Один на один: человек и свинья. Хо Сюань бросил мимолетный взгляд на змейку, затем снова перевел глаза на мордочку Сяо Чжу и тихо произнес:
— Ее превратили в змею. Ты никогда не думал, что, возможно, кто-то точно так же навредил и тебе, превратив в это?
Чжу Синцзы остолбенел. Он немного подумал и покачал головой:
— Ни за что! Я с самого рождения был маленькой ароматной свинкой, к тому же мне ужасно нравится быть свиньей. Разве можно так жестоко вредить кому-то? Хороший мой, ты ведь просто надумал лишнего.
Хо Сюань: «……»
Ма Саньнян смотрела на парочку — человека и свинью, застывших неподалеку, и находила это просто комичным.
Она знала, что ей не вырваться из лап Хо Сюаня, поэтому махнула на все рукой и, припав к земле, просто ждала смерти.
Она не боялась умереть, вернее, она уже давно ждала прихода смерти. Единственным сожалением было то, что ей не суждено воочию увидеть конечные результаты трудов того господина... К счастью, она заранее заглянула с помощью колдовства в ту потрясающую тайну Шести Миров из прошлого и прекрасно понимала, что появление того господина перевернет здесь все вверх дном... Однако именно из-за этого Небесный Путь и превратил ее в подобное создание.
В этот момент сверху на нее упал леденящий взгляд.
Хо Сюань подхватил Сяо Чжу на руки, придерживая одной рукой, и, бросив на нее взгляд, процедил всего два слова:
— Применяй технику.
— Мечтай! Хочешь убивать — так бей и режь сразу!
Хо Сюань окинул ее презрительным взглядом и позвал стоявшего за дверью Те Вэйвэя:
— Муж и приемный сын Ма Саньнян умерли от внезапных болезней с разницей в полгода, они похоронены под деревом к северо-западу от ее дома. Принеси тела этих двоих.
— Что ты задумал? — опешила Ма Саньнян. — Неужели ты собираешься глумиться над трупами у меня на глазах? Ха-ха-ха... Смерть гасит все огни! Подумаешь, всего лишь безжизненная оболочка, неужели ты думаешь, что этим сможешь меня испугать?
Хо Сюань произнес:
— Твой муж знал тебя с юных лет, вы прошли вместе через огонь и воду. Приемного сына ты подобрала сиротой на кладбище; он был разумным и преданным, а когда ты заболела, хромал, собирая для тебя целебные травы. Вы жили душа в душу... Полгода назад они один за другим скончались от внезапной болезни, и именно тогда ты перестала спускаться с горы. Ты похоронила их под одним деревом, чтобы их души срослись корнями и в следующей жизни они снова стали одной семьей...
Змеиные зрачки слегка затрепетали. Она подумала, что Хо Сюань собирается срубить дерево, и, сжав зубы, выпалила:
— Кому вообще есть дело до следующей жизни? Это всего лишь пустые надежды, а небеса испокон веков идут наперекор людским желаниям!
Хо Сюань равнодушно кивнул:
— Раз ты так легко ко всему относишься, я сегодня же превращу их кости в пыль и переплавлю в Печи для переплавки злых духов, избавив от мук перерождения. Как тебе такое?
Ма Саньнян с неверием уставилась на него.
На лице Хо Сюаня не дрогнул ни один мускул:
— Немедленно принести тела. Сжечь!
Те Вэйвэй отдал воинское приветствие и принял приказ, но тут Ма Саньнян истошно завопила:
— Нет! Только не это! Ладно, ладно... Разве трудно выяснить происхождение какой-то свиньи? Я все сделаю, как ты просишь!
Сяо Чжу, который с минуту царил в полном недоумении, тут же встрял:
— Ты все перепутал, это мне нужно снять яд!
Ма Саньнян закатила глаза. Хо Сюань внезапно опустил Сяо Чжу на землю и тихо бросил:
— Ты не отравлен.
Чжу Синцзы замер.
Хо Сюань тоже умолк.
Сначала он сказал это лишь для того, чтобы тот не устраивал балаган в дороге, но никак не ожидал, что этот дурачок будет безоговорочно верить до самого конца.
Обдумав ситуацию, Сяо Чжу наконец сообразил, что его провели, широко открыл пасть, но не смог вымолвить ни слова.
Ма Саньнян к этому моменту тоже поняла, что Хо Сюань просто пугал ее, но брать свои слова обратно она не смела — в конце концов, перед ней был Хо Сюань, и он вполне мог совершить что-то безумное. Ее недавняя реакция уже выдала ее слабое место, и отступать назад было бессмысленно... К тому же копаться в прошлом какой-то свиньи никак не мешало планам того господина, поэтому она покорно согласилась:
— Колдовать нужно в моей горе, и обязательно в полночь, причем никого постороннего быть не должно. Когда вы вернете меня и эту свинью в горы, вы обязаны сразу же уйти.
Хо Сюань велел Те Вэйвэю:
— Иди сжигай.
Ма Саньнян тут же охватила ярость и страх:
— Ладно! Можешь присутствовать!
Хо Сюань отпустил Те Вэйвэя.
Ма Саньнян от злости даже потемнела лицом — вернее, змеиной мордой.
Дело с Ма Саньнян было улажено. Сяо Чжу безмолвно запрыгнул на кровать и отвернулся к ним спиной.
Хо Сюань какое-то время смотрел на эту спину, а затем велел Те Вэйвэю сходить на рынок и купить свежих фруктов.
Стоило людям уйти, как мужчина принялся ждать, пока Сяо Чжу сорвет злость.
Однако Сяо Чжу молчал очень долго и так ничего и не сказал.
Хо Сюань шагнул вперед, опустил взгляд — и его веки едва заметно дрогнули.
Сяо Чжу уже сладко посапывал во сне.
—……
Хо Сюань поднял руку, та замерла в воздухе на полпути, но он все же ткнул свинью в нос.
— Хр-р... — розовый пятачок с недовольным сопением зашевелился и инстинктивно оттолкнул эту руку.
На пальце остался влажный след.
Хо Сюань не удержался и, застыв в нерешительности, ткнул снова.
На этот раз Сяо Чжу медленно приоткрыл глаза, растерянно посмотрел на собственный нос, а затем на Хо Сюаня.
— Сердишься?
Сердится? Чжу Синцзы ничего не понял, но все же поднялся. Поразмыслив немного, он просветленно изрек:
— Ты насчет отравы? Эх, уж лучше бы это была настоящая отрава, чем узнать, что ты меня обманул... Ну да ладно, можно сказать, желание исполнилось, больше не придется ломать голову над антидотом! Как пропали заботы — сразу лег и заснул!
Хо Сюань остолбенел.
Свинья поскребла копытцем пузатое брюшко и продолжила:
— К тому же, я ведь раньше съел твою Пилюлю Долголетия, а ты даже не рассердился и привез меня сюда искать родителей. Какое же у тебя широкое сердце! Мне следует поучиться у брата Хо. Но вообще-то, мне достаточно помнить маму, а отец — всего лишь племенной хряк, можно и не вспоминать... Перестань уже пугать ту бабушку, в конце концов, она имеет полное право не хотеть смотреть на рождение поросят.
—……
— И все же, одно слово я должен сказать, — Сяо Чжу вдруг с беспокойством посмотрел на него. — Я еще в даосском храме слышал от паломников, что добрых людей всегда обижают... Брат, ты слишком добрый, ты хоть понимаешь это?
—……
Хо Сюань с усилием отвел взгляд, подавляя судорогу в уголках губ, в то время как в груди у него полыхало ничем не объяснимое пламя.
С такой доверчивостью — как он вообще умудрился прожить на воле целых двадцать лет? Если он сбежит в будущем, даже страшно представить, в чьи руки он угодит и как над ним станут издеваться!
При этой мысли гнев вспыхнул с новой силой. Он уже открыл рот, собираясь высказать все, как вдруг Ма Саньнян громко расхохоталась над словами свиньи и издевательски бросила:
— Ах ты глупая свинья, тебя же этот злодей бессовестно обвел вокруг пальца! Знаешь ли ты, что он в прош... Мр-р-м-м!
Хо Сюань не только запечатал змее рот, но и послал изо рукава сгусток ци, отчего та безвольно рухнула на пол, полностью потеряв сознание.
— Что с бабушкой? — Сяо Чжу вытянул шею.
— Заботы пропали, она уснула, — ответил Хо Сюань.
Сяо Чжу неуверенно протянул: — Ох... — и тут же добавил: — А я еще хотел спросить, не знает ли она, откуда взялись все эти цзянши?
Рука мужчины в рукаве шевельнулась, мгновенно снимая заклятие с Ма Саньнян.
Ма Саньнян уже успела прочувствовать всю коварность Хо Сюаня, а потому на этот раз стерпела и промолчала. Однако услышала голос Хо Сюаня:
— Она притворяется спящей.
Ма Саньнян: ???
Сяо Чжу посмотрел — и правда, змея открыла глаза. Он тут же поспешил спросить:
— Бабушка, а вы не знаете, почему у нас тут появилось так много цзянши?
Выражение лица змеи едва заметно изменилось, и она злобно бросила:
— Без понятия!
Разговор зашел в тупик, и Сяо Чжу умолк.
Хо Сюань посмотрел на то, как тот снова улегся в свое лежбище, и спросил:
— С чего это тебя вдруг заботят цзянши?
— Эх, ты же ничего не знаешь. Я с самого детства читал каноны и постигал Дао вместе с теми даосами, они считали меня Свиньей-оберегом и даже сшили для меня даосское облачение. Пусть я и не человек, но уже давно считаю себя даосом... Я даже совершал обряды упокоения для погибших в горах животных. А теперь, когда своими глазами видишь столько цзянши, становится немного грустно, вот мне и хочется разобраться, в чем тут дело.
—……
Хо Сюань окинул взглядом поросячье туловище:
— А где твое даосское облачение?
Вид у Сяо Чжу сделался такой, будто он говорил: «Ой, даже не спрашивай».
—……
Хо Сюань не собирался так просто отступаться. Он сверлил его взглядом, ожидая ответа.
Сяо Чжу пришлось смущенно признаться:
— Я стырил духовную траву с Мечевой Горы, и тогда... тогда... Впрочем, Дао, которое может быть выражено словами — не постоянное Дао, имя, которое может быть названо — не постоянное имя! Даосское облачение всегда в моем сердце!
Услышав два слова — Мечевая Гора, — Хо Сюань помрачнел. Он тут же сообразил, каким образом эта свинья объявилась в его Пещера культиватора... Подавив вспышку убийственного намерения, он снова посмотрел на Сяо Чжу.
http://bllate.org/book/34106/4198982
Готово:
