Выглядел он упрямо и жалко.
— Пэй Инцзюэ, я Альфа, и даже без феромона остаюсь чистокровной Альфой. Тебе не нравится — можешь отказаться... — внезапно отвернувшись, произнес юноша. Его ресницы затрепетали, как крылья бабочки, пока, не в силах больше сдерживаться, кристальная слеза не сорвалась с них и не упала на белоснежное постельное белье.
— Не нужно так. Ты унижаешь себя и оскорбляешь меня.
Ресницы Пэй Инцзюэ дрогнули; с его ракурса отлично было видно клочок марли, выглядывающий из-под воротника рубашки на затылке Су И.
Заклеено неуместно плохо, повязка слегка съехала, казалось, ее наложили в большой спешке.
Врачи обычно не допускают подобных оплошностей, значит, пострадавший сильно торопился.
Куда же спешил Су И?
Пэй Инцзюэ перевел взгляд на тумбочку, где лежали растрепанные бумаги, от которых, казалось, еще исходил теплый воздух.
Его глаза на мгновение замерли.
Су И был прав: он Альфа, к тому же младший молодой господин семьи Су. Даже без феромона найдется бесчисленное множество омег, готовых вклиниться в его жизнь.
Затевая игру с ним, Су И не стал бы так рисковать и отдавать себя во власть другой Альфе.
Но как тогда объяснить появление Су И в заброшенной каптёрке?
В тот момент Су И должен был находиться в актовом зале на церемонии награждения, и если не намеренно, то как он вообще мог очутиться в заброшенной каптёрке?
Пэй Инцзюэ молчал слишком долго, и для юноши это молчание выглядело как самый недвусмысленный отказ.
Сидевший у кровати юноша горько улыбнулся, сгоняя с лица последние следы уязвимости. Опустив голову, он достал из кармана какой-то тщательно завернутый предмет.
Пэй Инцзюэ наблюдал, как юноша бережно разворачивает ткань, и первым делом узнал в ней порванную рубашку. Слой за слоем ткань отступала, обнажая то, что скрывалось внутри — целую, невредимую медаль.
Состязания, организованные совместно шестью ведущими учебными заведениями, считались престижнейшим турниром среди вузов Империи, и на каждой вручаемой медали выбивались уникальный серийный номер и имя.
На этой медали отчетливо красовался иероглиф «Пэй» и номер 11003.
Награда, принадлежащая исключительно Пэй Инцзюэ.
Откуда она у Су И? Пэй Инцзюэ поднял глаза.
— Это твоя медаль. Увидев, как ты спешно уходишь, преподаватель попросил меня передать ее. — Юноша улыбнулся, глядя на медаль, но тут же о чем-то вспомнил и опустил взгляд. — Возвращаю.
Су И осторожно положил медаль рядом с рукой Пэй Инцзюэ, оставив между ними зазор в дюйм.
Взгляд Пэй Инцзюэ замер. Он окинул парня оценивающим взглядом, надеясь разглядеть на его лице обман или торжество триумфатора, но там не было ничего.
Су И, похоже, больше не лгал.
Неужели он неправильно его понял?
Закончив со всем, юноша словно лишился последних сил. Его лицо слегка посветлело, он поднялся на ноги, и его качнуло из стороны в сторону, но он лишь бросил на Пэй Инцзюэ полный привязанности и сдержанности взгляд.
— Тогда я... пойду, а ты не забывай измерять температуру.
С этими словами Су И, не оглядываясь, широким шагом направился к двери и молча отсчитывал про себя:
Три.
Два.
Один.
В тот самый миг, когда рука Су И коснулась дверной ручки:
— Как знаешь.
Су И приподнял бровь, а когда обернулся, на его лице застыли лишь изумление и растерянность.
— Что?
Однако лежавший на больничной койке Пэй Инцзюэ невольно отвернулся в сторону; его уши слегка покраснели, но язык по-прежнему оставался острым:
— У тебя девичья память.
— Ты правда согласился?!
Радостный голос юноши эхом разнесся по палате. Пэй Инцзюэ скосил глаза и увидел, как парень торопливо прикрыл рот рукой, быстро-быстро подбежал к кровати, присел на корточки и, задрав голову, заговорил с ним шепотом.
— Я... я что, сплю?! Ущипни меня кто-нибудь... А, ладно, я сам.
Юноша легонько ущипнул себя за руку и тихонько охнул от боли, на тыльной стороне его белого запястья расцвело красное пятно. Но он словно не чувствовал боли, сиял улыбкой, склонив голову набок, и робко произнес:
— Ты правда... согласился?
Пэй Инцзюэ опустил взгляд.
Ему было трудно описать это ощущение.
В Колледже Мориэти царило жесткое классовое деление: феромон стоял на первом месте, но наряду с ним решающую роль играли и семьи, и студенты из влиятельных родов держали нос по ветру.
Никто из них не стал бы, как Су И, после незаслуженных обвинений сидеть на корточках у чужой койки и с глазами, похожими на драгоценные камни, тихо и с надеждой расспрашивать студента низшего звена.
И это при том, что слезы на глазах еще не высохли.
Какой же дурак.
Пэй Инцзюэ отвел взгляд и холодно бросил:
— Условимся о трех правилах.
Услышав леденящий голос Пэй Инцзюэ, Су И моргнул и без колебаний ответил:
— Идет.
Люди страсть как любят устанавливать правила, чтобы сдерживать себя и других.
Су И очень нравилась эта человеческая черта, ведь совестливые люди обычно куда строже контролируют самих себя.
Очевидно, Пэй Инцзюэ был как раз из таких.
Иначе он бы ни за что не передумал в ту же секунду после парочки актерских трюков и демонстрации нужных эмоций.
— Сначала измерь температуру, ладно? Я немного переживаю за тебя.
Су И, разумеется, не забыл: будучи примерным тайным поклонником, полагалось неусыпно следить за каждым шагом объекта воздыхания.
Ведь объект — превыше всего.
Услышав это, Пэй Инцзюэ бросил на него короткий взгляд и поднял оставленный на кровати градусник.
— Я говорю — ты записываешь, — едва успев стряхнуть термометр, произнес Пэй Инцзюэ, словно стремясь поскорее провести между ними черту.
Су И не имел ничего против, ведь человеческие мысли имеют свойство меняться. Просто записать в телефон ему казалось недостаточно, в идеале — распечатать на бумаге, чтобы черным по белому, и никто уже не смог бы отказаться от своих слов.
— Первое: ты помогаешь мне с лечением, а я по мере возможностей буду оказывать тебе неромантическую помощь — с проектными заданиями и последующим формированием практических команд.
Су И приподнял бровь.
Тут явно намечалась чисто деловая сделка, а вовсе не любовные разборки.
Победа на лиге была лишь входным билетом, за ней следовали практические экзамены, оценка успеваемости в колледже и прочие проверки, а в финале, по сумме баллов, путевки в штаб-квартиру Альянса получала лишь первая тройка, тогда как остальным доставались места в неплохих корпорациях за пределами Альянса.
При этом на долю совместной практической работы в командах приходилось целых пятьдесят процентов.
Что же до Пэй Инцзюэ, его выступление на турнире можно было назвать блестящим: если не брать в расчет проблему с феромонами, его комплексные показатели занимали первое место среди всех участников.
Су И рассчитывал лишь вылечить собственное тело, но никак не ожидал сорвать такой куш...
Он поспешил всё записать, опасаясь, что этот парень передумает.
— Второе: если ты не захочешь продолжать, то можешь в любой момент всё прекратить, но дело останется в строжайшем секрете.
Рука Су И замерла. Он поднял взгляд на Пэй Инцзюэ.
Тот спокойно смотрел на него, и на его лице не отражалось ни тени сомнения.
Он отдает инициативу в его руки?
Су И внутренне усмехнулся: не будь это виртуальным миром, он бы с удовольствием закрутил с этим парнем нечто большее.
— Третье: я не отвечу на твое признание.
Пэй Инцзюэ говорил твердо и безапелляционно, не оставляя лазеек.
При текущих обстоятельствах, искренними были чувства Су И или нет, они уже связаны обязательствами.
Если они фальшивые, то на почве взаимной выгоды люди держат слово куда крепче.
Если же искренние — выросший на вершине мира молодой господин, должно быть, за всю жизнь ни разу не получал отказов, а значит, очень скоро пресытится этим, что избавит их обоих от хлопот с навязчивыми преследованиями в будущем.
Пэй Инцзюэ лишь равнодушно смотрел перед собой, а сидевший у кровати юноша понурил голову, казалось, сильно опечаленный.
Но так было нужно, он никогда не сможет полюбить Су И.
— Система, это ведь и вправду испытание, а не награда?
Су И едва сдерживался, чтобы не опустить голову еще ниже и не выдать переполнявшую его радость, и мысленно вопрошал систему.
Среди всех встреченных им людей этот был единственным, кто не бегал за ним в попытках выбить определенный статус.
— Неужели такие люди существуют в реальности? То есть, когда вы, Трибунал, создавали этот виртуальный мир, у данного персонажа был прототип? Думаю, мы бы с ним отлично сошлись.
Чем больше Су И присматривался к этому человеку, тем сильнее он ему нравился.
Потенциал в плане секса неплох, сам заботливый, не навязывается, не проявляет собственничества и не страдает замашками маньяка.
Просто идеальный человек в представлении любого суккуба!
Разумеется, даже в порыве радости Су И не забывал о своей роли тайного поклонника.
Юноша медленно, словно заторможенно, дописывал последний пункт соглашения, а когда поднял голову, выдавил из себя улыбку, выглядевшую чересчур натянутой.
Совсем как и предполагал Пэй Инцзюэ, ему наверняка редко доводилось слышать отказы.
— Спасибо, — помолчав, мягко произнес Су И. — Мы можем обменяться контактами?
Только тогда Пэй Инцзюэ вспомнил про собственный телефон. Он отчетливо помнил, что после того, как он спрятался в заброшенной каптёрке, батарея села, из-за чего он и застрял на том месте.
— Телефон, должно быть, уже зарядился, — заботливо подсказал Су И, указывая на тумбочку.
Пэй Инцзюэ посмотрел туда: да, под стопкой медицинских карт лежал его аппарат. Нажав на кнопку включения, он убедился, что аккумулятор полон.
— Спасибо. — Пэй Инцзюэ выдернул шнур зарядки, добавил Су И в контакты и добавил: — Я переведу тебе деньги за лекарства.
Су И беспомощно улыбнулся:
— Ну ладно.
Этот парень и впрямь вознамерился провести четкую грань между ними.
Вжух-вжух...
Прежде чем Су И успел подсчитать сумму, раздался звонок. Посмотрев на имя звонящего на экране, он слегка прищурился.
Это был его старший брат, Су И.
— Прошу прощения, я отвечу на звонок.
Су И быстрым шагом вышел из палаты и, убедившись, что дверь плотно закрыта, нажал на кнопку приема.
— Су И, ты где?
Раздался сдержанный, густой голос, от которого Су И невольно сильнее сжал телефон в руке.
Что это значит?
Пытается поймать его на тайном побеге с домашнего банкета?
— А, банкет уже закончился? Я все еще в колледже, — нашелся Су И.
Он не мог позволить Су И узнать, что его недуг излечим, иначе все планы рухнут в одночасье.
— Что-то случилось? — переспросил Су И.
Собеседник на том конце провода, казалось, усмехнулся. Су И нахмурился, ощутив нехорошее предчувствие.
— Су И, я у ворот твоего колледжа.
Неторопливый голос заставил сердце Су И ухнуть вниз, а следом до него долетели слова Су И, в которых невозможно было разобрать ни гнева, ни радости:
— Придешь сам или мне заехать за тобой лично?
Примечания переводчика:
Глава 4. Фальшивый младший господин альфа х Настоящий младший господин альфа (4)
[Сегодня вечером — банкет по случаю повышения твоего брата, однако он на нем не появился, а объявился на праздничном банкете в Колледже Мориэти.]
[Обнаружив твое отсутствие в учебном заведении, он позвонил тебе и разоблачил твою ложь.]
http://bllate.org/book/34192/4211055
Готово:
