Хуан Чжэн лишь слегка нахмурился, затем быстрым движением ножа перерезал верёвку, которой та девушка была привязана к деревянному столбу, и негромко приказал:
— Сначала уводи её в палатку!
Два крепких малых тут же подхватили девушку под руки и, подталкивая в спину, увели в соседний шатёр.
В этот самый момент из окружающего леса со всех сторон начали появляться люди. Прибывших насчитывалось никак не меньше нескольких десятков — они значительно превосходили числом дюжину бойцов Банды Золотой Чешуи. Все разбойники были облачены в черные одеяния из грубой ткани, а лица скрывали черные повязки, из-под которых глядели пары безжалостных, холодных глаз, устремленных на членов банды. Шдший впереди человек, напротив, носил одежду из серой ткани и, судя по всему, являлся главаррем, но его лицо также закрывала повязка, а сам он хранил полное молчание.
Шэнь Фуи охватили смутные сомнения. Хотя Банда Золотой Чешуи и обосновалась в Минчжоу на долгие годы, промышляли они сопровождением морских грузов по суше вглубь материка, и с морскими разбойниками у них всегда сохранялся неизменный нейтралитет. С чего бы пиратам являться сюда и устраивать неприятности Банде Золотой Чешуи? К тому же морские разбойники в большинстве своем представляли собой сброд, привыкший лишь грабить торговые суда, как они осмелились напасть на каддровых бойцов, обучавшихся боевым искусствам с малолетства?
Хотя Банда Золотой Чешуи и оказалась окружена плотным кольцом, большинство ее людей не выказывали страха. Они сплотились плечом к плечу, образовав круг, и встали друг напротив друга с пиратами. Старший ученик Ван Ху швырнул на землю свой хлыст, сложил руки в приветствии, шагнул вперед и обратился к главарю:
— Этот ничтожный — Ван Ху из Банды Золотой Чешуи в Минчжоу. Братья, промышляющие солоной водой, случайно не подскажете, зачем вы пожаловали к нам, любителям пресной воды? С какими наставлениямилу пожаловали?
Вдруг Ван Ху глухо застонал, его тело качнулось. Напряженно вглядевшаяся Шэнь Фуи едва не закричала от испуга: в грудь Ван Ху был по самую рукоять вонзен сверкающий кинжал. Нападение произошло совершенно внезапно, не предвещаемое ни единым знаком, и в первые мгновения все присутствующие были настолько шокированы, что потеряли дар речи.
Главарь же не собирался проявлять ни малейшего милосердия и резко выдернул кинжал из груди Ван Ху. На глазах у Шэнь Фуи фонтаном брызнуло кровавое марево, и этот похожий на железную пагоду здоровяк рухнул на землю. Следом за этим разбойники один за другим взмыли в воздух; в сиянии яркой луны острые клинки коротких кинжалов вспыхнули полосами холодного света, вонзаясь в тела членов Банды Золотой Чешуи.
К тому моменту, как бандиты успели прийти в себя, еще двоих закололи короткими клинками. Шэнь Фуи провела в мире цзянху немало лет и повидала немало кровавых междоусобиц и вендетт между бандами, но столь кровожадной и жестокой расправы, какую учинили эти разбойники, она еще никогда не слыхала и не видела. Заметив, что ее дядя Хуан Чжэн отбивается от четверых противников, а его техника владения ножом постепенно рассыпается, она на мгновение погрузилась в колебания, не зная, как поступить.
Прежде Банда Золотой Чешуи зарабатывала на жизнь сопровождением грузов, и их вполне можно было причислить к людям праведного пути. И хотя сегодня они, ведомые Ваном Ху, держали ее в заточении и чинили над той девушкой самосуд, ими двигала жажда мести, и все же они не были безнадежными отъявленными негодяями. Но ведь ее собственные руки еще не освобождены от пут, а эти пираты действуют предельно безжалостно и свирепо — если она сунется туда очертя голову, разве это не верная смерть?
Пока она пребывала в сомнениях, из палатки вымелькнула чья-то фигура — это была та самая странная девчонка, которую только что втолкнули внутрь. Ее руки по-прежнему были связаны за спиной, но она двигалась легко и ловко. Воспользовавшись моментом, она кубарем покатилась по земле, припав к траве, и избежала столкновения двух яростно дравшихся рядом мужчин. Судя по всему, она намеревалась воспользоваться всеобщей суматохой и сбежать в заросли кустарника, причем побежала как раз в ее сторону.
Однако теперь пираты захватили инициативу, и несколько человек уже отошли назад, чтобы контролировать обстановку. Двое из них заметили эту странную девчонку и бросились в погоню, обнажив в сиянии луны холодные клинки. Девушка не владела боевыми искусствами, да еще и лишилась равновесия; проковыляв несколько шагов, она едва не рухнула на землю, а преследовавшие ее двое уже настигали ее — до них оставалось всего ничего.
Шэнь Фуи больше не раздумывала. Пригнувшись и накопив силы, выждав подходящий момент, она взмыла в воздух и нанесла два удара ногами в грудь обоим мужчинам. Она внезапно атаковала из тени деревьев, и этот прием получился исключительно изящным. Двое бандитов даже не успели опомниться, как были повержены на землю. Удары пришлись точно по жизненно важным точкам в центре груди каждого из них, и под мощным всплеском внутренней энергии они тут же потеряли сознание и затихли.
Шэнь Фуи изогнула гибкую талию и, несмотря на связанные за спиной руки, легко развернулась в полуобороте и мягко приземлилась на землю.
В этот самый момент девушка с разбегу нырнула в гущу кустарника. Ее глаза ярко блеснули, переполненные лукавыми веселыми искрками. Бросив на Шэнь Фуи быстрый взгляд, она понизила голос и с улыбкой произвела:
— Амитабха, на этой горе Путо и вправду водятся спасающие от страданий живые бодхисаттвы.
Шэнь Фуи бросила на девчонку свирепый взгляд, а затем снова перевела глаза обратно. Она увидела, что среди членов Банды Золотой Чешуи появилось еще несколько раненых, и сердце ее защемило от жалости. Но пираты уже обратили внимание на двоих вырубленных ею мужчин за пределами леса и неторопливо двигались в эту сторону.
Шэнь Фуи стиснула зубы, как вдруг услышала, как стоявшая рядом девушка прошептала ей прямо на ухо:
— Даже истинная бодхисаттва не способна спасти от беды, от которой нет спасения. Добрая сестрица, если ты сейчас же не уйдешь, то я, пожалуй, отправлюсь первой.
В сердце Шэнь Фуи шевельнулось предчувствие. Она понимала, что хотя эта девчонка изъясняется легкомысленно, ее слова — чистая правда и добрый совет. Видя, как пираты неумолимо приближаются, а спутница уже собирается повернуться и бежать, она больше ни о чем не раздумывала. Заметив, что девушка петляет среди кустов, не зная толком, куда бежать, она толкнула ее плечом и тихо бросила:
— За мной!
Девушка обернулась, улыбнулась и произвела:
— Ладно-ладно, благодарю бодхисаттву.
Шэнь Фуи не удержалась от легкой улыбки. Пригнувшись и укрывшись в тени деревьев, она шаг за шагом двинулась обратно по пройденному пути.
Она прекрасно понимала, что разбойники пришли вовсе не за наживой, а с целью полностью истребить клан, а значит, все было спланировано заранее. Прежде чем совершить нападение на лес, они тщательно изучили каждый уголок острова. Тот мужчина, которого она вырубила в деревянной хижине, скорее всего, уже был мертв, а потому сейчас эта хижина казалась самым безопасным местом на свете.
Выбравшись из чащи, она обнаружила, что ее собственные следы, оставшиеся после преследования Хуан Чжэня и Вана Ху, надежно затерты десятками беспорядочных отпечатков чужих ног. Пройдя несколько шагов по следам в сторону стоящей у берега деревянной хижины, Шэнь Фуи оглянулась и увидела, что девчонка, ничуть не спеша, следует за ней по пятам. Несмотря на рваную одежду, бесчисленные синяки и связанные руки, она все равно лучезарно улыбалась ей.
Шэнь Фуи отвернулась, ускорила шаги и вернулась к той деревянной постройке. Дверь со скрипом висела на петлях, ее уже успели выбить пинком. Заглянув внутрь сквозь полумрак вечерних сумерек, она увидела, что грудь мужчины залита струями алой крови — его действительно зарезали ударом клинка. Запах крови, смешанный с морским бризом, стал еще более удушливым, а доносившийся сзади шум прибоя делал этот залитый луной остров до жути мрачным и пустынным.
Пока она сомневалась, стоит ли прятаться в этой хижине, подоспела и стоявшая сзади девчонка. Заглянув через ее плечо внутрь, та едва не взвизгнула от ужаса, но, к счастью, среагировала мгновенно: едва издав звук, она изо всех сил прикусила губу, заставив себя замолчать, после чего стремглав выбежала из хижины и бросилась к группе гигантских валунов.
Увидев, что лицо девчонки смертельно побледнело от страха и это явно не было игрой, Шэнь Фуи сама не горела желанием оставаться в хижине рядом с трупом и вышла наружу. Однако морские пути давно перекрыты, этот остров отрезан от остального мира, руки по-прежнему скованы верёвкой, а здешние морские разбойники отличались предельно жестоким нравом — в любом случае требовалось сперва отыскать надежное убежище.
В задумчивости она услышала, как девушка тихонько позвала сзади:
— Сестрица, иди скорее сюда!
Шэнь Фуи обернулась. Видя, что девчонка еще не до конца оправилась от пережитого испуга, но в ее глазах уже промелькнуло торжество, она невольно насторожилась. Сейчас руки обеих были связаны за спиной, и если дело дойдет до драки, можно было не сомневаться — девчонка не выдержит и одного ее удара ногой. Но та отличалась изворотливостью и коварством, поэтому бдительность терять было нельзя.
Сохраняя осторожность, она аккуратно последовала за девушкой в обход тех самых массивных валунов, и невольно почувствовала облегчение. Оказалось, что за долгие годы морские волны источили камни, естественным образом образовав огромную пещеру, которой вполне хватило бы на двоих для укрытия.
Девушка улыбнулась и первой шагнула вглубь пещеры. Шэнь Фуи последовала за ней, и глухие завывания морского ветра мгновенно остались снаружи, а в пещере стало даже немного теплее.
В тусклом свете луны, пробивавшемся сквозь расщелины между камнями, девушка с ног до головы окинула ее оценивающим взглядом, ее изящные брови изогнулись, и она с улыбкой произвела:
— Сестрица, ты что, курам головы по ночам крутила или людей на деньги обманывала? С чего это тебя тоже связали?
Шэнь Фуи ощутила приступ раздражения и предпочла сделать каменное лицо, полностью проигнорировав спутницу.
Девушка с притворной улыбкой приблизилась к ней и произнесла:
— Сестрица, не сердись, младшая сестренка просто шутит. Сестрица, теперь-то, когда тебя саму связали, ты наверняка знаешь, что ощущения так себе. В нашем положении оставаться нельзя — твои боевые искусства высоки, так сделай милость, освободи меня от пут, а я потом развяжу веревки на тебе. Поможем друг другу в беде, пересидим этот шторм, что скажешь?
Шэнь Фуи понимала, что слова девчонки не лишены смысла: в нынешней опасной обстановке эти путы на руках действительно стоило сбросить как можно скорее. Бросив на нее косой взгляд, она заметила искреннее выражение на лице собеседницы, но, припомнив все её прежние фокусы, она никак не могла проникнуться к ней доверием.
Пока она раздумывала, раздался звонкий девичий окрик, и девчонка с размаху ударила ее ногой. Шэнь Фуи заранее жжала от нее подвоха, поэтому плавно отклонилась в сторону, подставила ногу, подцепила нападавшую и тут же отправила ее в полет. Хотя этот прием она выполнила всего на три десятых доли от своей полной силы, девчонка все равно не устояла на ногах и с глухим стуком влетела в каменную стену позади, рухнув на землю, после чего раздался громкий треск — судя по всему, она приземлилась на что-то твердое.
Шэнь Фуи изначально думала, что раз эта девчонка решилась нанезапную атаку, значит, в запасе у нее припасен какой-то жестокий козырь, поэтому она перешла от обороны к нападению, желая сперва оттолкнуть соперницу. Однако она никак не ожидала, что та просто нанесет этот единственный удар ногой. Видя, как та тяжело грохнулась на землю, она даже забеспокоилась, не повредила ли ей эта выходка, и в ее сердце шевельнулось смутное чувство вины. Нагнувшись, она внимательно всмотрелась в лежащую девушку, услышав, как та простонала:
— Видишь? Наши силы в боевых искусствах различаются столь разительно, почему же ты до сих пор не осмеливаешься развязать меня первой?
Услышав ее голос, Шэнь Фуи наконец успокоилась: оказывается, эта девчонка пошла на провокацию лишь для того, чтобы доказать огромную разницу в их силах. Уловив в ее словах скрытый вызов, она не удержалась от короткого фырканья и холодно бросила:
— К чему задавать вопросы, ответ на которые тебе и так прекрасно известен?
Она уже собиралась подойти ближе, чтобы развязать девушку, как та неожиданно ахнула, с трудом приподнялась и тихо произвела:
— Сестрица, взгляни-ка, с чего это в пещере оказалась цитра?
Шэнь Фуи почувствовала легкий укол любопытства. Присев на корточки, она увидела, что рядом с девушкой действительно валялась цитра, расколотая пополам от ее падения. Все семь струн инструмента оборвались, древесина высохла и затвердела, а сама цитра поросла паутиной и толстым слоем пыли — судя по всему, ей было никак не меньше ста с лишним лет.
Шэнь Фуи переглянулась с девчонкой, и в обеих взыграло крайнее любопытство. Девушка перевела взгляд на высокие каменные стены и произнесла:
— Сестрица, глянь-ка туда!
Шэнь Фуи поднялась на ноги, заложила руки за спину и подошла вплотную к стене в самой глубине пещеры. В тусклом лунном свете она различила высеченное на камне стихотворение:
Слушаю волны сорок лет,
В миг узлы развяжу в ответ.
Вдалеке от цзянху средь лунных лучей,
Голос струн оборвался в тиши ничей.
Ниже шла еще одна высеченная строфа. Напряженно вглядевшись, Шэнь Фуи прочла:
Я скрывался на Путо целых десять лет: прибой бьет по пустым горам, сосны раскачивают холодную луну.
Былые обиды мечей и струн канули в прошлое, словно мираж в туманном дожде.
Жаль лишь, что божественное мастерство постигнуто, но его нельзя замуровать на заброшенном острове. Ныне я оставляю три главы ментальных практик Нангун, дабы передать их людям с предрасположенностью для будущих поколений.
Изначально я хотел наставить потомков творить добро и вершить правосудие во имя справедливости, однако тот, кто сможет освоить это искусство, непременно должен обладать высочайшим уровнем понимания. Добро и зло, страсти и карма разделены лишь одним мгновением, и мне не под силу решить все своим единственным словом — остается лишь надеяться, что они поступят благоразумно.
В самом низу мелким почерком было выведено еще несколько строчек:
— Безумец Нангун Циньюй, последнее слово.
http://bllate.org/book/33553/4124118
Готово:
