Подумав, он стер написанное.
В итоге отправил лишь одну фразу:
【Счастливого пути.】
Отправив сообщение, он перевел телефон в беззвучный режим и засунул его в самое глубокое отделение рюкзака.
16:10. Школьный автобус выехал от Западного вокзала Пекина.
За окном поток машин на Третьем транспортном кольце тянулся бесконечной вереницей, а стекла высоток отражали слепящий свет.
Лян Юй откинулся на спинку сиденья. Болтовня Чэнь Минчуаня, звучавшая у него над ухом, не могла заглушить фантомные звуки поезда, мчащегося по рельсам —
Тук-тук, тук-тук, тук-тук.
Будто кто-то очень далеко бросил монетку в старый жестяной почтовый ящик, и эхо разнеслось на долгие версты.
Он закрыл глаза, и в памяти всплыла картинка, увиденная всего несколько часов назад:
Перрон станции Лайян, кончики пальцев, передающие серебристые наушники;
Нарезанная кубиками курица гунбао в контейнере с обедом;
Мандарин, от которого он поморщился из-за кислинки, но услышал в ответ:
— Сладкое оставим на следующий год.
Лян Юй открыл глаза. Небо Пекина было высоким и далеким, а облака напоминали клочья ваты, разорванные чьей-то рукой.
Про себя он беззвучно добавил:
— Увидимся в следующем году.
Глава 4. Новая встреча
Глава 4. У ворот Университета Цинбэй (Новая встреча)
— Если огромный Пекин — это гигантская доска для го, то восточные ворота Университета Цинбэй — это Тяньюань, центральная точка, отполированная до блеска бесчисленными касаниями пальцев.
1. 16:50. После полудня
Школьный автобус десять минут простоял в пробке на Третьем кольце, словно синий кит, выброшенный на сушу.
Лян Юй прислонился лбом к оконному стеклу, нагретому солнцем до обжигающего тепла. Вдали в мареве зноя покачивались восточные ворота Университета Цинбэй —
Два столба из белого нефрита поддерживали входную конструкцию с крышей в стиле сешань, а позолоченные иероглифы названия Университета Цинбэй, казалось, вот-вот расплавятся под палящим солнцем.
У ворот кишел народ:
Волонтеры в красных жилетках, кураторы с табличками факультетов, уличные торговцы, продававшие питьевую воду, карты и циновки.
Стрекот цикад, доносившийся с платанов над головой, обрушивался вниз, подобно мощному ливню.
2. Высадка
Автобус наконец подъехал к остановке. Двери с шипением открылись, холодный воздух из салона столкнулся с уличным зноем, мгновенно окутав порог облаком белого тумана.
Лян Юй вытащил чемодан. Стоило подошвам коснуться земли, как они утонули в размягченном от жары асфальте — казалось, сама земля приветствовала тяжесть ног первокурсников.
Чэнь Минчуань выгрузил багаж и подмигнул ему:
— Я тут ориентируюсь, сначала в приемную комиссию факультета, а потом в общежитие.
Лян Юй кивнул, но его взгляд скользнул поверх толпы, остановившись под навесом неподалеку.
Там стоял стол для регистрации первокурсников Института финансов, на столе лежала стопка списков, а рядом возвышался рекламный стенд:
【Институт финансов приветствует новых студентов】
За столом девушка в бежевом тренче склонилась над списком, что-то подписывая.
— Сунь Ваньи.
Она словно почувствовала взгляд — подняла голову, и ее глаза, пронзив людской поток, столкнулись со взглядом Лян Юя.
Солнце было слишком ярким, Сунь Ваньи прищурилась, но уголки ее губ тут же приподнялись, словно кто-то чиркнул спичкой на ветру.
3. Людской поток
Процесс регистрации был похож на длинную змейку:
Проверка удостоверения личности → уведомление о зачислении → квитанция об оплате → кампусная карта → ключ от комнаты.
Лян Юй стоял в очереди на математический факультет. Перед ним была девушка с высоким хвостом, на чьем чемодане красовалась наклейка Гениальная девочка.
Девушка обернулась и улыбнулась ему:
— Привет, тоже на матфак?
Лян Юй кивнул.
— Меня зовут Сюй Суй, будем знакомы.
Он еще не успел ответить, как кто-то слегка коснулся его плеча.
Сунь Ваньи каким-то образом оказалась рядом. В руке она держала бутылку ледяной воды, капли конденсата с которой упали Лян Юю на тыльную сторону ладони.
— Снова встретились, — сказала Сунь Ваньи.
Лян Юй пробормотал что-то в ответ, чувствуя, как его уши медленно краснеют.
Сюй Суй переводила взгляд с Сунь Ваньи на Лян Юя, и ее глаза изогнулись полумесяцами:
— Вы знакомы?
Сунь Ваньи кивнула:
— Сидели рядом в поезде.
Тон был небрежным, словно она рассказывала о самой обыденной вещи.
А Лян Юй слышал свое сердцебиение — удар за ударом, отдававшиеся в самой хрупкой косточке грудной клетки.
4. Кампусная карта
Столы регистрации математического факультета и Института финансов стояли спиной к спине.
Лян Юй протянул уведомление о зачислении. Куратор поставил галочку в списке и вручил ему кампусную карту:
【Лян Юй Институт математических наук Набор 2023 года】
На фотографии для поступления его челка была подстрижена неровно, а взгляд напоминал рыбу, только что вытащенную из воды.
Рядом Сунь Ваньи получила свою карту:
【Сунь Ваньи Институт менеджмента Гуанхуа Набор 2023 года】
На ее фото она выглядела гораздо бодрее, уголки губ тронула улыбка, а серебряная брошь в виде самолета на воротнике блестела в свете вспышек.
Они обменялись картами, чтобы взглянуть, и одновременно вернули их обратно.
Куратор улыбнулся:
— Студенты, в будущем можете вместе посещать лекции по высшей математике, дополняя друг друга.
Сунь Ваньи кивнула:
— У меня как раз было такое намерение.
Лян Юй промолчал, лишь крепче сжал свою кампусную карту, края которой больно врезались в ладонь.
5. Тенистая аллея
Закончив с формальностями, они вместе направились в сторону общежитий.
Университет Цинбэй был настолько огромен, что напоминал небольшой город. Главная дорога, Дорога Знаний и Практики, была шириной в шесть полос, а платаны по обеим сторонам, которым перевалило за сотню лет, сплетали свои кроны в подобие арочного тоннеля.
Солнечный свет, пробиваясь сквозь листву, рассыпался по земле мелкими осколками, словно россыпь танцующих медных монет.
Лян Юй катил чемодан, колеса которого с сухим хрустом переезжали опавшие листья.
Сунь Ваньи несла за спиной черный рюкзак и шла расслабленным шагом, но умудрялась все время оказываться ровно плечом к плечу с Лян Юем.
Прохожие то и дело оглядывались — бежевый тренч был слишком заметен в толпе, словно белый парус, раздуваемый ветром.
Лян Юй опустил голову и увидел, как их тени на земле наложились друг на друга, растянувшись на очень длинное расстояние.
6. Перекресток
Дойдя до развилки у Сада Хайтан, указатели направили их в разные стороны:
【Общежития математического факультета → Корпуса Хайтан 1-6】
【Общежития Института менеджмента Гуанхуа → Корпуса Цзыцзин 1-4】
Они одновременно остановились.
Сунь Ваньи заговорила первой:
— Я живу в Цзыцзин 3.
Лян Юй:
— Я — в Хайтан 4.
Расстояние между ними было метров восемьсот, как раз через баскетбольную площадку.
Сунь Ваньи достала из кармана две конфеты — одну мятную, другую мандариновую.
— Выбирай.
Лян Юй взял мандариновую.
Сунь Ваньи бросила в рот мятную и проговорила, едва шевеля губами:
— Увидимся завтра на военной подготовке.
— Угу.
Они развернулись и пошли в противоположные стороны.
Лян Юй сделал несколько шагов и оглянулся — Сунь Ваньи как раз тоже обернулась.
Солнечные лучи пробились сквозь платаны, усыпав пространство между ними золотой крошкой.
Сунь Ваньи подняла руку, изображая бумажный самолетик, и легонько запустила его в сторону Лян Юя.
Лян Юй инстинктивно попытался поймать его, но схватил лишь пригоршню ветра.
Он опустил голову, развернул мандариновую конфету и положил ее в рот —
От кислоты он зажмурился, но в следующую секунду уголки его губ поползли вверх.
Сладкое на следующий год, подумал он, оказывается, в этом году можно попробовать заранее.
7. Общежитие 404
Корпус Хайтан 4, комната 404.
Дверь была приоткрыта, изнутри доносился громкий голос Чэнь Минчуаня:
— Брат, иди скорее глянь, кондиционер вообще не холодит!
Лян Юй толкнул дверь. Четыре кровати-чердака со столами внизу. Место у окна уже было застелено — сине-белая клетка напоминала море, выцветшее на солнце.
Чэнь Минчуань протянул ему бутылку ледяной колы:
— Комендантша сказала, что пульты выдадут вечером централизованно.
Лян Юй поблагодарил его, закатил чемодан к кровати и открыл — сверху лежала старая гитара, обернутая газетой.
Он развернул сверток и дернул за струну — струна Соль издала легкое дрожащее эхо.
За окном сгущались сумерки, одна за другой зажигались фонари в кампусе.
Лян Юй достал телефон, на экране висело непрочитанное сообщение в Вичате:
【Сунь Ваньи】: В Цзыцзин 3 кондиционер работает нормально, заходи в любое время охладиться.
【Сунь Ваньи】: Кстати, мой сосед сказал, что у вас в комнате кондиционер неисправен, нужна помощь?
Палец Лян Юя завис над экраном, он долго не отвечал.
Через некоторое время он открыл заметки и создал новую:
【Задачи: Завтра перед военной подготовкой первым делом сходить в Цзыцзин 3 и одолжить пульт】
Закончив, он положил телефон экраном вниз на стол, взял гитару и легонько взял аккорд До-мажор.
Звук струн разнесся по комнате 404, словно запоздалое приветствие.
За окном зашелестели листья платанов, словно отвечая ему.
— Ветер Цинбэя наконец-то долетел и до них.
Глава 5. 404!
Глава 5. Общежитие 404 (Конфликт из-за койко-места)
— Табличка на двери 404 висела криво, один из гвоздей ослаб, и она напоминала молочный зуб, который вот-вот выпадет.
1
В семь вечера из четырех ламп дневного света в комнате 404 горели только три, а четвертая жужжала под потолком, будто собираясь устроить забастовку.
Лян Юй прислонил гитару к стене и огляделся: четыре кровати-чердака, сине-белые клетчатые занавески были у всех одинаково задернуты, словно шторы, которые не успели закрыть.
Место у окна уже было обжито — клетчатое белье, гречишная подушка, черная подушка в виде кошачьей лапки.
Чэнь Минчуань лежал на этой кровати, наклеивая защитную пленку на телефон. Услышав шум, он махнул Лян Юю рукой:
— Брат, ты спишь рядом со мной, третья кровать, я тебе занавеску уже задернул.
Третья кровать находилась прямо у двери. На столе лежал тонкий слой пыли, а в ящике осталась забытая кем-то из прошлых выпускников таблица занятий.
Лян Юй поставил чемодан поперек и только собрался его открыть, как дверь с грохотом распахнулась.
2
Сначала в комнату влетела гитара, а потом показался и сам парень.
Рост под метр девяносто, в майке, под мышкой скейтборд, за спиной — огромный тридцатидюймовый чемодан, колеса которого блестели от постоянного использования.
— Йо, новые соседи?
Он поставил гитару в угол. Его голос звучал, как шипение только что открытой газировки.
— Чэн Фан, Институт менеджмента Гуанхуа, вокалист и ритм-гитарист.
Закончив, он показал рукой жест козы, и две цепочки металлических браслетов на его запястье зазвенели в такт.
http://bllate.org/book/34109/4199240
Готово:
