Сунь Датун прожил во дворце столько лет — кого только не повидал! Неловкость Сюнь Чжэнь тоже не укрылась от его взгляда. Каковы бы ни были её причины шить этот мешочек, вряд ли за этим скрывалась какая-то подлость. Он переложил пуховую метлу из одной руки в другую и улыбнулся:
— Наследник сейчас в малом саду. Госпожа Сюнь, вам лучше отнести ему подарок самой. Я провожу вас.
Не дожидаясь даже попытки отказа, он уже направился вперёд.
Сюнь Чжэнь и слова не успела сказать. Сжав зубы, она последовала за Сунь Датуном к малому саду. Оттуда доносились женские голоса. Она нахмурилась: неужели наследник посреди бела дня занимается чем-то непристойным? Ей совсем не хотелось видеть того, от чего потом глаза заболят.
В саду Юй Вэньхун играл в го с Лю Синьмэй, а рядом, не переставая болтать, сидела принцесса Аньсин.
Лю Синьмэй изящно опустила на доску белый камень и, прикрыв рот ладонью, улыбнулась:
— Ваше Высочество, почему бы вам не исполнить просьбу принцессы? Позовите господина Гао, пусть поговорит с ней.
Принцесса Аньсин благодарно взглянула на Лю Синьмэй, вскочила и потянула Юй Вэньхуна за рукав:
— Братец, ну пожалуйста, помоги мне!
Юй Вэньхун посмотрел на неё. В его прищуренных глазах мелькнуло раздражение, но принцесса этого не заметила и продолжала капризничать.
— Аньсин, ты уже взрослая девушка. Пора вести себя соответственно. К тому же господин Гао постоянно при отце — где ему взять время на твои причуды?
Губы принцессы обиженно надулись, в глазах застыло разочарование.
Лю Синьмэй вовсе не заботилась о её чувствах и по-прежнему нежно улыбалась:
— Принцесса, наследник лишь заботится о вас. При вашем положении даже если вы захотите выйти замуж за господина Гао, императору достаточно сказать одно слово.
Юй Вэньхун взглянул на внучку канцлера и поставил чёрный камень:
— Госпожа Лю поистине понимающая натура. Не зря все её хвалят.
Его улыбка впервые за всё время показалась искренней.
Лю Синьмэй покраснела:
— Ваше Высочество слишком добры ко мне.
— Синьмэй-цзе, чего тебе стесняться? — засмеялась принцесса Аньсин. — Братец всегда говорит правду, верно?
Юй Вэньхун лишь улыбнулся, не подтверждая и не опровергая, позволяя обеим радоваться по-своему.
Однако Сюнь Чжэнь, услышавшая этот разговор, ещё больше нахмурилась. «Юй Вэньхун и впрямь мерзавец, — подумала она. — Его похвалы почему-то звучат с лёгкой издёвкой». Она чуть приподняла глаза и увидела, как лицо Лю Синьмэй сияет от счастья. Сюнь Чжэнь едва слышно вздохнула. Ей стало жаль эту подругу детства: та, будучи обманутой, радовалась, как дитя, и в этом было что-то особенно печальное.
Принцесса Аньсин вдруг обернулась и увидела Сюнь Чжэнь. Её глаза расширились от удивления, но тут же брови сердито сдвинулись:
— Как ты сюда попала? Ты что, привидение, что ли?
— Я принесла вещь для наследника, — ответила Сюнь Чжэнь.
Лю Синьмэй повернулась к ней и так крепко сжала белый камень в руке, что костяшки пальцев побелели. На миг в её глазах вспыхнула ярость, но она тут же скрыла её. Вспомнив, как Сюнь Чжэнь целовалась с тем, кого она так любит, Лю Синьмэй пожелала, чтобы в руке у неё был не камень, а острый нож — тогда бы она полоснула этой нахалке по лицу раз десять.
— Фу, лисица! — фыркнула принцесса Аньсин, но, помня о присутствии брата, сдержалась и, встав, обиженно сказала ему: — Братец, глаза-то протри! Такую лисицу тоже берёшь?
Юй Вэньхун с интересом наблюдал, как лицо Сюнь Чжэнь побледнело, а пальцы, державшие поднос, побелели от напряжения. Видно, она изо всех сил сдерживала себя.
«Хватит!» — подумала Сюнь Чжэнь и подняла голову, готовая возразить.
Но в этот момент Юй Вэньхун мягко произнёс:
— Аньсин, ты ошибаешься. Если она и лисица, то только моя.
Тело Сюнь Чжэнь непроизвольно дрогнуло, по спине пробежал холодок. Что он этим хотел сказать? Разве мало он уже опозорил её? Она быстро огляделась: все присутствующие были потрясены его словами. Принцесса Аньсин сверлила её взглядом, полным ярости. Сюнь Чжэнь поспешила сказать:
— Ваше Высочество лишь пошутил. Я всего лишь простая служанка, мне не подобает возвышаться над своим положением…
— Замолчи! — перебила её принцесса Аньсин. — Братец тебе и вовсе не пара!
Чем больше Сюнь Чжэнь пыталась объясниться, тем сильнее разгорался гнев принцессы. «Кто она такая? Обычная служанка! А всё же лезет, где не просят!» — думала Аньсин, едва сдерживаясь, чтобы не дать пощёчину.
Лю Синьмэй с горечью сглотнула. Она прекрасно поняла скрытый смысл слов наследника: Сюнь Чжэнь — его человек, и трогать её теперь могут лишь те, кто осмелится бросить вызов самому наследнику. Как говорится, «собаку бьют — хозяина уважай».
«Проклятая женщина!» — мелькнула мысль у Юй Вэньхуна. В его глазах на миг вспыхнул гнев. Он всего лишь хотел извиниться за то, как обошёлся с ней в прошлый раз, а она не ценит его доброты! Чем больше он думал об этом, тем сильнее разгорался его гнев, но на лице по-прежнему играла беззаботная улыбка.
— Аньсин, ты ведь моя сестра. Перед тобой ей не стоит быть такой скромной. К тому же ты не посторонняя. В прошлый раз, когда она упала в воду, это была твоя шалость, но ты просто не знала всей правды. Верно, Аньсин?
Одним предложением он свёл её попытку оправдаться к обиде на принцессу, сделав её слова похожими на каприз любимой служанки, обиженной на наследника.
Зрачки Сюнь Чжэнь расширились от ярости. «Этот мерзавец! — подумала она. — В тот раз всё было лишь притворством для брата Вэньсюаня, а он теперь навешивает на меня ярлык!»
Принцесса Аньсин прекрасно уловила предупреждающий взгляд брата. Сжав кулаки в рукавах, она напряглась, губы плотно сжались, будто раковина.
— Ну? — Юй Вэньхун убрал улыбку и бросил на сестру строгий взгляд. — Я не хочу, чтобы повторилось то, что случилось с падением в воду.
Принцесса Аньсин обиженно посмотрела на брата, махнула платком и, будто вот-вот расплачется, воскликнула:
— Братец обижает меня! Больше не люблю тебя!
И, не поклонившись, выбежала из сада.
Увидев, что принцесса ушла, Лю Синьмэй поняла: оставаться дольше — значит дать повод для сплетен. Ей совсем не хотелось оставлять Сюнь Чжэнь наедине с наследником. Спрятав ревность, она встала и, с достоинством улыбнувшись растерянной Сюнь Чжэнь, сказала:
— Госпожа Сюнь, вам повезло — вы сумели привлечь внимание наследника. Под его покровительством вам теперь всё будет спокойно.
Лицо Сюнь Чжэнь потемнело. «Это не удача, а беда!» — хотела она возразить. — Лю Синьмэй явно неправильно поняла ситуацию.
— Госпожа Лю…
— Госпожа Лю, — перебил её Юй Вэньхун, — Аньсин ещё ребёнок. Вы же — образованная девушка из знатного рода. Пожалуйста, поговорите с ней, отвлеките от пустяков и направьте её мысли в нужное русло.
Лицо Лю Синьмэй мгновенно залилось румянцем. Она сделала изящный поклон:
— Как прикажет наследник. Тогда я удалюсь.
Юй Вэньхун кивнул:
— Вы прекрасно играете в го. Приходите как-нибудь ещё в Восточный дворец сыграть со мной.
Улыбка Лю Синьмэй стала ещё шире:
— Благодарю за приглашение, Ваше Высочество. Я обязательно уговорю принцессу Аньсин вернуться к вам.
Снова поклонившись, она величественно исчезла из сада.
Сунь Датун, получив знак от Юй Вэньхуна, взмахнул метлой, и все остальные слуги поспешили удалиться. Перед тем как выйти за арку, он бросил взгляд на Сюнь Чжэнь. Даже его, старого придворного, удивили слова наследника. Теперь он и сам не мог понять: шутил ли тот или говорил всерьёз? Покачав головой, Сунь Датун решил, что лучше просто честно исполнять свои обязанности, а не гадать о замыслах господ.
Лю Синьмэй тоже обернулась и взглянула на двоих, стоящих среди цветов и зелени. Сжав зубы, она решительно зашагала прочь. Сейчас у неё нет власти наказать эту кокетку, но когда она станет женой наследника, с этой служанкой она обязательно расправится.
При этой мысли уголки её губ приподнялись, и она гордо подняла голову. Впереди она увидела, как принцесса Аньсин ругает свою служанку. «Вечно эта принцесса вспыльчива», — с лёгкой насмешкой подумала Лю Синьмэй и продолжила играть роль доброй, понимающей и изящной кузины Лю.
Юй Вэньхун подошёл к Сюнь Чжэнь. Заметив, что она задумалась, он снял ткань с подноса. Там лежал мешочек с вышитым стройным зелёным бамбуком и зелёными кисточками по краям — простой и изящный, хотя и не совсем подходящий для наследника. Вероятно, это самый скромный мешочек, который он когда-либо получал. Однако вышивка была безупречной — даже лучше, чем у Сюй Юй.
Его тёмные, как ночь, глаза пристально смотрели на Сюнь Чжэнь, будто пытаясь проникнуть в её душу. Она, похоже, не питала к нему симпатии, так почему же вышила и прислала такой мешочек? Его раздражение постепенно рассеялось.
Сюнь Чжэнь всё ещё была погружена в свои мысли, когда вдруг услышала насмешливый голос этого ненавистного ей мужчины:
— Это подарок на память? Только что отрицала связь со мной, а теперь посылаешь такой подарок. Неужели ты так сильно ко мне расположена?
Его слова вызывали тошноту. Увидев, как он помахивает мешочком у неё перед носом, она покраснела и опустила голову, пряча гнев:
— Ваше Высочество, не заблуждайтесь. Просто в тот раз начальница мастерской спросила, и я соврала. Теперь, чтобы прикрыть ложь, самовольно изготовила этот мешочек. Если он вам не нравится, можете просто выбросить.
Юй Вэньхун смотрел на эту маленькую женщину, которая внешне казалась такой покорной и почтительной, но вся её поза выдавала отвращение. Насмешливое настроение пропало. Он крепко сжал изящно вышитый мешочек и прищурился:
— Ты так меня ненавидишь?
Хотя он и «обижал» её несколько раз, на самом деле всегда действовал в её интересах.
— Я всего лишь служанка, — ответила Сюнь Чжэнь, избегая прямого ответа. — Мне не подобает иметь личные чувства к господину. Прошу вас, не шутите так при других — это вредит вашей репутации.
Юй Вэньхун швырнул мешочек на землю и схватил её за руку, заставив посмотреть ему в глаза:
— Ты не понимаешь моих намерений? Это дворец. Твою должность дала тебе императрица-мать. Мои слова сейчас принесут тебе только пользу. Чего же ты недовольна? Чего сопротивляешься? Если бы ты не…
Сюнь Чжэнь долго сдерживала гнев, стараясь быть образцовой служанкой, как учила её начальница мастерской: не перечить господам, не осуждать их, исполнять все приказы. Но теперь, глядя на Юй Вэньхуна, который говорил с ней так, будто оказывал великую милость, она рванула руку, пытаясь вырваться. Не сумев, она начала бороться, и поднос выпал у неё из рук.
— Ваше Высочество, вы — высокий господин, а я — ничтожная служанка. Но и я рождена отца с матерью, и у меня есть чувство стыда! Я понимаю ваши намерения, но спрашивали ли вы, чего хочу я? Знаете ли вы, что я думаю? Конечно, прятаться в тени великого дерева удобно, особенно если это дерево — вы, наследник. Но я не хочу, чтобы за моей спиной шептались, будто я сознательно лезу в ваши объятия, чтобы возвыситься!
В её глазах стояли слёзы обиды и гнева. Он растоптал её достоинство и теперь ещё требует благодарности? Одним словом он стёр все её годы упорного труда! Да и тень прошлого была слишком мрачной — она не хотела иметь с ним ничего общего.
Юй Вэньхун пристально смотрел на эту незаметную служанку. Да, она была незаметной: не красавица, разве что можно сказать — миловидная. Если бы не тот случай с мешочком, он, вероятно, никогда бы не захотел увидеть, как она выросла. Но сейчас это упрямое лицо вдруг засияло, и её черты стали живыми и выразительными.
— Непонятная девушка, — пробормотал он и ослабил хватку.
Сюнь Чжэнь, получив свободу, быстро отступила на два шага:
— Ваше Высочество больше не будет шутить так, верно?
— Ты слышала поговорку: «Слово государя — не ветром сказано»? — Юй Вэньхун опустил на неё строгий взгляд.
http://bllate.org/book/3406/374294
Готово:
