Едва переступив порог, они столкнулись с медсестрой, которая поспешила навстречу. Линь Шэнь распорядился:
— Сделайте ему полное обследование. У него наверняка болит желудок, возможно, он ничего не ел, так что подбирайте лекарства аккуратно.
Бай Синяня увела медсестра. Он даже не успел сказать Линь Шэню ни слова и невольно тревожился, ведь на его банковской карте не было ни единой монеты.
После череды обследований его перевели в палату и поставили капельницу. Лёжа на кровати, он ничего не мог поделать — всё, что зависло в неопределённости, будто поставили на паузу.
Бай Синяню было не по себе, и он спросил медсестру:
— А где господин Линь?
— Я здесь, — Линь Шэнь вошёл из коридора, а следом за ним шагал врач.
Бай Синянь бросил взгляд на бейдж доктора — профессорская степень.
Надо же, судя по всему, Линь Шэнь специально пошёл за ним.
— Ничего серьёзного. В ближайшие дни поумерьте пыл в супружеской жизни, высокая температура вызвана воспалением.
Бай Синянь мгновенно залился ярким румянцем, но Линь Шэнь держался совершенно невозмутимо:
— Это друг моей младшей сестры, меня попросили одолжить ему помощь.
— Вот как. — Врач повернулся и дал Бай Синяню ещё несколько наставлений, больше не говоря ничего лишнего.
После капельницы Бай Синяню стало намного лучше. В нём проснулась куда большая благодарность к Линь Шэню, а напряжение, сковывавшее при первой встрече, спало. Когда он молчал, то просто сидел на кровати, погрузившись в оцепенение.
Прозрачная лекарственная жидкость вливалась в его тело; он безмолвно покорялся этому вторжению и принимал его с готовностью.
Линь Шэнь разглядел в нём мягкость, которую так легко сломить, и в очередной раз мысленно восхитился чутьем Ци Миньсина — будь то выбор проекта или спутника жизни.
— Господин Линь, вы только что сказали, что… генеральный директор Ци, судя по слухам, безумно любит своего партнера, верно?
— Верно, — Линь Шэнь чуть убавил скорость капельницы. — Два года назад его компания оказалась на краю гибели. Честно говоря, когда он боролся за ту инвестицию, у него не было шансов на победу — ни по прочности фундамента компании, ни по денежным потокам. Но он женился. Поступил рискованно, решительно выбрав в супруги человека, абсолютно далёкого от мира бизнеса. Говорили, что тот из семьи потомственных интеллигентов, а инвестор как раз овдовел и считал, что человек, способный отвечать за семью, заслуживает большего доверия. Именно так Ци Миньсин и вышел победителем среди толпы конкурентов.
Затем последовало долгое молчание. Линь Шэнь уже приготовил салфетки и велел медицинскому персоналу подождать за дверью.
Однако Бай Синянь никак не отреагировал, лишь молчал, и лишь когда капельница опустела, заговорил снова:
— Позже генеральный директор Ци ещё упоминал своего партнера?
— Он всегда поддерживал образ примерного семьянина, — ответил Линь Шэнь.
Люди дела не бросают слов на ветер — это Бай Синянь всё же понимал. Линь Шэнь не стал бы открыто критиковать поступки Ци Миньсина, и то, что он зашёл так далеко, уже было нарушением границ.
Бай Синянь едва заметно кривил уголки губ:
— Сегодня я доставил вам столько хлопот.
Линь Шэнь мягко поддержал Бай Синяня под локоть, сохраняя джентльменскую дистанцию:
— Шаньшань и без того должна мне слишком многим, тебе не о чем переживать.
— Ты неважно умеешь шутить. — Бай Синянь подхватил неудачную шутку Линь Шэня и искренне улыбнулся.
Он до последнего не хотел выглядеть жалким.
— Вы с Шаньшань одноклассники? — поинтересовался Линь Шэнь.
— Не совсем. Когда она была маленькой, то училась рисовать у моего отца. До её отъезда за границу мы всё время занимались вместе.
— Вот оно что. На самом деле я только что пошутил, она редко утруждает меня просьбами. Ты для неё очень важен.
— Спасибо.
Доброта, проявленная в такой момент, казалась Бай Синяню бесценной. Он чувствовал, что Линь Шэнь всё же отличается от Ци Миньсина — по крайней мере, Линь Шэнь был куда искреннее.
— Не хочешь взглянуть на то, чем обычно занимается Ци Миньсин?
— Что? — изумился Бай Синянь.
— Лучше один раз увидеть всё своими глазами, чем слушать чужие рассказы, и судить по собственным впечатлениям — тогда ты не будешь метаться так, как сейчас.
— Это… — Бай Синянь ещё не успел принять решение, как Линь Шэнь уже позвонил, чтобы ему подготовили одежду и приглашение на банкет.
Помощник Линь Шэня оказался молодым человеком; он принёс на выбор пять костюмов, и в итоге остановились на сдержанном белом костюме с вышитыми на тёмных отворотах ветками грушевого дерева.
— Господин, для этого костюма огромная честь быть выбранным вами. Он потрясающ.
В этих словах сквозила изрядная доля лести. Бай Синянь, привыкший к прохладном обращению со стороны помощников Ци Миньсина, смущенно замахал руками:
— Всё дело в хорошем дизайне.
Нити серебряного шелка вились вокруг воротника тонким узором грушевых ветвей, придавая чистой и благородной внешности Бай Синяня поистине аристократическое изящество. Стилист почти не тронул его прическу — лишь откинул со лба пряди, закрывавшие глаза, обнажив красивые брови и разрез глаз.
Весь процесс заставлял Бай Синяня чувствовать себя уютно и окруженным уважением.
Линь Шэнь не скупился на похвалы, и на каждую его реплику Бай Синянь отвечал благодарностью.
— Ты же не думаешь, что я тебе льщу? — Линь Шэнь лично вез Бай Синяня к месту проведения банкета, их непринужденная беседа текла легко. — Малыш, ты и правда очень хорош собой, не каждого стоит так хвалить.
— Ах… ты слишком прямолинеен. — Бай Синянь расслабился настолько, что густая сеть царапин на его сердце временно отступила под этим натиском.
— До чего же ты забавный. — Линь Шэнь звонко рассмеялся и открыл люк крыши; ворвавшийся внутрь ночной ветер наполнил грудь ощущением простора.
Бай Синянь вдруг осознал, что уже почти не помнит те дни, что были до брака с Ци Миньсином, а ведь когда-то он тоже был жизнерадостным и открытым человеком.
— Это мой друг, Бай Синянь, — непринужденно и без тени смущения представил его Линь Шэнь гостям банкета.
Собеседник пожал ему руку:
— Где нынче изволит трудиться господин Бай?
— Я… — Бай Синяню было неловко признаться, что он безработный.
Линь Шэнь подшутил над ним:
— Он молодой художник, не задавайте столь банальных вопросов.
Троица немного поболтала о направлениях живописи, в которых силен Бай Синянь, перекинулась дежурными фразами, и хотя поначалу Бай Синянь немного нервничал, он понял: стоит лишь перевести разговор в привычную сферу, как общение перестает казаться таким уж сложным.
Это Ци Миньсин заранее внушил ему мысль, будто он ни на что не годен, сначала нашёл на стороне человека, способного его заменить, а напоследок еще и принялся упрекать в беспомощности.
Бай Синянь говорил чуть больше обычного, и Линь Шэнь протянул ему бокал газированной воды; пузырьки на стенках лопались один за другим, напоминая шампанское.
— Спасибо, — Бай Синянь сделал маленький глоток.
— Выпей немного, Ци Миньсин скоро появится. — Сердце Бай Синяня тоже издало легкий звук «плём», лопнув, словно мыльный пузырь.
Стоя на втором этаже, они могли окинуть взглядом весь зал. Появление Ци Миньсина привлекло всеобщее внимание, и Бай Синянь собственными глазами видел, как люди подходили к нему с разговорами.
И видел, как красивый парень рядом с ним отгонял от него назойливых возлиятелей.
Бай Синянь не мог разобрать их слов, но замечал, как парень держит Ци Миньсина под руку, как они перемигиваются, а иногда парень прижимался к его бедру и нарочно нашептывал что-то прямо на ухо.
Ци Миньсин не отвечал, но и не отталкивал. Он похлопал парня по талии, и тот отступил, растворяясь в другой компании.
Бай Синянь тихонько последовал за Ци Миньсином на террасу.
Стоило им остаться без зрителей, как лицо Ци Миньсина мгновенно помрачнело, и он поднес к уху телефон.
— Сейчас студия уже закрыта, съездите в больницу и сегодня же вечером верните его ко мне любой ценой.
Голос Ци Миньсина звучал ледяно, и от воспоминаний о методах, которыми тот его «наказывал», по спине Бай Синяня побежали мурашки.
— Генеральный директор Ци, — в дверях показался тот самый парень. Прислонившись к перилам, он плавно покачивал бёдрами, источая сплошную соблазнительность.
Ци Миньсин вновь нацепил свою фирменную улыбку — расслабленную и близкую, такую, что казалось, будто в следующую секунду между ним и парнем завяжется роман.
Если бы не холодный блеск в глазах за линзами очков, Бай Синянь наверняка перепутал бы его с тем старшекурсником, который когда-то ухаживал за ним самим.
Ци Миньсин достал сигарету, зажал ее зубами и произнес низким голосом:
— Что удалось узнать?
Парень закурил следом:
— Господин Линь сегодня привел с собой человека. Судя по описанию, очень похоже на вашего супруга.
— Ты всё лучше умеешь устраивать дела. Бай Синянь не мог прийти в такие места.
Ци Миньсин шевельнул челюстями, глубже вгрызаясь в фильтр.
Щелк.
Парень чиркнул зажигалкой и, виляя бедрами, поднес алый огонек к лицу Ци Миньсина. Их сигареты соприкоснулись, и вверх потянулась тонкая струйка дыма.
— Генеральный директор Ци, не хотите проверить, как я умею устраивать дела?
Улыбка в глазах Ци Миньсина стала еще ледянее. Он даже не затянулся — вытащил сигарету и бросил в урну:
— Ты хоть достоин?
Видимо, оттого, что Ци Миньсин сменил гнев на милость слишком резко, парень начал нести чушь от растерянности:
— Чем я хуже него? Я ведь могу помочь вам куда больше!
— Бай Синянь, — неторопливо произнес Ци Миньсин, и его выражение лица мгновенно смягчилось. — Он не стал бы прикуривать мне сигарету на таком мероприятии и уж точно не стал бы делать это подобным образом. Он — человек, а ты кто?
Для меня ты зашел в тупик. Уходи.
— Г-господин Ци… — парень потерпел крушение, лишившись своего покровителя, и его дрожащие губы словно пытались вымолить пощаду.
Помощник Цинь возник из ниоткуда, словно призрак, и увел парня прочь.
Бай Синянь шмыгнул за портьеру, чувствуя, как бешено колотится сердце.
Еще мгновение назад Ци Миньсин улыбался этому парню так нежно, словно влюбленный, шутил с ним.
А в следующее — безжалостно выгнал прочь.
Если посудить так, Ци Миньсин к нему, Бай Синяню, еще невероятно снисходителен — по крайней мере, он не приказывает ему убираться.
Подумав об этом с горькой самоиронией, Бай Синянь дождался, пока Ци Миньсин скроется из виду, и только тогда осмелился выбраться из-за штор на террасе, чтобы разыскать Линь Шэня.
Ледяной вид Ци Миньсина все-таки заставил его немного испугаться.
— Что такое, Бай Синянь? — Линь Шэнь тоже только что закончил круг общения, в его взгляде читалось легкое томное марево.
Бай Синянь вспомнил паренька рядом с Ци Миньсином:
— Если ты привел меня сюда, некому стало отгонять от тебя тех, кто норовит напоить?
Линь Шэнь поднял руку и шутливо-назидательно стукнул его по голове:
— О чем ты думаешь? Кто посмеет меня спаивать.
— А. — Бай Синянь сник еще сильнее.
— Что ты там увидел? — мягко спросил Линь Шэнь.
Бай Синянь покачал головой:
— Я хочу домой, господин Линь. Иди занимайся своими делами.
Линь Шэнь пристально смотрел на него какое-то время:
— Пойдем, я отвезу тебя.
— Не нужно, я сам доберусь, я и так сегодня доставил тебе уйму хлопот.
— Я всё равно больше не хочу здесь оставаться, — Линь Шэнь наклонился ближе к уху Бай Синяня. — Смертельно скучно.
Непостижимым образом Линь Шэнь вновь уговорами затащил Бай Синяня на парковку.
На выходе они чуть не столкнулись с Ци Миньсином — рядом с тем крутился уже другой молодой человек.
http://bllate.org/book/34095/4197734
Готово:
