Яо Вэньсинь с мрачным выражением лица стоял у обочины, подушечками пальцев теребя медную монету и о чем-то раздумывая. Янь Юйчи, скрестив руки на груди, стоял рядом и легко толкнул его плечом:
— О чем задумался?
От этого толчка Яо Вэньсинь пошатнулся и уже собирался было вспылить, как вдруг с той стороны, где группа людей разбирала завалы и переносила тела, донесся испуганный возглас. Толпа в панике отшатнулась, и Яо Вэньсинь, мысленно выругавшись, поспешил туда.
Тот самый Чжан Ючжи, который должен был быть мертвее некуда, судорожно дергал конечностями, издавая из горла утробное, звериное рычание, и через мгновение, вывернув лодыжки, медленно поднялся на ноги.
— Восставший труп! Это восставший труп! — закричал кто-то.
Янь Юйчи извлек из рукава несколько желтых талисманов и швырнул их на лоб мертвецу:
— С чего бы трупу восставать?
Яо Вэньсинь ответил:
— Не смирился с судьбой, обида застряла в груди, душа пала и превратилась в злого духа — тогда труп легко поднять.
Придавленный желтым талисманом труп замер на месте, и отступившие было люди снова обступили его. Кто-то ткнул мертвеца пальцем и спросил:
— Этот малый отравился, надышавшись паров ябулу, с чего ему быть недовольным? Неужели он еще не всех людей убил?
— Не трогайте! — сурово приказал Яо Вэньсинь, а на кончиках его пальцев задрожали три медные монеты.
Тут тело, уже было успокоившееся, издало несколько хрустящих звуков, желтый талисманом вспыхнул без огня, и Чжан Ючжи снова открыл глаза. Его зрачки были сплошь залиты кровью, он внезапно взметнулся вперед и, превратив пальцы в когти, бросился на людей.
Янь Юйчи выхватил меч для защиты, но пальцы мертвеца оказались твердыми, как сталь, высекая из Меча Разлома Каналов сноп искр.
Круто повернувшись в пояснице, Яо Вэньсинь ударил восставшего трупа ногой в плечо, отбросив того на несколько шагов назад. Сделав пару шагов вперед, он наступил мертвецу на горло и прижал к земле. В мгновение ока человек и мертвец обменялись семью-восьмою ударами, и когда восставшего трупа снова отбросили, он испустил нечеловеческий, хриплый рев, развернулся и карабкался на стену двора.
Яо Вэньсинь не успел помешать, и тот перелез через забор, сбежав.
— Теперь с ним будет трудно справиться, — Янь Юйчи сделал мечом круговой взмах и жестом разогнал прятавшихся сзади оперативников. — Обнаружив, не вступайте в прямой контакт, подайте мне сигнал.
Яо Вэньсинь позвонил Чу Миню, попросив того проверить досье Чжан Ючжи, и направился к выходу с Улицы Юлю.
Янь Юйчи шел с ним в ногу и серьезно произнес:
— Дело нечисто.
Судя по состоянию тела Чжан Ючжи, он умер явно недавно, причем умер с обидой, раз его душа способна обращаться в злого духа — до этого он определенно не был какой-нибудь нечистью.
Но как простой обычный человек смог выкопать ябулу в Яме десяти тысяч человек? И когда он столкнулся со ставшей нечистью Призрачным Женьшенем, его не только не сожрали на месте, но он еще продержался столько дней, прежде чем умереть от яда.
К тому же, какова все-таки была причина его убийств? Кто нарисовал формацию на глиняном кувшине, и почему обида Чжан Ючжи до сих пор не рассеялась?
Они петляли по переулкам, кружили и кружили, но так и не смогли выбраться с Улицы Юлю.
— Ты не знаешь дорогу? — спросил Яо Вэньсинь.
— Я тебе не местное божество земли, с чего бы мне ее знать? — Янь Юйчи достал телефон и помахал им перед ним. — К тому же, на дворе современное общество, не пора ли и Его Высочеству наследному принцу привыкнуть к образу жизни в современном обществе?
Кто бы мог подумать, что он даже не успеет открыть навигатор, как издалека донеслись крики ужаса.
Когда они примчались на место, вокруг были лишь лужи крови, а несколько оперативников лежали ничком на земле, раскидав поодиночке руки и ноги.
Яо Вэньсинь протянул руку, проверяя дыхание, и покачал головой.
Янь Юйчи удивился:
— Этот восставший труп настолько лют?
Затем он запрыгнул на стену, огляделся по сторонам и произнес:
— Разве это не переулок сбоку от Аптеки Аньцзитан?
Чжан Ючжи прибежал аж сюда, неужто случайно?
— Пойдем взглянем, — сказал Яо Вэньсинь.
Пройдя по переулку за угол, они вышли на широкую улицу и, всмотревшись, увидели, что защитные жалюзи Аптеки Аньцзитан были взломаны — зиял огромный проем. Внутри черной, как смоль дыры царила тишина, и было непонятно, сулит ли это удачу или беду.
Янь Юйчи задвинул Яо Вэньсиня за спину, пригнулся и на цыпочках проскользнул внутрь через проем.
В нос ударил горьковатый запах лекарств, оба ступали легко, и какое-то время были слышны лишь их собственные вздохи.
Янь Юйчи достал желтый талисман и поджег его. Свет огня разогнал тьму, однако к их величайшему удивлению, внутри совершенно ничего не было разрушено — даже вода в одноразовом бумажном стаканчике на столе в главном зале, которую кто-то не допил, не пролилась.
— Снова сбежал? — спросил Янь Юйчи.
Ощущая жгучее покалывание медной монеты на кончике пальца, Яо Вэньсинь ответил:
— Все еще здесь.
Раз в главном зале восставшего трупа не оказалось, оба перевели взгляды на медицинский кабинет за ширмой.
С четким щелчком в кабинете зажегся свет, и на ширму упала тень человека.
Тот протянул руку, снял висевший на стене белый халат, надел его, даже поправил случайно загнувшийся воротник, а затем уселся за письменный стол. Его движения были привычными и плавными, ничуть не выдавая в нем мертвеца.
Яо Вэньсинь и Янь Юйчи переглянулись, и в глазах друг друга прочитали изумление.
Находившийся в кабинете врач, судя по всему, почувствовал присутствие двоих людей в зале:
— Вы пациенты?
Голос был хриплым, словно тот много дней не раскрывал рта. Он откашлялся и снова произнес:
— Воходите.
Тогда они обошли ширму и увидели истинное лицо врача: все то же черно-фиолетовое лицо, зрачки сплошь исчерчены кровяными прожилками. По сравнению с ними двумя у входа, он, пожалуй, больше походил на больного.
— Садитесь, — он поправил положение подушечки для пульса и, глядя на двоих у входа, спросил: — На что жалуетесь?
Яо Вэньсинь подумал немного и действительно сел напротив него:
— Доктор Чжан?
— М? — отозвался восставший труп.
Яо Вэньсинь спросил:
— Почему вы ведете прием в Аптеке Аньцзитан?
На лице восставшего трупа отразилось недоумение:
— Это моя аптека, почему бы мне не вести здесь прием?
Оба остолбенели.
Восставший труп снова спросил:
— На что жалуетесь?
Видя, что те молчат, он слегка раздраженно бросил:
— Не тратьте время, позади еще столько людей в очереди!
Яо Вэньсинь попытался прощупать почву:
— Вы знаете доктора Яна?
От этого вопроса восставший труп разъярился еще сильнее:
— На что жалуетесь?
— Почему Аптеку Аньцзитан передали ему?
— На что жалуетесь! — теперь он практически ревел.
Яо Вэньсинь спокойно сидел напротив и молчал, медная монета в его ладони пылала жаром, а Янь Юйчи переместился из-за спины Яо Вэньсиня к боковой стороне стола.
— Вы будете лечиться? На что жалуетесь? Вам нужно на прием... — восставший труп безостановочно бормотал эти слова, его тело слегка задрожало.
Внезапно его шея резко склонилась набок, из горла вырвалось странное клокотание:
— На что вы в конце концов жалуетесь!
Едва смолкнув, он внезапно подпрыгнул и бросился на Яо Вэньсиня.
Янь Юйчи отреагировал мгновенно: рукоять меча со злостью врезалась в грудь восставшего трупа, вбив того обратно в стул. Яо Вэньсинь даже расслышал сухой треск ломающихся ребер.
Яо Вэньсинь тут же вскочил на стол и двумя пальцами метнул медную монету, которая со злобным свистом вонзилась прямо в лоб восставшему трупу.
Из пасти восставшего трупа донеслось щелканье, а лицо покрылось черной ци.
Янь Юйчи небрежно подобрал из мусорного ведра пластиковую бутылку, прокусил палец и быстренько начертил на ее поверхности талисман. Упершись двумя пальцами в макушку Чжан Ючжи, он то и дело менял движения, выстраивая печать, после чего отдернул руку и нахлобучил горлышко пластиковой бутылки ему на голову.
Черная ци на лице восставшего трупа резко взметнулась вверх и постепенно устремилась потоком внутрь пластиковой бутылки.
Яо Вэньсинь с бесстрастным лицом разжал пальцы:
— ...
Янь Юйчи закрутил крышку:
— Ситуация критическая, сойдет и так.
Чжан Ючжи вместе с трупом и бутылкой был доставлен Янь Юйчи в Управление особых происшествий. Яо Вэньсинь с бесстрастным выражением лица всю дорогу держался от него на расстоянии, и лишь когда тот тщательно вымыл руки, уголки его до предела натянутых губ немного расслабились.
Янь Юйчи не знал, смеяться ему или плакать.
Сгусток черной ци тихо плавал в пластиковой бутылке, больше не шевелясь. Чу Минь аккуратно убрал ее на хранение, а затем протянул Яо Вэньсиню папку с документами.
— То, что ты просил меня проверить. Досье Чжан Ючжи.
— Аптека Аньцзитан изначально принадлежала ему, но три года назад ее передали супругам Ян. — Чу Минь развернул инвалидное кресло и через стеклянное окошко в двери посмотрел на сидевшего с поникшей головой у длинного стола доктора Яна.
Янь Юйчи, скрестив руки, прислонился к косяку двери и спросил:
— Допросим еще раз?
Яо Вэньсинь покачал головой:
— А где те люди, которых привел Цзян Янь? Сначала поговорим с ними.
Цзян Янь привел пожилого мужчину лет шестидесяти:
— Это тот самый старик, который упоминал Чжан Ючжи.
Длинные рукава одежды старика вылиняли от стирки, а спина слегка согнлась. Сейчас он сдержанно сидел по ту сторону длинного стола.
Яо Вэньсинь поднялся, чтобы налить ему чашку воды. Старик взял ее и осторожно сделал маленький глоток; ногти на его мозолистых руках были забиты въевшейся за годы грязь.
— У вас были хорошие отношения с Чжан Ючжи? — спросил Яо Вэньсинь.
Старик ответил:
— У всех в нашем дворе с ним были неплохие отношения. Жилось нам трудновато, так что в повседневной жизни мы всегда помогали друг другу.
— Когда он поселился в этом многоквартирном доме?
— Года два-три назад, — подумав, ответил старик. — Раньше он тоже жил здесь какое-то время, а потом купил квартиру и съехал.
— Вы только не смотрите, что он сейчас, как и мы, втайне растирал лекарства во дворе, ведь три года назад Аньцзитан снаружи нашего переулка изначально открыл он. — Старик вздохнул. — Доктор Чжан... судьба у него поистине тяжелая.
Чжан Ючжи, 1935 года рождения, уроженец Города Сянчэн, имел за плечами лишь среднюю школу, не женат, детей нет.
Его родители были крестьянами. Когда ему было чуть за десять, в доме случился пожар, родители погибли, оставив его одного.
— Тогда он как раз только совершеннолетним стал, усердно учился и поступил в университет. Кто же знал, что грядет бедствие и на учебу не останется денег. Он собирался пойти в армию, уже прошел предварительный отбор, но застрял на медицинском осмотре, и ему пришлось идти работать.
В досье значилось, что у Чжан Ючжи была запись о кредите на сто пятьдесят тысяч.
Старик рассказал:
— В девяностых было модно заниматься металлом. У него была сообразительная голова и смелость, он скопил некоторую сумму, закупил небольшую партию, удачно ее продал, ну и пошло-поехал шире, в итоге даже открыл маленький завод.
Цзян Янь заметил:
— Разве это не здорово?
— Вот я и говорю, что удача от него отвернулась, — старик снова сделал глоток воды. — Набрал в долг для завода, а цены на сталь внезапно рухнули, и завод не выдержал, прогорел.
Яо Вэньсинь слегка постучал пальцами по столу, видя записанное на листе формата А4: спустя 7 лет он снова зарегистрировал компанию по внешней торговле, но та тоже закрылась несколько лет спустя.
Оказывается, расплатившись с долгами, Чжан Ючжи снова взялся за внешнюю торговлю в партнерстве с другими. В те времена, имея нужные связи, проворачивать такое было проще простого: арендовал крошечный офис в каком-нибудь офисном здании, целыми днями болтай да отправляй товар — глядишь, и заработаешь. Но в итоге партнер сбежал с деньгами, а на руках у него остался один нереализованный товар.
http://bllate.org/book/33587/4128290
Готово:
