Чжун Шань на мгновение замер, но тут же нахмурился еще сильнее.
— Но какое отношение размер тренировочной площадки имеет к состязаниям секты?
Нин Цяньсю понял, что возникло недопонимание, но объясняться не стал. Он перевел тему:
— Не подскажете ли, уважаемые старшие соученики, где находится Зал Божественных Книг для внешних учеников?
Чжун Шань очнулся и указал куда-то вдаль:
— Это место найти проще всего. У внешних учеников редко выпадает великая удача получить техники или священные тексты за пределами секты, поэтому почти все приемы изучаются в Зале Божественных Книг. Секта Облачного Скрыта стоит уже сотни лет, и ее библиотечные фонды весьма обширны. Видишь самое высокое здание у подножия горы? Это оно. Впрочем, для нас с младшим соучеником Янем эти тексты уже бесполезны. Полагаю, у младшего соученика Нина уже есть свои планы на состязания, так что мы больше не будем вас утомлять.
Эти двое соучеников и впрямь оказали ему немалую услугу, поэтому Нин Цяньсю, отбросив привычную язвительность, чинно поклонился:
— Благодарю вас за помощь. Мне очень стыдно за все наши прошлые споры. Прошу простить мою дерзость.
Теперь пришла очередь Чжун Шаня и Янь Цюаня растеряться:
— Ну что ты такое говоришь! Хотя иногда твой язык и был остр... кхм, но мы прекрасно понимали, что ты не хотел ничего плохого.
...Что именно вы там поняли?!
***
Попрощавшись с Чжун Шанем и Янь Цюанем, Нин Цяньсю направился прямо в Зал Божественных Книг. Только ступив внутрь, он по-настоящему осознал, что значит выражение необъятное море знаний.
Бесчисленные свитки тянулись вдоль висячих лестниц, уходя высоко вверх, и конца им не было видно. Хотя прочесть их можно было одним лишь усилием мысли, один только каталог с названиями книг достигал высоты взрослого мужчины, внушая трепет.
Внутри было мало культиваторов. Нин Цяньсю выбрал случайное место, сел и скользнул взглядом по первому названию в списке. В следующее мгновение прямо перед ним возник мерцающий свиток.
Однако вместо того чтобы читать, он вызвал в сознании интерфейс своего компьютера, привычно запустил программу для моделирования и ввел данные, которые измерил ранее. Мгновением позже на экране возникла трехмерная модель тренировочной площадки Секты Облачного Скрыта.
— Хозяин, вы пытаетесь сделать прогноз? — подал голос системный помощник.
Нин Цяньсю, не отвлекаясь от дела, перевел взгляд на свиток:
— Раз моих собственных сил недостаточно, придется воспользоваться внешней помощью. Двух зайцев одним выстрелом — почему бы и нет?
Все ресурсы, доступные внешним ученикам, сводились к этим книгам, и успех зависел только от способности к постижению. Обычно здесь яблоку негде упасть, но жизнь в мире культивации течет медленно, и прогресс в развитии измеряется годами. До состязаний секты оставалось всего два месяца. Вместо того чтобы глотать информацию без разбора, лучше было сосредоточиться на уже знакомых приемах. Это давало Нин Цяньсю возможность проложить собственный путь.
К счастью, он был мастером сдачи экзаменов. Для тех, кто плетется в хвосте рейтинга, количество изучаемых техник не так уж велико — достаточно запомнить десяток книг и освоить один комплекс владения мечом.
Нин Цяньсю взмахнул рукой. Из свитка возник полупрозрачный силуэт, который продемонстрировал движения техники. Свиток проявил заботу, замедлив скорость показа. Нин Цяньсю посмотрел дважды и почти всё запомнил. Закрыв глаза, он прочувствовал движение духовной энергии при взмахе мечом, затем, повернув запястье, повторил жест. С кончиков его пальцев сорвался легкий ветерок, и в голове тут же раздался звонкий сигнал:
— Первая форма Метода Меча Охвата Луны записана. Получено 20 Духовных монет.
Работа оказалась такой простой?
Нин Цяньсю слегка нахмурился, стряхнул рукава и продолжил чтение. Метод Меча Охвата Луны от первой до последней формы казался до крайности незамысловатым. С его точки зрения, лишенной эстетического чувства, всё сводилось к разным способам нанесения ударов вперемешку с вычурными финтами и шагами. Стоило посмотреть пару раз — и всё запоминалось само собой.
Раз уж даже не нужно ломать голову над тем, с чего начать, Нин Цяньсю немного посидел, уставившись в свиток, а затем решительно исполнил все запомненные связки движений. Системные уведомления посыпались одно за другим.
Даже капиталисты не гнушаются халтурной работы, так зачем ему заниматься самобичеванием?
Нин Цяньсю кликнул мышкой. Старое программное обеспечение, разработанное его компанией, все еще функционировало, что избавило его от необходимости вспоминать код. Он просто добавил новые записи из базы данных в модель тренировочной площадки, ввел несколько ограничивающих условий и запустил симуляцию. Результат оказался именно таким, как он ожидал.
По сравнению с великими мастерами его скорость была невелика, но для победы над сотней слабейших внешних учеников — вполне достаточно.
Оставалось решить последний вопрос.
Нин Цяньсю ласково улыбнулся:
— Система, а погашение долгов возможно с рассрочкой?
— ...Прошу, выражайтесь яснее, хозяин.
— Если меня выгонят из секты после провала на состязаниях, моя цель стать сильнейшим в мире станет недостижимой, и ты не сможешь отчитаться перед начальством. К тому же случай в Городке Цяньчжоу показал, что мне грозит смертельная опасность, а дальше будет только хуже. В любом случае, ты должен дать мне шанс выжить: оставь мне немного жалованья и очков развития, можно в счет процентов.
— Запрос отклонен. Успех или провал на состязаниях секты не влияет на прогресс выполнения вашей основной задачи.
Ушат холодной воды остудил его пыл. Нин Цяньсю поджал губы. Он хотел было настоять на своем, но услышал холодный, лишенный эмоций механический голос:
— Хозяин, помощь, которую предоставляет система, уже значительно превышает ценность, которую вы демонстрируете. Если так пойдет и дальше, мы будем вынуждены рассмотреть вопрос о смене владельца системы.
Впервые он столкнулся с такой жесткой, почти угрожающей реакцией своего собственного «золотого пальца». Это означало, что шансов на пересмотр нет.
Сердце, до этого порхавшее от предвкушения, тяжело опустилось. Нин Цяньсю мрачно постучал пальцами по клавиатуре.
Ладно, он сделал все, что мог. Теперь всё зависело от воли судьбы.
Следующие два месяца Нин Цяньсю прожил в Зале Божественных Книг. Просыпаясь, он тут же погружался в море свитков. Проголодавшись, выходил в столовую, чтобы перехватить бесплатной капусты с тофу и рисом. Слушая сплетни учеников вокруг, он узнал, что Чжун Шань и Янь Цюань вернулись с отличными результатами и теперь находятся в уединении, пытаясь совершить прорыв.
Его рука с палочками замерла. Нин Цяньсю нахмурился, внезапно осознав неприятный факт.
Он всегда считал себя мастером самоанализа, но только сейчас понял, что двое людей, которых он считал бестолковыми, прошли этот путь, опираясь на свою искренность и упорство. В сравнении с ними — какое право он имел над ними насмехаться?
Скорее, это не система нуждалась в нем, а он уже почти не мог обходиться без помощи системы.
Это был дурной знак. Если бы не сегодняшний отказ, он бы и не заметил, как превратился в беспомощного младенца без своего золотого пальца.
Досада на систему испарилась, сменившись холодом в груди. Он почти не чувствовал вкуса еды, поэтому, съев пару кусков, вернулся в зал.
Однажды глубокой ночью, когда свечи догорели, Нин Цяньсю поднялся, чтобы размяться. Несмотря на твердую решимость, он не удержался от насмешки над самим собой.
У всех впереди светлое будущее, а он тут грызет гранит науки, словно не к сражению готовится, а к императорскому экзамену.
Может, из-за перемены настроения, но, вглядевшись в базовый Метод Меча Охвата Луны, он вдруг ощутил в этих простых движениях горечь человека, стремящегося к небесам, но не способного их достичь.
Сам не заметив как, он уснул прямо со свитком в руках. На следующее утро, открыв глаза, Нин Цяньсю увидел перед собой две фигуры, которых не встречал уже давно.
— Только вышли, а уже слышим, что в Зале Божественных Книг появился зубрила, который пытается всё успеть в последний момент. Догадались, что это ты, и пришли вытащить тебя подышать воздухом. Так и с ума сойти можно.
Нин Цяньсю размял затекшую шею. Даже не приглядываясь, он почувствовал, что от обоих исходит совершенно иная аура. Он обессиленно съязвил:
— Похоже, уважаемые старшие соученики на этих состязаниях уже держат победу в кармане.
Хотя тон был равнодушным, лесть заставила Чжун Шаня расплыться в глуповатой улыбке. Обменявшись парой фраз с Янь Цюанем о своем опыте, он кашлянул и вернул разговор в нужное русло:
— Мы пришли, чтобы пригласить тебя в одно место.
Нин Цяньсю нахмурился. Он остро почувствовал, как прежде легкая атмосфера внезапно сгустилась. Оба выглядели подавленными. В его голове промелькнули мысли о недавних событиях в Городке Цяньчжоу, и он понял, что к чему. Не говоря ни слова, он последовал за ними.
— Только внутренние ученики имеют право носить нефритовые подвески. После их гибели секты забирают эти подвески назад и возводят памятные стелы. А о нас, внешних учениках, никто и не вспомнит.
Чжун Шань остановился. Перед глазами Нин Цяньсю предстало поле цветущих одуванчиков. Чжун Шань молча достал из-за пазухи небольшой сверток, развязал его, показал горсть желтой земли и по ветру развеял ее над цветами:
— Так у них хотя бы будет место упокоения.
Янь Цюань оказался более практичным — он просто опустился на колени перед полем и трижды поклонился:
— Прошу, даруйте мне силы, чтобы я смог удивить всех на состязаниях секты!
Место было пустынным, но мимо проходили другие ученики. Услышав этот пафосный призыв, они оглядывались, и Нин Цяньсю поспешно отступил назад, врезавшись в отступающего Чжун Шаня.
Чжун Шань посмотрел в небо и неловко прервал молчание:
— Младший соученик Нин, есть успехи в изучении техник? Состязания уже близко, мы могли бы проверить твое мастерство.
Нин Цяньсю уже много раз пересматривал Метод Меча Охвата Луны. Кроме первой попытки, когда всё шло легко, тренировки постоянно казались ему поверхностными — словно он блуждал в тумане. Он понимал, что движется не туда, но не видел верного пути. Предложение Чжун Шаня было как нельзя кстати.
Он вскочил, выхватил длинный меч, нанес колющий удар вперед, а не закончив движение, упал, развернулся и подсек мечом снизу вверх — всё в едином, безупречном потоке.
Чжун Шань внимательно наблюдал, не говоря ни слова. Лишь когда Нин Цяньсю закончил, он долго размышлял, прежде чем произнести:
— Хотя этот Метод Меча Охвата Луны учат все и он считается самым базовым, освоить его на таком уровне всего за два месяца — это признак редкого таланта. Однако тебе не хватает того самого Дао, которое есть у тех, кто учится давно. Только пройдя через это, метод обретет новую жизнь, и только тогда можно будет говорить о настоящем пути культивации.
Слова звучали туманно. Нин Цяньсю понимал, что суть их не выразить просто языком. Янь Цюань, закончив поминальные обряды, внезапно подошел ближе.
http://bllate.org/book/33411/4104893
Готово:
