Одно за другим — всё имеет свою управу.
— Мы во всём будем слушать главного лекаря, — с улыбкой произнес Дэ Фу.
Вечером Вэнь Ци вымылся до сладкого аромата, шлеп-шлеп босыми ножками откинул шелковый полог и подбежал к кровати Вэнь Ли.
Вэнь Ли посмотрел на шустро забравшегося на ложе Вэнь Ци и озадаченно спросил:
— Ты тоже будешь спать здесь?
— Ага, это моя кровать, просто из-за того, что ты здесь, я уже несколько дней ночую в боковой спальне. — Вэнь Ци с характерным звуком «хэй-сюй» нырнул под одеяло и, хлопая глазами, уставился на Вэнь Ли.
— Тогда я пойду спать в боковую спальню. — У Вэнь Ли не было привычки делить ложе с другими, и он тут же собрался уходить.
Вэнь Ци схватил Вэнь Ли за рукав и засуетился, испуганно приговаривая:
— Тебе нельзя уходить, мы должны спать вместе.
— Почему это мы должны спать вместе?
— Ты еще маленький, а я твой старший брат. Император велел мне хорошо заботиться о тебе, а спать вместе — значит заботиться еще лучше. К тому же я болен, разве ты не говорил, что побудешь со мной?
Вэнь Ли покрутил своей маленькой головкой, и его внезапно озарило: кажется, всё действительно так. Тогда он лег обратно, легонько похлопал Вэнь Ци по груди и, успокаивая его, как маленького ребенка, нежным голосочком произнес:
— Тогда веди себя послушно, ладно?
Увидев, что оба мальчика живут относительно мирно, Дэ Фу слегка вздохнул с облегчением, подоткнул им края одеяла и вышел.
Огонь свечей погас, дворец погрузился во тьму. Первые два дня Вэнь Ци проспал без задних ног и ничего не чувствовал, но теперь, когда ему стало легче, Вэнь Ли немного испугался.
Дома его всегда укладывал спать батюшка: он рассказывал сказки и пел колыбельные. Стоило Вэнь Ли вспомнить, что батюшки нет рядом, как ему стало грустно, и глаза покраснели. Но у него была важная и трудная задача — нужно было проявлять стойкость и не плакать.
Тогда Вэнь Ли закрыл глаза, погрузившись в темноту, а в голове то и дело всплывали страшные истории, которыми пугают детей. Он тут же спрятал руки под одеяло, чтобы призраки не смогли его схватить.
Его эмоции только-только успокоились, как вдруг что-то схватило его за руку — теплое-теплое, прямо как печка. От испуга он пронзительно закричал.
Вэнь Ци подпрыгнул от неожиданности, мгновенно сел одним лихим движением, озираясь по сторонам в боевой готовности:
— Что такое, что такое?
Дэ Фу, дежуривший за дверью, тоже бросился внутрь, зажег свечу и, подойдя поближе, увидел маленького господина Вэня с испуганным и встревоженным лицом. Глазки его покраснели, казалось, вот-вот брызнут слезы.
Вэнь Ли от страха даже забыл про слезинки, дрожащими губами он произвел:
— Там… кто-то схватил меня за руку…
Дэ Фу поднес подсвечник поближе, пригляделся и со смешанными чувствами понял, что это рука их собственного наследника. Ему стало и смешно, и досадно:
— Маленький господин, взгляните-ка, да это же наш Его Высочество.
Вэнь Ли проследил за светом свечи и перевел взгляд на растерянного Вэнь Ци. Обиженно закусив губу, он выдавил:
— Ты… ты не пугай меня.
— Я тебя не пугаю. Призраки холодные, а я горячий, — пришедший в себя Вэнь Ци крепко сжал руку Вэнь Ли, давая тому прочувствовать свое тепло. — Я держу тебя за руку, не бойся. Если явится призрак, я прогоню его!
Вэнь Ли шмыгнул носом, тяжело кивнул, а затем снова лег.
Узнав, что это рука Вэнь Ци, Вэнь Ли успокоился, и темнота больше не казалась ему столь страшной — совсем как тогда, когда его руку держал батюшка.
— А-Ли, от тебя пахнет, — Вэнь Ци придвинулся поближе к Вэнь Ли.
Эти два дня он жил во Восточном дворце, и его одежда не была пропитана благовониями — от него пахло лишь лекарствами. Вэнь Ли не любил, когда чужие люди чувствовали этот больничный запах.
Вэнь Ли отпрянул вглубь кровати, закрыл половину лица и глухо отозвался:
— Это пахнет лекарством.
— Нет, это аромат, — Вэнь Ци, словно маленький щенок, понюхал шею Вэнь Ли. Пахло османтусом, но едва заметно — если не принюхиваться, то и не уловишь.
Никаких благовоний, чистой воды лекарство.
Вэнь Ли решил, что Вэнь Ци говорит так специально, и больше не захотел с ним разговаривать. Почесав зудящую шею, он отвернулся и полностью укутал лицо в одеяло.
— Разве тебе так не душно? — Вэнь Ци слегка потянул за край одеяла, пытаясь вытащить голову Вэнь Ли наружу, чтобы тот подышал свежим воздухом.
— Нет. Я буду спать, разговаривать запрещено. Кто еще хоть слово скажет — тот щенок.
Вэнь Ли изо всех сил вцепился в одеяло, затаив дыхание. Он же больной, ему нужно как следует отдыхать, и болтать с Вэнь Ци он больше не намерен.
Вэнь Ци неожиданно заинтересовался, приподнялся на локте и потряс Вэнь Ли за плечо:
— Быть щенком тоже неплохо, щенки такие милые. Ты ведь очень любишь щенков, а если я превращусь в щенка, я тебе понравлюсь?
Вэнь Ли зажал Вэнь Ци рот рукой:
— Спать, спать, спать!
Вэнь Шули, будучи наставником наследного принца, помимо ежедневных утренних аудиенций, большую часть времени проводил во Восточном дворце, обучая принца премудростям наук. Если же выпадала удача и у наследника случался очередной приступ, можно было спокойно собирать манатки и отправляться домой, чтобы понянчиться с любимым сыночком.
Однако теперь Вэнь Шули полюбил давать уроки наследному принцу, ведь это позволяло каждую секунду любоваться его сокровищем А-Ли и даже делить с ним обед.
Его собственное чадо послушно и тихо сидело за столом, с серьезным видом читая книгу; его голосочек звучал нежно, мелодично и звонко, словно журчание ручейка. В то же время ребенок императора сидел как попало, развалившись вкривь и вкось, книги были раскиданы кое-как, а читал он крайне лениво, будто не ел несколько дней, и сколько его ни учи правильной осанке, всё без толку.
Между бровями у Вэнь Шули нервно задергалось, но ради создания безупречного образа отца на глазах у собственного сокровища он стерпел.
Однако собственное чадо стерпеть не смогло. Повернув голову, Вэнь Ли шепотом произнес:
— А-Ци, будь послушным, читай книгу как положено. Сядь прямо, как я.
Вэнь Ци пододвинул раскинутые ноги и, подражая Вэнь Ли, выпрямился во весь рост, а читать стал гораздо лучше.
Вэнь Шули: «……»
Что-то здесь не так. С чего это он вдруг стал таким послушным?
После урока Вэнь Шули отвел Вэнь Ли в сторонку, погладил его маленькие ручки, потрогал щечки, едва ли не с головы до ног желая проверить его состояние. Он заметил, что личико мальчика порозовело, жизненных сил прибавилось, да и сам он, казалось, немного подростл.
Но, всё еще тревожась, наставник спросил:
— Эти два дня ты провел вместе с Его Высочеством Наследным Принцем, он не обижал тебя?
— Нет.
— Не бил тебя?
— Нет.
— Точно не бил?
— Точно нет. — Вэнь Ли уплетал сладости, приготовленные батюшкой, и его прекрасные большие глаза прямо уставились на него. — Батюшка, почему ты каждый раз при встрече спрашиваешь меня об этом? А-Ци вовсе не плохой человек, с чего бы ему меня бить?
Вэнь Шули с облегчением выдохнул и нежно стер крошки от печенья с губ Вэнь Ли:
— Раз не бил — и слава богу. В следующий раз батюшка не станет спрашивать.
— Батюшка, не переживай, как только А-Ци выздоровеет, я вернусь домой. — Вэнь Ли чмокнул Вэнь Шули в щеку, оставив на ней сладкий аромат выпечки. — В последнее время он исправно пьет лекарство, мне кажется, скоро он совсем поправится.
Вэнь Шули чувствовал себя одиноким стариком, ждущим возвращения блудного сына, и был готов расплакаться от умиления.
Погодите-ка, лекарство? Этот маленький демон пьет лекарство? И при этом не перевернул пиалу?!
Пару дней назад Дэ Фу попросил главного лекаря прощупать пульс у Вэнь Ци, после чего тот выписал согревающие и жаропонижающие отвары.
Вэнь Ци с отвращением разглядывал черную жижу. Запах стоял густой и горький, и, скривив лицо, он лишь слегка коснулся отвара кончиком языка. Горечь была такой невыносимой, что казалось, сейчас стошнит желчью. Он стремглав отпрыгнул прочь и замахал руками, разгоняя злосчастный дух:
— Разве… разве это лекарство для людей?! Оно же безумно горькое, как такое вообще можно пить?! Больше не буду!
Вэнь Ли посмотрел на лекарство в собственной руке, его изящные брови сошлись на переносице. Вкус этого отвара ничуть не уступал лекарству Вэнь Ци, однако сам он честно выпил всё до капли:
— Лекарство полезно, хоть и горькое. Мое тоже очень горькое, но ради здоровья его обязательно нужно пить.
— А-Ли, мне кажется, мне уже намного лучше, можно больше не пить лекарство, — Вэнь Ци действительно не мог это проглотить, морща нос пуще прежнего.
Глазки Вэнь Ли засияли, и он тут же подскочил:
— Правда? Тогда я могу пойти домой!
— Нет-нет-нет, не настолько же мне лучше, — Вэнь Ци судорожно ухватил Вэнь Ли за руку. Ему просто не хотелось пить лекарство, но расставаться с Вэнь Ли он не желал ни капли. Чтобы удержать его, приходилось терпеть отвар — этакий замкнутый круг.
И всё же, скрипя зубами, Вэнь Ци осушил чашу до дна, а затем, не выдержав, зажал рот руками и выбежал наружу, чтобы излить душу во всех подробностях. Эта картина лишила дара речи примерного пациента Вэнь Ли, исправно пившего свои микстуры.
Будучи ребенком, которого лелеяли с пеленок, Вэнь Ци вызывал у Дэ Фу искреннюю жалость. В конце концов евнух уговорил главного лекаря немного смягчить рецепт, чтобы сделать его не таким горьким, и только тогда Вэнь Ци смог нормально его принимать и больше не страдал от рвоты.
***
Первый весенний дождь этого года пришел точно по расписанию. Мелкий и моросящий, он окутал мир плотной сетью, укрывая земную твердь и напитывая все сущее.
Вэнь Ли от нечего делать лежал на подоконнике, наблюдая за дождливым пейзажем. В руках у него была девятикольцовая головоломка, которую казалось невозможным распутать.
В ушах раздался настойчивый голос Вэнь Ци:
— А-Ли, А-Ли, чего ты засмотрелся? Твои камни сейчас съедят!
Вэнь Ли вернул внимание к доске: его белые камни вот-вот были зажаты в тиски черными. Подумав мгновение, он сделал ход, и партия вмиг обратилась победой.
Вэнь Ци остолбенел окончательно, в нем проснулся азарт:
— Еще раз, давай еще!
Вэнь Ли то и дело поглядывал на окно, и наконец Вэнь Ци заметил неладное:
— Ты хочешь пойти погулять? Но сейчас же дождь. Когда распогодится, я отведу тебя ловить птичьи яйца, это безумно интересно!
— Хорошо, — только тогда Вэнь Ли повеселел.
Дома Вэнь Ли вел затворническую жизнь, его мир ограничивался четырьмя стенами собственного двора. Ему очень хотелось выбраться наружу, посмотреть мир, а не быть вечно взаперти.
Легкий ветерок ворвался в комнату. Хоть в нем и чувствовались капли дождя, он разогнал тоску, скопившуюся на душе.
Весенний дождь приходит быстро и уходит стремительно: на следующий день распогодилось, небо украсила прекрасная радуга, являя миру свежий и первозданный пейзаж.
Вэнь Ци сдержал слово и вывел Вэнь Ли на поиски птичьих гнезд. Он взлетел на дерево с ловкостью дикой обезьяны, но Вэнь Ли лазать не умел, поэтому ему оставалось лишь послушно сидеть на маленькой скамеечке, принесенной Дэ Фу, и наблюдать со стороны.
http://bllate.org/book/33396/4102553
Готово:
