Около шести с небольшим Доктор Шан Шань Чуи и впрямь вовремя вернулся домой. Едва переступив порог и почувствовав аппетитный запах еды, он даже на мгновение замер, растерянно держа в руках пакет с едой на вынос из ресторана.
— Папа! Папа!
Почувствовав, что кто-то тянет его за штанину, Шань Чуи пришел в себя и опустил взгляд на собственную дочку.
— Папа, почему ты стоишь у двери и витаешь в облаках? — Сяо Шаньюй склонила голову набок, а затем неожиданно оживилась: — Папа, старшая сестрица вернулась!
— Старшая сестрица? Какая еще старшая сестрица? — Шань Чуи сперва растерянно моргнул, но тут же сообразил и сделал озаренное лицо. — А-а, ой-ой, это сестрица вернулась!
Папа сегодня такой странный, — подумала про себя Сяо Шаньюй. Дети обычно мыслят просто, и она не была исключением: тут же отбросив это сомнение, она потащила Шань Чуи к обеденному столу.
А та, которую назвали старшей сестрицей, чинно сидела за стулом, перед которым стояло две пиалы с рисом — одна её, другая для Сяо Шаньюй. Заметив отца с дочерью, она слегка кивнула.
— Доктор, — позвала она.
Выражение лица Шань Чуи было крайне сложным. Глядя на ту, что была на три десятых похожа на него самого и еще сильнее — на его жену, а затем переводя взгляд на свою трехлетнюю дочку, он испытывал целую гамму чувств.
— Ты... Эх, ладно. Когда ты вернулась? — спросил он, совладав с собой, усаживая Сяо Шаньюй и аккуратно расставляя принесенную еду.
— Сегодня во второй половине дня, — спокойно ответила она. В её узких длинных глазах промелькнула теплота.
— Надолго в этот раз?
— Как только починят механизм, — сразу уйду и отправлюсь в следующую неизвестную временную точку.
— Мм, — Шань Чуи вдруг почувствовал, как у него во рту пересохло, и ответил с большим трудом. — Если возможно, я надеюсь, ты уделишь больше внимания Сяо Юй.
С этими словами оба одновременно посмотрели на Сяо Шаньюй, которая увлеченно уплетала кашу маленькой ложечкой. Малышка, похоже, совершенно не понимала, о чем они говорят и почему так на неё смотрят. Размахивая ложкой, она глуповато улыбнулась:
— Сестрица, папа, вы что, не голодные? Почему вы не едите?
Она отвела взгляд, а Шань Чуи ласково погладил дочку по голове.
— Я постараюсь, — её голос прозвучал едва слышно, словно легкая дымка, растворившаяся в воздухе.
Шань Чуи ответил ей утешительной улыбкой.
Взрослый мир такой странный, она совсем не понимает, о чем они говорят. И еще эти слова папы... Разве сестрица не всегда была здесь? Говорит так, будто она собирается уходить. Сяо Шаньюй покачала головой и продолжила есть. Ела она быстро, но очень аккуратно, намного лучше многих сверстников.
После ужина она наклонилась к самому уху Шань Чуи и шепнула пару слов. Было заметно, как Шань Чуи обрадовался — он торопливо отдал какие-то распоряжения и снова ушел.
Сяо Шаньюй, сидевшая на диване и смотревшая мультики, развернулась к ней с озадаченным выражением лица:
— Сестрица, а куда это папа ушел?
— Доктор ушел работать.
— У-у... Мне не нравится такой папа, он совсем не играет со мной.
Она подошла к дивану и села, а Сяо Шаньюй тут же раскинула ручки, требуя объятий. Та ущипнула девочку за щеку, все же посадила её к себе на коленки и терпеливо продолжила смотреть с ней наивный мультик.
— Сестрица тоже редко играет с тобой, ты сердишься на сестрицу? — намеренно спросила она.
— Нет-нет-нет, — Сяо Шаньюй посмотрела на неё с абсолютно серьезным видом. — Сяо Юй не сердится на сестрицу, сестрица играет со мной, покупает мне вкусняшки, а еще, а еще сестрица помогает мне мыться и одеваться...
— ...
— Зато папа тоже играет с тобой и покупает тебе вкусняшки, — сменила она тон, придерживая ерзающего человечка в своих объятиях. Прохладный и нежный контакт её кожи всегда обладал удивительным свойством остужать любые капризы.
Теперь настала очередь Сяо Шаньюй умолкнуть, её головка закрутилась с бешеной скоростью. И правда, сестрица говорит правильно! Тогда она отчаянно закивала в знак согласия:
— Мм-мм, я больше не сержусь на папу.
Видя эту наивную и милую мордашку Сяо Шаньюй, уголки её глаз чуть приподнялись, тронутые легкой улыбкой.
Они еще немного поболтали о том о сём, причем разговор получался слегка невпопад. К счастью, её это нисколько не тяготило.
Что касается купания, то едва ли на свете нашлся бы ребенок, который любил бы его больше, чем Сяо Шаньюй. И дело было не только в том, что она была чистоплотной умницей, но главным образом потому, что каждый раз во время купания сестрица давала ей маленькую желтую уточку! Такую уточку, которая пищала, если её сжать.
И вот теперь уже голышом Сяо Шаньюй сидела в огромной домашней ванне, наполненной мягкой теплой водой, которая доходила ей как раз до шеи. Подождав какое-то время и не дождавшись, пока сестрица, как обычно, вручит ей уточку, Сяо Шаньюй встревожилась и во весь голос завопила:
— Сестрица, сестрица! Где ты? А где моя желтая уточка?
Услышав этот хриплый крик, она замерла и бессильно прикрыла лицо рукой. В следующее мгновение та, что еще секунду назад была в комнате, моментально оказалась у дверей ванной. Толкнув приоткрытую створку, она подошла к ванне и с привычным выражением лица посмотрела на Сяо Шаньюй. В её руке, заведенной за спину и до этого абсолютно пустой, внезапно появились две забавные желтые уточки.
— Не плещись слишком долго, потом не забудь сама вытереться и одеться. Одежду я оставила тебе вон там, — она положила уточек на бортик и бесстрастно произнесла:
— А? — Сяо Шаньюй уцепилась за край ванны и обеспокоенно спросила: — Сестрица, ты что, не будешь меня купать? — Обида, чистейшая обида.
К сожалению, этот трюк на неё никогда не действовал — точно так же, как не действовал, когда Сяо Шаньюй плакала, будучи еще младенцем.
— Ты уже большая, учись заботиться о себе сама.
— Л… ладно, — увидев её строгое лицо, Сяо Шаньюй робко вжалась в воду. Такая сестрица казалась слишком суровой.
Как только она вышла, Сяо Шаньюй весело принялась играть с уточками. Она усадила обеих друг напротив друга и хихикнула:
— Это сестрица, а это Сяо Юй. Однажды сестрица свалилась с небес и подняла столько пыли... Хи-хи.
В ванной стоял веселый смех, то и дело взлетали брызги воды. Она немного постояла у двери, прислушиваясь к её наивным и нелепым историям, а затем тихо бросила:
— Хватит баловаться с водой, давай быстрее мокнись.
Шум в ванной мгновенно стих.
Она же с довольным выражением лица вернулась в комнату, ожидая возвращения самостоятельно искупавшегося человечка.
В девять вечера наступал установленный ею жесткий час отхода Сяо Шаньюй ко сну. Сяо Шаньюй уже была в легкой пижаме, но в силу своего озорства высунула одну ногу из-под одеяла прямо к решетке вентилятора. В те времена в комнате еще не было кондиционера, и спасаться от жары приходилось с помощью обычного бытового вентилятора. Жужжание этого вентилятора неизменно сопровождало засыпание Сяо Шаньюй вплоть до её семилетнего возраста.
— Убери ногу под одеяло, — бросила она бесстрастным взглядом.
Сяо Шаньюй показала язык и послушно выполнила требование.
— Сестрица, расскажи сказку~
— Какую хочешь?
— Про девочку, которая собирала грибы.
— ...
Дождавшись, пока малышка на кровати крепко зауснет, она трепетно поправила её волоски и только после этого прилегла сама. В её черных как смоль зрачках на мгновение сверкнул быстрый красный огонек.
— Сяо Бай, сколько времени зайдет на починку механизма?
[Дзинь~ Система производит расчет, пожалуйста, подождите.]
[Дзинь~ На этот раз повреждения довольно серьезные, ориентировочное время восстановления — три месяца.]
Примечания автора: Ничего страшного, если содержимое покажется непонятным, и нет ничего страшного в том, чтобы не понимать личность Шань Юэ. Я буду рассказывать всё постепенно.
Маленькая сценка:
Сяо Шаньюй с сияющими глазами: Сестрица, у тебя глаза светятся!
Шань Юэ с бесстрастным лицом: Тебе показалось.
☆, Помощь
Ранним утром Шань Юй редко когда просыпалась не от кошмара. Впрочем, это не значило, что ей ничего не снилось — просто сколько бы она ни пыталась вспомнить, в голове не оставалось ни единого образа. Она потрясла головой, чтобы окончательно прогнать сон. По привычке взглянув на будильник, она заметила, что уже почти семь — самое время для завтрака. То ли сказывалось самовнушение, но ей казалось, будто она чувствует аромат мяса.
Полагая, что Шань Юэ еще не проснулась, Шань Юй бросила взгляд в её сторону и с удивлением обнаружила, что раскладной диван уже убран в прежнее положение, а самой гостьи и след простыл. Её одеяло было аккуратно сложено под подушкой, создавая вокруг ощущение звенящей пустоты.
— С добрым утром, Сяо Юй.
Едва Шань Юй привела себя в порядок и вышла из комнаты, как услышала голос Шань Чуи. Она слегка замерла, ошеломленно приоткрыв рот. Папа обычно пропадал в лаборатории сутками, почему сегодня... Шань Юй слегка нахмурилась и перевела взгляд на обеденный стол, где оживленно беседовали два человека. В её сердце внезапно всколыхнулась обида: папа так редко разговаривал с ней в такой манере.
Чувствительность восприятия Шань Юэ была невероятно высока, и угрюмый взгляд Сяо Юй, разумеется, не укрылся от её внимания. Шань Юэ мягко улыбнулась, однако прежде чем она успела что-то сказать, Система Сяо Хэй первой передала ей сигнал по нейросети:
[Дзинь~ Гуманоид, ты еще не ответила на наш прежний запрос, если продолжишь так улыбаться, у тебя действительно зависнет процессор.]
Шань Юэ проигнорировала это и лишь произнесла:
— Сяо Юй, иди завтракать.
Шань Юй тихонько угукнула, подошла и села за стол. Бросив беглый взгляд на угощение, она увидела паровые булочки баоцзы, жареные палочки ётяо и молоко. Столь странное сочетание продуктов Сяо Юй изобрела сама — в конце концов, обычно люди привыкли запивать баоцзы соевым молоком. Выражаясь словами самой Сяо Юй, у молока с булочками был совершенно особенный вкус.
Смотрю на любимые булочки, но аппетита почему-то нет, — подумала Шань Юй и, чтобы заполнить неловкость, спросила:
— А где тетушка Цин?
— Она ушла пораньше, — без каких-либо скрытых смыслов ответил Шань Чуи.
— А...
Сама не зная почему, Шань Юй чувствовала, как на душе скребут кошки, словно её собственную, принадлежащую только ей отцовскую любовь кто-то безжалостно отобрал. Внезапно эта вновь обретённая сестра-близнец перестала вызывать у неё прежний восторг.
Следующие несколько минут все трое молчали, атмосфера вмиг стала тяжелой и неловкой. И все же под этой кажущейся тишиной скрывался тайный, незвучный обмен репликами!
Не выдержав настойчивых напоминаний Системы, Шань Юэ мысленно усмехнулась: Система, тебе пора обновляться. Подразумевалось, что раз та не справляется даже с элементарным управлением мимическими мышцами лица, значит, апгрейд действительно необходим.
Когда человек улыбается, даже это простейшее на вид движение задействует по меньшей мере десяток лицевых мышц. К тому же человечество владеет сотнями уникальных улыбок.
[Дзинь~ Обнаружен запрос гуманоида. Запрос принят, приступить к обновлению прямо сейчас?]
Уголки губ Шань Юэ слегка занемели, и она поинтересовалась:
— Сколько времени займет обновление?
[Дзинь~ Ориентировочное время — три месяца. Во время обновления системы произойдет её автоматическое отключение. Подтверждаете запуск?]
— Сяо Юэ? Сяо Юэ! — внезапно чей-то голос вывел её из задумки, а перед глазами замаячили чьи-то руки. Шань Юэ слегка встрепенулась, подняла взгляд на Шань Чуи и издала короткий звук:
— А... Пап, ты мне?
— Ну надо же, умудриться зависнуть над обычной булкой, о чем это ты думаешь?
http://bllate.org/book/34222/4215410
Готово:
