Лу Юй: — ……
Картина, которую он себе воображал, выглядела совсем иначе.
Лу Юй потемнел лицом, после чего продолжил ломать комедию: — Прости, у меня немного кружится голова.
Говоря это, он выпрямился, поднял руку и потрогал шишку на лбу. Неудивительно, что от боли он шумно втянул воздух, а его тело слегка покачнулось.
На этот раз, чтобы Шу Ци не отскочил в сторону, он протянул руку, ухватил Шу Ци за рукав и только после этого прислонил голову к его плечу: — Позволь мне опереться, у меня болит голова.
Шу Ци: — ……
Тотмягко подался вперёд, словно лишённый костей: — Почему у меня так сильно болит голова?
Шу Ци: — ……Потому что тебя только что стукнуло дверью.
Лу Юй снова заговорил: — У меня такое слабое тело, раз я могу упасть в обморок от этого, боюсь, ты станешь надо мной смеяться.
Шу Ци: — ……Потому что тебя только что стукнуло дверью, вот ты и потерял сознание.
Лу Юй закусил губу, посчитав, что сыграл неубедительно, и снова завёл шарманку: — Кажется, у меня на голове вскочила шишка, не мог бы ты посмотреть?
Шу Ци: — ……
Он опустил голову и взглянул на него с полным недоумением: — Выросла такая огромная шишка, а ты ничего не чувствуешь?
Эта шишка была размером почти с половину кулака.
Лу Юй: — ……
До него только теперь дошло, и он поспешно произнёс: — Неудивительно, что так болит.
Шу Ци: — ……
Ладно, пусть будет так.
— Нанеси мне мазу, я не могу разглядеть, — голос Лу Юя звучал вяло. Видимо, он сообразил, что Шу Ци, скорее всего, только что вернулся после каких-то дел, и раз уж тот готов возиться с ним столько времени, то, должно быть, не собирается уходить прямо сейчас.
Шу Ци инстинктивно хотел отказаться, но слова уже вертелись на языке, как вдруг он вспомнил слова Главы Дворца и молча проглотил их обратно.
— Хорошо.
Его ответ привел Лу Юя в крайнее изумление. Его разум на мгновение опустел, и он даже не знал, как в своём обычном наигранно-жеманном стиле ответить на это парадней фраз.
Пока лоб не прожгло тупой, жгучей болью.
Он резко пришел в себя и, шипя, откинулся назад: — Очень больно!
Шу Ци не счёл это за проблему: — Потерпи немного, и всё пройдёт.
Лу Юй нахмурился: — По-твоему, я похож на того, кто умеет терпеть?
Сообразив что к чему, Шу Ци скривил губы в холодной усмешке: — Тоже верно, наследный принц с детства не знал забот, так что терпеть он и впрямь не умеет.
Слова вышли довольно колкими, и не успел Лу Юй нахмуриться, как Шу Ци добавил: — Но здесь никто с тобой цацкаться не станет.
Лу Юй опустил взгляд, однако уголки его губ приподнялись, а в глазах мелькнуло подобие улыбки: — Тогда что же ты сейчас делаешь?
Шу Ци: — ……
Его движения на миг замерли, а затем он с досадой с силой надавил пальцем прямо на мазь.
Предсказуемо, из комнаты донесся отчаянный стон Лу Юя.
Спустя мгновение Шу Ци бросил лежащего на постели человека, который выглядел так, будто испускает дух, прихватил баночку с мазью, мимоходом затворил за собой дверь и вышел наружу.
Шу Ци выбирался из дворца, когда на дворе уже стояло поздно, иначе он бы не позволил Лу Юю так долго дурачить ему голову.
Он прикинул, что сначала нужно поставить вариться имбирный отвар, чтобы вечером Лу Юй не пристал к нему и не лишил возможности уйти.
Кто бы мог подумать, что тот самый человек, который секунду назад лежал на кровати присмерти, превозмогая боль, увязался следом.
На кухне две пары глаз в упор смотрели друг на друга.
Лу Юй сурово спросил: — Шу Ци, что ты делаешь на кухне?
Шу Ци приподнял веки, бросил на него взгляд и парировал: — А ты зачем спрашиваешь?
— Я ради тебя даже не пообедал. — Его выражение лица мгновенно смягчилось, он даже подался чуть вперед, чтобы показать Шу Ци шишку на лбу: — Наследный принц, и вот так запросто получил от тебя шишку, да еще и остался без еды — разве тебе не жалко?
Шу Ци хотел ответить, что не жалко.
Однако за последние пару дней общения Шу Ци худо-бедно изучил характер Лу Юя.
Тот был сущещим вредителем: стоило ему чего-то не получить, как он начинал цепляться без конца.
Поэтому, чтобы впредь избегать бесконечных докучливаний Лу Юя, Шу Ци без лишних слов поставил котелок и приготовил ему миску пустой лапши.
Получив еду, Лу Юй и вправду унялся. Держа миску в левой руке и палочки в правой, он блуждал взглядом по кухне, где всё еще хлопотал Шу Ци. Сначала он подумал, что Шу Ци сварил порцию и для себя, и даже удивился, зачем делить всё на две миски, но затем увидел, как Шу Ци повозился какое-то время и отыскал имбирь.
Быстро орудуя ножом, он очистил имбирь от кожицы, сполоснул, нарезал тонкими ломтиками и бросил весь корень в кипящую воду.
После этого Шу Ци накрыл котелок крышкой, и на этом всё закончилось.
Лу Юй вытаращил глаза: — Ты будешь пить только имбирный отвар?
— Мгм. — Шу Ци не стал вдаваться в подробности; он вовсе не собирался рассказывать Лу Юю, что он к тому же съел яд — из тех, от которых умирают.
Потому что считал это ненужным.
Закончив варить отвар, он перелил его в чашку и оставил в сторонке остывать, а заметив, что Лу Юй тоже закончил трапезу, перевёл на него взгляд.
А затем ему вдруг стало немного смешно: — Я уже поел.
— Правда? — Лу Юй не поверил. — Разве ты не ходил на рынок за продуктами? Когда ты успел поесть?
К тому же, когда он сам выходил наружу вчера, он специально осмотрелся — никаких харчевен поблизости не было и в помине.
Шу Ци признался: — Я возвращался насовсем, поел там же.
Куда именно он возвращался, он уточнять не стал, но Лу Юй, конечно, и сам прекрасно понимал.
Тон Лу Юя сделался странным, словно он ревновал: — Ох, возвращался... Возвращаться — это хорошо, там и кормят вкусной едой, и меня видеть не надо.
Помолчав, Лу Юй притворнобрежно бросил: — Что до меня, то если я поем на один раз меньше — ничего страшного.
Эти слова резанули слух, и Шу Ци нахмурил брови: — Тебе не дают еду?
— Меня ведь похитили, да к тому же я посмел капризничать и требовать встречи с тобой. Раз не слушаюсь, конечно, меня будут морить голодом.
В словах Лу Юя трудно было разобрать, где правда, а где ложь, но подобное вполне укладывалось в рамки того, на что были способны те люди.
Переносица Шу Ци слегка разгладилась, но мгновение спустя лицо снова стало беспристрастным: — Разве тебе не пришлось бы терпеть все эти муки, если бы ты с самого начала во всём содействовал?
Он бросил на Лу Юя косой взгляд: — Сам напросился на неприятности.
Тем не менее, несмотря на такие слова, он всё же достал жареную курицу, которую прихватил по дороге обратно.
Увидев курицу, Лу Юй вмиг выбросил из головы все заботы, с радостью оторвал кусок и принялся уплетать за обе щеки. Заодно он протянул один кусок Шу Ци, и тот решил составить ему компанию.
Покончив с едой и возней, они обнаружили, что уже стемнело.
Лу Юй в этой усадьбе делать было совершенно нечего: каждый день он наедался досыта да ложился спать, а проснувшись — снова принимался за еду, даже книги не открывал. И лишь с приходом Шу Ци по вечерам у него появилось еще одно занятие —
А именно: смотреть, как Шу Ци упражняется с мечом.
Шу Ци покрывался испариной от тренировок, отчего и Лу Юю стало жарко во всём теле. Поднявшись на ноги, он произнес: — Глядя, как ты упражняешься с мечом, я сам будто вспотел с головы до ног.
Шу Ци окинул его взглядом и обронил: — А по-моему, ты стал толще.
Лу Юй: — ……
Он остолбенел: — Серьёзно?
— Угу. — Шу Ци серьезно кивнул: — Особенно твоя бесстыдная физиономия — она знатно потолстела.
Лу Юй: — ……
Шу Ци, казалось, пребывал в относительно неплохом расположении духа — во многом благодаря словам Главы Дворца. У него даже появилось настроение подыграть Лу Юю: его взгляд блеснул невинностью, а лицо выражало искренность: — Не знаю, каким ты был раньше, но я здесь всего два дня, а твоя наглость уже заметно возросла.
Лу Юй рассмеялся: — Если бы не стремление завоевать тебя, у этой толстокожести и шанса бы не появилось.
Шу Ци подумал, что тот и впрямь потерял всякий стыд, и едва зашла речь об этом, его брови снова недовольно сошлись на переносице. Однако в следующую секунду чья-то рука мягко коснулась его лба между бровями.
— Почему ты сегодня так часто хмуришься? Неужели потому, что вчера я заговорил о жене наследного принца, и ты приревновал?
Шу Ци опешил, а затем отшвырнул его руку: — С чего бы мне ревновать?
И к кому ему ревновать — к пятилетнему ребенку что ли?
Просто во время тренировки он не обращал особого внимания, а как только Лу Юй напомнил, Шу Ци понял: с самого конца ужина его внизу живота беспокоило какое-то тупое жжение.
Сперва оно было едва заметным, но по мере того, как Шу Ци отрабатывал стойки, циркулируя энергию по всем меридианам тела, боль медленно нарастала, проникая в самую глубь.
Он направился в сторону кухни и на ходу бросил: — Если тебе нечем заняться, сходи сам набери горячей воды.
Лу Юй поднял взгляд, собираясь улыбнуться, но заметив его крепко сжатые губы и вновь сошедшиеся на переносице брови, тоже почувствовал неладное.
Инстинктивно он протянул руку и перехватил Шу Ци за запястье.
Обычно в таких случаях Шу Ци с молниеносной реакцией отскакивал в сторону.
Но сейчас...
Взгляд Лу Юя упал на собственную ладонь, сжимающую чужое запястье, затем медленно поднялся выше, наткнувшись на запечатленную на лице собеседника боль, которую тот уже не мог скрыть. Мужчина невольно сжал пальцы сильнее, и голос его неузнаваемо сорвался: — Что они тебе скормили?
Глава 7
Шу Ци издавна умел терпеть боль, но ради этого ему приходилось концентрировать все внимание на самом терпении, из-за чего на остальную реакцию сил почти не оставалось.
Стоило схватить его за руку, как его настроение упало: — Отпусти.
— Ты хочешь вернуться и ждать смерти? — голос Лу Юя звучал ледяно, он явно разозлился по-настоящему.
Шу Ци счл поведение парня бессмысленным и не стал особо отвечать: — Я сварил имбирный отвар.
Ему нужно было вернуться и выпить его.
Лу Юй со злости усмехнулся: — Ты и сейчас думаешь об имбирном отваре? Разве он может исцелить тебя?
Шу Ци обернулся, его взгляд скользнул по сторонам — от боли он уже с трудом различал лица, и его затуманенный взор скользил по лицу Лу Юя, напоминая касание кошачьей шерсти.
Это заставило сердце Лу Юя ухнуть вниз, и любые резкие слова застряли в горле.
Теперь, когда всё затихло, у Шу Ци появилась возможность дать объяснения: — Глава Дворца сказал, что имбирный отвар облегчает боль.
Услышав это, Лу Юй едва не выругался. Что за шутки? Да где это видано, чтобы яд облегчали обычным имбирным отваром?!
В глубине души он понимал: Шу Ци просто глуп, раз позволил себя обвести вокруг пальца.
Его обманом заставили противостоять ему самому, обманом заманили сюда следить за ним, обманом заставили проглотить яд, да еще и заставили пить имбирный отвар.
Вот же...
Лу Юй сохранял внешнее спокойствие, но внутри него бушевала ярость.
Он помедлил секунду, приводя чувства в порядок, чтобы не напугать Шу Ци: — Разве тот Глава Дворца не дал тебе противоядие?
Дыхание Шу Ци стало тяжелее, его тело едва держалось на ногах. Немного переведя дух, он вымолвил: — Глава Дворца сказал, что имбирный отвар помогает снять боль.
Он повернулся, пытаясь высвободиться из хватки Лу Юя и сделать шаг вперед.
Лу Юй не вынес этого зрелища и поспешно поддержал его, подхватив под руку.
У Шу Ци в глазах от боли двоилось, так что сил сопротивляться уже не оставалось. Стиснув зубы и не издавая ни звука, он доковылял до кухни и осушил ту чашку уже остывшего имбирного отвара.
Результат, разумеется, оказался нулевым — не помогло ни капли.
Поставив чашку, Шу Ци подумал, что для проявления эффекта нужно время, и собрался сварить еще одну порцию.
Но едва он поднял руку, как её перехватили чужие пальцы.
http://bllate.org/book/33501/4117394
Готово:
