— Я буду обжаловать!
услышав это, поспешно завопил Му Хуа.
Через семь дней должен был состояться квалификационный тест для входа в Коридор Пустоты. Проводимый раз в год, он был тем, что он ни в коем случае не мог пропустить.
Опоздать с получением допуска в Коридор Пустоты хотя бы на год означало отстать от сверстников на неизвестное количество шагов. Он никак не мог допустить, чтобы в этот критический момент ему запретили подключаться к Звёздной сети.
Бросив взгляд на Вань Юаньху, он мысленно решил потянуть время, а затем позвать тетю и двоюродного брата. Стоило этому деревенщине Вань Юаньху пойти на попятную и забрать претензии, а раз никакого реального ущерба причинено не было, наказание наверняка аннулируют.
Сотрудник Департамента Правопорядка взглянул на него и произнёс:
— Изложите причины для обжалования.
— Он мой двоюродный брат, родственник, мы только что немного повздорили в шутку, — заявил Му Хуа. — Если не верите, спросите его самого. Сяо... Сяо Ху, я попрошу тётю навестить тебя!
Вань Юаньху нашёл это забавным. У Му Хуа и вправду отчаянно не хватало ума: в нынешней ситуации он умудрялся цепляться за иллюзорные семейные узы, якобы связывавшие его с Му Линь и Вань Синьяном.
Сотрудник Департамента перевёл взгляд на Вань Юаньху и спросил:
— Что вы можете сказать в ответ на его оправдания?
Вань Юаньху вовсе не собирался так просто спускать это Му Хуа. Временный запрет на пользование Звёздной сетью не был чересчур тяжёлой потерей для того, кто всё ещё учился в академии.
Преподать ему небольшой урок и при этом провести месяц в тишине и покое, занимаясь собственными делами — почему бы и нет?
— Я...
Стоило ему только раскрыть рот, как перед глазами вдруг всё поплыло, и сознание мгновенно погрузилось во тьму.
***
Вань Юаньху открыл глаза и оглядел убогую комнату, а в висках запульсировала острая боль. Ощущение полностью истощённой духовной силы, когда тебя насильственно вышвыривают из пространства Звёздной сети, было поищем отвратительным.
Он нахмурился, чувствуя глухое раздражение.
Едва духовная сила восстановилась настолько, чтобы позволить подключиться к Звёздной сети, как Му Хуа бесцеремонно потратил его время впустую.
Вань Юаньху в очередной раз прочувствовал все неудобства, порождённые нехваткой духовной силы: сколь бы безупречным ни был план, её объёма всё равно не хватало на его полное претворение в жизнь.
Маленькая уловка, применённая им только что для воспитания Му Хуа, была навеяна сюжетными поворотами из одного романа.
В той книге был эпизод, где главный герой сталкивается в Центральной библиотеке с каким-то незначительным злодеем, и обоих тут же укрощает внезапно появившийся патруль — на том основании, что в Центральной библиотеке строго запрещено применять физическую силу.
Главный герой, конечно же, сиял ослепительной крутизной, после чего неминуемо следовал столь любимый читателями момент унижения противника.
Му Хуа же был персонажем, у которого в книге даже собственного имени не имелось. Лишенный привилегий главного героя, он, нарушив правила, несомненно, подлежал наказанию.
Увы, сам Вань Юаньху главным героем тоже не являлся: едва сцена с щелчком по носу дошла до середины, как запасы духовной силы взбунтовались, и его попросту выкинули вон.
Вань Юаньху вздохнул, чувствуя, что ситуация, пожалуй, становится ещё запутаннее.
Он, как главная действующая сторона, сбежал, да к тому же на Земле личный терминал напрочь утратил функцию связи. Раз сотрудники Департамента Правопорядка не смогут его отыскать, а проступок невелик, наказание Му Хуа, судя по всему, отменят.
Учитывая сварливый нрав Му Хуа, тот наверняка затаит обиду и непременно придумает способ подстеречь его у Центральной библиотеки.
Чем дольше он думал, тем сильнее раскалывалась голова. К этой разрывающей боли вдобавок примешивалось острейшее чувство голода.
Забыв обо всем остальном, Вань Юаньху взял оставленный ранее батат и принялся его уплетать. Проглотив три штуки подряд, он наконец унял сосущую пустоту в желудке.
И тут произошло нечто странное: вместе с отступившим голодом прошла и головная боль. Боль в голове была побочным эффектом исчерпания духовной силы, а её исчезновение обычно означало, что духовный потенциал полностью восстановился.
Это было ненормально.
Восстановление духовной силы — процесс крайне медленный, а после полного истощения он затягивается еще сильнее.
Обычные люди всегда тщательно балансировали между расходом и восполнением духовной силы, стараясь не допускать её исчерпания. Обладатели мощной духовной силы имели большой внутренний резервуар и могли за короткое время задействовать огромные объемы энергии.
Именно поэтому жители этого мира превыше всего ценили расширение пределов духовной силы и повышение своего уровня.
Духовная сила же самого Вань Юаньху походила на лужицу дождевой воды: стоило ему сделать хоть что-нибудь, как она высыхала до дна, после чего на восстановление уходило несколько дней.
Эта ситуация казалась пугающе знакомой.
После высадки на Землю он тоже внезапно испытал зверский голод и перепробовал всю привезенную с собой еду, но ничто не могло утолить это жгучее, скребущее изнутри чувство.
К счастью, ему попалось поле батата: выкопав несколько клубней, Вань Юаньху сунул их в рот, даже не дождавшись, пока они приготовятся. Сырой батат не только заглушил голод, но и избавил от мучившей его несколько дней головной боли.
Теперь, размышляя над этим и сопоставляя данные из отчётов о проверке духовной силы, он понимал: после полного истощения на восстановление должно было уходить не менее десяти дней.
Заботясь о здоровье пользователей, Звёздная сеть блокировала повторный вход до тех пор, пока исчерпанный ресурс не восстановится на все сто процентов.
Но если прикинуть, с момента последнего истощения прошло всего-навсего пять дней! Неужели этот батат как-то связан с восстановлением духовной силы?
Проверить проще простого.
С этими мыслями Вань Юаньху вновь подключился к Звёздной сети.
***
Глядя, как фигура Вань Юаньху постепенно растворяется в воздухе, Му Хуа пришёл в дикий восторг. Этот никчемный отброс отступил из-за нехватки духовной силы — его план по затягиванию времени и впрямь сработал!
Он уже подал жалобу, и если другая сторона ничего не возразит, то взыскание аннулируют.
Му Хуа прекрасно знал, что в последнее время Вань Юаньху постоянно находился вне зоны доступа.
Подумать только, даже не пришлось беспокоить тётю и остальных! Удача плыла в руки, и её было не остановить.
Патрульный попытался связаться с Вань Юаньху и закономерно получил в ответ сообщение о том, что абонент вне зоны действия сети.
— Могу я идти? — с опаской предложил Му Хуа. Каким бы заносчивым он ни был, перед людьми из военных структурах всё же приходилось усмирять нрав.
Кто же не знал, что Департамент Правопорядка находится в подчинении у генерал-майора Циня? Этот самый генерал-майор отличался суровой справедливостью и непреклонностью: даже сына бывшего председателя парламента, уличённого в пособничестве космическим пиратам и контрабанде, он лично схватил и предал в руки Объединённого трибунала.
Сотрудник бросил на него долгий взгляд и произнёс:
— Начинаем отсчёт. Если в течение получаса с ним по-прежнему не удастся связаться, взыскание будет временно отменено.
Временная отмена означала, что если в установленный срок Вань Юаньху снова выйдет на связь с Департаментом Правопорядка, дело возобновят с самого начала. Если же нет, это сочтут отказом от претензий.
В конце концов, до реальной драки между ними дело не дошло, и раз уж пострадавшая сторона не настаивает...
Обратный отсчет пошёл.
Му Хуа, наконец-то отделавшись от неприятных последствий ментального наказания, поднялся на ноги и принялся следить за временем по личному терминалу.
Тридцать минут, двадцать минут, десять минут...
Последняя минута!
Уголки губ Му Хуа уже неконтролируемо ползли вверх — он даже начал планировать, как именно отплатит тому деревенщине.
Нанять пару головорезов, чтобы те дежурили здесь круглые сутки, и как только эта тварь появится...
Среди этих самодовольных и мстительных мыслей перед его глазами стала медленно формироваться знакомая фигура.
— ???
— Это противоречит законам логики!
Увидев невинное лицо Вань Юаньху, Му Хуа сорвался на крик.
Каким образом этот никчемный отброс ухитрился восстановить духовную силу и войти в Звёздную сеть всего за полчаса?! Этого просто не могло быть!
Сотрудники Департамента, напротив, ничего не знали о том, что у Вань Юаньху жалкий уровень духовной силы, и решили, что тот отлучился по срочным делам.
— Есть ли у вас возражения по поводу жалобы Му Хуа?
Вань Юаньху взглянул на Му Хуа и, прекрасно зная повадки этого типа, понял: если не добиться его наказания, в Центральной библиотеке ему житья не будет.
— Он действительно приходится мне двоюродным братом, но вечно третирует меня. Я просто хотел пройти регистрацию, а он перегородил мне дорогу и не давал прохода...
— Да тыл бредишь! — Му Хуа, разумеется, наотрез отказывался признавать вину. Не успев толком сообразить, с чего вдруг у деревенщины появилась такая смелость давать отпор, он заговорил на автомате.
Вань Юаньху же не удостоил его ответом и лишь виновато улыбнулся патрульным:
— Т-там ведь наверняка есть камеры видеонаблюдения? Я не лгу...
Сам по себе он выглядел беззащитным и слабым, а эта робкая улыбка и вовсе делала его похожим на несчастного юнца, годами терпевшего издевательства заносчивого кузена.
Стражи порядка исполняли долг честно, но оставались людьми, чьи симпатии естественным образом склонялись в ту или иную сторону. Один из них заговорил, и тон его голоса заметно смягчился по сравнению с тем, как он разговаривал с Му Хуа.
— Камеры есть.
С этими словами он коснулся своего личного терминала, и на световом экране тут же воспроизвелись события недавней стычки.
В пространстве Звёздной сети за гражданами сохранялось право на приватность, поэтому экран транслировал лишь изображение без звука.
Ход событий вырисовывался предельно ясно: Му Хуа с подельниками безо всякой причины задирал Вань Юаньху, тот всё это время отступал, а Му Хуа, наглея всё больше, попытался распустить руки.
Му Хуа, наблюдавший за происходящим со стороны, побелел от ужаса, впав в панику.
В этот момент его голову озарила идея, и он заорал:
— Это ложь! Вань Юаньху использовал запрещённые препараты! У него ранг духовной силы Z! Как он мог восстановиться за столь короткое время?!
Стоило патрульным услышать это, как выражение их лиц переменилось.
Стычки и драки в Центральной библиотеке считались мелочью. А вот появление у обычного гражданина регулируемых медикаментов — совсем другое дело.
Поняв, что бьёт точно в цель, Му Хуа моментально приободрился. Похоже, дело пахло крупным расследованием, и за столь ценный донос с него вполне могли снять наказание.
— Если не верите, проверьте его! В архивах есть рапорт, это было совсем недавно!
В этот критический момент в голове Му Хуа наконец-то зашевелились извилины.
— Офицер! Только что я солгал! Просто Сяо Ху — мой младший брат, и движимый братской любовью, я хотел вытащить его, а он в ответ перевернул всё с ног на голову! На самом деле всё было так...
В мгновение ока происшествие на записи перекрутили на новый лад: якобы Му Хуа узнал, что у Вань Юаньху при себе запрещенные препараты, но связаться с ним не мог и потому безумно переживал. Случайно столкнувшись с родственником в библиотеке, он попытался убедить его сдать запрещенку военным, а когда упрямый Вань Юаньху отказался, в пылу волнения и завязалась потасовка.
Закончив эту тираду, Му Хуа внутренне ликовал: оправдание вышло безупречным! Оно позволяло не только наказать неблагодарную деревенщину, но и полностью переложить на него вину, избавив самого Му Хуа от всякой ответственности.
Патрульный повернулся к Вань Юаньху и спросил:
— Что вы можете сказать в своё оправдание на обвинения Му Хуа?
Вань Юаньху поднял глаза и уточнил:
— А что именно подразумевается под запрещёнными препаратами?
— ...
Заметив неоднозначное выражение на лицах стражей порядка, он добавил:
— Я вырос на аграрной планете Агро-101 и никогда о таком не слышал.
Услышав это, патрульные тут же всё поняли.
Названия этой планеты они не знали, но судя по системе наименований — сплошные порядковые номера и никакого официального имени, — это была глухая, бесплодная сельскохозяйственная дыра.
Неудивительно, что он ничего не знал.
Патрульный пояснил:
— Стимуляторы для восстановления духовной силы входят в категорию регулируемых препаратов, их использование без специального разрешения запрещено.
Правила на этот счёт существовали куда более сложные, но если говорить просто: сырье для подобных зелий было слишком редким, а объемы производства — столь малыми, что их неизменно поставляли по спецзаказу исключительно армейским частям на передовой, не допуская в свободную продажу.
Услышав это, Вань Юаньху внутренне успокоился и произнёс:
— Ничего подобного. Я ими не пользовался.
Разумеется, стражи порядка не собирались верить на слово. Кивнув, старший из них сказал:
— Ничего страшного. В лаборатории Центральной библиотеки проводят подобные анализы, мы можем пройти туда и сделать тест.
Вань Юаньху прекрасно понимал, что он — не главный герой и звёзд с неба не хватает, а потому покорно кивнул:
— Проверить, конечно, можно, но...
Патрульный, догадавшись, к чему тот клонит, тут же успокоил его:
— Не переживайте, если результаты анализа докажут вашу невиновность, мы обязательно восстановим справедливость.
С этими словами вся компания направилась к зоне регистрации.
В этот самый момент издалека показались двое мужчин.
Заметив их, патрульные резко замерли на месте и поспешно отступили к обочине, давая дорогу.
Вань Юаньху поднял глаза и увидел мужчину выше его на добрую половину головы, с широкими плечами и ладной, исполненной скрытой силы фигурой. Тот шагал прямой поступью, излучая резкую, пронзительную ауру. Даже в штатской одежде в нём безошибочно угадывался кадровый военный.
Короткая стрижка, глубокие черты лица, точёный и безупречный профиль. Однако едва взглянув на него, любой забывал о внешности — из-за давящей ауры этого человека мало кто осмелился бы поднять глаза во второй раз.
Так пахло от тех, кто прошёл через горнило настоящих кровавых бойен.
По мнению Вань Юаньху, этот человек походил на клинок, испивший немало крови: казалось, стоит бросить на него взгляд — и порежешься.
— Генерал-майор Цинь! — патрульные щелкнули каблуками, отдавая воинское приветствие по всей форме.
Вань Юаньху слегка опустил голову, не испытывая ни малейшего интереса к подобным недосягаемым для него величинам. Он лишь раздраженно поджал губы, мысленно сетуя на бездарно растраченное драгоценное время.
Цин Юймин шёл быстрой поступью, спеша на встречу с доктором Фаном.
В тот момент доктор Фан выступал с лекцией в одном из лекционных залов Центральной библиотеки, и они договорились встретиться для обстоятельной беседы сразу по её окончании.
Цин Юймин всё ещё не мог выбросить из головы те смутные воспоминания — то было ощущение абсолютного доверия и покоя, какого он не испытывал от роду. Среди окутавшей разум пелены единственным осязаемым воспоминанием оставалось лишь тепло чужих рук.
Раньше, во время голосовых звонков с доктором Фаном, тот высказывал предположение, что всё это могло быть галлюцинациями, сопровождающими скачок уровня.
Сам он в это не верил, но не мог отыскать ни единого похожего прецедента или объясняющей теории.
Полный тревожных дум, Цин Юймин кивнул в знак приветствия отдававшим честь патрульным и прошёл мимо, не задерживаясь. Когда его взгляд скользнул по стоявшим людям, шаги внезапно замедлились.
Тот молодой человек с опущенной головой... он закусил губу, и на щеке проступила крошечная ямочка.
Кто он?
http://bllate.org/book/34093/4197530
Готово:
