У тебя тахикардия, врач сказал, что ты за короткое время внезапно столкнулся с такой высокой концентрацией гормонов. Если немедленно не снизить их уровень, ты можешь умереть. Судя по всему, тот, кто оказывал тебе первую помощь на месте, был очень качественным альфой. Он укусил тебя, передав свои феромоны, чтобы уровень гормонов в твоём теле как можно быстрее пришёл в норму… Иначе сегодня…
Говоря об этом, Ань Юань тоже продемонстрировал выражение человека, всё ещё испытывающего страх перед пережитым.
А кто меня спас? Я хочу его отблагодарить. — Ань Лань попытался приподняться, но на него накатила волна головокружения, и он снова рухнул на подушку.
Не знаю, кто этот человек. Он сделал доброе дело и не назвал своего имени, — ответил Ань Юань.
Ань Лань замер, и на сердце у него накатило странное ощущение разоблачения и потери.
Кто-то спас его в самый критический момент, но он даже не знает, кем был этот человек.
Мама напомнила:
Как только придёшь в себя чуть больше, полиция, возможно, придёт задать тебе вопросы. Рассказывай всё, что помнишь, не пытайся вспоминать через силу.
Понял.
Ань Лань снова немного поспал, и примерно к шести часам вечера навестить его пришли Цяо Чуло, Пан Хуар и Чэнь Наонао.
Стоило Цяо Чуло увидеть Ань Ланя, как у того покраснели глаза, и он тут же уткнулся лицом в край больничной койки:
Это всё я виноват! Если бы я пошёл с тобой в супермаркет, ничего бы не случилось!
Ань Лань погладил Цяо Чуло по голове и вздохнул:
Наоборот, хорошо, что ты не пошёл со мной. Если бы на моём месте оказался ты, последствия были бы немыслимы.
Ань Лань с содроганием вспомнил того подонка, который, очевидно, принял его за омегу и вколол ему эту дрянь.
Да ты и не представляешь, как жутко было, когда тебя грузили в скорую помощь! На зов вообще никак не отзывался… До смерти нас напугал, — причитал Цяо Чуло, утирая слёзы.
Ну вылитый Сяо Цяо, оплакивающий Го Юя, у Ань Ланя возникло ощущение, что он действительно одной ногой на том свете.
А ты не знаешь, кто меня спас? — спросил Ань Лань.
А кто ещё? Дяденьки-полицейские, — ответил Цяо Чуло.
А где дяденьки-полицейские меня нашли? — снова спросил Ань Лань.
На стуле возле туалета.
Ань Лань потрогал собственную шею, думая про себя: неужели его искусал дяденька-полицейский?
Нет, хоть воспоминания и расплывчаты, у него осталось смутное впечатление: когда он, перепуганный и растерянный, сидел в туалете, кто-то постучал в его дверь и назвал его по имени.
Ань Лань, у тебя сильно болит шея? Тот укол не повредил тебе шейный отдел позвоночника? — с тревогой спросил Цяо Чуло.
Вдруг из-за какой-нибудь небрежности у него отниметься всё, что ниже шеи?
Ань Лань поспешил успокоить его:
Хватит уже всякую ерунду придумывать.
В этот момент пришла мама. Увидев, что к Ань Ланя пожаловали одноклассники, она отправилась мыть фрукты.
Пан Хуар и Чэнь Наонао живо бросились ей помогать, Цяо Чуло сначала тоже хотел пойти, но Ань Лань слегка притянул его за рукав.
У меня болит не там, куда пришёлся укол. Мне укусили затылок, — шёпотом произнёс Ань Лань.
Цяо Чуло опешил, внимательно посмотрел на Ань Ланя и выдал потрясшую до глубины души фразу:
Твою мать! Раз уж мы все омеги, какой смысл притворяться передо мной альфой?
Да нет же… С чего ты вообще взял, что я омега? — у Ань Ланя чуть дыхание не перехватило.
А ты слышал, чтобы одного альфу метил другой альфа? — парировал вопросом Цяо Чуло.
Меня никто не метил, просто чтобы спасти мне жизнь, тот человек таким способом ввёл в моё тело феромон альфы. Иначе я бы уже отдал концы, и тебе бы не пришлось тут изображать плачущего Сяо Цяо, — вздохнув, Ань Лань пересказал другу всё, что ему было известно.
Но… это как-то странно, — Цяо Чуло подпер подбородок, принимая задумчивую позу.
Что именно странного? — спросил Ань Лань.
Если нужно было всего лишь ввести более мощный феромон, чтобы подавить Яблоко Евы, можно было укусить тебя за запястье. Почему именно затылок? Тебе не кажется, что это жест с совершенно очевидным подтекстом метки? — произнес Цяо Чуло.
…Может, так было удобнее кусать? Площадь поверхности для приложения усилий больше?
Цяо Чуло холодно парировал:
По-твоему, это оправдание выдерживает хоть какую-то критику?
Ань Лань умолк.
Если честно, пока Цяо Чуло не заговорил об этом, Ань Лань и мысли не допускал о какой-то метке. Но после его слов возникло ощущение, будто распахнулась какая-то дверь, и он невольно принялся восстанавливать в памяти события того дня.
Ань Лань, открой дверь.
Ань Лань, я здесь.
Глухой и нежный, низкий и далёкий голос.
Тот человек знал его имя — неужели это кто-то знакомый?
Или же всё случившееся было лишь его собственной галлюцинацией?
Можно я посмотрю? — Цяо Чуло посмотрел на него умоляющим взглядом.
Посмотреть… на что?
Ну… на то место, где тебя пометили… а, нет, где укусили.
Ань Лань встретился взглядом с Цяо Чуло и лишь спустя долгое время произнёс:
Сдается мне, у тебя в голове сплошная пошлость.
Ничего не поделаешь, мне безумно хочется узнать, больно ли, когда альфа ставит временную метку. О глубине раны можно судить по твоему шраму.
Вообще-то, Ань Лань и сам не прочь был узнать, как выглядит эта рана.
Он медленно повернулся, спиной к Цяо Чуло:
Тогда сфотографируй и мне покажи, я тоже хочу знать, насколько всё серьёзно.
Цяо Чуло осторожно приподнял марлевую повязку на затылке Ань Ланя. Поверхность была обработана противовоспалительным средством, но крови практически не было. Цяо Чуло долго рассматривал рану, даже не пытаясь вернуть марлю на место.
Ну что, закончил? Сфотографировал?
Только тогда Цяо Чуло поднял телефон и сделал снимок:
Смотри.
Ань Лань взял телефон: следы от клыков альфы оставили глубокие вмятины. Сердце сладко защемило, в груди действительно зародилось смутное ощущение, будто он больше не принадлежит самому себе, а между ним и тем человеком в каком-то невидимом измерении установилась прочная связь.
До чего же сексуально, — изрёк Цяо Чуло.
А? Что здесь сексуального?! Ты в последнее время начитался какой-то дряни? — возмутился Ань Лань.
Ань Лань, судя по моей омежьей интуиции… — на лице Цяо Чуло заиграла лукавая ухмылка.
И какова же интуиция?
Этот альфа, похоже, к тебе неравнодушен.
Ань Лань едва не подавился и чуть не швырнул телефон метров на десять.
Твоя шутка совершенно несмешная.
В этот момент в дверь постучали. Ань Лань и Цяо Чуло обернулись на звук: на пороге появились Сюй Синжань и несколько других старост класса.
Староста, как вы здесь оказались? — Ань Лань попытался приподняться, но в голове снова закружилось.
Сюй Синжань поставил фрукты на прикроватную тумбочку, а остальные девочки принесли цветы. Ань Лань без труда различил чистый аромат яблок, кисло-сладкие нотки апельсинов и запах подсолнухов.
Уже лучше? Вчера вечером ты нас просто насмерть перепугал, — Сюй Синжань подошёл к кровати Ань Ланя и присел сбоку.
Одной рукой он оперся о край матраса и, склонив голову, пристально посмотрел на Ань Ланя.
Улыбка Сюй Синжаня расплылась по лицу, словно капля туши, растекающаяся по бумаге, воплощая собой всю изящную красоту классического пейзажа.
Ань Лань чуть было не забыл, что вчера вечером Сюй Синжань тоже находился в том караоке.
Прости, что напугал вас.
Не нужно извиняться. Главное, больше никогда так меня не пугай, — ответил Сюй Синжань.
Ань Лань перевёл взгляд на одноклассниц, расставляющих цветы, и с благодарностью произнёс спасибо, после чего заметил в дверях палаты какую-то тень — похоже, кто-то присел на корточки снаружи.
Там кто-то ещё остался? — спросил Ань Лань.
Сюй Синжань рассмеялся:
Угадай, кто там снаружи?
Разве тут угадаешь?
Сяо Чэнь, — ответил Сюй Синжань.
От этого известия Ань Лань едва не свалился с больничной койки:
Что? Сяо… Сяо Чэнь пришёл?
Чего ты боишься? Он же не собирается тебя съесть, — Сюй Синжань одной рукой легко подхватил Ань Лань обратно.
Рукав его школьной формы был закатан до локтя, и крепкие линии предплечья напряглись, поддерживая плечи Ань Ланя. В тот момент Ань Лань отчётливо ощутил силу его мышц и ту самую природную властность, присущую альфам. Инстинктивно напрягшись, он сам откинулся на подушки.
Сюй Синжань склонил голову ниже и, заглянув в глаза Ань Ланя, тихо спросил:
Что с тобой? Ты будто меня боишься.
Да… нет, ничего, — сердце Ань Ланя заколотилось с утроенной силой, и он судорожно вцепился пальцами в простыню.
Это из-за того альфы, который причинил тебе боль? Не бойся, его уже поймали. И он больше никогда оттуда не выберется.
При упоминании этого человека глаза Сюй Синжаня внезапно потемнели и заледенели.
К тому же его ещё и жутко избил Сяо Чэнь, — добавил сидевший рядом Цяо Чуло.
Избил Сяо Чэнь?
Какое отношение к этому имеет Сяо Чэнь? Ань Лань ничего не понимал.
Разве Сяо Чэнь в тот день не сидел в той же кабинке с нашим старостой, когда они пели? Тот ублюдок вколол тебе эту дрянь и пустился наутёк, а по пути случайно столкнулся с Сяо Чэнем, который вышел покурить. Помнишь, у этого негодяя был твой телефон? А у твоего телефона чехол — это же дурацкий кот на удачу! Сяо Чэнь сразу его узнал! — увлечённо жестикулируя, тараторил Цяо Чуло, совершенно забыв, что сам виновник бурного обсуждения находится прямо за дверью палаты.
Погоди… С откуда Сяо Чэню знать, как выглядит мой чехол для телефона?
Прежде чем Ань Лань успел получить ответ на свой вопрос, Цяо Чуло продолжил:
Наш староста класса по математике тут же преградил ублюдку путь и потребовал объяснить, почему в его руках чужой телефон. Тот ничего не смог ответить и попытался сбежать, но Сяо Чэнь просто швырнул его об пол! Расклад сил был просто железобетонный! А потом он начал полностью давить его своим феромоном, да так, что тот со страху выложил всё, что с тобой сотворил.
О…
Ты ещё говоришь «о»? А ты вообще знаешь, что эта тварь собиралась с тобой сделать? — у Цяо Чуло глаза на лоб полезли.
Что сделать?
Он думал, что ты омега, и хотел над тобой надругаться! Но кто же знал, что наш Ань Лань парень не промах — его феромоны взмыли до небес и так напугали этого мусорного альфу, что тот едва в штаны не наложил! — прищурившись, расхохотался Цяо Чуло.
Я? Мои феромоны взмыли до небес? — Ань Лань ткнул пальцем в себя. Эта история с каждой минутой звучала всё более нелепо.
Цяо Чуло кивнул:
Ты, ты, конечно же, ты!
Ань Лань перевёл взгляд на старосту класса Сюй Синжаня, и тот тоже кивнул, подтверждая:
Ты действительно подавил его своими феромонами. Очень даже по-альфьих.
Услышав от такого высококлассного альфы, как Сюй Синжань, похвалу в духе очень по-альфьих, Ань Лань даже смутился.
Он повернулся к выходу и громко произнёс:
Сяо Чэнь… спасибо тебе.
Но Сяо Чэнь уже ушёл.
http://bllate.org/book/33495/4116308
Готово:
