С того самого момента, как Шэнь Цяо произнес эти слова, взгляд Лу Чжэ не отрывался от его шеи.
Даже будучи таким же Альфой, Шэнь Цяо обладал более внушительным телосложением, чем остальные представители их пола. Возможно, из-за увлечения плаванием в свободное время его фигура была развита превосходно —
линии мышц плеч и шеи казались гладкими и плавными, и в них угадывалась скрытая мощь. На таком близком расстоянии Лу Чжэ отчетливо видел, как кожа в яремной впадине изящных ключиц вздымается в ритме сильных, тугих ударов пульса.
Один за другим. Символ бурной, кипучей жизни.
А еще — этот то густеющий, то слабеющий мятный аромат. Хотя парень прекрасно понимал, что дело в нестабильности чужих феромонов, это все равно ощущалось как злой, подстрекательский вызов.
Шэнь Цяо и по характеру, и внешне напоминал поджарого вожака стаи.
Что идеально разжигало в Лу Чжэ охотничий азарт.
Заставляя живо вспомнить сцену пятилетней давности, когда он прижал Шэнь Цяо к стене в узком переулке и прокусил кожу на его затылке.
То был дождливый день: мелкая водяная пыль проникала в каждый угол города, смачивая растрепанные короткие волосы Шэнь Цяо. Тот уперся растопыренными пальцами в щели старой кирпичной кладки, подставляя лишь эту бебелесую шею, и когда Лу Чжэ вонзил зубы, он отчетливо расслышал глухой стон, вырвавшегося у парня из самого горла.
В нем слышалась дикая боль и одновременно — предельная, запредельная выдержка.
Это заставило юного Лу Чжэ, еще не знавшего удержу, стиснуть зубы куда сильнее, словно ему хотелось выжечь на той коже вечное клеймо.
Крупная капля влаги сорвалась с кончиков волос на затылке Шэнь Цяо, прочертила дорожку и упала прямо на губы Лу Чжэ. Она несла в себе чуть разогретое теплом тело Шэнь Цяо, по вкусу напоминая его слезы.
……
Шэнь Цяо увидел, как стоящий перед ним человек вдруг усмехнулся: уголок рта дернулся лишь с одной стороны, отчего лицо приобрело неуловимо хищное выражение.
Одной рукой Лу Чжэ уперся в плечо Шэнь Цяо, притисном удерживая его на месте, а другую, висевшую до этого вдоль тела, медленно поднял. Большим пальцем он смахнул с губ то место, которого коснулось чужое дыхание, словно избавляясь от зуда, а затем еще раз яростно провел тыльной стороной ладони по рту —
от столь грубого нажима его нижняя губа вмиг стала намного ярче и краснее.
— Хочу.
Он медленно и протяжно сбавил темп речи, и хотя такой ритм должен был расслаблять, от него почему-то по спине пробегали ледяные мурашки.
Лу Чжэ улыбнулся еще мягче. В его сияющих черных зрачках мерцала лишь крошечная искорка света, а всё остальное пространство тонуло в бездонной воронке черноты, способной затянуть чужую душу и истолочь ее в порошок, либо же увлечь за собой прямиком в бесконечный ад.
Он произнес:
— Разве дело только в том, чтобы пометить тебя снова?
— Я хочу оставить за тобой постоянную метку.
Пока он говорил, рука, державшаяся у губ, слегка опустилась, и средний палец вольно или невольно коснулся ткани одежды на животе Шэнь Цяо, тут же отдернувшись, словно легкое касание крыльев стрекозы. Он оставил после себя лишь зудящий след, вызывающий самые вольные ассоциации, — словно мстя за то, как Шэнь Цяо только что говорил прямо у его губ.
— Пусть здесь… — презрительно бросил Лу Чжэ, а в глубине его глаз расплескалась безграничная улыбка, — …всё пропитается моим запахом, и ты будешь помнить только мои очертания.
— Как бы ты ни плакал и ни молил о пощаде, я тебя не отпущу.
С каждым слетавшим с губ Лу Чжэ словом кадык Шэнь Цяо дергался. Волоски на его руках встали дыбом под воздействием опасной ауры собеседника: и инстинкты, и здравый смысл вовсю орали в голове держаться от этого Альфы как можно дальше!
Он стоял на месте, оцепеневев от корней волос до кончиков пальцев. Его собственные феромоны оказались полностью запечатаны густым кедровым ароматом Лу Чжэ и подавлены на корню. Парня словно заживо засыпало колючим, ледяным снегом: в груди не осталось ни капли воздуха, ощущались лишь всепоглощающее удушье и безнадежность.
И лишь когда чужие феромоны рассеялись, Шэнь Цяо заметил, что ладони по бокам от бедер покрылись холодным потом.
Он слегка опустил голову, брови непроизвольно сошлись на переносице, а в глубине глаз промелькнуло глубокое отвращение — ровно до тех пор, пока Лу Чжэ вновь не подцепил его за подбородок кончиком пальца и не спросил с улыбкой:
— А когда ты только что зазывал меня, разве не выглядел куда развязнее?
— Чего же ты, я ведь еще даже не начал по-настоящему, а ты уже испугался?
Шэнь Цяо едва заметно вздохнул. Дождавшись, пока свежий воздух заполнит легкие и выгонит слишком плотный запах кедра, он лениво приподнял веки и окинул Лу Чжэ таким взглядом, словно снизошел до простолюдина. Его голос взлетел вверх в извечной насмешке:
— Испугался?
Слегка хмыкнув носом, Шэнь Цяо равнодушно бросил:
— Я просто считаю тебя занудой.
— Хочешь укусить — кусай, не хочешь — не ломай комедию. Сам заводишься до чертиков, а как доходит до дела — сразу в кусты.
Услышав это, Лу Чжэ глухо рассмеялся и прижался лбом ко лбу Шэнь Цяо. То ли тот боялся, что резкие движения привлекут внимание людей в тренировочной зале, то ли ему просто было лень отталкивать парня, но так или иначе, на мгновение они вновь оказались так близко друг к другу, как в те дни, когда еще состояли в отношениях.
Лу Чжэ так и стоял, чуть касаясь Шэнь Цяо, а его голос, ставший мягким и вкрадчивым, создавал иллюзию, будто его сейчас баюкают:
— Разве я не говорил тебе только что?
— Я хочу укусить.
— Но…
Лу Чжэ медленно продолжил:
— Помню, раньше ты всегда жутко злился, стоило тебе учуять мои феромоны. Почему же теперь стал таким послушным?
С этими словами Лу Чжэ добровольно отстранился на небольшое расстояние, поднял руку, взъерошил волосы Шэнь Цяо и тут же увернулся, прежде чем тот успел дать сдачи. С улыбкой оглядев Шэнь Цяо с ног до головы, он выдал вердикт с повадками старого прожженного прохвоста:
— А мне всё же больше нравилось, когда ты бываешь свирепым.
— Мелкий мягкий котенок — это совсем не в моем вкусе.
Окончив фразу, Лу Чжэ развернулся и направился вниз по лестнице, словно все эти подводные течения были лишь галлюцинацией постороннего наблюдателя.
Даже улыбка, до этого игравшая на его губах, исчезла без следа.
В глазах Лу Чжэ осталась лишь непроглядная, тяжелая чернота.
Альф нельзя пометить. Даже тогда, много лет назад, когда Лу Чжэ из-за отношений с Шэнь Цяо полуслучайно помог ему способом, отдаленно напоминающим метку, оставив свой запах внутри тела Шэнь Цяо, после этого Шэнь Цяо ничем не отличался от прежнего себя.
Он не был похож на других омег, помеченных Альфами, которые начинают испытывать зависимость, покорность, слабость в ногах и прочие подобные реакции.
История знала немало случаев, когда жестокие Альфы, одолев соперников, поддавшись сиюминутному капризу, прокусывали железы сородичей и впрыскивали собственные феромоны. Однако всё заканчивалось тем, что чужеродный секрет отторгался из-за несовместимости феромонов между Альфами, принося в момент отторжения лишь сугубую боль.
Реакция Шэнь Цяо минуту назад была крайне странной.
Если Лу Чжэ не изменяла память, интенсивность феромонов Шэнь Цяо ничуть не уступала его собственной.
Иными словами, когда Лу Чжэ высвободил свои феромоны, Шэнь Цяо должен был инстинктивно сопротивляться, исторгая ответный поток для защиты, и даже если бы в итоге проиграл, его воля не должна была рассыпаться в прах с самого начала.
Парень припомнил ту степень оцепенения, с которой сталкивался во время этих недавних близких контактов.
Такого Шэнь Цяо не проявлял никогда — даже перед самым их расставанием.
Непонятно почему, но на дне души Лу Чжэ внезапно всколыхнулась волна беспричинного гнева.
……
А тем временем на прежнем месте.
Шэнь Цяо скосил глаза, провожая взглядом фигуру Лу Чжэ, спускавшуюся до самого конца пролета, прищурился, и в его взгляде промелькнула насмешка, адресованная невесть кому.
Затем, засунув одну руку в карман, он неторопливой походкой направился в сторону уборной. На обратном пути, оказавшись у входа в тренировочную зал, парень пошарил по карманам и обнаружил, что сигареты снова закончились, а потому развернулся и опять пошел вниз.
Когда Шэнь Цяо вернулся, в тренировочной зале уже прибавился еще один человек.
— Так, теперь все в сборе. Объявляю: на всякий случай я заранее выдернул парнишку из второго состава попробовать себя на верхней линии и заодно договорился с BLX о тренировочном матче, чтобы оценить форму, —
— Шэнь Цяо, ты как раз вовремя. Сегодняшняя тренировка как раз кстати для разминки, к тому же соперник — твой старый знакомый, так что проблем со вхождением в ритм быть не должно, верно?
Тренер Фан зажал подмышкой планшет и во время разговора кивнул Шэнь Цяо в знак приветствия.
Это был мужчина с лицом правильной квадратной формы, самой заурядной внешности, без каких-либо феромонов — бывший профессиональный игрок бэта, прекрасно разбиравшийся в тактиках отечественных команд.
Шэнь Цяо кивнул.
Сидевший все это время на своем месте в ожидании его возвращения Лу Чжэ вдруг подал голос:
— Во сколько начало?
Тренер Фан:
— В восемь.
Тогда Лу Чжэ перевел взгляд на Шэнь Цяо, и его лицо вновь обрело безобидно-мягкое выражение. Он поманил парня рукой:
— Время еще есть, сначала иди поешь, доставка остынет.
Шэнь Цяо бросил на него мимолетный взгляд, молча вернулся на свое место, сел и принялся за еду.
……
Без пятнадцати восемь.
Пятерка игроков DG вошла на специализированный сервер для сегодняшнего тренировочного матча, попутно переговариваясь и проверяя оборудование.
Лао Во поинтересовался:
— Сяо Лан, может, шепнешь по секрету, какого героя Момо гоняет в последнее время? Сразу отправим его в первый бан.
Момо был ядром команды BLX, чей агрессивный и одновременно надежный стиль игры привлек множество фанатов. В паре с Лэ Лэ они демонстрировали идеальное взаимопонимание, и во всех мировых регионах Момо по праву считался сильнейшим стрелком.
Тактика и темп BLX целиком и полностью строились вокруг Момо — стоило ему раскачаться, как это становилось сигналом к началу командного боя.
Шэнь Цяо призадумался:
— Слишком много вариантов.
В конце концов, Момо умел играть на любых стрелках.
Лао Во тяжело фыркнул, а затем задрал подбородок и с важным видом заявил тренеру:
— Старик Фан, давайте сегодня проявим широту души и накиньте мне еще пять слотов бана.
Тренер Фан швырнул блокнот для быстрых записей ему на стол, с презрением во взгляде:
— Губы раскатал.
Эр Хуа рядом залился смехом:
— Лучше поупражняйся в лести со мной, авось я и подумаю поделиться с тобой банами, которые заготовил против Лэ Лэ? Я ведь слышал, он в последнее время на Мать подсел.
Цянь Бао подпер подбородок одной рукой, подключаясь к их беседе:
— Точно. А потом, Лао Во, уломав Эр Хуа, будешь вымаливать у Сяо Лана и Капитана Лу первыми пикнуть тебе героя. Всё равно тебе придется кланяться каждому в зале, так почему бы сегодня сразу не отыграть на коленях?
Лао Во возмутился до глубины души:
— Послушайте только, что он несет!
Секунду спустя его голос приобрел застенчивые нотки:
— От таких слов даже как-то неловко!
И тут же Лао Во заорал в гарнитуру:
— Брат Лан, Тяньсянь Лан, не соблаговолите ли заранее принять мои виртуальные поклоны?
Шэнь Цяо:
— …В общем-то, излишне.
Он добавил:
— Давайте тогда первым пикнем стрелка.
С этими словами Шэнь Цяо глянул на часы и, заметив, что осталось всего пять минут, по привычке шагнул рукой в карман за недавно купленной пачкой сигарет.
Он не собирался поджигать их в помещении, ему просто хотелось зажать фильтр в зубах и втянуть запах, чтобы хоть как-то успокоить нервы.
Кончики пальцев скользнули в карман и только коснулись уголка пачки, как Шэнь Цяо внезапно услышал голос сидевшего рядом Лу Чжэ.
Тот самый полушутливый тон с неоспоримым оттенком двусмысленности.
— Цяо Цяо.
Произнес он:
— Подойди-ка.
Шэнь Цяо повернул голову, глянув на Лу Чжэ. Изначально он не собирался реагировать, но заметив, как пальцы Лу Чжэ крутят провод наушников, невольно подумал, не случилось ли чего с его гарнитурой.
В конце концов его стул все же сдвинулся с места.
Однако стоило ему подать голову вперед, как Лу Чжэ внезапно протянул руку, прижал его за затылок и притянул Шэнь Цяо к своему плечу.
Повеяло легким ароматом кедра.
В нем уже не было прежнего давящего удушья — он оказался тщательно контролируемым, пропуская наружу лишь едва уловимую дымку.
Словно мягкое утешение.
Сам Лу Чжэ ничего не говорил, лишь рука, лежащая на затылке Шэнь Цяо, поднялась выше, запустившись в его волосы. То проводя по ним пальцами, то легко похлопывая, он гладил парня по голове.
Тренер Фан бросил на них взгляд.
Лу Чжэ улыбнулся ему, затем нажал кнопку отключения звука, другой рукой прикрыл микрофон Шэнь Цяо, склонил голову и тихонько проговорил:
— Какого черта ты куришь?
— Разве мой запах не вызывает куда больше привыкания?
http://bllate.org/book/33862/4167175
Готово:
