Она сидела в кресле-качалке, обтянутом деревом, и с тихим спокойствием листала книгу. Её копна седых волос рассыпалась по плечам, подобно водопаду. Под правым глазом, у самого уголка, темнела родинка — казалось, она вот-вот сорвётся, словно слеза, но выражение лица оставалось холодным и отстранённым. Когда Цзян Жулянь подошла ближе, она даже не удостоила её взглядом.
За спиной у неё простиралось панорамное окно. Город уже зажёг огни, по улицам спешили люди, и можно было без труда разглядеть вывески магазинов на противоположной стороне. Свет ламп окутал её призрачной дымкой, размывая границы между реальностью и грёзами.
Цзян Жулянь внимательно, секунду за секундой, вглядывалась в неё, а затем тихо позвала:
— Старшая соученица.
Вся прежняя колкость и резкость мгновенно исчезли, даже взгляд стал мягче. Казалось, она боялась потревожить луну, что нашла здесь приют.
— М-м.
Цин Цянь отозвалась, вложила металлическую закладку в страницу и закрыла книгу бледными пальцами. Затем она легко спрыгнула с кресла и грациозно опустилась на пол. Не глядя по сторонам, она прошла мимо Цзян Жулянь и равнодушно произнесла:
— Яньян сказала, что сегодня ты чуть было не сожгла полгоры.
Цзян Жулянь не сводила глаз с Цин Цянь, наблюдая, как та ставит книгу обратно на полку, и с самым невозмутимым видом ответила:
— Я просто испугалась.
Цин Цянь обернулась. Наконец её взгляд задержался на уголках губ Цзян Жулянь, тронутых улыбкой. Очевидно, она не поверила оправданию, и её отношение осталось прежним — холодным:
— По правилам Горы Тинъюнь, беспричинная порча имущества карается тремя ударами плетью.
Стоило ей встретиться с этим взглядом — чистым, как осенние воды, — внутри у Цзян Жулянь всё встрепенулось. Она набралась смелости и подалась вперёд, сократив расстояние настолько, что могла бы легко заключить её в объятия. От Цин Цянь исходил тонкий, прохладный древесный аромат. Цзян Жулянь склонила голову и ослепительно, почти до рези в глазах, улыбнулась.
— Сама накажешь меня, старшая соученица?
Её голос был лёгок, словно пёрышко. Воздух, потревоженный этим вопросом, вдруг стал теплее, чем где-либо ещё. Цзян Жулянь сделала это намеренно. Она прекрасно знала, что Цин Цянь никогда не поднимала на неё руку, но не могла побороть в себе желание подразнить её. Или, может быть, она просто хотела узнать, как растопить этот весенний снег.
Расстояние между ними резко сократилось. Цин Цянь сделала маленький шаг назад, а её длинные ресницы опустились.
— Зачем ты пришла?
Цзян Жулянь спрятала руки за спину. Стояла она теперь совершенно послушно и смиренно, будто и не она секунду назад пыталась прильнуть к ней.
— В день Пробуждения личинок выпал снег, значит, в этом году весна придёт позже.
Цин Цянь нахмурилась, не понимая, к чему вдруг это замечание, но Цзян Жулянь продолжила:
— На улице так холодно, не хочешь ли ты вместе со мной вернуться домой?
***
Цзян Жулянь была права: на улице действительно было холодно. Пронизывающий ветер не выбирал жертв, пробираясь в каждую щель и вытягивая всё тепло, стоило ему лишь коснуться кожи. Хотя Цин Цянь и была совершенствующейся, в действительности её тело было даже слабее, чем у обычных людей. Цзян Жулянь беспокоилась об этом с самого утра.
Она боялась, что старшая соученица не привыкла к сухому теплу обогревателей, боялась, что в Управлении по делам ёкаев за ней не присмотрят, поэтому спешила изо всех сил — ей нужно было убедиться во всём самой, чтобы обрести покой.
— Не нужно, меня есть кому встретить, — бесстрастно ответила Цин Цянь.
Отказ последовал незамедлительно, она даже не раздумывала, показывая, что не собирается принимать её заботу. Цзян Жулянь на глазах поникла. Нахмурившись, она с обидой проговорила:
— Мы не виделись тридцать лет, и вот ты пришла в Управление по делам ёкаев и даже не сказала мне, после работы не дождалась, и за всё это время ни разу сама не попыталась меня найти...
Она перечисляла всё по пунктам, так чётко, что почти начала загибать пальцы. Цин Цянь, сохраняя ледяное выражение лица, слушала, как Цзян Жулянь дошла до жалоб, что она «каждую ночь так волнуется за старшую соученицу, что не может уснуть», и в конце концов не выдержала:
— Довольно.
Цзян Жулянь тут же умолкла и перевела на Цин Цянь жалобный взгляд. Её глаза снова стали мягкого коричневого оттенка, и смотрела она сейчас как брошенный питомец — потерянно и печально.
Через мгновение Цин Цянь слегка прикусила губу, отвела взгляд и, чуть повернувшись, освободила дорогу:
— Идём. Раз уж ты собралась провожать меня домой.
Цзян Жулянь быстро шагнула вперёд, чтобы указать путь, и в тот момент, когда Цин Цянь не могла её видеть, уголки её губ приподнялись. Это была улыбка человека, чья маленькая хитрость удалась.
Через десять минут неброский внедорожник выехал из подземного паркинга и направился в сторону пригорода. Цзян Жулянь вела машину, краем глаза поглядывая в зеркало заднего вида. В нём было видно, как Цин Цянь прислонилась к мягкой подушке, погружённая в свои мысли и глядя в окно.
— О чём задумалась, старшая соученица? — спросила Цзян Жулянь.
Цин Цянь опустила глаза:
— Раньше здесь, кажется, были поля. За тридцать лет всё так изменилось, что перемены можно назвать сменой морских глубин на поля.
— Это точно. Духовная энергия становится всё скуднее, и новых демонов-ёкаев рождается гораздо меньше.
Гора Тинъюнь находилась в пригороде; цепь невысоких гор из-за своей красоты стала популярным туристическим местом. Цзян Жулянь крутила руль, сворачивая на серпантин, и продолжила:
— А вот Человеческая раса процветает, их теперь повсюду полно.
Сказав это, она снова взглянула в зеркало. Даже ведя машину ночью, она не забывала следить за Цин Цянь. Похоже, вернувшись в знакомые края, Цин Цянь заметно расслабилась: её глаза были полуприкрыты, а мягкие седые волосы, рассыпавшиеся по ушам, она даже не пыталась поправить.
Её фигура была хрупкой и утончённой, даже одежда не могла этого скрыть, но тон оставался холодным, словно омут:
— Так почему же ты устроила поджог?
У Цзян Жулянь дрогнула рука, и машина чуть не вылетела с обрыва. Как она могла до сих пор помнить об этом! Она притормозила, но ответила поспешно:
— Я не специально, не слушай бред Яньян.
Это ведь было почти случайно!
— Я правда испугалась, — чтобы Цин Цянь не поняла её превратно, она начала объяснять всё как есть: — Разве в последнее время не было много случаев, когда демоны-ёкаи нападали на людей? Сегодня я наконец выследила одного, это была крольчиха-ёкай.
— Крольчихи-ёкаи пугливы, они редко нападают на людей.
Цзян Жулянь кивнула:
— Верно, но та крольчиха-ёкай укусила туриста, который поднимался в гору. Когда я поймала её и ещё даже не успела начать допрос, она вдруг начала биться в конвульсиях и упала замертво.
http://bllate.org/book/34007/4185545
Готово:
