Те Вэйвэй произнес:
— Ровно сто лет.
У Сяо Чжу от удивления округлились глаза:
— Сто лет? А на вид тебе всего лет двадцать-тридцать!
Те Вэйвэй усмехнулся:
— Я ведь не простой смертный. Когда культивация достигает определенного уровня, сохранить молодость совсем не трудно.
Сяо Чжу перевел взгляд на Хо Сюаня:
— Братец, а ты тоже прожил сто лет?
Хо Сюань приподнял веки.
Те Вэйвэй поспешно встрял:
— Нашему господину за триста.
Сяо Чжу отшатнулся на шаг назад:
— То-то я думаю, почему он меня игнорирует... Оказывается, он слишком старый.
Что?!
Те Вэйвэй чуть не бросился затыкать ему рот, но в следующее мгновение увидел, как Хо Сюань взял Сяо Чжу на руки:
— Сто лет пролетают как одно мгновение, разве это старость?
Те Вэйвэй разинул рот.
Сяо Чжу задумчиво произнес:
— Пожалуй, ты прав.
Все его знакомые животные тоже были в солидном возрасте.
Хо Сюань опустил его на пол, после чего перестал закрывать глаза и принялся искоса поглядывать на него.
Те Вэйвэй поспешно сменил тему:
— Братец Сяо Чжу, ты говорил, что потом сбежал из даосского храма и жил сам по себе. Но в глухих горах и дремучих лесах очень опасно! Как же ты выживал, такой крошечный?
Стоило зайти об этом речь, как Сяо Чжу воодушевился:
— Дерево пересадишь — оно погибнет, а свинья перейдет — выживет! Я специально выбрал дикие, необитаемые горы и глушь, так что охотников там отродясь не встречал!
— ... — Те Вэйвэй едва не лишился чувств от такого ответа. По сравнению с охотниками, дикие звери для тебя — куда большая угроза, не так ли?
Сяо Чжу радостно продолжил:
— Дальше всё было несколько сложнее... В общем, я завел много друзей среди зверей. Когда мы получше узнали друг друга, стали жить вместе, ладили прекрасно, а после успешной охоты всегда делили добычу поровну. Я еще ни разу не голодал... Если бы некоторое время назад мне не показалось, что я умираю, я бы ни за что их не бросил. Эх.
У Те Вэйвэя тут же загорелись глаза. Собравшись выведать побольше подробностей, он уже хотел было развить успех, но тут подал голос Хо Сюань:
— Ты сам-то хоть раз охотился успешно?
Сяо Чжу замер и покраснел:
— Нет... Поэтому я не охочусь, а они позволяют мне и дальше служить свиньей-оберегом. О, чуть не забыл сказать: раньше в даосском храме я как раз и отвечал за то, чтобы оберегать дом от нечисти. Когда мой яд рассеется, я с радостью побуду оберегом в твоей Пещере культиватора, только не отказывайся.
Хо Сюань: «...»
Глава 5
Повозка тряслась в пути уже несколько дней, и все эти дни Чжу Синцзы проспал. Раньше он бы непременно размялся, но теперь, будучи отравленным, боялся лишних движений: они лишь ускорили бы распространение яда. Поразмыслив, он решил, что консервативное лечение будет самым надежным.
На седьмой день они переправились через реку и наконец прибыли в деревню Чэнь.
Незадолго до этого прошел дождь, воздух был прохладным, а под ногами хлюпала грязь.
Те Вэйвэй спрыгнул с повозки, сверился с картой, а затем посмотрел на каменную стелу, стоявшую перед каменным мостом. На ней действительно были высечены три иероглифа: деревня Чэнь. В остальном это место ничем не отличалось от любого обычного селения.
Из повозки выглядывал Сяо Чжу. Возможно, из-за дурной погоды на улице почти никого не было, лишь несколько прохожих несли за спиной по метле.
Сяо Чжу с любопытством склонил голову набок.
Так или иначе, до места они добрались. А где именно живет та старуха, можно постепенно выспросить.
Они сняли комнату в лучшем поблизости постоялом дворе. На улице народу почти не наблюдалось, зато в общем зале собралось немало постояльцев: все они с любопытством глазели на чужаков.
Хо Сюань сменил одежду на сдержанный черный наряд. От него исходила такая свирепая аура, что окружающие не смели смотреть ему в лицо и пялились исключительно на Сяо Чжу, который во все глаза озирался по сторонам у него на сгибе руки.
Какой-то старик, сочтя свинку весьма забавной, принялся потирать руки в надежде получше рассмотреть ее породу, но не успел даже приблизиться, как блеснувшее лезвие меча заставило его испуганно отпрянуть.
Клинок уже вышел из ножен, но в следующее мгновение мягкий свиной пятачок вернул его обратно.
Решив, что у спутника просто соскользнула рука, Чжу Синцзы покачал головой и устало хрюкнул.
Хо Сюань на мгновение замер, а затем продолжил путь.
Тем временем Те Вэйвэй расплатился за ночлег и уже собирался подняться наверх вместе со Сяо Чжу, как вдруг увидел, что Хо Сюань сам берет свинью на руки, уносит на второй этаж, заходит в комнату и запирает за собой дверь. Они не показывались даже к ужину.
Всё-таки он возился со Сяо Чжу уже несколько дней и опасался, что тот останется голодным. Дождавшись подходящего времени, Те Вэйвэй осторожно постучал в дверь:
— Господин, братец Сяо Чжу проголодался.
Едва он договорил, изнутри донеслось:
— Войдите.
Те Вэйвэй поспешно вошел с купленными на рынке овощными паровыми булочками и замер от изумления: Сяо Чжу стоял на низком столике и одну за другой уплетал очищенные личи.
Он растерялся: откуда у господина взялись личи? И главное... кто их почистил?
Хо Сюань стоял у окна и со сложным выражением лица смотрел на свинью.
Заметив вошедшего Те Вэйвэя, Чжу Синцзы забавно потянул носом и произнес:
— Братец Те, иди отведай!
— ... — Будь у Те Вэйвэя хоть десять жизней, он бы не осмелился взять и кусочка. — Откуда... откуда здесь личи?
— Внизу кто-то продает личи. Я подумал, что они помогут ослабить действие яда, и попросил господина Хо их раздобыть. Он такой нетерпеливый — сразу выпрыгнул в окно, я даже испугался.
...Ты еще и испугался? Да ты готов на голову господину забраться! Те Вэйвэй судорожно втянул воздух и с опаской покосился на Хо Сюаня. Тот уже отошел от окна и теперь искоса поглядывал на свинью:
— Впредь ничего не ешь без моего разрешения. В этом месте творится что-то неладное.
Те Вэйвэй тоже чувствовал, что здесь что-то не так, и поспешно заявил:
— Подчиненный немедленно пойдет всё разузнать!
В этот момент Сяо Чжу произнес:
— Наверное, тут завелись цзянши.
Те Вэйвэй от неожиданности ахнул и громко переспросил:
— Ты видел цзянши? Где?
Чжу Синцзы покачал головой:
— Не видел, но стоило нам ступить на земли деревни Чэнь, как воздух здесь наполнился трупным смрадом... Эй? Вы разве не чувствуете?
Лицо Хо Сюаня осталось бесстрастным: «...»
Те Вэйвэй возмутился:
— Какой еще трупный смрад? Это у твоего свиного носа чутье притупилось, вонизм от уличного навоза не отличил?
Сяо Чжу оскорбленно отвернулся и перестал обращать на него внимание.
Те Вэйвэй вовсе не принял его слова всерьез: какая еще свинья способна учуять трупный смрад? Он развернулся и вышел.
Спустившись в общий зал, он завязал непринужденную беседу с хозяином постоялого двора, но не успел подойти к главной теме, как с улицы донесся пронзительный визг. Тут же толпа посетителей вместе с трактирщиком привычно схватила метлы и с криками бросилась наружу!
Те Вэйвэй с любопытством вышел посмотреть и остолбенел.
На пустой площадке перед постоялым двором мужчина с ног до головы покрытый белой шерстью пытался наброситься на людей, но те в мгновение ока забили его метлами до неподвижности.
Беловолосый был облачен в погребальные одежды, тело его одеревенело, кожа не имела ни кровинки, он не мог ни говорить, ни кричать. От него исходил жуткий потусторонний холод и сильный смрад разложения — это определенно был не живой человек.
— Что здесь происходит? — преградил он путь какому-то прохожему в простом халате.
— Цзянши же! Ослеп, что ли?! — зло бросил тот через плечо, отмахнувшись от него рукавом.
Хотя Те Вэйвэй и служил шестеркой у негодяев из Мира Культивации, еще никто не смел разговаривать с ним в таком тоне. Он тут же силой притащил несчастного в комнату к Хо Сюаню, почтительно доложил господину обстановку, а затем резко щелкнул перед носом пленника клинком:
— Ты, птица безмозглая, добровольно кланяться не захотел, так получишь палкой! Выкладывай давай, что творится за окном!
Заметив устрашающий вид похитителя и еще более пугающего хозяина комнаты, а также оглядев стол, на котором красовалась задумчивая розовая свинья, мужчина решил, что столкнулся с разбойниками, пожирающими людей живьем. Он задрожал, рухнул на колени и запричитал:
— Уважае-е-мые господа, в нашей деревне Чэнь и взять-то нечего! Недалеко отсюда завелись цзянши, все богатеи давно разбежались, а те, кто остался, просто не имеют выбора... Теперь у нас даже нанять культиватора денег нет. Говорят, цзянши боятся метел, вот мы и спасаемся ими как можем...
Не успел он договорить, как Сяо Чжу возбужденно вставил:
— О, об этом я знаю! Те даосы рассказывали: стоит метлой взмахнуть — и цзянши упадет! И правда так!
Бедолага и так был перепуган до полусмерти, а когда услышал, что эта розовая свинка еще и человеческим голосом разговаривает, и вовсе решил, что связался с демонами. Закатив глаза, он лишился чувств и рухнул на пол.
Чжу Синцзы виновато поджал губы и смущенно покосился на Хо Сюаня.
Хо Сюань взмахнул рукой, применив простейшее заклинание, и через несколько мгновений тот пришел в себя.
Поняв, что сбежать не удастся и придется смириться с судьбой, мужчина больше не смел смотреть на свинью и с горькой миной во всех подробностях поведал предысторию.
Месяц назад в деревне Чэнь неожиданно восстал из мертвых покойник, которого еще не успели предать земле. Сначала сельчане решили, что дело в дурной геомантии этого дома, поэтому все вместе одолели цзянши и сожгли его, не придав случившемуся особого значения. Однако на следующий день появился второй мертвец, за ним третий... С тех пор цзянши стали появляться чуть ли не ежедневно, и к настоящему моменту их набралось уже около сотни. Приглашать даосов проводить ритуалы оказалось бесполезно. Среди жителей поселился панический страх: те, кто мог уехать, давно унесли ноги, а остались лишь те, у кого не было иного выхода...
http://bllate.org/book/34106/4198979
Готово:
