Ах… Кого же мне перевернуть?! — Линь Сюнь бросил взгляд на Тао Ваня и произнес: — Кроме персикового братца, я никого не могу исключить.
Если ты не доверяешь мне, можешь попробовать перевернуть карточку котика. В конце концов, котик только что нашел твою карту предмета, так что его роль пока можно считать чистой, — проанализировал ситуацию Сюй Чжиюй. — В любом случае, Сюнь-гэ, как только ты перевернешь эту карту, нам придется перетасовывать колоду заново. Так что ради перестраховки и проверки слов Се Е это вполне допустимо.
В правилах игры было еще одно условие: когда количество перевернутых карт достигало общего числа игроков, оставшиеся закрытыми карты необходимо было заново перетасовать и раздать поровну.
После этого хода Линь Сюня все пять карт первого раунда оказались открыты.
Впрочем… — продолжил Сюй Чжиюй. — Я все же рекомендую тебе перевернуть котика или меня, потому что у нас на руках есть необходимые для победы карты предметов, и в обоих случаях шанс составляет один к четырем.
Линь Сюнь перевел взгляд с Сюй Чжиюя на Чжу Сяоманя.
Я тоже советую перевернуть меня или Юй-юй, — сказал Чжу Сяомань.
Поколебавшись немного, Линь Сюнь все же выбрал карту Сюй Чжиюя — это снова оказалась бесполезная карта.
Ведущий подвел итоги боевой обстановки первого раунда, собрал оставшиеся закрытыми карты, перетасовал их и снова раздал вслепую.
На этот раз каждому досталось по четыре карты.
Будучи последним, чью карту перевернули в предыдущем раунде, на этот за все отвечал Сюй Чжиюй.
Начался второй раунд, и на самом деле мы можем действовать немного агрессивнее, — проанализировал ситуацию Сюй Чжиюй. — Сейчас осталось еще пятнадцать бесполезных карт, четыре карты предметов и одна карта злодея. Мы практически можем с уверенностью сказать, что Тао Вань взял роль злодея…
С чего это вдруг такая уверенность?! — воскликнул Тао Вань, у которого в прошлом раунде почти не было игрового опыта. — В этом раунде у меня есть карта предмета! Я хороший!
Однако в прошлый раз его поведение выглядело донельзя подозрительным, и ему никто не поверил.
Сюй Чжиюй улыбнулся и продолжил прерванную мысль:
Сейчас вероятность вытянуть карту злодея очень мала, поэтому я думаю, что если карта злодея у кого-то из нас четверых, то можно в этом признаться. Тогда в этом раунде мы просто не будем переворачивать его карты, а дождемся, пока откроем все пять, и только потом перетасуем колоду.
Выслушав его, Чжу Сяомань первым делом заявил:
У меня нет карты злодея, и карт предметов тоже нет. В этом раунде мне действительно достались одни бесполезные карты.
Се Е тоже подал голос:
У меня нет карты злодея. Но зато у меня есть карты предметов, причем больше одной.
Больше одной? В голове Сюй Чжиюя сразу возник ответ. Судя по манере речи Се Е, если бы карт было две, он бы так прямо и сказал. Раз он выразился подобным образом, это значит, что на руках у него должно быть три карты предметов.
Значит, в этом раунде придется задавать тон и искать подходящую причину, чтобы не трогать карты Се Е. Размышляя об этом, Сюй Чжиюй посмотрел на Линь Сюня.
У меня нет карт предметов, — произнес Линь Сюнь.
А у меня есть одна, — сказал Сюй Чжиюй. При этом на самом деле карт предметов у него в этот раз по-прежнему не было.
Сейчас ситуация складывалась так: три карты у Се Е, у него самого нет ни одной, а значит, последняя карта осталась либо у Чжу Сяоманя, либо у Тао Ваня?
Сюй Чжиюй вовсе не думал, что Линь Сюнь станет лгать — особенно после того, как он сам сказал, что обладатель карты злодея может в этом признаться. Следовательно, Линь Сюнь никак не мог солгать об отсутствии карт предметов лишь из-за того, что на самом деле держал карту злодея.
Если же эта карта была у Чжу Сяоманя, то его ложь могла объясняться двумя причинами: либо он сам играл за злодея, либо карта злодея тоже находилась у него.
Очевидно, что Чжу Сяомань, как и Линь Сюнь, будучи хорошим игроком, не стал бы лгать из-за карты злодея. А значит, вполне вероятно, что именно Чжу Сяомань был тем самым вторым человеком, которому досталась роль злодея.
Что же касается Тао Ваня, которого все уже записали в закоренелые злодеи, то Сюй Чжиюй заметил: тон, с которым тот только что заявил о наличии у него карт, был точь-в-точь как в те моменты, когда он лжет в обычной жизни. Тао Вань совершенно не умел врать и обладал всеми классическими признаками типичной лжи.
Раз так, Сюй Чжиюй решил действовать решительно.
Он прямо посмотрел на Се Е, и уголки его губ тронула легкая улыбка:
Карта злодея действительно не у тебя?
Се Е оказался застигнут врасплох столь внезапным вопросом.
Любимая… что это значит? — Се Е почувствовал себя немного обиженным.
Подумать только, в прошлом раунде любимая еще заигрывала с ним и подыгрывала его словам, так почему же с самого начала этого рауунда любимая обрушилась на него как на противника? Не слишком ли быстро развивается такой поворот событий?
Сюй Чжиюй понял, что Се Е засомневался, потому что обиделся на направленное против него острие атаки.
Однако, повернувшись к нему, Сюй Чжиюй произнес:
Чего ты колеблешься?
У меня нет карты злодея, — обиженно оправдывался Се Е.
Впрочем, обиду в его голосе уловил только один Сюй Чжиюй. В глазах же остальных товарищей по команде и даже зрителей прямой трансляции Се Е по-прежнему держался в своем привычном образе крутого парня.
Холодное выражение лица и ледяное «У меня нет карты злодея» звучали вовсе не как оправдание, а скорее как предупреждение остальным: даже не спрашивайте, у меня ее нет.
Я считаю Се Е немного подозрительным в этом раунде, — Сюй Чжиюй снова изогнул бровь, глядя на своего простого и легко поддающегося влиянию мужа, а затем обратился к остальным: — Я склоняюсь к тому, что у Се Е на руках действительно есть карты предметов, но одновременно с этим у него находится и карта злодея. Вот почему, хотя никто так и не признался в том, что держит карту злодея, он заявил о наличии у него нескольких карт предметов — чтобы привлечь наше внимание и заставить нас перевернуть именно его карты.
Се Е опешил: Мы же договаривались, что любимая на моей стороне?!
Спохватившийся с опозданием Се Е, кажется, всё понял. Его любимая и есть тот самый злодей!
А я думаю, что ты гораздо подозрительнее, — контратаковал Се Е.
Но его слова были слишком простыми, и на фоне логичного и обоснованного анализа Сюй Чжиюя они выглядели скорее как беспомощная попытка оправдаться после разоблачения.
В итоге Линь Сюнь наотрез отказался верить доводам Се Е и, напротив, из-за того что Се Е направил подозрения на Сюй Чжиюя, лишь сильнее уверился в подозрениях Сюй Чжиюя по отношению к самому Се Е.
В результате в этом раунде, следуя заданной Сюй Чжиюем линии, игроки перевернули пять бесполезных карт, и те снова отправились на перетасовку.
Се Е всю дорогу безуспешно пытался опровергнуть заданный Сюй Чжиюем тон, но Сюй Чжиюй парой фраз лишь усилил подозрения в его адрес.
Теперь же репутация самого Сюй Чжиюя стала безупречной, так что в третьем раунде все продолжали следовать за его подсказками.
http://bllate.org/book/34288/4225045
Готово:
