Вот, пожалуйста.
— Линь-гэ! — она поправила слегка съехавшие на нос круглые очки и, перегнувшись через барную стойку, затараторила: — За тринадцатым столом — один большой горячий овсяный латце и один большой горячий карамельный макиато; на втором этаже за четвёртым столом — один маленький горячий овсяный латце, один маленький ледяной американо, а ещё одна порция тирамису и один баскский чизкейк!
Кондиционер плавно обдавал помещение прохладным ветерком, а в углу под потолком негромко пела неторопливая, мягкая музыка.
За деревянной стойкой Цзян Линь, завязав шоколадный фартук, коротко ответил: «Угу». Закатал рукава до локтей, повернулся к кофемашине и бросил через плечо: — Не забудь спросить гостей за четвёртым столом насчёт аллергии на арахис.
— Ой! Точно! Хи-хи, опять забыла.
Девушка упорхнула.
Когда заказ был полностью готов, Цзян Линь вытер руки и взглянул на телефон.
Вообще-то у него выдалось свободное время для участия в дебатах только в этом году. В средней школе он сам создал клуб дебатов, в старшей тоже участвовал в турнирах, а потом всё было некогда.
Позапрошлым годом старшая сестра, воспользовавшись каникулами, вернулась на родину, купила здесь небольшой участок земли и на последние гроши перестроила его под кафе. Она велела ему приглядывать заведением, а сама упорхнула за границу по новому авиабилету.
Кто бы мог подумать, что его прозорливая сестра действительно сможет вдохнуть жизнь в это небольшое кафе. В этом году его даже расширили до двух этажей и наняли нового сотрудника — ту самую шуструю девчушку в платьице.
Благодаря этому Цзян Линь наконец-то перестал работать без выходных и смог выкроить время для дебатов. На этот раз на Кубок Красноречия он заявился как независимый участник, но вскоре после отборочных его переманила к себе одна команда. Поучаствовав в совместной тренировке, он вместе с новыми сокомандниками вышел в четвертьфинал.
В этот момент его капитан — та самая девушка-первый спикер — прислала ему сообщение: «Жеребьёвка закончилась! Угадай, с какой командой мы выступаем?»
Цзян Линь уставился на диалоговое окно, но в памяти почему-то всплыл другой человек.
Чёрные длинные волосы, точёное лицо, а когда поднимается во весь рост — высокий и дерзкий. Густые брови словно мечи, взгляд лучится звёздами; казалось, где бы он ни находился, он всегда будет привлекать к себе всеобщее внимание.
Неделю назад этот мужчина в чёрной футболке сидел напротив него за столом для дебатов, а перед ним красовалась треугольная табличка с именем: «Второй спикер стороны утверждения: Юй Цзэи».
Юй Цзэи.
Он вроде бы из команды уезда Му?
Дзынь! — телефон оповестил о новом сообщении.
Девушка-капитан: «Ладно, я знаю, тебе и угадывать лень! Вообще-то это Юйчэн~»
А, уезд Юй.
Ни разу с ними не играли. Что ж, попробуем победить.
Цзян Линь молча отстучал на клавиатуре: «Хорошо».
Капитан: «Тогда угадай тему дебатов?»
Цзян Линь: «Слушаю».
Капитан: «Стоит ли судить о героях по их успеху или неуспеху».
Стоит ли судить о героях по их успеху или неуспеху?
Стороне утверждения придётся туго…
Дзынь.
Капитан: «Чувствуешь, что за сторону утверждения будет сложно играть? Поздравь нас! Нам так несказанно повезло, что выпало играть за утверждение!»
Цзян Линь: «…»
Цзян Линь: «Вполне можно играть».
Цзян Линь: «Ничего страшного, завтра на тренировке обсудим. Я отвечу на звонок».
Да, его телефон действительно звонил. Сестра.
— Алло?
Цзян И: — Привет, Линь-Линь! У тебя же сейчас полдень, да? Занят?
— Угу. — Цзян Линь прижал телефон к уху и, подняв голову, окинул взглядом зал. — Сейчас буду занят.
— Тогда вкратце. Новые чашки и напитки уже прибыли? Проверь всё по списку, если чего-то не хватает или есть брак — скажи мне или разберись сам как знаешь. На стойке наведи порядок, освободи местечко и подготовь контракт для приёма на работу. Понял?
— Понял.
— Эх, тебе ведь уже двадцать четыре, и ты сам ведёшь все дела в кафе. Чего мне волноваться, просто не удержалась лишний раз напомнить~ Ладно, я спать, завтра утром ещё совещание в компании. Ты там держись, если что-то дома понадобится — говори.
— Хорошо.
— Спокойной ночи, Линь-Линь.
— …Спокойной ночи, сестрёнка.
— Пока-пока!
Да, его сестра была именно такой… свободной, обаятельной старшей сестрой-главарём.
Цзян И училась превосходно, в двадцать два года уехала за границу на стажировку. В отличие от сына Юй Фэя, она своим умом поступила в хороший вуз, честно отучилась на доктора наук, прошла практику, выпустилась и устроилась на высокооплачиваемую работу. Каждый месяц она отправляла деньги домой, а сейчас ей едва исполнился тридцать один год.
Наверное, по мнению многих, это и есть идеальная жизнь.
Цзян Линь с улыбкой вздохнул, повернулся и заново сварил чашку кофе.
Ледяной американо — для себя самого. Спать хотелось ужасно.
Вчера лёг слишком поздно, толком не отдохнул.
.
— Ох… у нас здесь уже есть один старый главный редактор, к тому же, сам видишь — это крошечный книжный магазин, торгуем себе книжками, и никакой перевод, о котором ты говоришь, нам не нужен. Вот.
В крошечной книжной лавке в Личэне мужчина с длинными волосами столь пленительной красоты, что трудно было понять, мужчина это или женщина, сидел на маленьком кожаном табурете, любезно выделенном ему кассиром. Через кассовую стойку он глядел на сидевшую напротив… пожилую кассиршу. Его длинным ногам совершенно некуда было деться.
Столь убогая обстановка для собеседования.
Юй Цзэи проследил за взглядом собеседника и повернул голову. И впрямь: площадь этого книжного магазина едва ли насчитывала десяток-другой квадратных метров. Куда ни кинь взгляд — кругом учебники да пособия, обязательная классика для школьников, а на соседней полке стояли современные романы. Больше ничего здесь, судя по всему, никто и не покупал.
Но за эту неделю он уже обошёл весь Личэн, включая ближайшие маленькие уезды и горные деревушки. Те книжные магазины, издательства и библиотеки, что ещё держались на плаву, существовали уже много лет, и тамошние порядки давно устоялись — им не требовались ни свежие лица, ни лишняя штатная единица.
Это была его последняя надежда. Если не выгорит здесь, задерживаться в Личэне больше не имело смысла.
Юй Цзэи постарался смягчить голос и приветливо улыбнулся:
— Старшая сестрица, я ведь действительно принёс с собой множество материалов. Я очень хочу получить работу в книжном магазине — пусть даже самую мелкую, с небольшой зарплатой, лишь бы иметь отношение к редактированию и переводу. Вы не могли бы расспросить их отдел кадров… э-э… директора… м-м… г-главного редактора? — подбирал он слова.
— Ох, — протянула пожилая кассирша. — Набором персонала у нас заведует старый главный редактор. Погоди, я позвоню, позову её.
Юй Цзэи: — Хорошо-хорошо-хорошо, большое спасибо.
Эх, так-то лучше! Она отвечает за наем, так дай мне с ней пообщаться. Чего ты тут торчишь столько времени и толкуешь невесть что?
Вскоре он уже сидел лицом к лицу с тем самым главным редактором, как и желал.
Это была полная пожилая женщина с тоненькой золотой цепочкой на шее. Она смерила Юй Цзэи презрительным взглядом с головы до ног и закинула ногу на ногу:
— Это ты тут заявлял, что готов выполнять любую чёрную работу даже за гроши?
Юй Цзэи сообразил, что по ходу дела кое-какая информация исказилась, но всё же с улыбкой продолжил мягким тоном рассказывать о себе:
— Верно. За последние десять лет я создал множество произведений и перевёл много полюбившейся мне классики — как отечественной, так и зарубежной, — говорил он, доставая из сумки книги одну за другой. — Вот это мои друзья помогли распечатать в виде брошюр, есть чисто китайские издания, есть двуязычные. Кроме того, у меня много переводческих работ в интернете, это мой дополнительный заработок. У меня высшая категория по английскому, но специализацией в университете было…
— Не нужно мне этого пустые разговоры.
Женщина взмахнула рукой, оборвав его на полуслове и заставив прекратить извлекать книги из сумки.
Две книги упали на пол. Юй Цзэи наклонился, поднял их, смахнул пыль и убрал обратно в сумку.
Она заявила:
— Сейчас этому месту не нужны новые люди для каких-то там изданий или переводов, моего поста главного редактора вполне достаточно. Но раз уж ты так горишь желанием, мы, конечно, только за, чтобы молодёжь набиралась опыта. Скажем, дадим тебе месячный испытательный срок: сначала побудешь моим помощником, поучишься у меня целый месяц, я тебя поднатаскаю, а потом посмотрим, на что ты вообще способен, и решим, что делать дальше.
Снова одно и то же.
Юй Цзэи давным-давно раскусил таких людей, он слишком хорошо их знал. Какая к черту помощница — всё сводится к тому, чтобы ублажать начальство своей внешностью. В душе он скрежетал зубами, но на лице засияла улыбка:
— Хорошо~ А какова же зарплата на испытательном сроке?
— Испытательный срок есть испытательный срок! Ты у меня учишься, плату за обучение с тебя не берут — уже великое благо, а тебе ещё и зарплату подавай?
— Ну ладно~ — Юй Цзэи продолжал давить улыбку. — Знания важнее денег, то, чему научился — уже в плюс. Тогда, главный редактор, что именно мне нужно делать в качестве вашего помощника?
— Чай подавать и воду носить умеешь ведь? Любое дело начинается с самого малого, шаг за шагом.
— Ох, — нарочито протянул он. — Сестрица, я умею и чай подавать, и воду носить, а ещё и комнату убирать, и одежду складывать умею. Освоив всё это, вы позволите мне редактировать книги? — выражение его лица становилось всё холоднее.
— Книги? Ты хочешь редактировать книги? — уставилась на него старуха.
Юй Цзэи холодно усмехнулся:
— Да, а как же иначе? Главный редактор, неужели вы никогда не редактировали книг? Сколько отечественной литературы вы знаете? Публиковали ли собственные произведения? А сколько зарубежной литературы затронули? Знакомы ли с оригиналами, у которых нет переводов? Думали ли об их переводе и издании?
— Что ты имеешь в виду?
— Именно то, что я сказал! Что такое? Вы не умеете? Вы ничего в этом не смыслите? Тогда какого чёрта я буду у вас чему-то учиться!
— Проваливай вон отсюда! — женщина вскочила со стула и ткнула пальцем на дверь. — Наглый бесстыжий альфонс, ни манер, ни воспитания!
Юй Цзэи тоже поднялся на ноги. Он был выше её больше чем на голову, и теперь смотрел на неё свысока:
— Повтори, что ты сказала?
— Это ты умолял меня дать тебе работу, а не я тебя заставляла! Не хочешь — не работай! — завопила старуха.
Юй Цзэи поднял руку и ткнул пальцем прямо ей в нос:
— Не вынуждай меня врезать тебе по физиономии.
Он ещё даже пальцем не шевельнул, как тут же кто-то завопил:
— Драка! Бьют человека! Быстро звоните в полицию!
— Тьфу!
Юй Цзэи пинком опрокинул табурет, подхватил сумку, пнул дверь и вышел.
Из-за какой-то ерунды сразу бегут в полицию. Окажись они в провинции Бэй, там бы за десять минут мордобоя головы до крови расшибли — и то считалось бы, что сами виноваты!
Трусы.
Глава третья. Личэн (часть 3)
— Приветствуем всех зрителей и друзей на площадке отборочных соревнований Провинции Нань Кубка Красноречия! Сейчас у нас проходит первый полуфинал: команда Непобедимые Узы из Мучэна против команды дебатов Мэйчэна!
Под светом софитов, в грохоте бурных аплодисментов, Юй Цзэи занял своё место в составе команды и с мучительным стоном сжал переносицу: Председатель моя дорогая, ну неужели нельзя каждый раз не называть наше название вслух!
http://bllate.org/book/33737/4149057
Готово:
