Действительно, семнадцатилетней девушке совсем не нужна косметика, чтобы выглядеть прекрасно.
Ло Му тоже здесь, верно? Знаю ведь, что ты не любишь шумные компании, — Сун Чэньси с трудом протиснулась сквозь толпу. — Можешь подождать нас у Пруда с карпами кои, у меня как раз там одна знакомая.
Я специально купила немного хлеба, чтобы покормить карпов, — Сун Чэньси протянула Ло Му пакет, доверху наполненный хлебом, и тихонько шепнула на ухо: — В это время здесь обычно мало детей, можешь не переживать, а если проголодаешься, этот хлеб вполне съедобен.
Она тут же повернулась к Цзи Жуншу и принялась ворчать: — Чего это ты так долго? Если такой здоровяк не сможет протиснуться, я перестану тебя уважать.
Ло Му посмотрела на удаляющихся, весело переругивающихся ребят, и тихонько улыбнулась.
Эх, мальчишки растут — и не удержишь.
-
Ло Му, разумеется, не испытывала никакого праздного любопытства, но всё же, покачивая пакет с хлебом, неторопливо зашагала по мощенной галькой дорожке.
И всё же Сун Чэньси была права: в этот час здесь и в самом деле почти никого не было.
Ло Му вскрыла упаковку, небрежно отломила кусочек и бросила в воду — тут же с десяток карпов взметнули брызги, наперегонки бросаясь к угощению.
Однако вскоре Ло Му почувствовала неладное и, присев на корточки, поскребла ногу.
И правда, не просто так сюда никто не ходит.
Комары свирепствуют вовсю.
Ло Му уселась на скамейку у пруда и украдкой принялась ногтем рисовать крестики на зудящих красных бугорках от укусов.
Ну надо же так угораздить — пришла рыбку покормить и тут же собрала с десяток укусов.
Только бы не встретить никого знакомого, умоляю.
Ло Му?
Ло Му, низко склонив голову и увлеченно выводя крестики, услышала свое имя и вмиг оцепенела, неловко и медленно поднимая взгляд.
Чего боялась, то и произошло.
Перед ней стояла высокая девушка. Волосы на макушке были собраны в хвост, но при этом прическа выглядела аккуратной. В правое ухо были вдеты две серебряные сережки в виде диких роз. Было ли что-то в левом, она уже не помнила.
Ло Му подняла глаза и всмотрелась в собеседницу: правильные и тонкие черты лица в сочетании с волевым, решительным выражением.
От таких девушек, казалось, исходит какое-то природное тепло и свет.
Ло Му в растерянности поднялась на ноги, едва удерживая равновесие.
Пытаясь снова убедиться, кто перед ней, Ло Му внезапно растерялась.
Ты ведь… знакомая Сун Чэньси? — Ло Му тут же снова опустилась на скамейку, смущенно поднимая голову и мысленно сетуя на свой невысокий рост.
Да, я Янь Цинчжу, — девушка, судя по всему, почувствовала неловкость Ло Му.
Здесь просто много мошкары, я… я принесла с собой мазь.
Не нужно, всё в порядке… — Ло Му не успела договорить, как Янь Цинчжу уже достала из сумочки небольшую баночку, зачерпнула подушечкой пальца капельку мази, опустилась на одно колено прямо перед Ло Му и аккуратно смазала укусы на её ногах.
Ло Му смущенно опустила взгляд. Пусть она и подруга знакомых, но две, казалось бы, совершенно чужие девушки вдруг оказались так близко друг к другу — как ни крути, а это смущало.
Едва уловимый аромат апельсина, исходивший от Янь Цинчжу, привлек внимание Ло Му. Впервые она поняла, что фруктовый запах, обычно свойственный детям, может звучать на человеке так естественно и непринужденно.
Пожалуй, только эта девушка была способна носить подобный аромат.
Ло Му всматривалась в лицо сидевшей перед ней девушки: острый разрез глаз, гармоничные черты — в её облике чувствовалась какая-то особая, неповторимая дерзость.
Высокая переносица — поистине прекрасное лицо. Словно искусно отточенный ледяной клинок, который ранит без следа. Темно-зеленая футболка словно впитала в себя солнечное тепло, а серебристо-серый кулон подчеркивал изящные ключицы.
Какой странный человек.
Какой красивый человек.
Прости… Забыла спросить и сразу принялась за дело, — Янь Цинчжу закончила мазать ноги Ло Му, вдруг сообразила, как странно это выглядит, и неловко улыбнулась.
От тебя так приятно пахнет апельсинами, — только произнеся это, Ло Му тут же пожалела о своих словах.
Спасите, при первой же встрече говорить такое — она что, дура?
Мама у меня еще ребенок, обожает покупать кондиционер для белья с таким запахом. Моя одежда и вещи сестренки пахнут точно так же.
Янь Цинчжу присела рядом с Ло Му, склонив голову набок и разглядывая её.
От тебя тоже пасет очень необычно. Сначала мне показалось странновато, но потом стало так уютно. Какой-то древесный аромат, прямо как…
Как что? — спросила Ло Му.
Будто аромат самого божества, — Янь Цинчжу пристально смотрела на нее, и её казавшийся холодным взгляд в это мгновение наполнился нежностью.
Словно запах божества, перед которым невольно благоговеешь, — пояснила она.
Ло Му на мгновение удивилась, а затем слабо улыбнулась: Божествам нет дела до детей с тысячью хитростей на уме.
Ло Му посмотрела на Янь Цинчжу взглядом твердым и непоколебимым, словно вестник, слепо верящий в предопределенность прекрасной и трагичной судьбы. Словно блуждающей дороге жизни с самого начала уготован лишь один финал.
Вот только из-за этой излишней серьезности Янь Цинчжу решила, будто сказала что-то не то.
Янь Цинчжу тут же замялась и неловко рассмеялась: Ах… я просто шучу, не принимай близко к сердцу.
Я ведь тоже пошутила, — Ло Му склонила голову набок и звонко рассмеялась. А взглянув на смущенное и растерянное лицо Янь Цинчжу, вдруг осознала, где могла её видеть.— Помню, иногда после уроков японского языка пару раз видела, как ты с целой стопкой стаканов ходишь набирать воду, — внезапно вспомнила Ло Му.
Хотя японские классы Павильона Чунмин и учебный корпус находились в разных зданиях, они располагались далеко друг от друга, но были соединены переходами, и некоторые ученики действительно бегали за водой к кулерам в Павильоне Чунмин.
— В учебном корпусе на перемене вечно полно народу, да и на вкус вода там так себе, — слегка покачала головой Янь Цинчжу, с легкомысленной улыбкой на лице. — В Павильоне Чунмин вода еще ничего, вот только каждый раз меня норовят заставить бесплатно работать.
Ло Му удивилась:
— Правда? А я даже не обращала внимания.
Она и представить не могла, что кто-то станет сравнивать даже вкус воды. Этот человек перед ней действительно казался Ло Му совершенно непостижимым.
Янь Цинчжу спросила:
— А… ты обращала внимание на меня?
Ло Му переспросила:
— Что?
— Нет, я имею в виду, если тебе тоже интересно, я могу помочь тебе набрать воды в Павильоне Чунмин. — Янь Цинчжу в панике замахала руками, слова путались, и она никак не могла сообразить, как получше всё сформулировать. На ее обычно по-взрослому серьезном лице промелькнули нотки детской наивности и неуклюжести.
Янь Цинчжу, какую чушь ты несешь.
— Спасибо, не нужно. Я ведь каждый раз хожу на языковые занятия и обратно одной и той же дорогой, — ответила Ло Му.
Янь Цинчжу так и знала — она откажет.
— Ты тоже права, — согласилась Янь Цинчжу.
— Впрочем, в следующий раз можно и попробовать, — усмехнулась Ло Му про себя. Она никак не ожидала, что эта девчонка, впервые с кем-то разговорившись, тут же предложит вместе продегустировать школьную воду.
— Большое спасибо за приглашение, Янь-тут-тонэ. — Ло Му склонила голову набок, и на ее щеках показались ямочки. Обрамлявшие плечи волосы идеально подчеркивали лицо с легкими следами детской пухлости — точь-в-точь малышка, услышавшая радостную весть о том, что у ее любимой старшей сестрички нашлось время погулять вместе.
Янь Цинчжу протянула руку и взъерошила волосы Ло Му, только сейчас заметив, какие они на ощупь мягкие.
Боже мой, почему она такая крошечная. И правда, все дети одинаковые.
Однако Ло Му вовсе не любила, когда кто-то трогал ее голову. Когда она уже инстинктивно собиралась отказаться, ее взгляд столкнулся с нежным взором Янь Цинчжу — спокойным, подобно осенней воде, в которой неожиданно зародилась рябь. Глубоким и чистым.
Он словно говорил: мы наконец-то встретились.
Мы наконец-то встретились, наконец.
Как странно, словно со старым другом, с которым никогда прежде не был знаком.
В глазах Янь Цинчжу Ло Му смутно уловила слабый огонек, пробивающийся сквозь туман.
Дым застилает всё вокруг, но луна всё так же сияет.
— А-Цин, А-Цин, мы вернулись! — Сун Чэньси высоко подняла несколько пакетов из небольшой лавки, победоносно показав знак победы из пальцев, точь-в-точь как заправский шопоголик, урвавший огромную скидку на распродаже. Шedшая следом за ней Цзи Жуншу разительно отличалась от Сун Чэньси: вся обвешанная пакетами, она выглядела так, будто из нее вытряхнули душу.
— А-Цин, я так сдружилась с хозяйкой лавки овощных лепешек, в следующий раз, когда пойдешь туда, назови мое имя, — отрапортовала Сун Чэньси, нанизывая зубочисткой лепешку из пакета и протягивая ее Янь Цинчжу, с гордым видом человека, только что сэкономившего триста миллиардов.
— Как тут забудешь, когда общая сумма в сто двадцать, а ты взяла и сбила цену ровно вдвое? — волоча ноги от усталости, тяжело дышала Цзи Жуншу. Тем не менее она не забыла протянуть Ло Му пакет, доверху набитый лепешками и жареными палочками из теста.
— А-Цин, правда, я в следующий раз снова приду в эту лавку… — Сун Чэньси воодушевленно делилась с ней своей историей битвы с хозяйкой, а Янь Цинчжу, глядя на нее, тем временем украдкой перевела взгляд в сторону той самой девушки.
Она хмурилась, никак не укладывалось в голове.
Ло Му и Цзи Жуншу... так почему же этот человек все время разговаривал с ней?
Какие между ними отношения?
— А-Цин? — Сун Чэньси прервала ее раздумья. — Ты на что смотришь?
Проследив за взглядом Янь Цинчжу, Сун Чэньси тоже посмотрела на них.
— Ты на Ло Му смотришь? — с радостной улыбкой произнесла Сун Чэньси. — Ты не думай, хоть Ло Му вечно ходит с каменным лицом, она на самом деле очень хороший человек…
Взгляд Янь Цинчжу слегка дрогнул, но слова Сун Чэньси ее особо не тронули. Лишь спустя долгое время она тихо выронила:
— Они так дружны.
Они так дружны.
Янь Цинчжу не могла этого отрицать: возможно, где-то в самом сокровенном уголке ее сердца затаилась капелька ревности, которой она была не в силах управлять.
Это были все ее чаяния, сцена, которую она бесчисленное количество раз рисовала в своем воображении, и вот теперь она вторглась в реальность столь необычным образом. Все недосказанные слова и сдерживаемые порывы — всё проистекало из невыразимого чувства.
Но сновидение в конце концов нажмет на кнопку остановки и останется в ночи.
Хорошо хоть одно: они наконец-то встретились.
Попрощавшись друг с другом, четверо разошлись, и Ло Му вместе с Цзи Жуншу пошли по тропинке, примыкающей к шоссе. Во второй половине сентября средняя температура в Чуцзяне по-прежнему держалась на высокой отметке.
— Ты знаешь Янь Цинчжу? — долго взвешивая слова, наконец спросила Ло Му.
— Из нашего класса, не близко, — просто и быстро ответила Цзи Жуншу, не отрывая глаз от экрана телефона. — Впечатление среднее, общаться особо не получается, но учится хорошо.
Цзи Жуншу на секунду замерла:
— Обычно держится холодно, вечно свысока смотрит. Довольно бесячий тип, но Сяо Сун вечно бегает к ней в другой класс.
— Спасибо этой девчонке — хоть удается украдкой посмотреть на Сяо Сун, тоже неплохо. — Стоило заговорить о Сун Чэньси, как вокруг Цзи Жуншу тут же заплясали розовые пузыри, а уголки ее губ непроизвольно поползли вверх.
Ло Му шаг за шагом шла потупившись: хотя погода еще не претерпела заметных изменений, опавшие листья на обочинах уже начали сменяться новыми.
http://bllate.org/book/33789/4156228
Готово:
