Янь Хуань ничего в этом не понимала, общих тем с одноклассниками у неё не было, поэтому их общение постепенно сошло на нет, и для всех она превратилась в странную девчонку с чудаковатым характером.
Во время зимних каникул У Чжэнься по-прежнему каждый день руководила тренировками Янь Хуань, составляла ей компанию на пробежках и занятиях с мячом. Спустя полгода тренировок Янь Хуань стала всё больше походить на профессиональную спортсменку: её хватка, подача, смэш, скорость передвижения и многое другое совершили качественный скачок.
У Чжэнься всё больше убеждалась в том, что Янь Хуань — прирожденная спортсменка. Всего за полгода она освоила то, на что у других уходили годы.
В перерывах между тренировками Янь Хуань то и дело думала о том, чтобы добавить Сун Юйтан в друзья в QQ, но дома у неё не было компьютера, да и ни у кого из соседей поблизости не водилось столь высокотехродной штуковины.
В конце концов Янь Хуань набралась храбрости и отправилась в интернет-кафе, что пряталось в глубине переулка. Дождавшись окончания тренировки, она с замиранием сердца вошла в клуб, уселась перед компьютером, не зная, с чего и начать, и вернулась к стойке администратора:
— Хозяин, откройте мне компьютер.
— Ого, даже включать ПК не умеешь, а припёрлась в интернет-кафе толпиться, — бросив на Янь Хуань косой взгляд, насмешливо хмыкнул парень на кассе.
— Не твое дело, — не осталась в долгу Янь Хуань и холодно парировала.
Компьютер включился. Янь Хуань в одиночку принялась во всём разбираться: водила мышку, щелкала по клавиатуре, по очереди открывая каждую иконку на рабочем столе. Ей казалось, что она попала в какой-то совершенно новый мир, где абсолютно всё казалось удивительным.
Янь Хуань кликнула по значку пингвина и по подсказкам успешно зарегистрировала собственный QQ-аккаунт. Шаг за шагом исследуя пеструю разнообразную страничку, она попыталась сменить никнейм на yh, а аватарку — на классическую картинку с тремя разноцветными карандашами: желтым, красным и синим. Отыскав поисковую строку, она вбила номер QQ Сун Юйтан и отправила заявку в друзья.
У Сун Юйтан никнейм звучал как Мелкий дождь над бегонией, а на аватарке красовался симпатичный рыжий кот.
Стоило заявке улететь, как Сун Юйтан тут же её одобрила. Увидев никнейм yh, она интуитивно догадалась, что это Янь Хуань.
Сун Юйтан немедленно отправила Янь Хуань смайлик с улыбкой: Хуань-Хуань, это ты?
Янь Хуань ответила точно таким же улыбающимся смайликом. Из-за крайне медленной скорости набора текста и путаницы между русской и английской раскладками она провозилась добрую половину времени, прежде чем смогла выдать цельную фразу: Это я, Янь Хуань.
Сначала Сун Юйтан получила лишь улыбающийся смайлик, но ответа всё не было и не было. Решив, что собеседник — какой-то незнакомый пользователь сети, она сбегала на первый этаж в гостиную за пачкой чипсов, а вернувшись в кабинет, обнаружила вполне официальный ответ от Янь Хуань.
Убедившись, что по ту сторону экрана находится именно Янь Хуань, Сун Юйтан застрочила с завидной скоростью: Хуань-Хуань, ты наконец-то в сети. Я провожу Праздник весны у бабушки, это очень далеко от тебя, вернусь в Линься только к началу учебы. Когда ты бываешь онлайн? Я хочу с тобой поболтать.
Едва начались зимние каникулы, бабушка Сун Юйтан позвонила Сун Ин и сказала, что соскучилась по своей любимой внучке и хочет забрать её к себе на праздник. При этом она неоднократно подчеркивала в разговоре, что обеспечит Сун Юйтан полную безопасность.
Сун Ин не стала возражать: бывший муж был вечно занят по работе и почти не бывал дома, бабушка Сун Юйтан жила в одиночестве в огромной вилле, так что проводить каникулы у неё было вполне безопасно.
К тому же, пока Сун Юйтан отсутствовала, Сун Ин могла ненадолго забыть о материнских обязанностях: отсыпаться дома во время отпуска, ночи напролет смотреть сериалы и играть в видеоигры, наслаждаясь полной свободой.
На следующее утро Сун Ин собрала дочери чемодан и отвезла её в аэропорт. В тот же день после обеда Сун Юйтан сошла с трапа самолета и встретилась со своей богатой бабушкой, которую не видела уже целую вечность.
Янь Хуань не успевала за скоростью Сун Юйтан, набирая текст осторожно и неуклюже, до смерти боясь случайно задеть какую-нибудь клавишу и потерять возможность печатать иероглифы.
yh: Дома нет компьютера, я в интернет-кафе.
Интернет-кафе?
Сун Юйтан была с ними не знакома.
По её представлениям, это было место, куда ходят только плохие ученики.
Но Хуань-Хуань ведь не плохая ученица.
Небо постепенно темнело, и Янь Хуань не смела слишком долго задерживаться в тускло освещенном переулке. Бросив Сун Юйтан на прощанье Я ухожу домой, пока, она выключила компьютер и выбегла из интернет-кафе.
В спину ей донеслись насмешливые слова администратора: Малышка, заходи еще.
Интернет-кафе находилось недалеко от дома. Всю дорогу Янь Хуань бежала легкой трусцой и издалека заметила Бабушку, стоявшую у железной ограды двора. Радостно подбежав, она выпалила: Бабушка, я вернулась с тренировки!
Выражение лица Бабушки было крайне суровым. Она сильно ущипнула Янь Хуань за ухо: Разве интернет-кафе — это место, куда тебе дозволено ходить?
Глава 9
Соседка слева, Сестра Ван, каждый день после обеда захаживала в маджонговую в переулке. Стоило ей вскинуть взгляд над игровым столом, как она без малейшего труда заметила, как Янь Хуань украдкой шмыгнула в противоположное интернет-кафе.
Янь Хуань всё не возвращалась домой, небо уже темнело, и Бабушка, стоя на пороге, уже вовсю ворчала про себя, когда Сестра Ван, закончив играть в маджонг, возвращалась домой ужинать и между делом упомянула, что видела Янь Хуань входящей в интернет-кафе.
Разве интернет-кафе — это место, куда тебе дозволено ходить? Стоило Янь Хуань переступить порог дома, как её ухо подверглось жестокой пытке, и от щипка невыносимо защипало.
Я не ходила в интернет-кафе, — потирая ухо и чувствуя себя виноватой, пробормотала Янь Хуань.
Ты еще и врешь, — Бабушка схватила Янь Хуань за руку и потащила вглубь дома. — Иди со мной, поговорим как положено.
Бабушка нечасто выходила из себя, но ложь Янь Хуань насчет похода в интернет-кафе перешла все мыслимые границы: Хочешь околачиваться с крашеными малолетками из интернет-кафе? Сама-то понимаешь, что за публика там крутится? Драки, поножовщина, пьянство, курение, матерщина, вечные неприятности — вот с ними и водись да шатайся! Отвечай, виновата или нет?
Всю дорогу от двора до самого дома уровень гнева Бабушки стремительно рос, а её разносящийся наотмашь голос привлек внимание всех соседей вокруг. Пожилой человек этажом выше высунулся из окна балкона больше чем наполовину и возмущенно выкрикнул: Игры до добра не доведут!
У Янь Хуань характер тоже был железным, так что она упрямо стояла на своем: Я не виновата! Я ни с какими дурными людьми не зналась!Ты сейчас совсем от рук отбилась, я уже не могу с тобой справиться. Знаешь, сколько ты набрала на финальном экзамене? Сорок восемь! По математике сорок восемь! Из ста возможных баллов ты получила сорок восемь, ты что, на уроке мух носом считала? Выругавшись вдоволь, Бабушка Янь нашла табурет, присела, немного перевела дух и с новыми силами принялась наставлять Янь Хуань с чувством, толком и расстановкой. Чем дальше, тем сильнее она распалялась, поднялась с места, прошла в соседнюю комнату и, указывая на стоящую у кровати коробку с комиксами, набросилась на Янь Хуань с расспросами: А это что за сомнительные книжонки непонятно откуда? Ты где их вообще купила? Неудивительно, что учёба хромает, все мысли не на учебниках, с чего бы тогда оценкам быть хорошими! Я завтра же отвезу эту коробку на пункт сбора макулатуры и продам.
Не успел затихнуть её голос, как Янь Хуань единым махом бросилась вперед, заслонила собой всю коробку с комиксами и завопила: Не трогай!
А я как раз хочу тронуть, отойди.
Не отойду! — Янь Хуань мертвой хваткой вцепилась в картонную коробку.
Совсем от рук отбилась, просто с катушек съехала! — Бабушка Янь схватилась за грудь, тяжело задышала, и раз уж угрозы не подействовали, решила взять мягко: — Зря я тогда вообще принесла тебя обратно, сколько сил я положила, чтобы вырастить тебя за все эти годы, легко ли мне было? Ты выросла, у тебя теперь свое мнение: в интернет-кафе шастаешь запросто, похабные книжки разглядываешь без стыда. Я тебе не указ, хочешь делать что вздумалось — делай, больше слова тебе не скажу.
Что угодно стерпела бы, но стоило Бабушке обмолвиться о том, что зря она её тогда принесла, у Янь Хуань тут же защипало в носу, и из глаз брызнули слёзы: Это не похабные книжки. Это комиксы моей подруги, с началом учебного года я должна вернуть их ей. Я знаю, что была неправа, нечего мне было ходить в интернет-кафе. Умоляю, не отдавай их на продажу, я тебя очень прошу.
Янь Хуань больше не справлялась с эмоциями, и её мольбы переросли в горький ревущий плач. Она рыдала и в то же время мертвой хваткой держалась за коробку, ни за что не позволяя к ней прикоснуться.
Глядя на неё, Бабушка не знала, то ли смеяться, то ли злиться, но половина её гнева уже улетучилась: Тогда зачем тебя вообще понесло в интернет-кафе?
Я ходила поболтать с подругой, — почти прокричала Янь Хуань.
Правильно-правильно, нынче у молодежи модно добавлять друг друга в друзья в оу-оу и переписываться. Бабушка Янь, успокойся ты, мы же все видели, как росла Янь Хуань, девчонка она добрая, дурному не научится. — Сестра Ван услышала из соседней квартиры, какой шум поднялся у них дома, и решила вовремя вмешаться, чтобы помирить их. Строго говоря, в этой ссоре была и её вина — язык за зубами не удержала, вот и навлекла беду.
Успокоив старшую, она принялась утешать младшую, протянув пачку салфеток залитой слезами и соплями Янь Хуань: Янь Хуань, ты тоже не держи зла на бабушку. Взять хотя бы семью этажом выше: их внук помешан на видеоиграх, ворует у родителей деньги и прогуливает школу, лишь бы зависать в интернет-кафе, связался со всякими сомнительными типами, и житья от них нет всему дому — пропащий мальчишка. Твоя бабушка просто переживает за тебя.
Это была одна из главных причин, почему Бабушка категорически запрещала Янь Хуань переступать порог интернет-кафе: стоило соседям сверху завидеть Бабушку, как они тут же останавливались и принимались жаловаться на жизнь. Со временем и Бабушка стала излишне мнительной, а услышав, что Янь Хуань тайком пробралась в компьютерный клуб, тут же вспыхнула от гнева.
Вдобавок во второй половине дня Бабушка позвонила из продуктовой лавки по городскому телефону Го Чэню и расспросила про оценки Янь Хуань за семестр: по китайскому — пятьдесят шесть, по математике — сорок восемь, по английскому — шестьдесят. Надо же, с такими никудышными баллами она едва сама на месте не рухнула от ужаса.
Так что Янь Хуань попала под горячую руку.
В конце концов Бабушка решила поверить Янь Хуань и не стала больше развивать эту тему. Экзамены позади, сколько ни говори — толку ноль.
В ту же ночь Янь Хуань до смерти боялась, что Бабушка воспользуется ее сном и унесет комиксы на продажу. Посреди ночи она даже не легла в кровать, а устроилась на корточках рядом, положив руки на коробку, так и задремала. В комнате не было ни отопления, ни кондиционера, пробирающий до костей холод так и норовил забраться под одежду, отчего у Янь Хуань онемели ноги.
То ли оттого, что она выплакалась и устала, но, прильнув к картонной коробке, Янь Хуань быстро начала клевать носом. Веки слипались, и в полусне ее растормошила Бабушка, которая с трудом — то ли на руках, то ли волоком — затащила внучку на кровать, укрыла теплым толстым ватным одеялом. Ледяные ступни прижались прямо к Бабушке, и всё тело мгновенно согрелось. Сквозь сон девочка продолжала бормотать просьбу: Пожалуйста, не продавай комиксы.
Больше не буду, спи давай, — недовольно буркнула Бабушка Янь.
Ночью в Линься выпал сильный снег, и рано утром весь город укутало в белые одежды, превратив в настоящую сказку.
На юге такие снегопады — большая редкость. Янь Хуань проснулась от доносящихся с улицы восторженных криков: Снег идет! Снег идет!
Этот жилой дом для рабочих достался в наследство еще с прошлого века, и звукоизоляция в нем была просто ужасной.
Поняв, что она лежит под одеялом, Янь Хуань тут же вскочила, села и бросила взгляд на угол: коробка с комиксами была на месте, аккуратно сложенная стопкой, и тугая струна в голове наконец-то расслабилась.
Раз проснулась, вставай давай, поешь долголетия лапшу. Сегодня твой десятый день рождения, я тебя не ругаю и не сержусь.
Янь Хуань тихонько откликнулась, сбросила одеяло и, не боясь холода, быстренько оделась. Взяв кружку для полоскания рта, она отправилась на улицу к умывальнику.
Соседи из соседних квартир еще спали, двери были плотно закрыты. Стоя у общественного умывальника, Янь Хуань чистила зубы и отрешенно смотрела на сугробы во дворе. Там как раз лепили снеговика двое ребятишек — такая погода здесь в диковинку, и детишки, зачерпывая полные пригоршни снега, радостно улыбались.
Двадцать четвертый день двенадцатой луны, малый Новый год на юге, и её десятый день рождения.
Вчера Бабушка сказала, что сожалеет о том, что принесла её домой. Если уйти от Бабушки, ей останется лишь скитаться по этому огромному городу.
Закончив умываться, Янь Хуань вернулась в дом завтракать. На дне пиалы лежал аппетитный яичный блинчик с золотистой корочкой, и Янь Хуань оставила его напоследок.
Глядя на то, как внучка уплетает лапшу, Бабушка подумала о том, как быстро летит время — не успела оглянуться, как прошло уже десять лет. Подняв голову, она смахнула тыльной стороной ладони слезинку у глаза: Глупышка, ты навсегда останешься для Бабушки родной внучкой. Бабушка ни разу не пожалела, что растила тебя все эти годы.
http://bllate.org/book/33814/4159702
Готово:
