Су Шаоцин сухо усмехнулся и принял из рук Су Мяо аккуратно упакованные в папку документы.
Су Шан бросил на них пару взглядов из-за плеча Су Шаоцина. Бегло просмотрев бумаги, он тоже решил, что для столь скромной по масштабам компании Су Шаоцина это предложение было более чем выгодным, так что у того не оставалось никаких причин отказываться. Су Шаоцин лишь нерешительно перевел взгляд с Су Шана на Чэнь Жуйяня и обратно, но, поймав ободряющий взгляд Су Шана, взял ручку и подписал договор.
Су Цун сидел за столом молча, его взгляд был устремлен в никуда, однако Су Шаоцину казалось, что он сидит как на иголках. Тот поспешно вернул бумаги на стол, и только когда Су Мяо забрала их, облегченно выдохнул, словно завершил какое-то великое дело.
Су Мяо забрала документы, обвела взглядом присутствующих и, заметив, с каким интересом Чэнь Жуйянь разглядывает Су Шана, мысленно выругалась. Она тут же попыталась сгладить неловкость, но прежде чем она успела раскрыть рот, раздался низкий голос:
— Молодой человек рядом с господином Су — ваш сын?
Как бы ни складывались прошлые отношения между Чэнь Жуйянем и Су Шаном, Су Шан был вынужден признать: этот человек превосходно умел держаться в обществе. Не прошло и минуты, как он уже непринужденно перекидывался фразами с Су Шаоцином, словно никакой разницы в возрасте между ними не существовало.
И на фоне этой почти праздничной атмосферы, уже приближавшейся к своему завершению, слова Су Цуна прозвучали особенно резко.
Чэнь Жуйянь уже вел Су Шаоцина к выходу, о чем-то оживленно беседуя, и заливисто смеялся, как вдруг замер на полуслове у самой двери.
Су Шан поставил бокал с вином на стол, поднялся, встал и приветливо улыбнулся, слегка зардевшись, как подобает юноше. Опустив взгляд, он чуть склонил голову:
— Здравствуйте, господин Су, я Су Шан.
— Су Шан.
Уголки губ Су Цуна едва заметно дрогнули, изогнувшись вниз, отчего его и без того строчное лицо стало еще холоднее и суровее.
— И впрямь молод и талантлив.
Услышав имя Су Шана, стоявший у дверей Чэнь Жуйянь на мгновение остолбенел. Затем он внимательно всмотрелся в черты лица Су Шана, странно изменился в лице и отступил на шаг назад — этого было достаточно, чтобы понять: он вспомнил, кто такой Су Шан.
Наверное, даже для самого Су Цун это имя не было незнакомым.
Он не раз упоминал перед Су Цуном того толстого паренька, высмеивая его при каждом удобном случае. Вот только по какой-то причине, узнав, что толстяка зовут Су Шан, Су Цун взбесился так, будто задели его сокровенные чувства: с того дня ровно полмесяца у Чэнь Жуйяня не было за душой ни гроша, и даже на еду ему приходилось клянчить деньги у приятелей.
Чэнь Жуйянь облизнул губы, покосился на Су Цуна, который уже поднялся из-за стола и застегивал пуговицу на животе, и хотел было что-то сказать, но тот молча повернулся и широким шагом вышел из комнаты.
Су Мяо на секунду растерянно замерла, одарила Су Шана и Су Шаоцина успокаивающим взглядом и со стремительной быстротой последовала за ним.
Вслед за уходом Су Цуна Су Шан тоже поднялся из-за стола, подошел к Су Шаоцину и с улыбкой кивнул Чэнь Жуйяню. Заметив, что тот машинально отступил на два шага назад, он молча поддержал погруженного в тяжелые мысли Су Шаоцина и помог ему выйти из отеля.
У входа в отель их уже ждал автомобиль. Водитель, увидев их, тут же распахнул заднюю дверцу, и вскоре машина тронулась с места.
Вскоре после их отъезда из отеля с мрачным лицом вышел Чэнь Жуйянь и сел в неприметный черный седан.
Внутри салона на переднем пассажирском сидении восседала Су Мяо, а на заднем слева — Су Цун.
Чэнь Жуйянь молча устроился на сиденье, Су Мяо впереди тоже сидела ни жива ни мертва, не смея вымолвить ни слова, пока холодноватый голос сзади не заставил их обоих вздрогнуть и вернуться к действительности.
Су Цун неотрывно смотрел в заднее стекло на удаляющийся белый BMW Су Шаоцина, пока силуэт машины полностью не скрылся из виду. Лишь после этого он отвел взгляд и бесстрастно бросил:
— Трогай.
Су Мяо на переднем сиденье быстро разобрала бумаги, которые только что подписали, передала аккуратно сложенную папку Су Цун и доложила:
— Директор Су, вопрос с проектом корпорации Хунъюань решен окончательно, позже я передам секретарю Ли указания подготовить остальное.
Су Цун кивнул. Глядя на мелькающие за окном ночные огни и городские пейзажи, он равнодушно произнес:
— ...В сад Бешан.
*
— А Шан, ты знаком со вторым молодым господином из Диншэн?
Лицо Су Шаоцина покрылось морщинами от тревоги — он до смерти боялся, что сын по неосторожности нажил себе влиятельного врага.
Су Шан покачал головой. Образ этого излишне зрелого и властного человека на мгновение промелькнул в его памяти, и он мягко улыбнулся:
— Нет, не знаком.
Су Шаоцин покачал головой и забормотал себе под нос:
— Ну и ладно, бояться нам нечего. Есть у них власть или нет, в худшем случае вернемся в родные места землю пахать... Ай, только как же твоя старшая сестра теперь, если хорошего мужа не найдет, что делать?..
Су Шан с легкой улыбкой слушал бессвязное бормотание отца, который уже через пару фраз унесся мыслями неизвестно куда. Он подпер рукой подбородок и перевел взгляд в окно. Глаза его были пусты, казалось, сквозь слои мерцающих ночных огней и теней он пытался разглядеть что-то, что таилось у него на сердце.
Услышав, что Су Цун собирается в сад Бешан, Чэнь Жуйянь благоразумно вышел на каком-то перекрестке, сделал один звонок, некоторое время молча смотрел вслед умчавшейся машине, а затем поплелся к фонарному столбу и раздраженно закурил.
Су Мяо велела водителю подвезти их прямо к воротам сада, вышла из машины вместе с Су Цун и направилась к входу в особняк. Передав ему вещи, она, по обыкновению, собиралась уже взять запасной ключ, открыть дверь и уйти.
Но она никак не ожидала, что на этот раз, когда она уже обулась и собиралась распрощаться, окликнувший ее голос заставит ее замереть.
Пожалуй, это был первый раз в жизни, когда Су Мяо переступила порог этого особняка, окутанного ореолом тайны для всех, кого знал Су Цун.
Сад Бешан был частным владением семьи Су, и знали о нем немногие. В детстве второй молодой господин Су из-за ночных кошмаров и рассказов знахарей о вселении злых духов бесчисленное количество раз пытался покончить с собой. Позже лишь благодаря помощи психотерапевта, который постепенно погружал Су Цуна в гипноз и рисовал перед ним иллюзорное будущее, удалось кое-как удержать его на краю пропасти.
Глава семьи Су, обзаведшийся ребенком на старости лет, без памяти баловал младшего сына.
Позже, во время очередного приступа у второго молодого господина, следуя плану дома, составленному психологом по результатам психологического портрета, и постоянно всплывавшим в кошмарах именам, старейшина Су приказал построить этот особняк.
Так и появился сад Бешан.
Убранство этого места с самого порога навевало странное, архаичное чувство подавленности — словно простолюдин из древности попадал в резиденцию императорского сановника, и у него помимо воли возникало непреодолимое желание пасть ниц и коснуться лбом пола.
На двадцать шестом году жизни Су Мяо впервые испытала то, что называется настоящим страхом, и впервые испугалась этого юноши — легендарного гения, чье сердце было ледяным, словно у аутиста.
— ...Директор Су хочет о чем-то меня спросить? — Су Мяо держала в руках чашку с теплой водой, которую налил ей Су Цун; на поверхности покачивались два чайных листа, источая легкий аромат, похожий на запах свежего бамбука.
Су Цун проследил взглядом за тем, как слегка напряглись мышцы на лице Су Мяо, и сказал:
— Меня кое-что беспокоит в отношении твоего брата Су Шана. Я не замышляю ничего дурного.
Су Мяо выдавила из себя улыбку и осторожно поставила чашку обратно на стол:
— Директор Су, мой брат после той истории с вторым господином Чэнем выписался из больницы совсем недавно. Если он чем-то вас обидел, я приношу за него свои извинения...
— Он в порядке. — Су Цун на мгновение замер, словно погрузившись в задумчивость, а затем лениво откинулся на спинку дивана. — Просто Су Шан, о котором рассказывал Чэнь Жуйянь, совсем не похож на того, кого я видел сегодня.
— ...Вот оно как? — Су Мяо нервно усмехнулась. — А Шан, пожалуй, только с полмесяца назад, как пришел в себя после пробуждения, словно у него ум за разум зашел: каждый день начал заниматься спортом, взялся за учебу. Я даже попросила дяди Фан найти для него репетитора на дом...
Словно в привычной беседе ученика и учителя, Су Цун спрашивал, Су Мяо отвечала, и постепенно этот диалог утратил всякую неловкость. Су Мяо стала замечать, что Су Цун и впрямь не питает к ним никаких дурных намерений — он скорее напоминал наивного, донельзя одинокого ребенка, который просто внезапно заинтересовался переменами в Су Шане.
— Он что, даже букв не узнает? — тихо пробормотал Су Цун, опуская взгляд на толстый ковер. — Он даже букв не узнает...
Затем он вдруг тихонько усмехнулся и, подняв голову, вновь обрел привычную холодность на лице:
— По-моему, Су Шан неплох. Когда он закончит учебу, можешь привести его в Диншэн.
— Директор Су?! — Су Мяо испытала смесь удивления и радости. Проявив благоразумие, она тут же поднялась, почтительно поклонилась Су Цуну и, возвращая себе самообладание, ответила:
— Вернувшись домой, я обязательно обо всем расспрошу А Шана. Благодарю вас, директор Су.
Су Цун кивнул, сделал небольшой глоток теплой воды из чашки и больше ничего не сказал.
Су Мяо еще раз кивнула ему, тихонько подошла к прихожей, обулась и аккуратно притворила за собой дверь.
Лишь оказавшись снаружи, она заметила, что спина ее покрылась холодным потным потом.
Оставшись один, Су Цун долго сидел на диване с остывающей чашкой воды в руках.
Он обхватил колени руками, уткнувшись в них лицом, а в одной ладони так и сжимал чашку, словно напрочь забыл о ее существовании.
Пока наконец из-за вечернего похолодания не включился инфракрасный кондиционер и датчики движения не зажгли свет в комнате. Только тогда он встрепенулся, испуганно вскинул голову и растерянно посмотрел на панорамное окно, за которым серебрилась луна. Вокруг стояла глухая тишина, за стеклом темнел искусственный лес, а мертвенно-бледный лунный свет вперемешку с отсветами неоновых вывесок отливал странным синеватым оттенком, отчего ночь казалась еще более безмолвной и зябкой.
Су Цун просидел в одной позе слишком долго, и когда он шевельнулся, его суставы издали отчетливый хруст. Словно не замечая этого, он босиком ступил на мягкий ковер, вышел в длинную галерею, приложил ладонь к сканеру отпечатков пальцев и толкнул дверь, которая была заперта уже очень давно.
http://bllate.org/book/34283/4224657
Готово:
