Что за бред, с какой стати называть её сестрой?
Тун Яо не посмела произнести ни звука и, пройдя еще несколько шагов, вдруг вспомнила один фрагмент из прошлого.
В ту ночь, когда она еще не была знакома с Гу Цинъюнь… в те моменты, когда они сплетались в объятиях и предавались нежности, она ведь и правда несколько раз назвала её сестрой.
Тун Яо тут же лишилась дар речи, опустила взгляд и постаралась сохранить невозмутимый вид.
Прошло несколько секунд тишины.
— Снаружи довольно холодно, — Гу Цинъюнь шла рядом с ней шаг в шаг и вдруг тихонько усмехнулась. — Смотри, у тебя нос от холода покраснел.
Тун Яо подняла руку, коснулась пылающей щеки и машинально, с чувством вины кивнула:
— Да уж, погода в последнее время просто жуть какая холодная.
Гу Цинъюнь слегка повернула голову:
— …Пф.
— …
Тун Яо только сейчас сообразила, что та просто подшучивает над ней.
Она невольно надула щеки, уставилась на асфальт впереди и подумала: в конце концов, с какой стати она вообще пошла за ней?
—
Они вернулись в компанию вместе.
Добравшись до офисной зоны, Гу Цинъюнь заметила, что Ли Жань еще не вернулась, и попросила Тун Яо передать ей файл:
— Скажи ей, чтобы не спешила, совещание по утверждению плана проведем завтра.
Взяв документ,
Тун Яо погрузилась в свои мысли и нечаянно задела пальцами тыльную сторону ладони Гу Цинъюнь, тут же отдернув руку с молниеносной быстротой.
— Хорошо, тогда я пойду.
Гу Цинъюнь заметила этот избегающий жест, ее длинные ресницы опустились, а уголки губ чуть приподнялись.
Однако лицо ее стало несколько мрачнее.
— …
Тун Яо забрала документ и, закрыв за собой дверь, ушла.
Через стекло Гу Цинъюнь неотступно провожала ее взглядом, пока та не завернула за угол и силуэт не исчез.
На ее лице не отразилось особых эмоций; посидев немного, она принялась за работу.
—
Проект, над которым их группа по брендингу трудилась последнее время, наконец-то успешно запустили, и он получил прекрасные отзывы.
Как раз подошли выходные, и в небольшом рабочем чате все наперебой стали обсуждать, куда бы выбраться поужинать вместе. Обычно там перекидывались лишь рабочими вопросами, но сейчас выдалась редкая возможность пошуметь и пострить шутки.
Ли Цзобэй: [У меня тут есть несколько билетов на каток, приглашаю желающих красавиц составить компанию, беру на себя роль сопровождающего, кто первый встал — того и тапки.]
Ван Юн: [Я!]
Лю Тинтин: [Ты всё пытаешься завести себе запасной аэродром, проклятый бабник.]
Ли Цзобэй: [Это как это выражаешься!]
Тут же последовало его следующее сообщение:
[Каждая из вас — моё сердечко и сокровище, при чем тут вообще запасные аэродромы.]
— …Тун Яо невольно прыснула со смеху.
Его слова мгновенно вызвали бурю из стикеров и подколок.
[Умеешь же ты качать права.JPG]
[Запасись касками.JPG]
…
Уголки губ Тун Яо изогнулись, она быстренько открыла вкладку со стикерами и пролистала их.
Выбрав подходящую картинку, она тоже отправила мем с подписью: [Целюсь в верхнего, распыляю возбудитель.JPG]
Гу Цинъюнь: [В половине третьего дня совещание в конференц-зале А1.]
Тун Яо замерла.
Интернет у нее работал медленно, и она собственными глазами наблюдала, как полоска отправки этого стикера ползет от нуля до девяноста девяти процентов.
За секунду до отправки она вдруг сообразила, что к чему, и в панике попыталась отменить действие.
Движение вышло слишком резким, и вместо отмены она случайно нажала удалить.
Стоило дрогнуть руке, как картинка мгновенно испарилась из ее окна чата.
— …
Конец.
Тун Яо закусила губу, а через пару секунд, прижимая к себе телефон, с надеждой подумала, что раз все вокруг шутят и болтают, то ее сообщение наверняка быстро затеряется в потоке.
В чате повисла пауза.
Внизу один за другим посыпались официальные ответы: [Получено.]
Лю Дунбинь: [Получено!]
Сюй Сян: [Получено.]
Ли Цзобэй: [Получено.]
…
У Тун Яо отвисла челюсть, накатила волна удушающей паники.
Представив, как это выглядит на экранах телефонов остальных, она поняла, что ее финальный стикер, зажатый между сухими уведомлениями и отчетами, должно быть, бросается в глаза сильнее всего и выглядит невероятно странно.
Особенно с учетом подписи: «Целюсь в верхнего, распыляю возбудитель».
В верхнего…
И почему черт дернул отправить именно эту картинку?! Лучше бы себе руки отрубила!!
Тун Яо: [… ]
На душе было скребти кошки, но она все же заставила дрожащие пальцы отправить дежурное «получено», тяжело вздохнула и бессильно уткнулась лицом в стол, притворившись мертвой.
Наступило время совещания.
Тун Яо поднялась и направилась в переговорную, утешая себя тем, что этот небольшой инцидент в чате все уже наверняка забыли.
Подумаешь, какое грандиозное событие.
Настроив себя нужным образом, она вошла в конференц-зал и сразу заметила, что все коллеги бросают на нее взгляды, с трудом сдерживая смех.
— …
—
Незадолго до окончания совещания.
Гу Цинъюнь под конец сказала еще пару слов на отвлеченные темы — ее голос звучал мягко и неторопливо, ровно, не слишком громко и не тихо.
На губах играла легкая улыбка, сквозившая ободрением.
Она объявила, что сегодня можно уйти пораньше, чтобы как следует отдохнуть дома…
Отвлекшись, Тун Яо подумала: черт побери, а ведь у нее и правда временами проскальзывает мягкий характер.
— Тун Яо, — Гу Цинъюнь перевела на нее взгляд и непринужденно произнесла: — В отделе дизайна сейчас не хватает рук для работы над рекламной концепцией, они попросили одолжить тебя на время, я согласилась. Иди туда к трем часам, отметь свое прибытие.
Чего?
Тун Яо ошарашенно хлопала глазами несколько секунд, а потом выпалила:
— Это сегодня в три часа дня?!
Она ведь только что вещала о том, чтобы отпустить сотрудников отдела брендинга пораньше домой отдохнуть и всё в таком духе.
И в следующую же секунду эта самая Тун Яо должна отправиться в отдел дизайна пахать дальше?
Гу Цинъюнь поднималась с места, бросая на ходу:
— Ты что, плохо расслышала? Насчет конкретных задач и рабочего графика сама сходи к менеджеру Чжану, выясни у него.
Тон прозвучал так, будто она уже теряет терпение.
— …Тун Яо мгновенно закипела от злости, решив, что та просто мстит за ее недавнюю попытку тайком перевестись в отдел дизайна.
Хотелось свирепо зыркнуть на начальницу, но духу не хватило, поэтому она лишь опустила голову, изо всех сил сдерживая негодование.
Коллеги один за другим потянулись из переговорной следом за Гу Цинъюнь.
Ли Жань подошла ближе, хлопнула ее по плечу и бросила:
— Да ладно тебе, всего лишь идешь помочь. Если совсем не хочется идти сегодня, просто предупреди Чжан Цзыюй.
— Всё в порядке, — Тун Яо шумно выдохнула, возвращая себе самообладание. — Сейчас пойду гляну, какая именно помощь им требуется.
Терпеть! Слово «терпение» пишется через нож над сердцем!
—
Тун Яо изначально полагала, что ей поручат какую-нибудь мелкую черновую работу, побегать поручениями. Кто же знал, что менеджер Чжан из соседнего отдела церемониться не станет и с ходу свалит на нее масштабную задачу — отрисовку главного обложечного арта.
Тун Яо лишилась дара речи и переспросила несколько раз.
Обменявшись парой фраз, она поняла, что в отделе дизайна народ и впрямь страшно избалован.
Они привыкли заниматься всякой мелкой, не требующей особых навыков шелухой, тогда как ключевые задачи по маркетинговым проектам всегда и полностью отдавались на аутсорс.
А теперь, получив какое-то скромное мероприятие, они оказались не в силах справиться своими силами — людей не хватает.
Сроки горят, работы невпроворот, вот они и попросили помощи у Тун Яо — на слух всё вроде бы звучало вполне разумно.
Но вообще-то, если в отделе дизайна не хватает персонала, об этом следует докладывать в кадры, с какой стати занимать людей у отдела маркетинга?
Интуиция подсказывала ей, что эта головная боль не обошлась без участия Гу Цинъюнь.
Получив задание, Тун Яо с тяжелым сердцем вернулась на свое место в отделе маркетинга.
Не зря говорят: в офисе ни в коем случае нельзя демонстрировать навыки, не имеющие отношения к твоим прямым обязанностям…
Но делать нечего, пришлось смириться.
Оставалось винить лишь Гу Цинъюнь за ее мелочность и злопамятность — надо же, вопрос с переводом в другой отдел был закрыт уже столько времени назад, а она все равно решила припомнить старое и испортить ей жизнь.
Эх.
Отягощенная мрачными думами, Тун Яо уселась за стол, взяла ручку и перед тем, как приступить к рисованию, набросала на бумаге пару грубых штрихов, чтобы зафиксировать пришедшую в голову идею.
Затем она достала графический планшет, одолженный у менеджера Чжана, и подключила его к компьютеру.
Коллеги из группы по брендингу перед уходом даже специально подошли к ней, чтобы выразить сочувствие.
Все вели себя предельно вежливо и наперебой хвалили ее за то, что она такая молодец — раз уж ее одолжил соседний отдел для столь масштабной выручки, значит, она просто профи.
Тун Яо с натянутой улыбкой попрощалась со всеми.
Подперев щеку рукой, она снова тяжело вздохнула.
Вообще-то она тоже могла бы уже катиться домой, с комфортом устроившись в постели с аниме или сесть за иллюстрации — она еще даже не притрагивалась к коммерческому заказу от папочки-заказчика, а вместо этого вынуждена овертаймить здесь над чужой работой.
— …
Очень быстро наступил час официального окончания рабочего дня.
Сотрудники хозяйственного отдела тоже заглянули к ней попрощаться — слухи распространялись быстро, и все уже были в курсе, что Тун Яо сейчас пашет на дизайнеров.
Последовала новая волна похвал.
У Тун Яо были прекрасные отношения со всеми, так что их комплименты звучали абсолютно искренне.
Они даже заглянули в монитор оценить прогресс:
— Ого, как красиво получается, неудивительно, что тебя забрали на помощь.
— Давай, держись, говорят, наше начальство к тебе очень благосклонно.
— …
Однако никакого утешения Тун Яо от этих слов не почувствовала ни капли.
Из-за необходимости гнать сроки ей пришлось остаться в офисе, в то время как остальные уже ушли.
Прошло совсем немного времени, и в помещении почти никого не осталось.
Ощутив жажду, Тун Яо поднялась и направилась в комнату отдыха.
Она уже собиралась налить себе кофе, но, подумав, решила проявить заботу о здоровье и нажала на кнопку подачи горячего молока.
Вернувшись в рабочую зону, она обнаружила, что кто-то раздвинул жалюзи — во всю стену тянулось панорамное окно, в котором отражались огни вечернего мегаполиса; Тун Яо подошла ближе, невольно любуясь с высоты ночным пейзажем — шумным, но безмятежным.
Если бы прохожий на улице поднял голову, это здание наверняка показалось бы ему сияющим мириадами огней.
Тун Яо вспомнила, как еще в старшей школе ей казалось, будто свет в окнах этих небоскребов выглядит невероятно романтично. Теперь же, спустя столько лет, она видела в этом сиянии лишь выжигаемые ночные смены тех, чьи жизни сжигала работа.
— …
Мысленно Тун Яо в очередной раз прокляла Гу Цинъюнь раз восемьсот, после чего вернулась за стол с кружкой горячего молока и продолжила трудиться.
К счастью, требовалось нарисовать лишь обложку.
Поскольку мероприятие изначально принадлежало их отделу маркетинга, концепцию и все требования она знала от и до, так что можно было не опасаться правок и переделок. Если поднажать, то за пару дней вполне реально управиться.
— Похоже, сегодня придется задержаться сверхурочно?
Чей-то голос раздался совсем рядом, у самого уха.
Ресницы Тун Яо дрогнули, она подняла глаза и увидела стоящую вплотную Гу Цинъюнь.
Опираясь одной рукой о край стола, та наклонилась к ней, внимательно изучая на мониторе компьютера то, как продвигается работа.
Тун Яо кипела от злости: мало того, что эта женщина явилась с инспекцией, так еще и строила из себя невинную овечку!
Оставаться здесь допоздна — исключительно её заслуга!
Девочка предпочла промолчать.
Гу Цинъюнь протянула:
— Это Чжан Цзыюй поручил тебе обложку?
Тун Яо выдавила короткое «угу» и украдкой бросила взгляд на собственный эскиз на экране.
С чего она вообще взяла, что это обложка?
Там же еще ничего толком не разобрать.
— Прогресс неплох, — кивнув, произнесла Гу Цинъюнь. — Теперь, когда ты здесь, у этих подрядчиков больше не получится шушукаться за нашими спинами и называть нас тупыми заказчиками, которые ни черта не смыслят в деле.
На мочках ее ушей блеснули крошечные бриллианты, линии профиля казались безупречно гладкими, а дневная надменность и острые углы характера слегка сгладились.
Произнося слово «тупые», она едва заметно улыбнулась.
Она стояла слишком близко.
От нее исходил едва уловимый шлейф тонких духов — не то древесных, с примесью цветочных ноток, холодных и пронзительных. До одури приятных.
Тун Яо машинально опустила взгляд, отводя глаза, и пробормотала:
— Всё равно будут говорить.
Гу Цинъюнь задумалась и тихо усмехнулась:
— Мм.
Ее голос прозвучал так мягко и обволакивающе.
Тун Яо почувствовала, как от этого звука по всему телу разливается приятная истома.
Подняв глаза на экран монитора, она поняла, что от былой обиды в сердце не осталось и следа — хотелось лишь жалобно замычать.
До чего же она бесхарактерная.
http://bllate.org/book/33912/4173002
Готово:
