Только что же? Неужели он хотел пометить Гу Шимяня?
Нет, он не хотел этого, просто не смог сдержаться.
Я ничего не делал, я не причинял ему вреда! — Ду Лян заливался слезами, от тяжелых мыслей его лицо бледнело всё сильнее, а речь становилась бессвязной. — Он тоже ударил меня, мне тоже больно, я не ранил его, я просто, просто хотел проучить его, я не собирался причинять ему вред...
Как ты это объяснишь?
Ци Чэнъи включил телефон, на экране было видео — запись того, как Ду Лян и Гу Шимянь конфликтовали в классе.
Все посмотрели на экран и увидели, как лишенный возможности защищаться Гу Шимянь получает удар коленной чашечкой в живот от Ду Ляна, после чего падает на землю. Ду Лян приседает, наклоняется к самому уху Гу Шимяня, шепчет что-то, шевелит рукой, и в следующую секунду Гу Шимянь испуганно прижимает руку к задней части шеи, а отняв ее, обнаруживает всю ладонь в крови.
Когда Ду Лян, опьяненный феромонами Гу Шимяня, потерял над собой контроль и попытался совершить непотребство, Ци Чэнъи остановил видео и убрал телефон.
Ну и как? — на его лице по-прежнему застыло ледяное, снежное выражение, на Ду Ляна он смотрел как на какого-то шута и ни во что его не ставил.
Зрачки Ду Ляна резко расширились. Он даже не помнил, как именно взмахнул рукой так, что это превратилось в ранение железы Гу Шимяня. Но теперь все верили, что видео настоящее, и он лишился дар речи.
Мать Ду Ляна, посмотрев запись, была готова до смерти забить сына — он оказался лишь никчемным отродьем, позорящим семью Ду.
Уважаемый преподаватель, поступайте с ним по всей строгости правил, — бросив эту фразу, мать Ду Ляна выбежала из кабинета. Она и подумать не могла, что Ду Лян способен опуститься до такого. Будь это обычная школьная травля, еще можно было бы найти выход, но нынешнее обвинение заключалось в том, что Ду Лян открыто оскорбил омегу.
Даже если бы школа и сам Гу Шимянь решили не держать зла, ему всё равно не удалось бы избежать наказания от Ассоциации защиты омег.
Ведь речь шла об омеге! Стал бы Ассоциации защиты омег прощать хоть кого-то, кто посмел поднять руку на омегу? Тем более что Ду Лян был альфой.
Ду Лян уже сидел на полу, полностью сломленный, потерявший всякий человеческий облик, с лицом, залитым слезами и соплями.
Преподаватель Лань, — Ци Чэнъи перевел взгляд на Лань Чэньсюаня. — Прошу вас.
Лань Чэньсюань кивнул и обратился к Ду Ляну:
— Возвращайся в класс. Пока не вынесли решение о наказании, никуда не уходи и даже не думай уклоняться от ответственности.
Ду Лян ушел с совершенно убитым видом.
Лань Чэньсюань с минуту молча смотрел на Ци Чэнъи, слегка вздохнул, протянул руку и потрепал его по голове:
— Будет время — заглядывай домой пообедать.
Не успел Ци Чэнъи ничего ответить, как Ци Цзихэн тут же насторожился, решительно притянул Ци Чэнъи за плечо к себе и бросил на Лань Чэньсюаня сердитый взгляд:
— Хватит вечно пытаться сманить И-И домой.
Ци Чэнъи только вздохнул: его младший дядя каждый раз при встрече с Лань Чэньсюанем непременно норовил отпустить какую-нибудь колкость.
— Он мой племянник, что такого в том, чтобы заглянуть домой? — Лань Чэньсюань не остался в долгу и зыркнул в ответ.
— Почему ты у самого И-И не спросишь, хочет ли он возвращаться? — при взгляде на Лань Чэньсюаня, чьи черты лица казались до боли знакомыми из воспоминаний, Ци Цзихэн вспылил, его брови сошлись на переносице.
Услышав это, Лань Чэньсюань тоже возмутился: в той давней истории была виновата не только его сестра.
— Думаешь, только она одна тогда устраивала балаган?
— ... — Ци Цзихэн тоже задохнулся от возмущения и больше не стал язвить в ответ.
Ци Чэнъи, привыкший к подобным сценкам, молча стоял в стороне, не вмешиваясь и не пытаясь остановить перепалку старших.
В душе он даже находил это забавным: обоим уже за тридцать, а ведут себя как дети — чуть сойдутся, сразу начинают препираться, просто сущие малые ребята.
— Ладно, оба хороши, одного поля ягоды, — первым пошел на попятную Ци Цзихэн.
Лань Чэньсюань горделиво отвернулся и фыркнул:
— Кто это тут оба? Не равняй меня с собой.
— Перестань уже язвить, ладно? Я признаю поражение.
— Раз признаешь, так и быть... но я не могу... — не язвить в ответ.
Ци Чэнъи!
Недоговоренную фразу Лань Чэньсюаня прервал громкий стук — дверь внезапно распахнулась. Все трое разом повернулись на звук и увидели запыхавшегося Гу Шимяня, который держался за дверную ручку с ошеломленным видом, в котором при ближайшем рассмотрении проступали смущение и неловкость.
Чт, что случилось?
Гу Шимянь никак не ожидал оказаться в эпицентре того, что казалось ему ареной смертельной битвы, — атмосфера здесь, судя по всему, царила донельзя мирная?
Ци Цзихэн, еще не знавший, что вошедший — это и есть тот самый Гу Шимянь, уже собирался прикрикнуть на него, но Лань Чэньсюань вовремя остановил его. Заметив лукавое выражение на лице Лань Чэньсюаня, Ци Цзихэн мгновенно всё понял: уж не тот ли это самый омега?
Игнорируя сияющие любопытством взгляды старших, Ци Чэнъи неспешно подошел к Гу Шимяню, опустил его руку с дверной ручки, его взгляд постепенно смягчился. Наклонившись к самому уху омеги, он едва слышно шевелил тонкими губами.
В тот же миг бледное лицо Гу Шимяня залилось ярким румянцем, персиковые глаза расширились от удивления, а затем распахнулись еще шире, источая густой, горячий аромат спелых персиков.
Понимает ли вообще Ци Чэнъи, что он такое говорит?!
Метод ввода просто ужасный, опечатки есть, можете ловить жучков.
Глава 10: Маленькая проверка на уроке
Гу Шимянь отцепил руку Ци Чэнъи, державшую его за запястье, немного справился со смущением и деревянным голосом произвел:
— Ты, это... Я, пожалуй, пойду на урок.
Ци Чэнъи не стал его удерживать и с улыбкой наблюдал, как Гу Шимянь, путаясь в собственных ногах, разворачивается и спешно ретируется.
А стоявшие за его спиной Лань Чэньсюань и Ци Цзихэн остолбенели от увиденного. С тех пор как Ци Чэнъи пережил то происшествие и получил травму, возле него не осталось друзей, даже одноклассники старались держаться от него подальше — не говоря уже о том, как нежно и балующе он только что обошелся с Гу Шимянем.
Ци Чэнъи обернулся, собираясь попрощаться со старшими, и случайно встретился взглядом с их изумленными лицами. Понимающе усмехнувшись, он игриво подмигнул правым глазом — безумно обаятельно и сбивающе с толку.
— ... — Слухи не лгали Лань Чэньсюаню и Ци Цзихэну: у Ци Чэнъи действительно были все данные, чтобы оправдывать репутацию неисправимого повесы.
— Послушай, Сяо И... — Лань Чэньсюань едва мог смотреть на это без слез, он хотел что-то сказать, но Ци Цзихэн остановил его предостерегающим взглядом.
— Иди на урок, а с остальным школа разберется, — Ци Цзихэн махнул Ци Чэнъи рукой.
— Хорошо.
Стоило Ци Чэнъи выйти из кабинета, как Лань Чэньсюань всё же не выдержал и крикнул ему вслед:
— Сяо И, приезжай в выходные домой обедать!
http://bllate.org/book/33506/4118083
Готово:
