Старые друзья расстаются надолго, а долгожданная встреча всегда самая шумная. Так совпало, что этот прощальный вечер стал для них и окончательным прощанием с университетом. Каждый успел столкнуться с какими-то переменами, и беседа текла режущим слух многоголосьем, подгоняемая хмелем и словно не имеющая конца. Когда компания вытолкнула стеклянную дверь ресторана, на улице почти не осталось прохожих. Те, кто пил, приняли на грудь изрядно, хотя до потери человеческого облика дело не дошло; просто кое-кто продолжал бессвязно болтать о том о сём, сопровождая слова бессмысленными жестами, и все они висли друг на друге, не желая расходиться.
Среди этого гадючника одна из девушек вдруг звонко крикнула:
— Снег пошёл!
Сюй Танчэн, до этого опустивший голову и смотревший себе под ноги, поднял взгляд, но отреагировал с запозданием — не успел он даже моргнуть, как снежинка опустилась ему на кончик носа. Ощущение холода было таким реальным, что он невольно выдавил из-за него глухое «у-у».
Он попытался заново сфокусировать затуманенный алкоголем взгляд, чтобы разглядеть снежинки, но увидел совсем не их.
Юноша на велосипеде стоял под голой ветвистой кроной, а поверх школьной формы на нём была надета до боли знакомая чёрная пуховая куртка. Он словно застыл в неподвижном созерцании, в то время как поток проплывающих мимо автомобильных фар превратился для него в безмолвный задник.
Снег на кончике носа, должно быть, растаял, превратившись в щекотную каплю воды. Сюй Танчэн улыбнулся, потёр нос рукой и помахал тому, кто стоял под деревом.
Шум за спиной вдруг усилился: кто-то из ребят снова облажался, и все рассмеялись с беззаботностью юных лет, перебрасываясь нелепыми прозвищами. Посреди этого галдежа Сюй Танчэн продолжал молча смотреть на катившего к нему юношу. Но прежде чем тот успел подъесть ближе, кто-то резко дёрнул его за руку — Вань Чжи что-то сказала ему сбоку, но из-за общего шума и суеты он ничего не расслышал.
— Что?
Желая разобрать слова, Сюй Танчэн наклонил голову и придвинулся к Вань Чжи ближе. Девушка замерла, заметив оказавшееся так близко лицо, лишилась дар речи и на секунду умолкла.
Не дождавшись ответа на свой вопрос, Сюй Танчэн повернул к ней голову и улыбнулся:
— Чего молчишь?
Щёки облачённой в белый пуховик девушки слегка порозовели.
— Я говорю: испугалась, что вы напьетесь, поэтому приехала на машине. Давай я отвезу тебя домой?
В глазах И Чжэ их нынешняя поза выглядела чересчур интимной — они стояли вплотную, словно шушукались о чём-то тайном. И Чжэ мог разглядеть лишь уголок губ Сюй Танчэна, но и по нему одному легко дорисовал в воображении всё его выражение лица.
Велосипед катился ещё немного вперёд, пока И Чжэ не уперся ногой в ступеньку и не окликнул:
— Брат Тан Чэн.
Реакция у Сюй Танчэна и без того была заторможенной, а этот зов и вовсе оборвал его на полуслове, когда он только собрался ответить Вань Чжи. Обернувшись и разглядев И Чжэ, он расплылся в ещё более широкой улыбке и, ничего не отвечая, запросто закинул руку ему на плечо.
И Чжэ слегка втянул голову в плечи: пальцы Сюй Танчэна шаловливо теребили его шею, прохладными кончиками касаясь кожи так, будто её коснулся языком чёрный кот, и от этого по спине пробегала щекочущая дрожь.
— Ты только что сказал... отвезёшь меня? — Сюй Танчэн снова повернулся к Вань Чжи и продолжал бестолково улыбаться. — Не нужно, мне тут близко.
— Идёт снег, очень холодно, да и в таком виде... — Вань Чжи посмотрела на покачивающегося Сюй Танчэна. — Ты вообще дойдёшь?
— С чего бы мне не дойти, я совсем не пьян. Мой дом прямо здесь, видишь? — Сюй Танчэн ткнул пальцем куда-то влево и вперед. — Воон за тем поворотом...
Пожалуй, желая получше разглядеть собственный дом, Сюй Танчэн вытянул палец и шагнул вперед, однако взгляд его по-прежнему блуждал в небесах, и он напрочь забыл про последнюю ступеньку под ногами.
— Ой!
Возглас Вань Чжи еще не затих в воздухе, а её рука так и осталась беспомощно висеть на весу, когда И Чжэ, резко развернувшись, подхватил Сюй Танчэна на руки и удержал на весу. Сам велосипед при этом лишь слегка качнуло.
— Вот видишь, а говоришь — не пьян. — Вань Чжи тоже спустилась со ступенек, похлопала Сюй Танчэна по плечу и мягко уговорила: — Я сейчас схожу за машиной и отвезу тебя.
Вся тяжесть тела Сюй Танчэна обрушилась на И Чжэ. Казалось, он вовсе не осознавал, что только что едва не грохнулся носом в землю, зато перенёс всё своё внимание на шею И Чжэ и, словно найдя какую-то заветную игрушку, принялся настойчиво нащупывать короткие корни волос.
Немного колючие.
— Не надо...
— Хватит упрямиться, подожди меня здесь. — Бросив это, Вань Чжи перевела взгляд на И Чжэ и тихо спросила: — Ты приехал за ним? Тогда побудь с ним здесь пару минут, пока я сбегаю за машиной?
И Чжэ запомнил Вань Чжи: в прошлый раз на вокзале он уже видел эту девочку, которая точно так же находилась рядом с Сюй Танчэном. Пьяных вокруг было немало, но только она одна настаивала на том, чтобы отвезти именно Сюй Танчэна.
— Не нужно, я сам его отвезу.
Борьба с самим собой длилась всего мгновение, но слова, которые он хотел высказать с того самого момента, как увидел Вань Чжи и Сюй Танчэна шепчущимися друг с другом, наконец сорвались с его губ.
— Но... — Вань Чжи осеклась, посмотрела на велосипед, на котором приехал И Чжэ, и умолкла.
И Чжэ молча прижимал к себе Сюй Танчэна, позволяя тому исследовать его шевелюру самыми разными способами. Их обоюдное молчание поставило Вань Чжи в неловкое положение — она не знала, как поступить, но к счастью, в этот момент подошел кто-то из парней, сохранивших трезвость, и разрядил обстановку.
— Как там Тан Чэн? — парень бросил взгляд на Вань Чжи и хлопнул Сюй Танчэна по спине. — Эй-эй, ты как? Пойдешь с этим своим младшим братом или тебя Вань Чжи отвезет?
Сюй Танчэн прекратил свои манипуляции, сощурился и повернул голову.
— М?
Поди ж ты, все трое почему-то ждали решения от человека, который уже нажрался в хлам.
— Пусть Вань Чжи заберёт тебя, чего уж там. Твой младший брат на велосипеде, вряд ли управится с тобой, понял?
— Оу. — Возможно, финальный вопрос парня прозвучал слишком громко, но на этот раз Сюй Танчэн откликнулся: — Отвези...
— Я отвезу тебя. — И Чжэ неожиданно подал голос, обрывая Сюй Танчэна на полуслове.
Сюй Танчэн посмотрел на того, кто находился ближе всех к нему, и в ту самую секунду, когда их взгляды встретились, заметил, как тот снова разомкнул губы и произнес:
— Я отвезу тебя.
Наверное, из-за того, что он слишком долго трепал парню волосы, а в народе говорят: «играл чужими руками — считай, обязан», Сюй Танчэн некоторое время пристально всматривался в него, а затем вдруг рассмеялся:
— Ага, он меня отвезет, идите вы все. — Он оглянулся и, договорив, даже помахал остальным рукой: — Спать идите!
Губы Вань Чжи шевельнулись, но прежде чем она успела издати хоть звук, И Чжэ уже придерживал Сюй Танчэна за талию одной рукой и сам сошел с велосипеда. Одна рука Сюй Танчэна по-прежнему висела у него на шее и лежала на плече, из-за чего он не мог распрямиться до конца и был вынужден идти в полусогнутом положении, тогда как другой рукой он сжимал руль и катил вперед.
Не успели они сделать и двух шагов, как ноги Сюй Танчэна подогнулись, его качнуло вперед, и И Чжэ пришлось поднатужиться, чтобы не дать ему рухнуть. Повисший на нем Сюй Танчэн упрямо не желал убирать руку с чужой шеи.
Поза была донельзя неудобной. Опасаясь, что одной рукой не удержать этого пьянчугу, И Чжэ огляделся по сторонам и свернул вместе с Сюй Танчэном в другую сторону. Однако чувство ориентации у Сюй Танчэна, даже когда он был пьян в стельку, работало отменно: заметив, что И Чжэ уходит в сторону, он изо всех сил потащил его обратно:
— Не туда, нам сюда.
— Я просто припаркую велосипед.
Когда Сюй Танчэн упирался, силища в нем просыпалась нешуточная. И Чжэ пришлось остановиться и объяснить:
— Я оставлю его здесь, а дальше мы пойдем пешком.
— Велосипед? — Сюй Танчэн склонил голову набок и уставился на красный горный велосипед. Мгновение спустя он яростно замотал головой и замахал на И Чжэ руками: — Никаких велосипедов.
Едва он договорил, как его голова резко клюнула вниз. И Чжэ с молниеносной реакцией рванул его на себя в тот самый момент, когда он собирался приложиться лбом о раму, и прижал качающегося Сюй Танчэна к собственной груди. Ему показалось, что парлю стало плохо и его сейчас вырвет, но тот с ослиным упрямством продолжал сползать на корточки, утягивая за собой и И Чжэ.
— Слезь, — приказал Сюй Танчэн, косясь на него снизу вверх, раз уж тот не спешил содействовать.
И Чжэ не понимал, чего именно тот добивается, но молча присел вместе с ним, перехватив рукой раму велосипеда.
Сюй Танчэн ткнул пальцем в раму:
— Она косая.
И Чжэ ничего не понял и промолчал.
— Видишь? — не дождавшись ответа, Сюй Танчэн пару раз смачно шлепнул ладонью по его шее, причем с такой силой, что звук получился весьма отчетливым.
— Чего?
— Косая. Не усидишь.
И Чжэ наконец озарило.
— Поэтому на твой велик не сяду, умотался я.
Трезвый Сюй Танчэн в жизни бы такого не ляпнул, но сейчас он не видел в своих словах ни капли странности. И Чжэ посмотрел, как тот сам с собой ведет диалог, покачивая головой, и невольно улыбнулся.
— Ну не поедем, ладно.
Приложив немало усилий и преодолев непрерывное сопротивление Сюй Танчэна, И Чжэ припарковал велосипед возле ресторана и потащил его назад. Сюй Танчэн был на редкость упрям — его рука так и норовила прилипнуть к шее И Чжэ, и тому приходилось терпеливо сохранять неудобную полусогнутую позу. Спустя какое-то время снег, кажется, повалил с новой силой. Одна снежинка залетела Сюй Танчэну за воротник, он зябко повел плечами и пробормотал, что замерз.
— Холодно? — И Чжэ скосил на него взгляд и заметил, что на куртке нет капюшона, а его уши уже покраснели от мороза. Почти не раздумывая, И Чжэ потянул за застёжку собственной одежды. Почувствовав движение, Сюй Танчэн пару секунд тупо смотрел ему в грудь, а затем со злости отвесил ему еще одну оплеуху по шее.
— Застегни молнию, — пробормотал он, замер обеими руками за нижний край куртки И Чжэ. При тусклом свете уличного фонаря и с затуманенными мозгами он битый час елозил пальцами туда-сюда, но так и не смог попасть кончиком молнии в замок.
— Ничего не выходит. — В этот момент Сюй Танчэн явно растерял остатки своего обычного терпения. С раздраженным ворчанием он сжал пальцы в кулак и присел на корточки.
— Эй. — И Чжэ попытался оттянуть его за руку, но безуспешно.
— Нет, слишком высоко. — Сюй Танчэн казалось, что в положении сидя ему еще сложнее совладать с этой проклятой молнией, которая упорно не желала подниматься на комфортную высоту, и он с кряхтением попытался встать. И Чжэ наконец перестал потакать его капризам: он выдернул свою одежду из пальцев Сюй Танчэна и тоже присел рядом. Сюй Танчэн сжал кулаки, пару секунд тупо глядел на собственные пустые ладони, а только потом принялся шарить вокруг в поисках того, что у него только что отобрали.
Всё та же тусклая улочка, ни души кругом, только с неба непрерывно падают хлопья снега. Возможно, из-за царившей вокруг тишины у И Чжэ, присевшего рядом и глядящего на человека перед собой, вдруг возникло ощущение, будто само время остановилось. Одна снежинка опустилась на ресницы Сюй Танчэна, заставив их слегка дрожать и словно дразня ледяной кристаллик. И Чжэ улыбнулся и украдкой смахнул снежинку пальцем. Затем, набравшись смелости, он накрыл обеими руками уши Сюй Танчэна. И правда — ледяные.
Внезапное тепло заставило Сюй Танчэна зажмуриться еще сильнее, а затем он медленно уткнулся подбородком в сгиб собственного локтя.
— Брат Тан Чэн?
Тихий зов растворился в ночной темноте, не оставив следа и не дождавшись ответа.
И Чжэ опустил глаза и придвинулся к Сюй Танчэну еще ближе — на таком расстоянии ему казалось, будто он даже физически чувствует тепло, испускаемое кожей Сюй Танчэна.
Неужели он ничего не слышит?
— Брат Тан Чэн, — снова окликнул он, — мне понести тебя на спине?
Сюй Танчэн уже плотно закрыл глаза и не отвечал.
— Молчание — знак согласия.
Сказав это, И Чжэ убрал руки и стянул с себя куртку. Стоило ушам лишиться укрытия, как внутрь снова хлынул ледяной ветер, отчего Сюй Танчэн зябко заворочался. Едва он приподнял голову, как сверху на него опустился тяжелый предмет, сохранивший тепло чужого тела и мгновенно согревший его.
И Чжэ не стал медлить. Он аккуратно укутал Сюй Танчэна в свой пуховик, натянул капюшон на самую голову, резко развернулся и, ухватив того за руки, взвалил себе на спину. Тащить практически заснувшего человека оказалось делом не из легких — поднимаясь, И Чжэ чувствовал, как затекли все мышцы, но старался держать спину под идеально ровным углом, до смерти боясь оступиться и уронить ношу.
В этот момент дыхание Сюй Танчэна овевало самый корень его шеи, и от этой близости по телу разливалось всепоглощающее тепло.
Землю уже укрыл тонкий слой снега, но на пути двух людей осталась лишь одна-единственная цепочка следов. И хотя до ворот жилого комплекса оставалось всего ничего — стоило лишь поднять голову, — И Чжэ вдруг отчаянно захотелось, чтобы снег валил еще гуще, а дорога тянулась как можно дольше.
Когда они миновали последний перекресток, человек у него за спиной внезапно шевельнулся, и что-то мягкое коснулось его затылка. Словно по самому уязвимому месту нанесли смертельный удар — в это головокружительное мгновение светофор сменил красный свет на зеленый.
Всего лишь смена цветов, банальнейшая повседневность, но то, как она отозвалась трепетом в сердце И Чжэ, ничем не отличалось от момента, когда он позже увидит роскошное полярное сияние — вспышка света обожжет изнутри, затапливая всё вокруг и порождая целую необъятную вселенную.
http://bllate.org/book/33590/4128555
Готово:
