На следующий день, когда Жуань Цзинь еще не встал, Сы-эр в ярости прибежал домой и, ругаясь на ходу, влетел через калитку во двор.
Жуань Цзинь как раз кормил во дворе кур. Этот небольшой дворик вмещал с десяток кур, двух быков, трех овец, а еще стайку уток, плававших в пруду за воротами.
Заметив, что Сы-эр вернулся с пустыми руками, Жуань Цзинь озадаченно спросил:
— Сы-эр, разве я не просил тебя сходить и купить всё необходимое для свадьбы? Почему ты ничего не принес?
Сы-эр выругался:
— И не спрашивайте, молодой господин! По всей деревне только и разговоров, что о вас... Вы...
Жуань Цзинь цыкнул языком и потребовал:
— Что я? Выкладывай толком!
Сы-эр топнул ногой и выпалил:
— Они говорят, что вы губите мужей! Кто ни войдет в ваш дом в качестве зятя — непременно умрет! Если только не выдать вас замуж в другую семью, иначе заберете жизни девятерых мужей подряд!
Жуань Цзинь лишь молча воззрился в пространство. *Ох ты ж ёлки-палки, неужели он теперь соперничает по дурной славе с тем самым уездным начальником Ли?*
И без подсказки было ясно, кто пустил эти сплетни. Беда лишь в том, что простолюдины в древности были слишком суеверны и верили всякой чепухе. Не зря говорят, что слухи хуже убийства!
Тьфу, невежество!
Жуань Цзинь вздохнул, понимая, что так продолжаться не может — срочно нужно что-то предпринять.
Если ничего другого не останется, завтра же он отправится в соседний уезд и попытается купить себе мужа.
Приняв такое решение, Жуань Цзинь порешил на следующий день съездить на рынок живого товара в уездном городе. Раз уж договор о продаже и покупке человека будет у него на руках, это, пожалуй, окажется даже безопаснее, чем брать примака в дом.
И вот ранним утром следующего дня Жуань Цзинь взял несколько связок медных монет, велел Сы-эру запрячь телегу и отправился в город.
Кто бы мог подумать, что едва они откроют ворота, как перед ними на земле обнаружится лежащий ничком человек. На его лбу красовалась огромная шишка, одежда была напрочь изорвана колючими ветвями, а на ноге защелкнулся охотничий капкан.
Рана зияла так глубоко, что виднелись кости, а вокруг натек целой лужицей крови.
Сы-эр в ужасе завопил:
— Мо... молодой господин! Т-т-там... там человек!
Жуань Цзинь присмотрелся: и правда, мужчина. Да к тому же рослый и крепкий. Выглядел он тяжело раненым и, судя по всему, потерял сознание.
Он поспешно шагнул вперед, чтобы оценить состояние незнакомца, склонился к его носу и облегченно выдохнул:
— Слава богу, дышит. Сы-эр, живо помоги мне перенести его в комнату!
Сы-эр испуганно запричитал:
— Молодой господин, а вдруг... вдруг это какой-нибудь злодей?
Жуань Цзинь ответил:
— Даже если и злодей, разбираться будем, когда очнется! Сделай так: сходи на западную окраину деревни за Лекарем Цзю, а потом отправляйся в уездный город и заяви властям. Будь он бандит или нет, стражники придут и во всем разберутся.
Сы-эр послушно кивнул, помог Жуань Цзиню затащить пострадавшего в дом, а затем со всех ног бросился за лекарем.
Жуань Цзинь окинул взглядом лежащего на кровати мужчину. Несмотря на грязь и пыль, покрывавшую его лицо, черты у него оказались на редкость правильными и благородными: густые брови, вздымающиеся к вискам, смоляные пряди волос, высокий прямой нос и точеные скулы. Из-за высоких надбровных дуг лицо казалось очень рельефным.
Густые, длинные и черные ресницы отбрасывали глубокие тени на щеки, а на заостренном подбородке пробивалась темная щетина, придававшая ему сугубо мужественный вид.
Что и говорить, одни его длинные ноги и прекрасное пропорциональное телосложение чего стоили.
Настоящий писаный красавец, подумалось Жуань Цзиню.
В этот момент появился лекарь. Он спешил с медицинским чемоданчиком в руках, в простом белом халате, с распущенными волосами — очевидно, Сы-эр так сильно гнал его, что он даже не успел заколоть волосы в пучок.
Жуань Цзинь поспешно помахал ему рукой:
— Девятый Братец, скорее взгляните, что с этим человеком!
Лекарь, которого назвали Девятым Братцем, поспешил к постели. Капкан на ноге незнакомца уже сняли, а рану кое-как очистили. Осмотрев больного и проверив пульс, он вынес вердикт:
— Все эти поверхностные раны не опасны. Но... травма головы очень тяжелая, боюсь, он может не прийти в себя. А даже если очнется, то, возможно... возможно, рассудок его сильно пострадает.
Жуань Цзинь лишь молча вздохнул. *Ого, да у него сотрясение мозга?*
Глава 2
Лекарь Цзю выписал лекарства — часть для наружного применения, часть для приема внутрь. Мазь Жуань Цзинь сразу же нанес на раны, а отвар нужно было готовить только после того, как больной придет в сознание.
Правда, нашлись и готовые пилюли: уходя, Лекарь Цзю дал пациенту одну, сказав, что если тот очнется, можно будет продолжать лечение, а если нет, то, судя по всему, уже и не судьба.
Жуань Цзинь решил положиться на волю небед и собственные старания — в конце концов, не мог же он на второй день после попадания в этот мир хладнокровно смотреть, как у него на глазах умирает человек.
Вернувшись, Сы-эр привел с собой городского стражника. Тот заглянул в комнату, бросил беглый взгляд на пострадавшего и заметил, что по одежде тот похож на выходца из богатой семьи, так что вряд ли он какой-то разбойник или бандит. Стражник лишь велел Жуань Цзиню зарегистрировать происшествие в уездной управе, а в случае возникновения каких-либо проблем сразу же уведомить начальника стражи.
Жуань Цзинь велел Сы-эру принести воды и обмыл незнакомцу руки и лицо. Покончив с этим, он снова поразился тому, насколько прекрасным было это лицо.
Вошедший в комнату Сы-эр тоже не удержался от восхищения:
— Молодой господин, а этот мужчинка и впрямь хорош собой! Покрасивее Девятого Братца будет.
Жуань Цзинь поддразнил его:
— Ты что, целыми днями тайком заглядываешься на Девятого Братца? Или этот гость тебе приглянулся?
Сы-эр так сильно затопал ногами от досады, что взметнулась пыль, и возмущенно завопил:
— Молодой господин, как вы можете такое говорить! Я еще даже не начал над вами подтрунивать, а вы уже перевели стрелки на меня! Какая благовоспитанная гэ-эр станет подбирать на дороге незнакомых мужиков? Посмотрим, удастся ли вам завтра вообще кого-нибудь заманить в мужья!
*Незнакомый мужик про себя подумал: «Большое спасибо!»*
Жуань Цзинь примирительно улыбнулся:
— Ладно-ладно, я же просто пошутил, чего ты сразу злиться-то начал?
Сы-эр фыркнул, отвернулся и пошел на кухню готовить завтрак — ему совершенно не хотелось разговаривать с этим непутевым молодым госпожином.
Из-за появления этого свалившегося с неба мужчины Жуань Цзиню так и не удалось съездить за мужем. Через несколько дней ему должно было исполниться ровно восемнадцать лет, и в последнее время его тело и эмоциональное состояние находились в крайне странном положении.
Да уж, в восемнадцать лет у молодых гэ-эр наступает пора зрелости. По правде говоря, еще вчера вечером он начал догадываться, к чему всё идет: в голове постоянно крутились навязчивые мысли о близости, причем объектами этих фантазий неизменно становились мужчины.
Знаменитости мужского пола, к которым он раньше был абсолютно равнодушен, почему-то начали сниться ему в самых эротических снах.
Вот чёрт побери... до чего же докатилась его жизнь!
Но хуже всего было то, что гэ-эр по своей природе являлся пассивной стороной в отношениях — именно его должны были проникать. Между тем до своего перерождения он был чистокровным натуражем и в старшей школе даже встречался с двумя девушками.
Именно поэтому он так спешил найти себе мужа-примака: человеку не под силу побороть собственные гормоны и природные инстинкты. Достигший зрелости гэ-эр походил на мартовского кота, движимого лишь слепым желанием продолжить род.
Хм, неужели ему придется всерьез ублажать какого-то мужика в постели? Какое унижение для настоящего натурала!
Глядя на лежащего на кровати мужчину, Жуань Цзинь тяжело вздохнул. Он надеялся, что тот очнется поскорее, но даже если этого не произойдет, дольше ждать он не мог: завтра ему кровь из носу нужно отправляться на поиски мужа.
С этими мыслями Жуань Цзинь поднялся и вышел во двор.
В курятнике нашлось несколько свежих яиц. Собрав их, он направился к пруду за воротами и подобрал там с десяток утиных яиц.
Деревня семьи Жуань славилась живописными пейзажами: горы зеленели, воды струились прозрачным серебром. Особенно хорош был пруд перед его домом: сейчас стояло начало лета, и алые цветы вместе с плакучими ивами отражались в водной глади так ярко, что от этой красоты на душе становилось легко и радостно.
Если не брать в расчет тот факт, что он переродился в теле какого-то гэ-эр, Жуань Цзиню даже нравилось это место.
Ладно, почти нравилось!
Если бы только местные жители не были такими докучливыми.
Неподалеку две женщины пришли к пруду стирать белье и, заметив его, принялись тыкать в его сторону пальцами и громко пересуживаться.
Жуань Цзинь решил: *Не слышу, значит, этого бреда не существует!*
Однако сплетни все равно долетали до его ушей:
— Слыхали? Говорят, он губит мужей, а сегодня спозаранку еще и какого-то мужика к себе притащил.
— Точно тебе говорю! И после этого он все еще надеется взять мужа в примаки? По-моему, на такого дурака никто не позарится!
Жуань Цзинь мысленно выругался: *Ах вы стервы, посмели шушукаться мне прямо в лицо?*
С легкой ухмылкой он подошел к кумушкам и приветливо улыбнулся:
— Тетушка, сестрица Лю, стираете?
Те повели себя так, словно только что вовсе не полоскали его имя на чем свет стоит, и тоже жизнерадостно отозвались:
— Ой, цзинь-гэ-эр! Ты за утиными яйцами пришел?
— И за ними тоже! — ответил Жуань Цзинь, а затем вдруг истошно завопил: — Ой мамочки! Водяная змея! Третья тетушка, она вам за пояс заползла! Сестрица Лю, осторожнее, у вас сзади на юбке тоже кто-то сидит!
Обе женщины испуганно завизжали на разные голоса, заметались на месте и принялись кричать:
— Где змея? Где змея?!
Следом раздалось два громких всплеска — обе дамы кубарем свалились прямо в воду.
Жуань Цзинь хлопнул себя по бедрам и весело рассмеялся:
— Тетушка, сестрица Лю, неужто погода такая жаркая выдалась? Чего это вы решили искупаться?
Поняв, что их надули, те выскочили на берег и принялись орать:
— Ах ты паршивец Жуань Цзинь! Мелкая дрянь! Самого замуж никто взять не хочет, так людям и рты теперь не затыкать?!
— Нашелся мне умник! Мужиков подбирать у тебя смелости хватило, а выслушивать правду кишка тонка? Посмотрим, какая из тебя хозяйка, раз всю жизнь куковать тебе в девках... тьфу, в холостяках!
Жуань Цзинь весело бросил им вслед:
— Тетушка, сестрица Лю, стирайте в следующий раз аккуратнее! Хорошо хоть вода здесь мелкая, сами выберетесь!
С этими словами, прихватив с собой дюжину утиных яиц, Жуань Цзинь зашагал домой, оставляя за спиной двух перемазанных тиной баб, которые карабкались на берег и крыли его последними словами.
Благородный муж может ждать мести и десять лет, но гэ-эр предпочитает отыгрываться на месте.
Настроение у Жуань Цзиня было вполне сносным. Сложив утиные и куриные яйца в плетеную корзину, он обнаружил, что там уже скопилось несколько десятков утиных и больше сотни куриных яиц.
Покойный отец прежнего владельца тела очень любил яичницу, и после его смерти запасы в кладовой начали стремительно расти.
Жуань Цзинь подумал, что если оставить их лежать дальше, они просто испортятся. Почему бы не заготовить их впрок?
Вот только соленые утиные яйца казались ему слишком солеными — не мудрено, что авторы многих историй о попаданцах так любят готовить столетние яйца.
Известь достать труда не составит, так что рецепт выглядел простым и удобным.
С другой стороны, он опасался, что в таких яйцах накапливается слишком много тяжелых металлов, что не очень-то полезно для здоровья.
Взглянув на чайные плантации, раскинувшиеся по склону холма, Жуань Цзинь сообразил: а почему бы не приготовить вместо этого чайные яйца?
Решив так, Жуань Цзинь отправился на кухню, отыскал там старый листовой чай и позвал Сы-эра вместе варить чайные яйца.
Наблюдая за его хлопотами, Сы-эр озадаченно спросил:
— Молодой господин, а что это вы задумались?
Жуань Цзинь пояснил:
— Чайные яйца буду делать. В корзине уже больше сотни яиц накопилось, если дальше копить, из них цыплята вылупятся. Я сварлю их в чае и отнесу рабочим на соляные варницы.
Эта соляная варница служила главным источником дохода семьи Жуань, да и сами рабочие были родом из окрестных деревень — многие из них трудились под началом старшего молодого господина Жуаня почти десяток лет.
В нынешние смутные времена было крайне важно задобрить их и заручиться поддержкой.
Сы-эр изумленно вытаращил глаза:
— Молодой господин, вы же раньше никогда подобными мелочами не занимались.
В памяти Жуань Цзиня сохранились воспоминания прежнего хозяина тела: тот действительно рос избалованным отцовским любимчиком. Более того, в его голове отчетливо проступали картины событий трехлетнего прошлого и будущего — словно в придачу к переселению душ ему достался целый пакет полезных бонусов.
http://bllate.org/book/33681/4141036
Готово:
