Волосы Яохуань упали Лу Шанъюаню на лицо, и ему стало щекотно. Он прищурился и уже собирался тайком взглянуть, как вдруг услышал её лёгкий смешок:
— Взаимно.
Лу Шанъюань тут же понял: она отвечает ему на его слова «ничего особенного».
Лу Шанъюань: «!!!»
Вся романтическая атмосфера мгновенно испарилась. Он смотрел, как Яохуань застёгивает пуговицы, и в его глазах вспыхнул гнев:
— Да я всю жизнь не полюблю тебя!
Яохуань спокойно натягивала на себя одежду, поправляла причёску и, перед тем как выйти, подтолкнула очки:
— Я тоже.
Она вышла и закрыла за собой дверь.
Лу Шанъюань: «А-а-а!»
…
Едва переступив порог, Яохуань пошатнулась и, опершись о стену, еле удержалась на ногах.
Она ведь хотела нормально извиниться перед Лу Шанъюанем… Как всё дошло до такого? Голова болела.
Понятно, что Лу Шанъюань расстроен — и неудивительно: ведь это она «насильничала» над ним.
Тогда…
Яохуань стукнула себя по лбу.
Раз уж случилось — нечего теперь копаться в прошлом. Ладно уж, судя по тону Лу Шанъюаня, он, похоже, не так уж и переживает.
Однако…
— Пэнфэй, это Яохуань, — сказала она, застёгивая пуговицы и направляясь к выходу. — У меня тут кое-что случилось, думаю, сегодня на работу не смогу…
…
Лу Шанъюань ссутулился, взгляд у него был пустой:
— Все лгут, все…
Прошло немало времени, прежде чем он вытер влажные уголки глаз и решил забыть обо всём.
Кто в жизни не сталкивался с парой-тройкой мерзавок?
Но всё же…
— Как же так можно! — завопил он снова, беспомощно распластавшись на кровати. — Сделала своё дело и ещё смеет говорить, что я плохо…
Вспомнив, как Сюй Цзяцзя тоже вчера без предупреждения его поцеловала, Лу Шанъюань на миг почувствовал страх:
— Нынешние девчонки — ужас просто!
…
После спортивных соревнований было два выходных дня.
Лу Шанъюань никуда не пошёл и никому не рассказал об этом, тайно прятал всё в себе и дома один исцелял душевные раны.
В воскресенье днём он надел всё самое лучшее, собрался с духом и решил: не даст Яохуань повода считать его слабаком.
Ну и что, что случилось! Кому какое дело!
Подходя к двери Яохуань, он вдруг вскрикнул:
— Ай! — и присел на корточки, нарочито повысив голос, будто боялся, что кто-то рядом не услышит: — Шнурки развязались?!
Из квартиры Яохуань не доносилось ни звука. Лу Шанъюань поджал губы и уже собирался перекинуть шнурки на другую ногу и перевязать заново, как вдруг дверь открылась!
Увидев медленно приближающиеся чёрные туфли, он едва сдержал радостную улыбку.
«Вот видишь, — подумал он, — всё её „я тоже“ — просто слова. Как только узнала, что я пришёл, так и выскочила! Теперь надо решить, сколько раз её игнорировать…»
Три раза — не многовато ли? Может, два? Или… один? Ну да, пожалуй, один. Девчонки ведь стеснительные, зачем мужчине с ними церемониться?
Он неторопливо поднялся, настроил лицо на безразличие и бросил на Яохуань рассеянный взгляд…
Стоп! Это же Ши Пэнфэй?!
Ши Пэнфэй вышла выкинуть мусор и, увидев перед дверью мужчину, неуклюже завязывающего шнурки, подумала, что у него руки болят, и уже хотела предложить помощь — но вдруг узнала знакомого!
— Учитель Лу! — радостно поздоровалась она.
Лу Шанъюань выдавил улыбку и украдкой заглянул в квартиру.
Ши Пэнфэй всё поняла и, наклонившись, тихо спросила:
— Вы что, с Яохуань поссорились?
Лу Шанъюань промолчал, лишь косо глянул на неё:
— Что ты несёшь?
Ши Пэнфэй растерялась, почесала голову:
— Неужели нет? А почему тогда на второй день после соревнований она сразу позвонила и сказала, что увольняется?
Хотя нога у неё почти зажила, так что рано или поздно всё равно вернулась бы к работе.
Уволиться???
Уволиться!!!
Лу Шанъюань ушёл, совершенно потеряв душевное равновесие. Ши Пэнфэй смотрела ему вслед и всё больше недоумевала:
— Что за игру они ведут?
Он решил пойти к Вэй Яню и выговориться, но едва свернул в коридор, как увидел: Вэй Янь держит за руку Сюй Цзяцзя, и они, явно погружённые в любовную идиллию, направлялись, похоже, к нему в комнату.
Один и тот же старт, но разные финалы. Обе девушки сами напали, но почему одну приняли с распростёртыми объятиями, а другую — бросили?
Лу Шанъюань молча развернулся и вернулся к себе. Плюхнувшись на кровать, он натянул одеяло на голову.
Использовала и ушла, даже не оглянувшись. Настоящая мерзавка…
…
Когда он проснулся, уже наступило следующее утро.
Ещё не рассвело. Лу Шанъюань сидел на кровати, протирая глаза и глядя в пустоту. Он лишь хотел немного прийти в себя, но уснул мёртвым сном.
Переспал так, что теперь и днём спать не хотелось. Он почесал растрёпанные волосы и пошёл умываться.
Через полминуты он вышел, ошеломлённый, с голым торсом и штанами, едва державшимися на бёдрах.
Дрожащей рукой он достал телефон и набрал номер Яохуань.
— Кто там? — раздражённый голос с сильной сонливостью донёсся из трубки.
— Яохуань, — дрожащим голосом произнёс Лу Шанъюань, — у меня беда…
Яохуань стояла под душем с закрытыми глазами. Тёплые струйки воды обдавали всё тело.
Казалось, откуда-то что-то вытекало. Ресницы Яохуань задрожали. Наконец, собравшись с духом, она протянула руку вниз, чтобы промыться.
Всё это время она не решалась посмотреть вниз — боялась снова вырвать.
Она не понимала: ведь ей не было противно от прикосновений Лу Шанъюаня, значит, отвращение не должно было возникнуть… Но утром…
Неужели она что-то не так поняла? Или где-то допустила ошибку? Яохуань не могла найти ответа и раздражённо махнула рукой.
А потом фыркнула: зачем тратить на это время? Лучше подумать над планом следующей книги.
Судя по поведению Лу Шанъюаня, они, скорее всего, больше никогда не увидятся. Даже если она найдёт причину, какая разница? Ведь проверить уже не получится.
Яохуань вздохнула, быстро вытерлась и вернулась в постель, чтобы доспать.
Днём она пришла в школу, собрала свои вещи и передала дела Ши Пэнфэй.
Ши Пэнфэй хотела было расспросить, признался ли Лу Шанъюань Яохуань в чувствах, но, увидев тёмные круги под её глазами и унылый вид, не осмелилась.
Яохуань думала, что уйдёт без сожалений, но, стоя на последней ступеньке, не удержалась и обернулась на здание.
Всего три месяца — и уже привязалась? Наверное, просто скучает по Сюй Цзяцзя и по разнообразной, вкусной и чистой столовой?
Усмехнувшись, она потянула за собой чемодан и ушла.
Яохуань дала себе один день, чтобы прийти в себя, и собиралась с завтрашнего дня вернуться к нормальной жизни и работе.
Но не успел рассвет, как зазвонил телефон Лу Шанъюаня.
Яохуань придерживалась строгого распорядка дня, и многолетняя привычка жить одна делала её крайне чувствительной к неожиданным вторжениям в личное пространство.
Она не понимала: как вообще можно звонить в пять утра?
— Кто там! — раздражённо крикнула она.
В трубке долго молчали. Яохуань уже решила, что это чья-то глупая шутка, и собиралась положить трубку, когда дрожащий голос Лу Шанъюаня донёсся до неё:
— Яохуань, у меня беда…
…
Выяснив, где сейчас Лу Шанъюань, Яохуань сразу же приняла решение:
— Сейчас же встаю. Через час встречаемся у входа в школу — там и поговорим.
На другом конце провода Лу Шанъюань жалобно, будто вот-вот заплачет, сказал:
— Это точно ты…
Яохуань оставалась совершенно спокойной:
— Лу Шанъюань, кроме тебя, у меня не было отношений ни с кем. Мой отчёт о прошлогоднем медосмотре лежит в ящике стола. Так что даже если что-то не так, источник проблемы точно не во мне.
Не дожидаясь возражений, она положила трубку.
Болтавший без умолку Лу Шанъюань: «…»
Яохуань тоже боялась. Вспомнив его слова, она вдруг почувствовала лёгкий зуд.
Она твёрдо напомнила себе не поддаваться панике, одновременно вспоминая, не было ли у неё после той ночи каких-то странных симптомов.
Кроме лёгкой болезненности, ничего подозрительного не наблюдалось…
Но вдруг есть инкубационный период? При этой мысли лицо Яохуань побледнело.
…
Лу Шанъюань был человеком чистоплотным и целомудренным, поэтому, как только возникла проблема, он сразу определил виновника.
Ведь «малышом» пользовалась только Яохуань.
Всё настолько очевидно — а она ещё отпирается?!
Лу Шанъюань кипел от ярости: он обязательно заставит Яохуань дать объяснения!
Но…
А если не вылечится? При этой мысли у Лу Шанъюаня словно земля ушла из-под ног.
…
Яохуань приехала даже на пятнадцать минут раньше.
Прошло назначенное время, а Лу Шанъюаня всё не было. Яохуань нахмурилась: неужели он просто решил её разыграть? Может, с ним всё в порядке, и он просто хотел её напугать?
Если это так, то он слишком далеко зашёл! Как можно шутить над здоровьем! Она ведь всю дорогу думала, что заразилась!
Чем больше она размышляла, тем больше убеждалась в своей правоте. Брови сошлись на переносице. Она решила позвонить и выяснить.
Только она достала телефон, как перед ней возник человек.
Все сомнения исчезли, едва она увидела бледное лицо Лу Шанъюаня. Утренние лучи освещали его, и он казался хрупким, как фарфор.
Яохуань сжала губы, хотела было отчитать его, но, взглянув на его состояние…
— Ты… ты в порядке? — наконец выдавила она.
Лу Шанъюань был в чёрной толстовке с капюшоном. Он скривил губы, глаза покраснели ещё сильнее, и крупные слёзы повисли на ресницах:
— Нет.
Здесь было не место для разговоров. Яохуань повела Лу Шанъюаня в ближайшую закусочную.
Запах булочек с начинкой ударил в нос, и Лу Шанъюань обиделся:
— Ты после всего, что со мной сделала, ещё и завтракать собралась?
Проходившая мимо симпатичная девушка: «!!!»
Она будто случайно, но на самом деле с жадным любопытством оглядывала их со всех сторон.
Молодой человек — широкоплечий, узкие бёдра, длинные ноги. Девушка перевела взгляд на его талию, будто сквозь ткань уже видела соблазнительные кубики пресса. А рядом — холодная, элегантная красавица…
Неужели это утренняя встреча после ночи любви?
Яохуань не знала, что прохожая уже вообразила сто восемь поз, и повела Лу Шанъюаня прямо на второй этаж.
В отдельной комнате будет удобнее поговорить.
— Ешь, — сказала Яохуань. — Что бы ни случилось, сначала нужно поесть, чтобы набраться сил.
Лу Шанъюань упрямо отказался:
— Я не голоден! Не буду есть!
Едва он это произнёс, как из живота раздался громкий урчащий звук.
Лицо Лу Шанъюаня мгновенно вспыхнуло.
Яохуань невозмутимо ответила:
— Я голодна. Я буду есть.
С этими словами она взяла пинцетом шаомай и начала неспешно есть.
Лу Шанъюань: «…»
— Ты столько заказала — будет жалко, если не съешь. Я просто экономлю еду, — без тени смущения соврал Лу Шанъюань, схватил ложку и начал жадно хлебать кашу.
Возможно, сытость действительно помогла: после еды настроение Лу Шанъюаня заметно улучшилось, и даже лицо стало выглядеть лучше.
В комнате, где не было открыто окно, витал сладковатый аромат жареных пирожков.
Яохуань вытерла рот салфеткой, откинулась на спинку стула и, приподняв веки, первой заговорила:
— Я абсолютно здорова.
— Ты отказываешься признавать вину?! — возмутился Лу Шанъюань.
Яохуань глубоко вздохнула. Глядя на растрёпанного, измученного Лу Шанъюаня, она решила не спорить — пусть уж, раз сейчас уязвим.
Она достала из сумки отчёт о медосмотре и протянула ему:
— Сам посмотри.
Лу Шанъюань: «…»
— То, что в прошлом году всё было в порядке, не гарантирует, что сейчас тоже, — пробурчал он.
Яохуань не понимала, почему он упорно не хочет признать, что проблема может быть в нём самом.
— А женщины, с которыми у тебя раньше были отношения, все здоровы? — спросила она без малейшего смущения.
Лу Шанъюань что-то быстро пробормотал.
Яохуань приподняла бровь:
— А? Что ты сказал?
Лу Шанъюань:
— Ни с кем больше не было.
Яохуань: «…»
Она кашлянула, отложив в сторону странное чувство, и решила сначала заняться текущей проблемой:
— Пойдём в больницу.
Бесполезно мучить себя догадками — это только усиливает страх.
Лу Шанъюань тут же спросил:
— Куда?
Яохуань обычно проходила медосмотр в больнице, где работал Чэнь Тяньюй, и машинально назвала её.
Лу Шанъюань замотал головой, как заводной: тётя недавно проходила обследование именно там, в отделении полно знакомых — вдруг узнают?
— Нет-нет! Давай в другую! — поспешно сказал он. — Я знаю, где лечат лучше!
…
Сидя в коридоре больницы, Яохуань слегка нахмурилась. Ей казалось, что эта больница чересчур радушна — совсем не похоже на те, где она бывала раньше.
Она не была местной, но всё равно чувствовала, что что-то здесь не так.
Через полчаса Лу Шанъюань вышел.
— Ну как? — Яохуань поднялась.
Лу Шанъюань плотно сжал губы в тонкую линию и обиженно взглянул на неё.
Яохуань: «???» Что это значит?
За те несколько шагов до неё Лу Шанъюань уже всё обдумал. Яохуань, в общем-то, неплохой человек: как только он позвонил, она сразу приехала; на его обвинения не стала огрызаться, а спокойно всё разъяснила.
Значит, он не станет говорить ей, что болезнь — из-за неё. Зачем ей мучиться угрызениями совести?
Раньше он всегда думал, что когда женщины в интернете пишут про «очищение организма», это всё выдумки! А оказывается, правда! Невероятно!
http://bllate.org/book/3405/374251
Готово:
