— Ты и с этой шпаной путаешься явно не ради этой красотки? Раскошелился ты знатно, раз даже номер телефона раздал.
Чжао Сичэн даже бровей не приподнял:
— Номеров телефона пруд пруди. Некоторые вон, когда от любовных долгов бегают, их чуть ли не каждый день меняют, не так ли?
Ли Ичэнь едва не поперхнулся от такого заявления:
— Вы двое — ругайтесь сколько влезет, но при чём тут какая-то красотка? Я её в глаза не видел! С чего это все шишки снова на меня сыплются?
— Тц-тц, если старики из третьего отделения узнают, что ты тут выпиваешь, в тебя полетят не шишки, а молоток для сращивания костей! — ехидно бросил Лян Фэнъюй.
— Пока ты молчишь, я молчу и он молчит — кто об этом узнает? У старика же не рентгеновское зрение.
Ли Ичэнь снял белый халат, и тут же проявилась вся его развязная натура. Он качнул подбородком в сторону Чжао Сичэна:
— Твой ухажёр всё ещё в моём отделении, выпишется недели через две. Хочешь, оформлю его без очереди?
— Куда спешить?
— Если он не выпишется, когда ты успеешь подкопать его стену? — громко засмеялся Ли Ичэнь. — Я ведь тоже не дежурю целыми днями, тебе не кажется, что использовать меня каждый раз как предлог уже неудобно?
Чжао Сичэн цыкнул языком и бросил на него испепеляющий взгляд, отчего сидевшие напротив приятели дружно зашлись в хохоте.
Не успел затихнуть этот смех, как дверь в отдельный кабинет снова отворилась. Вошёл крепкий мужчина с короткой стрижкой ёжиком, бегло окинул взглядом троицу и с порога выпалил:
— Какого чёрта, кто тут собрался в третьи лица записаться?
Лян Фэнъюй поднял указательный палец и покрутил им из стороны в сторону:
— Старик Янь, ты многого не знаешь. Это же базовая экономическая практика нашего директора Чжао, не выражайся так вульгарно.
— Ох ты ж ёлки, у этого дела ещё и вежливое название есть? — вытаращив глаза, спросил Янь Шоулинь. — Разве у нас теперь не запрещено заводить вторых жён?
Его слова ещё не затихли, как двое напротив снова покатились со смеху.
Чжао Сичэн холодно окинул его взглядом:
— Ты свою смену не охраняешь, пришёл сюда нарочно настроение нам портить?
Только тогда Янь Шоулинь хлопнул себя по лбу:
— Точно, вспомнил, я ведь не за этим пришёл.
— Там на улице какая-то буза началась, сходите кто-нибудь разберитесь.
Лян Фэнъюй с полным отсутствием интереса крутил в пальцах брелок:
— Я не хозяин, я не пойду.
Ли Ичэнь:
— Если он не идёт, то и я не пойду.
— Черт, раз никто не идёт, мне самому за дело браться? — Янь Шоулинь закатал рукава, обнажив руки до плеч с татуировками, на которых извивались злые драконы.
— Я пойду.
Чжао Сичэн опрокинул остатки красного вина, грохнул бокал о стол, поднялся и толкнул дверь.
В конце концов, раз уж его моральный облик и так окончательно испорчен, оставаться внутри — значит лишь служить мишенью для шуток.
В лицо пахнула бумбокс-музыка из танцевального зала. Сделав пару шагов, Чжао Сичэн оглянулся и схватил Янь Шоулиня:
— Пойдёшь со мной, начнётся драка — бей без раздумий.
Шэнь Тяньбай никак не ожидал, что ему так не повезёт. Стоило ему с трудом выбрать бар поприличнее, как он тут же нос к носу столкнулся с самым злопамятным из своих бывших.
Ладно бы в обычный день — в конце концов, он мог просто бросить красавчика и считать это благотворительностью. Но сегодня с ним был Ци Лэ, а ударить в грязь лицом перед ним никак нельзя!
— Шэнь Тяньбай, ну надо же встретить тебя здесь. Какую личину на этот раз примерить решил? — перегородивший путь мужчина с зачесанными назад волосами остановился перед их столиком, не скрывая недоброжелательного тона.
Шэнь Тяньбай закатил глаза:
— Как поживаешь в последнее время? Как успехи с решением денежных вопросов? Да, кстати, завёл себе новую пассию? Когда целуешь её, вспоминаешь мои ноги?
Приятеля с зачесом аж перекосило от смеха:
— Ты так обо мне заботишься, уж не нарочно ли приплёлся сюда в надежде сойтись со мной снова?
Шэнь Тяньбай прикрыл рот рукой, изобразив утрированное выражение шока:
— Святые угодники, с чего тебе в голову пришла такая мысль! О воссоединении я и не помышлял, а вот о мести мечтал уже давно. После двух месяцев отношений с тобой у меня в биографии словно судимость появилась.
— Язык у тебя по-прежнему подвешен как надо, — усмехнулся тот, окинул взглядом компанию молодых парней, которых Шэнь Тяньбай притащил с собой для массовки, и безошибочно вычленил сидевшего с отрешенным видом Ци Лэ. — Ну и скатился же ты в плане вкусов. Выглядит как чурбан, интересно, в постели хоть звуки издаёт? Или это твоя новая извращенная фантазия?
Шэнь Тяньбай со стуком опустил бокал на стол:
— Слышь, ты, по фамилии Сун, следи за языком, это мой друг.
— У тебя есть друзья? Разве ты делишь людей только на тех, с кем спал, и тех, с кем ещё не успел? — съязвил бывший.
Ци Лэ никак не ожидал, что под обстрел попадет даже молчавший он. Он опустил бокал и взглянул на хама.
— В твоей голове вообще есть что-нибудь, кроме этого?
— К чему притворяться! Раз уж ты приплёлся с ним в такое место, неужели думаешь о чём-то другом?
Если бы не посторонние, Шэнь Тяньбай с радостью устроил бы с ним грандиозную публичную скандальную сцену. Но сегодня он сопровождал Ци Лэ, чтобы тот расслабился, и тратить время на подобного идиота ему совсем не хотелось.
Он зыркнул на хама и ухватил Ци Лэ за руку:
— Пошли, поищем другое место. От этого проклятого заведения за версту несёт дурной кармой, сюда даже собак запускают без разбора породы!
— Шэнь Тяньбай, повтори-ка!
— Хочешь услышать оскорбления — это за отдельную плату, я ещё не хватало доставлять тебе удовольствие!
Музыка у барной стойки резко сменилась: на смену динамичному треку пришёл неторопливый джаз.
Фраза Шэнь Тяньбая прозвучала как раз в наступившей музыкальной паузе, и многие посетители одарили хама насмешливыми взглядами.
Тот сжал зубы, широко раскинул руки и преградил им дорогу:
— Извинись, иначе отсюда ты живым не выйдешь!
Шэнь Тяньбай закатил глаза до боли:
— Возомнил о себе неизвестно что? Не выпустит он меня, смотри-ка! Этот бар — твоя собственная вотчина что ли?
— Хозяин этого заведения — мой друг...
Не успел он договорить, как кто-то сзади резко вцепился ему в нервный узел на плече. От пронзительной боли он скрючился и, обернувшись, злобно зыркнул назад.
Чжао Сичэн отнял руку и с брезгливым выражением лица вытащил со стола салфетку:
— Какой ещё хозяин твой друг? Позови-ка его сюда, я хочу на него посмотреть.
— Ты ещё кто такой!
Чжао Сичэн усмехнулся, но отвечать не стал. Его взгляд скользнул по руке Шэнь Тяньбая, сжимавшей ладонь Ци Лэ, и уголки его губ чуть дрогнули:
— Какое у инженера Ци прекрасное настроение.
— Эй! Я с кем разговариваю!
Пылая гневом оттого, что его проигнорировали, мужчина с зачесом протянул руку, чтобы оттолкнуть наглеца, но не успел коснуться плеча Чжао Сичэна, как его собственную руку с силой выкрутили.
Янь Шоулинь мастерски выполнил стандартный приём задержания одной рукой, развернул наглеца спиной к себе и толкнул вперёд, бросив подбежавшим охранникам:
— Запомните этого типа, в чёрный список, а всю охрану ночной смены завтра отправить на переподготовку.
— Поняли.
Охрана и пикнуть не смела — клиенты, затевающие драку, изначально их косяк, а тут они ещё и до друзей владельца докопались! Слава богу, хоть зарплату не удержали!
Взгляд Шэнь Тяньбая мгновенно изменился. Он внимательно перевёл глаза с одного на другого, а затем легонько ткнул Ци Лэ в поясницу:
— Это что за цирк? Что здесь происходит?
Ци Лэ и подумать не мог, что мир окажется настолько тесным. Только что он мысленно сочувствовал невезучему Шэнь Тяньбаю!
Но колесо фортуны повернулось, и не прошло и минуты, как очередь дошла до него самого.
— Директор Чжао, какая неожиданная встреча.
Чжао Сичэн равнодушно отозвался:
— И правда, неожиданно.
Только что распрощались — и вот опять свиделись.
С этими словами он даже не подумал сдвинуться с места, да вдобавок ещё и уставился на Ци Лэ в упор.
Янь Шоулинь смекнул, что сегодня он пришёл как нельзя вовремя: между этими двумя явно что-то есть!
— Ого, знакомые всё лица?
Ци Лэ прикусил губу. Сказать, что они не знакомы — язык не поворачивается, ведь они друг друга подвозили, но назвать их друзьями...
Его настоящий друг стоял прямо тут, под боком. Если он сейчас подтвердит знакомство, не решит ли Чжао Сичэн, что он пытается набиться в приятели?
Заметив, что тот молчит, Чжао Сичэн мысленно усмехнулся:
— Ну, инженеру Ци виднее.
Услышав это, Шэнь Тяньбай уловил нужные нотки и тут же передумал уходить. Он оттянул Ци Лэ назад и снова уселся за стол.
— Ну-ну-ну, чего стоять над душой, давайте садитесь, присаживайтесь!
— Этот... директор Чжао? Вы с нашим Лэ знакомы?
Ци Лэ едва не хлопнул себя рукой по лбу. После таких слов Шэнь Тяньбая ему придётся расставить все точки над i, иначе отсюда им точно не уйти.
— Знакомы, — проговорил Ци Лэ. — Он с...
У Чжао Сичэна ёкнуло сердце: почуяв, что сейчас прозвучит имя того никчемного ублюдка, он поспешил перебить:
— Мы с инженером Ци вместе работаем над одним проектом, я его заказчик.
Шэнь Тяньбай протянул озадаченное «о-о», у него вдруг что-то перемкнуло в голове:
— Так это тот самый Скупой Рыцарь, который вечно норовит кинуть людей на деньги?
Чжао Сичэн прищурился.
— Вовсе нет! — Ци Лэ едва не ослеп от испанского стыда. — Он не...
— Ой-ой, извините, директор Чжао. Говорят же, пьяному море по колену, а у Шэнь Тяньбая и в трезвом виде храбрости хоть отбавляй. Ничуть не смущаясь, он обнял Ци Лэ за плечи и пояснил: — У нашего Лэ просто карьера складывается средненько, ему вечно попадаются всякие подонки, вот у меня и выработался небольшой стереотип.
Янь Шоулинь повеселел:
— Ну тогда можешь не переживать, нашего директора Чжао в чём в чём, а в нехватке денег точно упрекнуть нельзя.
Шэнь Тяньбай тут же сложил руки в приветственном жесте:
— Моё почтение щедрому боссу!
Чжао Сичэн, конечно, не стал бы всерьёз препираться с ним, а лишь между делом бросил:
— Кто этот хмырь?
— Бывший. Сдох лет восемьсот назад, с чего вдруг решил отметить воскрешение — ума не приложу, — Шэнь Тяньбай пренебрежительно махнул рукой, а затем поднял бокал для тоста: — Выпьем же за то, чтобы все бывшие благополучно сгинули в небытии.
Ци Лэ промолчал, но молча чокнулся с ним своим бокалом.
Чжао Сичэн почувствовал облегчение и с напускной «заботой» поинтересовался:
— Инженер Ци пришёл сюда топить горе в вине?
— ...
Не успел Ци Лэ и слова сказать, как Шэнь Тяньбай презрительно скривил губы:
— Ещё чего! Наш Лэ пришёл отдохнуть и насладиться ночной жизнью! Любая тоска обязана растаять при виде восьми кубиков пресса!
Чжао Сичэн:
— В каком смысле?
Увидев его ободряющий вид, Ци Лэ не удержался и бросил на него ещё один взгляд.
— Все говорят, что в этом Violet полно писаных красавицев, вот мы и заявились сюда, чтобы глаза порадовать, — подмигнул Шэнь Тяньбай, самым бесстыдным образом оценивающе окинув взглядом обоих мужчин. — И ведь не соврали!
Притупленный алкоголем мозг Ци Лэ наконец-то запоздало среагировал. Похлопав глазами и собираясь уже всё объяснить, он встретился взглядом с Чжао Сичэном и машинально повторил:
— И правда полно.
Настроение Чжао Сичэна взлетело до небес, он едва не выдал себя с головой. Однако блуждающий вокруг Янь Шоулиня любопытный взгляд был слишком уж наглым, и, опасаясь спалиться, Чжао Сичэн спешно чокнулся со спутниками и потащил своего приятеля обратно в VIP-кабинет.
http://bllate.org/book/34075/4195502
Готово:
