Все дела в округе уже вошли в привычную колею, и почти всеми крупными и мелкими вопросами мне больше не нужно было заниматься лично. Но вот однажды, когда я совершал обычный обход улиц, приглядываясь к жизни простого народа, ко мне вдруг подбежал один из личных охранников нашей резиденции и доложил, что есть срочное дело, попросив меня вернуться для совещания. Я подумал: какие еще проблемы они не могут решить сами? Наверняка это не дела внутри округа, а нечто касающееся судеб Поднебесной. Иначе они не стали бы так спешно звать меня назад. Правда, что именно стряслось, я понятия не имел. В конце концов, я же не мог выучить Троецарствие наизусть!
Добравшись до зала совещаний, я обнаружил, что все мои подчиненные в сборе до единого. Я уж было подумал, что произошло нечто грандиозное. Но едва они заговорили, как выяснилось: дело это не имеет никакого отношения к делам Поднебесной, зато напрямую связано со мной.
Увидев, что я вошел, Гуань Юй тут же взволнованно обратился ко мне:
— Старший брат, появились вести о невестке.
Услышав это, я сильно изумился и тут же принялся рыться в памяти в поисках нужной информации. Оказалось, что невесткой в устах Гуань Юя звали законную супругу Лю Бэя — Госпожу Гань. Лицом она обладала поистине писаной красотой — можно сказать, была самой прекрасной женщиной из всех, что я видел. Впрочем, удивляло меня вовсе не это, а то, каким образом Лю Бэй сумел охмурить Госпожу Гань.
Шло время, и тогдашний Лю Бэй (когда он еще плел соломенные циновки) был ужасно беден. Ему вечно приходилось ходить в горы за хворостом или собирать какие-нибудь травы. И вот однажды Лю Бэй, как обычно, поднялся в горы за дровами. На беду, накануне прошел небольшой дождик, горная тропа раскисла, и он, потеряв бдительность, оступился, упал и испачкал одежду. Раз одежда грязная, ее, ясное дело, надо постичь. Тогда Лю Бэй вспомнил про ручей неподалеку и решил выстирать вещи там. Только вот неведомо какая собачья удача ему улыбнулась: он вдруг увидел, как Госпожа Гань купается в воде. Нрав у Госпожи Гань был суровый и решительный, да и по меркам древности у нее оставался лишь один выбор: умереть или выйти замуж за Лю Бэя. К счастью, тот не стал разворачиваться и убегать, а остался ждать на месте. Позже он засыпал девушку целым ворохом сла S*Wдких речей и лишь так сумел ее убедить.
Но когда они вернулись в дом семьи Гань и чистосердечно во всем признались ее отцу, тот пришел в ярость. Клан Гань в округе Чжоуцзюнь считался вполне зажиточным семейством, в то время как Лю Бэй был всего лишь каким-то изготовителем соломенных циновки. Выдавать за него дочь — кто на такое согласится? Однако отец Госпожи Гань, видя, что ее тело уже было оком чужого мужчины, да и сама она согласилась выйти за него, ничего поделать не мог. В конце концов, просочись эта весть наружу, клан Гань покрыл бы себя позором на всю жизнь. И всё же смириться он не пожелал. Отец поставил Лю Бэю условие: он сможет приехать за невестой только тогда, когда выбьется в люди, а иначе — пусть лучше девушка век останется незамужней.
С этим делом разобрались, и дальше стало проще. Я услышал слова Гуань Юя:
— Только что явился гонец и передал, что невестка сейчас прячется от бедствий в Бэйхай, и просит старшего брата прийти ей на выручку. Мы не смеем решать сами, а потому просим старшего брата прибыть на совет.
С чего бы ей не сидеть в родном округе Чжоуцзюнь и тащиться черт знает куда — в Бэйхай? Попутно размышляя над этим, я спросил:
— О! Кругом столько разбойников, и я изначально планировал сначала покончить с бандитами, а уже потом ехать за ней. Только как же Госпожа Гань угодила в Бэйхай?
— Не знаю, это пришел один из слуг, он сейчас отдыхает во внутренних покоях, — ответил Чэнь Цюнь.
— Приведите этого слугу, я хочу сам обо всем расспросить.
— Слушаюсь.
Вскоре слугу привели. Приглядевшись к нему и покопавшись в воспоминаниях Лю Бэя, я быстро сообразил, что этот человек — глава охраны семьи Гань, которому поручали отвечать за всю безопасность дома. В памяти Лю Бэя сохранились сведения о нем. Раз уж он объявился передо мной, значит, Госпожа Гань и впрямь может находиться в Бэйхае. Пусть лично я эту Госпожу Гань еще не видел, но ведь она моя законная жена, к тому же первая красавица. Как я могу оставаться в стороне, когда супруга в беде?
Едва подойдя ко мне, он впопыхах выложил всю обстановку и слезно попросил выручить Госпожу Гань. Я выслушивал его долгую речь, пока наконец не уловил суть: с тех пор как я повел войска из округа Чжоуцзюнь на подавление желтых повязок, Госпожа Гань постоянно ждала меня в городе. Однако благодаря моим выдающимся боевым успехам желтые повязки не могли причинить мне вреда и были вынуждены вымещать злобу на семьях нас троих братьев. Но Гуань Юй давным-давно потерял связь с родными, и искать их было бесполезно. У Чжан Фэя тоже не осталось родителей, а семейное имущество распродали еще в момент нашего выступления в поход, так что искать было некого. Лишь у меня в округе Чжоуцзюнь оставалась невеста. Поначалу об этом держали молчание, но мой будущий тесть, судя по всему, помешался на жажде славы и прямо во время разгрома мной желтых повязок брякнул о нашей помолвке. В итоге семья Гань тут же привлекла внимание моих врагов. Отцу девушки ничего не оставалось делать, а услышав, что я стал правителем округа в Сюйчжоу, он распродал остатки имущества, нанял немного крепких мужчин и попытался добраться до меня в округ Пэй. На беду, по дороге на них напали желтые повязки, отец семейства был смертельно ранен случайной стрелой и скончался. Людям не оставалось ничего иного, как бежать в ближайший город. К счастью, тамошний начальник стражи знал мое имя и известил своего непосредственного командира — Кун Жуна. В конце концов, я ведь оказал Кун Жуну услугу, спас ему жизнь, а раз уж моя жена оказалась в его владениях, он был обязан принять ее со всеми почестями и укрыл в Бэйхай. Но из-за ограниченности сил Кун Жун не мог гарантировать безопасность на дороге из Бэйхай в округ Пэй, поэтому и отправил ко мне знакомого вам слугу с вестью, чтобы я сам забрал свою жену.
Узнав обо всем этом, я мысленно перевел дух: главное, что с Госпожой Гань всё в порядке. И я сказал своим подчиненным:
— Теперь точно известно, что Госпожа Гань находится у господина Кун Жуна, но нельзя же вечно доставлять ему хлопоты. Кто готов отправиться со мной в Бэйхай за моей женой?
Услышав, что я собираюсь ехать в Бэйхай лично, Цзянь Юн тут же принялся отговаривать меня:
— Забирать главную госпожу из Бэйхай государю вовсе не обязательно ехать лично, с этим прекрасно справятся второй и третий генералы. Округ Пэй еще не до конца умиротворен, и если государь уедет сейчас, это крайне пагубно скажется на спокойствии в округе Пэй. Надеюсь, государь хорошо всё обдумает.
Гуань Юй тоже высказался:
— Старшему брату нет нужды ехать самому. Пусть этот младший брат возьмет с собой три тысячи воинов и отправится в путь — он вернет невестку в целости и сохранности. Старший брат может спокойно восседать в тылу и ждать моего возвращения.
Я поразмыслил как следует: поездка в Бэйхай туда и обратно в нормальном темпе займет дней десять. Да плюс стычки в дороге — это еще около полумесяца. Если я брошу неуспокоенный округ Пэй ради того, чтобы ехать за женой, в глазах ученых мужей и чиновников это будет выглядеть не лучшим образом. Выходит, уходить мне действительно нельзя. К тому же в Бэйхай отправляется Гуань Юй, в его способностях я был абсолютно уверен — все-таки за ним закрепилась слава самого Воинственного Святого, поэтому я согласился на предложение Гуань Юя. Сам же остался в городе Пэй ждать его возвращения.
Получив мое согласие, Гуань Юй немедленно отправился в военный лагерь, отобрал три тысячи бойцов и выступил по направлению к Бэйхай.
Ожидание — дело томительное, особенно когда на кону судьба твоего брата и твоей жены. Как тут не нервничать? Под моим томительным взглядом, устремленным вдаль, Гуань Юй благополучно вернулся вместе с Госпожой Гань. Видимо, грозное имя Гуань Юя наводило такой ужас на желтых повязок вдоль всей дороги, что никаких серьезных засад им встретить не довелось. Это меня тоже изрядно порадовало. И жену забрал, и войско не понес потерь — просто отлично.
Едва Госпожа Гань прибыла в город Пэй, я, разумеется, должен был оказать ей самый радушный прием. К тому же официальную свадебную церемонию мы еще не справляли, так что следующим важнейшим событием должна была стать свадьба. Для меня, простого мужлана, это происходило впервые в жизни, так что я был безумно взволнован!
http://bllate.org/book/33732/4148499
Готово:
