Ся Цзиньцзюэ не смог сдержать улыбки и чмокнул мальчишку в макушку:
— Ха-ха-ха, конечно же, я это услышал! Ну почему ты такой милый, малыш? В мире не существует никакого чтения мыслей.
— Ультрамен тоже ненастоящий.
— Папа, замолчи! — Ся Чао, казалось, был готов пережить крушение мира. Он отчаянно подпрыгивал, пытаясь закрыть папе рот, чтобы тот перестал нести чепуху. — Чтение мыслей точно существует, и Ультрамен настоящий! Супер-Пельмешка наверняка втайне расправляется со злодеями!
Глядя на невероятно решительный взгляд ребенка, Ся Цзиньцзюэ не смог побороть искушение поддразнить его. В уголках его губ заиграла лукавая усмешка.
Ся Чао испуганно округлил глаза, первым делом зажал уши и затряс головой, словно погремушкой. Убегая, он кричал:
— Не слушаю, не слушаю! Папа — злюка!
«Бах!» — дверь на кухню захлопнулась.
Когда пришло время ужинать, на столе красовалась тарелка с салатом из хауттюйнии. Она стояла прямо перед Ся Цзиньцзюэ, не скрывая своей злокозненной сущности.
— Уэ-э...
Как только Ся Цзиньцзюэ присел, его тут же накрыло «ароматом», который разносился на десять ли, и в животе всё перевернулось.
— Ты... — Ся Цзиньцзюэ дрожащим пальцем указал на Ся Чао. — Какое же у тебя коварное сердце.
Лицо Ся Чао выражало крайнюю степень довольства. Он уверенно подцепил детскими палочками порцию хауттюйнии и собрался положить её в чашку Ся Цзиньцзюэ:
— Папа, а ты веришь в свет?
Ся Цзиньцзюэ молниеносно перехватил свою чашку. Он всё понял: кого угодно можно обидеть, но только не повара, особенно единственного в доме.
— Верю.
Минуту спустя:
— Папа, а в мире правда есть чтение мыслей? — с ангельским выражением лица поинтересовался ребенок.
Ся Цзиньцзюэ уплетал рис, как ураган: он не хотел оставаться в одном пространстве с хауттюйнией ни на секунду дольше.
— Есть.
— Папа, а Ультрамен настоящий? — ребенок продолжал хлопать глазками.
Ся Цзиньцзюэ ответил механически:
— Настоящий.
— Папа, а Супер-Пельмешка...
Не успел ребенок договорить, как Ся Цзиньцзюэ уже наловчился выпаливать ответ:
— Супер-Пельмешка сегодня тоже повсюду помогает слабым и наказывает злодеев.
Ся Чао удовлетворенно расплылся в широкой улыбке:
— Папа, ты такой хороший, я тебя больше всех люблю.
Ся Цзиньцзюэ:
— Хе-хе.
Ну и сыночек-послушник.
Закончив ужин, Ся Цзиньцзюэ занялся мытьем посуды, а Ся Чао взял поводок и отправился выгуливать Бяо-гэ:
— Папа, мы с Бяо-гэ пошли!
— Хорошо, будь осторожен, — высунувшись из кухни, крикнул Ся Цзиньцзюэ.
Ся Чао показал ему жест «ОК» и, закрыв дверь, спустился вниз.
На полпути к раковине Ся Цзиньцзюэ чуть не поскользнулся. Посмотрев вниз, он увидел, что пол невесть откуда залит водой. Он поспешно открыл дверцу шкафчика и наклонился, чтобы осмотреть трубы. Ся Цзиньцзюэ не был профессиональным мастером, поэтому провозился долго, но так и не понял, в чем проблема, зато успел намочить часть одежды.
— Фух... — Ся Цзиньцзюэ вытер пот со лба. Он решил, что профессиональную работу лучше оставить профессионалам — такие деньги он не заработает.
Взяв телефон, он увидел несколько непрочитанных сообщений, и все они, как ни странно, были от Не Фучуна.
Ся Цзиньцзюэ приподнял бровь: и правда, стоит только вспомнить человека — он тут же объявляется.
Пробежавшись глазами по содержанию сообщений, он уже было коснулся пальцами клавиатуры, чтобы ответить, как вдруг раздался звонок.
— Не Фучун.
Ся Цзиньцзюэ уставился на экран, думая, не слишком ли этот человек тороплив?
Не дождался ответа на сообщение и сразу позвонил.
— Алло.
— Это я, — низкий голос Не Фучуна донесся из телефона, словно пронизанный электрическими разрядами.
Иначе как объяснить, почему у Ся Цзиньцзюэ вдруг закололо в ушах и к лицу прилила жара?
— Я знаю. Что-то случилось? — Ся Цзиньцзюэ взял себя в руки, стараясь говорить как можно спокойнее.
— У тебя сейчас есть время? Я хотел бы официально зайти и поблагодарить тебя. — Не Фучун, услышав голос Ся Цзиньцзюэ, догадался, что тот, должно быть, не читал его сообщений.
В них Не Фучун как раз и писал, что надеется на визит, чтобы лично выразить признательность ему и Ся Чао за спасение Не Чжаоюя из рук работорговцев.
Ся Цзиньцзюэ уже давно забыл об этом случае. Как и сказал Не Фучун, когда помогал кому-то в прошлый раз, — это пустяковое дело. Он верил, что любой другой человек, обнаружив работорговцев, поступил бы так же.
— Вы ведь уже благодарили меня в полицейском участке, не стоит быть таким официальным.
Не Фучун проявил упрямство, словно машина, не способная понять сложную команду:
— Будь добр, сообщи свой адрес.
Ся Цзиньцзюэ:
— ...
Он сразу разглядел еще один недостаток Не Фучуна — «упрямство».
Тяжело вздохнув, Ся Цзиньцзюэ сдался: если он не согласится, Не Фучун, возможно, не отстанет. Он отправил адрес.
Устало повалившись на диван, Ся Цзиньцзюэ потер виски: «Ну и сложный же мужчина».
Его взгляд случайно упал на захламленный журнальный столик, сваленные в кучу подушки и книги, разбросанные по углам. Он заглянул в спальню — постель напоминала собачью нору. Повернувшись, он глянул на лежанку Бяо-гэ и понял: нет, у собаки было даже чище, чем у него.
Ся Цзиньцзюэ подскочил, словно спринтер, захлопнул дверь спальни и принялся лихорадочно запихивать вещи в ящики.
Любой, кто увидел бы это, не преминул бы похвалить его: «Настоящий мастер очистки поверхностей».
«Динь-дон!»
Неожиданный дверной звонок заставил глаза Ся Цзиньцзюэ округлиться. Он в спешке поправил подушки и пригладил волосы, растрепавшиеся от такой суеты.
В момент поворота дверной ручки он натянул профессиональную улыбку:
— Добрый вечер.
Мужчина, стоявший в проеме, походил на небольшую гору, перекрывающую свет из коридора. Его руки были нагружены вещами, на предплечьях вздулись вены, а мышцы играли под кожей.
Ся Цзиньцзюэ не мог оторвать взгляд, пока голос мужчины не раздался сверху:
— Ся Чао нет дома?
— О, он ушел гулять с собакой, — Ся Цзиньцзюэ пришел в себя, досадуя на то, что засмотрелся на чужие руки. — Почему ты не взял с собой маленького Чжаоюя? — Он перевел тему, озираясь по сторонам в поисках малыша.
Не Фучун вошел вслед за Ся Цзиньцзюэ:
— У Чжаоюя небольшая простуда.
— Серьезно? — Ся Цзиньцзюэ достал новые запасные тапочки и поставил их у ног Не Фучуна.
Он присел на корточки, и Не Фучун, опустив взгляд, смог рассмотреть неприлично белую шею юноши. Передняя пола белой рубашки по какой-то причине намокла, и, когда Ся Цзиньцзюэ выпрямился, ткань плотно прильнула к коже, проступив розовым пятном.
Не Фучун резко отвел взгляд, чувствуя, как загорелась шея.
К счастью, его кожа была довольно смуглой, а коридор слабо освещен, так что Ся Цзиньцзюэ совсем не заметил его странного состояния.
— Несерьезно. Врач сказал, через пару дней приема лекарств он поправится, — Не Фучун некоторое время блуждал взглядом по воздуху, прежде чем остановить его на обстановке дома.
Это была квартира с долгой историей: штукатурка на потолке местами отслоилась, в низких углах стен виднелись детские рисунки, полные простодушия и воображения. Деревянные рамы окон облупились, краска облезла, а щеколды от старости пришли в негодность, поэтому Ся Цзиньцзюэ просто держал окна открытыми круглый год. Снаружи зеленели деревья, розово-белые цветы распускались один за другим, и лепестки влетали на балкон, словно ожившая картина.
Вещи в доме были старыми, но ухоженными — чувствовалось, что хозяева их берегут. Слева в гостиной стоял Г-образный книжный шкаф. С высоты своего роста Не Фучун сразу заметил, что верхние полки забиты книгами: кулинарные рецепты, пособия по воспитанию детей, классическая литература. Присмотревшись ниже, он даже увидел Гражданский и Уголовный кодексы.
Не зря учитель — охват тем впечатляет.
Не Фучун спросил:
— Учитель Ся преподает обществознание?
— Нет, — Ся Цзиньцзюэ удивился: неужели он выглядит как учитель обществознания? — Я преподаю английский.
В глазах Не Фучуна мелькнуло изумление, которое Ся Цзиньцзюэ тут же подметил, изогнув брови:
— Выгляжу не очень похоже?
Да нет, дело было в стереотипах. По представлению Не Фучуна, учителя английского всегда одевались модно, предпочитали машины марки B, а в повседневной речи то и дело вставляли иностранные фразы. Ся Цзиньцзюэ не подходил ни под одно из этих описаний — скорее уж он походил на учителя китайской словесности.
Не Фучун открыл рот, колеблясь, стоит ли сказать что-то вежливое. Увидев, как ответ читается на его лице, а сам мужчина пытается решить, соврать или нет, Ся Цзиньцзюэ не смог сдержать улыбки — почему-то это показалось ему милым.
«Садись куда хочешь, дома небольшой беспорядок, не обращай внимания», — Ся Цзиньцзюэ взял у него пакеты и усадил гостя на диван.
Не Фучун внутренне выдохнул:
— Не беспорядок, очень уютно.
Все было почти так, как он себе представлял: дом Ся Цзиньцзюэ и Ся Чао был пропитан теплом повседневности, в ярких тонах, где беспорядок гармонировал с порядком, а у каждой вещи была своя уникальная история.
— Правда? — Ся Цзиньцзюэ на самом деле искренне считал, что в его доме неплохо. Жизнь есть жизнь, небольшой бардак — это нормально, ведь они живут не в выставочном зале.
— Да, мне здесь нравится, — выпалил Не Фучун.
Ся Цзиньцзюэ, стоявший у холодильника и достававший напитки, внезапно покраснел до самых ушей. Этот человек то вел себя как непробиваемый мужлан, то «бил прямо в лоб» — эти американские горки его эмоций заставали врасплох.
— Кхм, — Ся Цзиньцзюэ прочистил горло и сделал вид, что спокоен: — Молоко, апельсиновый сок или кола? Прости, мы с Ся Чао не пьем чай, дома нет заварки.
Не Фучун:
— Подойдет просто кипяченая вода.
Когда щеки наконец остыли и пришли в норму, Ся Цзиньцзюэ закрыл холодильник и протянул Не Фучуну бутылку минералки:
— Такая пойдет?
Не Фучун протянул руку:
— Пойдет, спасибо.
Их руки одновременно коснулись бутылки: черная и белая, контрастные оттенки кожи, одна — грубая, другая — нежная, одна — широкая, другая — тонкая. Контраст был разительным.
Дыхание Ся Цзиньцзюэ сбилось: неужели руки этого мужчины настолько больше его собственных? Казалось, он мог бы легко обхватить ими его ладонь.
Не Фучун же подумал: «Вот уж поистине руки человека науки — изящные, боюсь даже держать, как бы мозоли на руках не натерли ему красноту».
— Как состояние твоего отца? — Ся Цзиньцзюэ быстро отдернул руку и, сев напротив Не Фучуна, начал разговор о жизни.
Не Чжаоюя похитили, потому что дедушка внезапно слег с расстройством желудка и не смог присматривать за ним сам. Слышал, потом его от истощения даже в больницу увезли.
Упомянув об этом, Не Фучун машинально нахмурился:
— После трех дней капельниц стало намного лучше.
http://bllate.org/book/34297/4226895
Готово:
