув ногу на ногу, и, скрестив руки на груди, в упор смотрела на Мэй Шицзю. Заметив, что та замерла на месте и не двигается, Жо Фуфэн чуть приподняла изящную бровь.
— Командир Мэй, проходите же, — поторопил ее Май Чанцзэ.
Ничего не ответив, Мэй Шицзю шагнула в приемную, и тут же за спиной посчастливилось услышать, как Май Чанцзэ закрывает дверь. Бросив взгляд искоса, Мэй Шицзю с легкой улыбкой на губах направилась прямо к Жо Фуфэн.
— Сичжэн Жо принимает гостей весьма осмотрительно.
— В конце концов, речь идет о важнейшем на сегодняшний день деле, поэтому о нем, разумеется, не должны знать лишние люди.
Только сейчас Мэй Шицзю заметила, что деловой костюм Жо Фуфэн наброшен на плечи небрежно, совсем не так плотно, как раньше. Под пиджаком скрывался облегающий полупрозрачный топ с кружевными узорами и открытыми плечами.
Жо Фуфэн подалась вперед и протянула руку за бокалом на столе, ничуть не заботясь о том, что стоящая прямо перед ней Мэй Шицзю может заметить нечто лишнее. Мэй Шицзю вовремя отвела взгляд от Жо Фуфэн на одиночное кресло рядом с ней и, следуя за взглядом, сделала шаг вперед, после чего опустилась на сиденье.
— Командир Мэй, отведайте-ка, — Жо Фуфэн, с видом полного спокойствия, пододвинула бокал с изысканным вином ближе к Мэй Шицзю. — Довелось слышать, что командир Мэй неплохо разбирается в винах. Это Рислинг нового урожая, хозяин винодельни расписывал мне во всех красках, насколько потрясающе его вино.
Вино в бокале отливало прозрачным соломенным цветом. Мэй Шицзю взяла бокал, слегка взболтала его, вдохнула аромат и сделала небольшой глоток.
— Фруктовые и цветочные ноты сбалансированы идеально, цвет кристально чистый. В наше время умение создать Рислинг такого качества говорит о том, что этот винодел вложил немало сил.
— Он дал мне твердое слово, что урожай винограда будет отменным, и только после этого я выделила ему под фруктовый сад участок земли и обеспечила достаточным количеством Ресурса Чистой Воды.
Уголки губ Жо Фуфэн чуть приподнялись. Она тоже подняла свой бокал с Рислингом и сделала легкий глоток; когда ее алые губы отделились от стекла, на кромке бокала остался манящий след помады, заставляющий воображение рисовать всякие картины.
— Мм, на этот раз в нем чувствуется еще и легкий аромат зеленых яблок, полагаю, его удастся продать по очень выгодной цене.
Опустив бокал на стол, Жо Фуфэн неожиданно задала вопрос:
— Командир Мэй, как вы находите вкус этого Рислинга?
Мэй Шицзю тронула губы улыбкой и вернула бокал на журнальный столик:
— Сичжэн Жо, я, разумеется, верю, что вы, как главный исполнительный директор Корпорации Чжисин, способны грамотно распределить Ресурс Чистой Воды так, чтобы принести пользу как можно бóльшему числу людей. Вот только я — командир Отряда следопытов аномалий, в мои полномочия входит лишь разведка, а вмешиваться в то, кто именно должен управлять распределением Ресурса Чистой Воды, я не имею права.
— В этом я не сомневаюсь. Сейчас я спрашиваю не командира Отряда следопытов аномалий Мэй, а Мэй Шицзю. — Жо Фуфэн смотрела на Мэй Шицзю с улыбкой во взоре, и ее темно-синие зрачки казались сейчас глубокими, как неизведанная морская пучина — одновременно притягательными и непостижимыми.
— Сичжэн Жо, кажется, забыла, что я прибыла сюда по служебным делам, и личное мнение Мэй Шицзю не имеет никакого значения для нынешней операции, — ровным голосом, не выдав и тени волнения, ответила Мэй Шицзю на вопрос Жо Фуфэн. — Если бы я приехала не по работе, тогда другое дело — мои мысли можно было бы и послушать.
В тот самый момент, когда Жо Фуфэн услышала эти слова, мягкость в ее взгляде мгновенно исчезла, сменившись нескрываемым разочарованием и ледяным холодом, от которого трудно было уберечься. Издав короткий насмешливый смешок, она добавила с ноткой обиды в голосе:
— Вы всегда столь бесчувственны и так легко научились прятать собственные эмоции.
С этими словами Жо Фуфэн полностью стерла с лица следы недавних эмоций, вернув себе привычное очаровательное и манящее выражение лица:
— Командир Мэй и вправду человек, что разделяет личное и служебное, как о том и ходят слухи. Видимо, это я была слишком легкомысленна, полагая, будто проявив гостеприимство, смогу рассчитывать на откровенный разговор с командиром Мэй. Раз уж командир Мэй не принимает мое гостеприимство, то и задерживать вас не стану. Прошу командира Мэй вернуться и как следует отдохнуть в ожидании дня отправления.
— Благодарю Сичжэн Жо за гостеприимство, я откланиваюсь.
Мэй Шицзю поднялась, вежливо кивнула и зашагала к выходу, не оборачиваясь. Когда она распахнула дверь, стоявшего на страже Май Чанцзэ и ее саму словно окатило холодным ветром — они уставились друг на друга.
— Вице-президент Май, проводите командира Мэй обратно и как следует позаботьтесь о ней в эти дни. Выделите время, чтобы показать ей наши окрестности, — донесся изнутри до утреннего гостя мягкий, полный чарующего коварства голос Жо Фуфэн.
Опомнившись, Май Чанцзэ тут же отозвался:
— Слушаюсь, мисс Жо.
Он многозначительно переглянулся с Мэй Шицзю и не забыл затворить за ней дверь.
Мэй Шицзю чуть повела плечом, но оборачиваться не стала, хотя подсознательно бросила взгляд на уже плотно закрытую дверь позади.
Заметив, что она все еще стоит столбом и не собирается делать шаг вперед, Май Чанцзэ тихо поторопил ее:
— Командир Мэй, пойдемте.
— У вице-президента Мая, похоже, есть что мне сказать? — поравнявшись с Май Чанцзэ на дороге к лагерю, Мэй Шицзю наконец озвучила то, что ее занимало.
Май Чанцзэ на мгновение замер на месте, окинул взглядом окрестности и лишь после этого заговорил пониженным голосом:
— Командир Мэй плохо знает мисс Жо. Она превосходно умеет использовать собственные достоинства, так что будьте осторожны, как бы она вас не очаровала.
Мэй Шицзю уловила в словах Май Чанцзэ скрытое недовольство Жо Фуфэн и непринужденно подхватила беседу:
— Судя по словам вице-президента Мая, вы весьма критично настроены по отношению к Сичжэн Жо.
— Дело не в критике, просто я не одобряю те методы, которыми она добивается желаемого. Конечно, вынужден признать: красота мисс Жо — действительно ее сильнейший козырь на данный момент.
Красота — сильнейший козырь Жо Фуфэн? Подобное утверждение явно преуменьшало истинные масштабы ее талантов. Неужели Май Чанцзэ искренне верил, будто Жо Фуфэн заняла пост главного исполнительного директора лишь благодаря смазливой внешности?
Мэй Шицзю, разумеется, в это не верила. Куда больше она была уверена в том, что Май Чанцзэ занимается аутотренингом — пытается внушить себе, будто в Жо Фуфэн нет ничего, кроме внешности.
Нет.
Точнее говоря, Май Чанцзэ занимался самогипнозом, подыскивая себе удобное оправдание. Ему нужно было утешить собственное эго: мол, Жо Фуфэн обошла его исключительно из-за красивого лица, а вовсе не из-за ума и способностей.
Уже по одному этому Мэй Шицзю отчетливо видела, что у этого Май Чанцзэ явно камень за пазухой. Не подавая виду, она с показным любопытством бросила:
— И где же, по мнению вице-президента Мая, эту красоту можно применять помимо светских раутов?
— Это… — на губах Май Чанцзэ мелькнула улыбка, и хотя он тут же постарался взять себя в руки, Мэй Шицзю успела ее заметить. То была мерзкая ухмылка человека, который мысленно ставит себя выше других и позволяет себе грязные, пошлые фантазии, совершенно не вяжущиеся с его напускной солидностью.
— Мне трудно это оценивать. Я никогда не даю людям пустых оценок.
http://bllate.org/book/34339/4232769
Готово:
