На тебе за то, что болтаешь что попало! На тебе за то, что твои глаза не способны разглядеть человека!
Человек, которого она больше всего уважала и которым восхищалась, действительно был Тан Сы, но вовсе не тот Тан Сы, что превратился в мастера обольщения.
Она сменила тему:
— Куда вы собираетесь сегодня?
— Наведаться к другу Фэйфэя.
— Понятно. Сопровождение требуется?
— Не нужно.
— Хорошо. Пожалуйста, не выключайте геолокацию. Если случится хоть какая-нибудь непредвиденная ситуация, я тотчас же примчусь к вам.
Жаньжань приколола к внутренней стороне его пальто маячок размером с пуговицу.
— Тогда счастливого пути.
Тан Сы легко ущипнул её за щеку. Перед каждым выходом из дома он непременно проделывал с Жаньжань какую-нибудь шутливую мелочь: то нос ей потреплет, то щелбан отвесит.
На его лице расцвела ослепительная улыбка, ещё более яркая и сияющая, чем солнце за окном:
— Не переживай, я поехал.
Для Тан Сы Жаньжань была всё равно что родная старшая сестра. Пусть он и слыл ветреным гулякой, но до подлости не опускался и никогда не стал бы посягать на сестру.
Что же до необходимости брать с собой трекер при каждом выходе из дома, то, как говорится, стыдиться тут нечего: считайте, что его один раз укусила змея, и теперь он целых десять лет боится даже кусков веревки.
В четырнадцатилетнем возрасте Тан Сы похитили, и он едва не лишился жизни из-за выкупа. Ему достался сценарий жизни настоящего богатого наследника — действительно находились те, кто хотел разбогатеть за счёт его смерти.
Самим ему не слишком хотелось ворошить прошлое, поэтому вдаваться в подробности он не стал. Подождём до того дня, когда он отпустит обиды и сможет спокойно говорить о пережитом.
Сюй Сялинь давал последние наставления Найгао. Были ли толку от этих нескольких дней ускоренной дрессировки, не знал никто, но он велел псу встретить Тан Сы как можно более радушно, сделать так, чтобы тот почувствовал себя как дома, забыл обо всём на свете и захотел остаться здесь навсегда, а лучше — чтобы ему вообще перехотелось отсюда уезжать.
Найгао: Всё, что ты тут наговорил, выше моего понимания, я всего лишь глупая и счастливая собака.
Однако Сюй Сялинь, казалось, упустил из виду одну деталь: фотография, которую Тан Фэй в своё время показал Тан Сы, была сделана в женском образе. Вместо того чтобы заставлять Найгао преисполняться сил небожителя, спускающегося с небес на помощь ради усмирения Тан Сы, ему стоило бы поломать голову над тем, как теперь объяснять свою принадлежность к мужскому полу.
Сюй Сялинь думал-думал, да так и не придумал ничего толкового, а потому решил положиться на искренность.
Не зря же говорят, что искренность — это лучшее оружие, и Тан Сы наверняка его простит.
Практика показала, что он переоценил свои силы: перед лицом обмана искренность действовала неважно. Даже ради Найгао Тан Сы вовсе не горел желанием оставаться наедине с каким-то мужчиной. Утонув лицом в пушистой и мягкой шерсти Найгао, он раз за разом поднимал голову и с подозрением разглядывал Сюй Сялиня:
— Я тебя помню, ты же парень Фэйфэя. И надо же было додуматься нарядиться в женское платье, чтобы заманить меня сюда! Каких это ты замышляешь прельстить коварных планов?
— Болтать языком попусту — дело нехитрое, но бросаться словами на ветер не стоит.
Сюй Сялинь радовался, что проявил дальновидность и назначил встречу с Тан Сы на время работы Сюй Цюсуна — услышь это его старший брат, несдобровать бы ему.
— К тому же идею с женским платьем подкинул твой младший брат. Я в худшем случае соучастник, а зачинщик — он.
Тан Сы поинтересовался:
— Значит, ты страдаешь от безответной любви к Фэйфэю?
Сюй Сялинь поморщился:
— Помилуй… Вовсе я в него не влюблен. Уж больно он дикий, обычным людям с ним не совладать.
— И никакого у тебя вкуса, а ведь у нашего Фэйфэя столько достоинств! Скажи ведь, Найгао?
Тан Сы защемил щечки Найгао пальцами и, даже не оборачиваясь, принялся отстаивать доброе имя младшего брата.
В силе оставалось незыблемое правило: младший ребёнок в семье всегда пользуется всеобщей любимью.
Видя, как Тан Сы буквально зарылся лицом в спину Найгао, Сюй Сялинь даже почувствовал лёгкую ревность к собственной собаке. Воспользовавшись моментом, он спрокёс у Тан Сы:
— Ты ведь даже не знаешь, кто мне нравится, с чего вдруг заявляешь, будто у меня нет вкуса?
— Ох, ну так просвети же меня.
Тан Сы говорил беззаботно — его сердце было полностью оккупировано Найгао и в данный момент не оставляло места ни для чего другого.
— Если на примете есть хорошие ресурсы, можешь подкинуть мне парочку. Но сразу предупреждаю: мне нравятся только старшие сестры, причём исключительно красавицы.
— Я в курсе.
Сюй Сялинь окликнул Найгао и подозвал пса к себе, силой возвращая Тан Сы из райских кущ в грешный мир.
Найгао послушно устроилось у ног Сюй Сялиня. Каким бы искусным ни был массажист, он не сравнится с хозяином, который и покормит, и крышу над головой предоставит. Для чужаков Найгао разыгрывало лишь комедию, но наигравшись вдоволь, всё равно возвращалось к истинному владельцу.
Объятия Тан Сы опустели, и на его лице явственно отразилось разочарование. Приближаться к Сюй Сялиню ему совсем не хотелось, поэтому, не имея выбора, он поднялся с пола и устроился на диване напротив.
— Выкладывай давай, какая у вас с Фэйфэем была цель заманивать меня сюда обманом?
Глаза у Тан Сы покраснели, кончик носа тоже порозовел, словно он только что выплакался. Заметив это, Сюй Сялинь про себя признал, что вовсе не является образцом добродетели: глядя на Тан Сы, у которого обнаружилась аллергия на собак, он думал лишь о том, что эти заплаканные глаза с дорожками слёз подходят друг другу просто идеально.
Ему безумно хотелось увидеть, как тот плачет, как следы слёз избороздят его лицо, как капли будут скатываться по изгибу подбородка, зависая на самой грани и грозя сорваться вниз.
Но в то же время расстраивать его не хотелось. Что же сделать, чтобы он заплакал добровольно? Сюй Сялинь опустил взгляд на Найгао. Пес склонил голову набок и посмотрел на него в ответ — разве могло это донельзя простое животное постичь извращенные уголки человеческой души?
Похоже, одной лишь аллергии на собак было недостаточно, чтобы добиться желаемого эффекта.
Взгляд Сюй Сялиня снова вернулся к Тан Сы. От этого взгляда Тан Сы почувствовал себя так, будто сидит на иголках, и в его воображении стали рождаться странные ассоциации — например, сцена из В мире животных, где крупный представитель кошачьих намертво прицелился в свою добычу.
В комнате было слышно лишь то, как мерно тикают стрелки часов, и в Тан Сы едва не проснулся первобытный инстинкт бегства. Если бы не роль Тан Фэй в качестве посредника, он, пожалуй, сорвался бы домой в ту же секунду, как узнал, что Сюй Сялинь — мужчина.
Хотя… можно было бы для приличия потискать Найгао ещё минуты две, а потом уже ехать домой.
Сюй Сялинь заговорил, и тон его был до того серьёзным, что Тан Сы даже стало не по себе:
— Не хочешь попробовать побыть моей собакой? Я превосходно умею ухаживать за питомцами.
Тан Сы показалось, что тот спрашивает абсолютно всерьёз.
Можешь быть уверен, тебе не показалось.
Найгао:? Отказываюсь участвовать в конкурсе на рабочее место! Дошло до того, что среди домашних животных теперь тоже есть жёсткая конкуренция?
От автора:
Тан Фэй: Братец, твои сюжетные заходы к трансляции не допустят, они слишком близки к рейтингу для взрослых.
Сюй Сялинь: Я бы и рад, да цензура на платформе не пропустит.
Глава 16. Название прошлой главы оказалось слишком самонадеянным — мне не по карману содержать питомца.
Сюй Сялинь церемониться не стал, но Тан Сы и подавно. Парень явно страдал каким-то запущенным расстройством: с какой стати кто-то предлагает человеку стать псом едва ли не с порога? Возомнил себя невесть кем! В своё время Эрлан-шэнь приручил Небесную Собаку, так он хотя бы спас пса из диких низов и обучил искусству самосовершенствования.
— Конечно, мечтать не вредно, — Тан Сы вытащил телефон и настрочил Тан Фэю сообщение: «Меньше водись с душевнобольными», — но твоё состояние, похоже, зашло слишком далеко.
Думали, на этом всё? Как бы не так, Сюй Сялинь был готов заранее. Неизвестно откуда он извлёк на свет чокер — вещицу, лишённую всяких украшений, которую смело можно было назвать самым обыкновенным ошейником.
Тан Сы больше не желал иметь с Сюй Сялинем ничего общего: тот заставлял его чувствовать себя словно в зоомагазине, где стоит лишь кому-то приглянуться, как тебя тут же утащат на поводке домой.
Он любил собак, но это вовсе не означало, что он готов сам шкурой побыть псом.
Общение с Сюй Сялинем оставляло у Тан Сы крайне дурное предчувствие. В его душе будто открылось окошко, из которого выглянул человечек с табличкой в руках: Беги!
— Молодёжь ныне смелая и в мыслях, и в словах, восхитительно, — Тан Сы наспех попрощался с Найгао и двинулся к выходу. — Но мне по душе исключительно старшие сестры, мужчины не подходят.
С того самого дня чёрный список Тан Сы пополнился ещё одной VIP-персоной.
Глядя на красный восклицательный знак рядом с отправленным сообщением, Сюй Сялинь чувствовал себя угнетённым.
Но когда он заметил, как Тан Фэй устроился головой на коленях Сюй Цюсуна и ковыряется в телефоне, угнетение стало ещё сильнее.
Почему этот никчёмный Сюй Цюсун так легко добился расположения Тан Фэй, почему бы и ему не позволить испытать все тяготы и лишения на пути к сердцу возлюбленного?
Тан Фэй был полностью накрашен, являя собой образ чистокровной женщины. Заметив лёгкую тень досады на лице Сюй Сялиня, он нарочно прямо перед ним приподнял голову и оставил на шее Сюй Цюсуна след от красной помады.
Нарочитая демонстрация выглядела до того откровенной, что Сюй Сялиню сделалось противно.
— Ты же вечно занят. Какого чёрта тебя вообще занесло в мой дом?
— Разве я не могу навестить своего любимого парня сразу после возвращения из Франции?
Маскировка Тан Фэй была безупречной как снаружи, так и изнутри — он походил на женщину куда больше настоящих дам, из-за чего в околосветских кругах давно поползли странные слухи, будто четвёртый наследник семьи Тан на самом деле девица.
Сюй Цюсун лишь покраснел и промолчал: честному и прямолинейному человеку было не под силу тягаться в острословии.
О глупостях, которые натворил Сюй Сялинь, Тан Фэй узнал от самого Тан Сы в тот же вечер. Дело было вовсе не в нежелании помочь Сюй Сялиню словечко замолвить — во-первых, Тан Сы отнюдь не относился к числу натуралов, которых легко сбить с пути, а во-вторых, ухаживания Сюй Сялиня были до того неуклюжими, что любой нормальный взрослый мужчина без специфических наклонностей пришёл бы в ужас.
То, что Тан Сы не вызвал полицию, говорило лишь о его широком кругозоре и осведомлённости в разнообразии человеческих фетишей. Понять — понял, но категорически отказался.
Не вынося вида торжествующего и наглого Тан Фэй, Сюй Сялинь ткнул пальцем в сторону входной двери:
— Раз так, вали с моим братом в отель, а то твоё присутствие здесь портит мне всю игру.
— Раз уж понимаешь, что порчу, — Тан Фэй ни за что не хотел уступать и попутно притянул Сюй Цюсуна ближе к себе, — так почему бы тебе не уйти? По идее, ночевать в гостинице сегодня должен именно ты.
— Вообще-то это мой дом.
— Ноуп, это дом моего парня, а не твой.
Они пикировались словами, совершенно не заботясь о бедняге Большом Сюе, зажатом посредине с покрасневшими до самых ушей мочками. Сюй Цюсун резко подскочил со своего места и на деревянных ногах поковылял на кухню попить воды.
Тан Фэй проводил взглядом его одеревеневшую спину и залился заливистым смехом. Сюй Сялинь лишь тяжело вздохнул, наконец-то поняв, почему нечисть из сборника рассказов Ляо Чжая вечно норовит заарканить учёных мужей.
Насмеявшись вдоволь, Тан Фэй выпрямился и принял вполне серьёзный вид:
— Как твой друг, я советую тебе не вешаться на неисправимого натурала; но как младший брат Тан Сы, моя позиция неизменна — оставь моего брата в покое.
Сюй Сялинь остолбенел:
— Ты предлагаешь мне отказаться от Тан Сы?
— Я не предлагаю, я настоятельно советую тебе сдаться. Ты его совершенно не знаешь, так к чему эти слепые потуги? Мой брат — не тот человек, которого можно уболтать красивыми речами. Все известные тебе уловки ему давно приелись.
— Раз уж ты так хорошо его знаешь, научи меня сам.
Тан Фэй встретился взглядом с Сюй Сялинем и раздражённо бросил:
— Оставь пока моего брата в покое, давай лучше поговорим о тебе самом. У меня из друзей есть только ты, но я хотя бы осознаю, что это результат моего собственного выбора. А у тебя тоже есть лишь один друг — потому что тебе нужен ровно один-единственный человек, человек, у которого не может быть никаких других друзей, кроме тебя самого. Вот почему ты и сошлся со мной.
http://bllate.org/book/34103/4198612
Готово:
