В понедельник утром в классе «Ри-1» царила абсолютная тишина. Никто не занимался утренним чтением: ученики либо спали, уткнувшись в парты, либо вяло и без сил переговаривались.
Чжао Иян говорил без всякого энтузиазма:
— Вчера допоздна залипал в новую игруху, которую выпустила «Алексис» — я труп. Но заветная мечта исполнилась, так что теперь мне не страшны никакие бури и ураганы!
Кто-то спросил его:
— Ты завалил месячный тест?
— Точно завалил, — сжав кулаки, с горечью и негодованием произнес Чжао Иян. — Я даже дописывал математику, а на проверку времени уже не осталось — прозвенел звонок, и работы собрали! Написал паршиво, последнюю подзадачу в финальном задании даже не тронул. Моему комплексному экзамену по естественным наукам конец. А ты?
— Только что сверялся с ответами, в английском в задании на выбор с пропусками два ошибки. Забей, на этот экзамен уже можно не рассчитывать...
Шангуань Юй сидел рядом и поправлял очки:
— Говорите так, будто всё взаправду.
Результаты в Второй присоединенной школе Миннань выходили медленно: работы проверяли неторопливо, оценки в систему вводили тоже неспешно, что изрядно трепало нервы.
Добрую половину дня Чжао Иян то и дело поворачивался назад, наваливался грудью на парту Вэнь Сяо и, ничего не говоря, лишь тяжело вздыхал с видом человека, несущего глубокую обиду на весь мир.
Заметив, что Вэнь Сяо пишет тест по английскому так, словно Чжао Иян для него — пустое место, тот решил напомнить о своем существовании:
— Вэнь Сяо, братец Чи сегодня до сих пор не явился или он всё-таки заглядывал, просто я был слишком увлечен учебой и не заметил?
Вэнь Сяо поднял глаза:
— Еще не приходил.
Чжао Иян озадачился:
— А я-то думал, раз братец Чи на прошлой неделе ходил в школу чуть ли не каждый день, он наконец нашел в учебе радость. И что, опять пропал?Вплоть до вечера вторника Чи Е в школе так и не появился. Поначалу Вэнь Сяо даже ощущал легкую непривычку, но быстро снова привык к простору, когда одна парта принадлежит только ему.
Добираясь домой на автобусе № 117, в середине марта в Миннане то и дело моросил мелкий дождь — зонт раскрывать вроде бы и ни к чему, но от этой сырости становилось как-то не по себе.
Вэнь Сяо затянул шнурки на капюшоне толстовки и накинул его на голову. Пройдя всего пару шагов, он заметил у обочины маленькую девочку в белой вязаной шапочке — она сидела на корточках и была чем-то занята.
— Я Я?
Я Я подняла голову, и ее глаза засияли:
— Братец Кола! — Она отбросила в сторону какую-то палочку, найденную невесть где, в два прыжка подбежала к Вэнь Сяо и вежливо поинтересовалась: — Ты уже отучился?
— Угу, отучился, — спросил ее Вэнь Сяо. — А где твой брат? Почему ты здесь одна?
Я Я указала пальцем на противоположную сторону дороги:
— Мой брат вон там.
По дороге как раз проехала машина. Дождавшись, пока белый силуэт автомобиля скроется из виду, Вэнь Сяо наконец разглядел Чи Е: тот стоял у тротуара и о чем-то разговаривал со средних лет мужчиной в светло-коричневой куртке. Мужчина держал в левой руке красный пластиковый пакет, а пальцы его правой дымились — судя по всему, он курил.
Я Я проследила за взглядом Вэнь Сяо:
— Братишка взял меня с собой развозить товар. Когда закончили, до дома еще не дошли, встретили этого дядю. Брат велел мне ждать его здесь и сказал, что этот человек... этот человек просто дымовой демон, он курит без продыху, и если дети нанюхаются, то поглупеют!
Вэнь Сяо отвел глаза:
— Он тебе не нравится?
Бровки Я Я сошлись на переносице, собираясь в гармошку. Она замотала головой так, что хвостики заходили ходуном:
— Не нравится. Он вечно заставляет брата пить с ним, а после выпивки брату плохо.
Вэнь Сяо ничего не ответил и остался стоять на месте, составляя компанию Я Я.
Он от природы не был любителем болтать, но, к счастью, Я Я умела сама находить себе занятие: спустя полминуты она снова присела на корточки и принялась водить прутиком по земле, разглядывая муравьев.
Было около десяти вечера, и на Улица Цзючжан многие магазины уже закрылись — куда ни глянь, кругом царила темнота. Уличное фонари по-прежнему горели, но столбы были совсем старыми, а местами с них облезла краска.
Прожив здесь почти месяц, он вроде бы уже привык к окрестностям, но временами Вэнь Сяо ловил себя на мысли: а вдруг всё это — сплошная иллюзия, и он вовсе не приезжал в Миннань, не селился у бабушки и не переводился во Вторую присоединенную школа Миннань?
По идее, он должен быть в том старом доме, со своими родителями и младшей сестрой.
Но человеку всегда приходится отличать фантазии от реальности.
Деревья здесь настоящие, люди настоящие, и то, что уже произошло, — тоже чистая правда.
Никаких лазеек для иллюзий здесь не оставалось.
На противоположной стороне дороги мужчина в светло-коричневой куртке достал из красного пластикового пакета две квадратные стеклянные бутылки с алкоголем и протянул одну Чи Е.
Сам мужчина не спешил свинчивать крышку — сначала он что-то сказал Чи Е, а напоследок демонстративно качнул бутылкой в руке.
Чи Е в два движения открутил крышку, не колеблясь прихватил бутылку за горлышко и сделал несколько жадных глaтков.
Мужчина в куртке хлопнул Чи Е по плечу, будто громко о чем-то похвалив, и тоже приложился к своей бутылке.
Как только тот ушел достаточно далеко и скрылся из виду, Чи Е оперся рукой о шершавый ствол стоявшего рядом дерева и его вырвало.
Я Я больше не следила за муравьями. Зажав в руке сухую ветку, она с тревожным выражением лица спросила:
— Брат заболел? Может, пойдем проверим?
Вэнь Сяо развернулся боком, загораживая Я Я обзор:
— Мы не пойдем туда.
Я Я не понимала, почему нельзя подойти, но послушалась Вэнь Сяо и осталась стоять на месте, продолжая ждать брата.
Прошло немало минут, прежде чем Чи Е перешел дорогу и приблизился к ним. Заметив висевший на плече Вэнь Сяо школьный портфель, он на секунду замер:
— Поздняя самоподготовка закончилась? — Спросив это, он привычно растянул губы в ленивой и беспечной улыбке. — Спасибо, что приглядел за Я Я.
— Да, закончилась, — Вэнь Сяо не стал расспрашивать ни о чем лишнем и выудил из рюкзака бутылку минералки. — Полоскать будешь?
Чи Е не стал церемониться, протянул руку, взял воду и сделал несколько глaтков, чтобы прополоскать рот.
Я Я исподтишка отобрала у брата остатки недопитой бутылки и побежала к самому дальнему мусорному баку, чтобы выбросить ее.
Когда она вернулась, Чи Е взъерошил ладонью макушку сестры:
— Выбросила так далеко — боялась, что твой брат снова пойдет подбирать?
Он повернулся к Вэнь Сяо:
— После возвращения домой планы есть?
Вэнь Сяо:
— Никаких.
— Тогда давай поужинаем? Крепкое было пойло, в желудке жжет, хочется хоть чем-то заесть.
Вэнь Сяо подтянул лямку рюкзака:
— Пойдем.
Почти все закусочные на Улица Цзючжан уже закрылись, и единми заведениями, упрямо продолжавшими гореть вывесками, оставались шашлычные.
Выбрав место почище, Чи Е отодвинул пластиковый табурет, сел и крикнул вглубь зала:
— Хозяин, сперва порцию жареного риса с яйцом!
— Сделаем!
Сначала Чи Е чувствовал себя немного неловко — впрочем, не столько неловко, сколько просто скребло на душе. Но холодная отстраненность Вэнь Сяо, не удостоившего его ни единым взглядом, на удивление принесла некоторое облегчение.
Достав телефон, он включил Я Я детскую обучающую аудиосказку на английском, убедившись, что та сможет спокойно просидеть на стуле добрых полчаса, после чего потянулся за тяжелым металлическим чайником и налил две чашки чаю.
— Жареная свиная грудина и баклажаны здесь очень даже ничего, можешь попробовать. — Спохватившись, он добавил: — Ты вообще острое ешь?
Вэнь Сяо бросил на Чи Е взгляд:
— Ем.
Чи Е внутренне усмехнулся: во взгляде Вэнь Сяо ему чудилось немое подтрунивание в духе «уже притащил меня сюда, а теперь спрашиваешь, ем ли я острое». Он улыбнулся:
— Ткни пальцем во всё, что приглянется, я сам закажу.
В семнадцать-восемнадцать лет аппетит просыпался быстро. Хотя поначалу Вэнь Сяо ничего не ощущал, стоило запаху зиры от шашлыка дойти до носа, как живот тут же свело от голода. Сдерживаться он не стал и набрал разных закусок — как мясных, так и овощных.
Сделав заказ, Чи Е спросил Я Я:
— Малышка, хочешь пиалу сладких рисовых шариков?
Я Я сидела на пластиковом стульчике ровно и прямо, ее глаза намертво прилипли к экрану телефона:
— Хочу!
Жареный рис подали быстрее всего. Чи Е вытащил из стаканчика с палочками серебряную металлическую ложку и уплел несколько ложек подряд, пока жжение в желудке немного утихло и больше не подступала тошнота.
Заметив, что Вэнь Сяо мелкими глaтками потягивает чай, а сам исподтишка поглядывает на его пальцы, Чи Е заговорил:
— Тот мужик — местный прораб. Я веду с ним переговоры, чтобы материалы для объектов, которые он берет подряд, поставлялись из нашего магазина. Я заранее проверил расценки в других лавках — везде дороже, чем у меня. А он любит поживиться за чужой счет, так что я чуть сбил цену, должно выгореть. Жизнь у него прежде, видимо, была не сахар, вот теперь и отыгрывается, как назло, чуть что — норовит людей споить.
Вэнь Сяо хотел было спросить: раз уж знаешь, что этот человек обожает спаивать других, зачем же пить самому до такого состояния, когда тебя выворачивает наизнанку? Но тут же подумал: к чему эти вопросы?
Если на плечах лежит такой груз, разве кто-то стал бы поступать иначе?
Чи Е сменил тему:
— Какое сегодня было домашнее задание?
— Хочешь сделать?
— Да нет, просто спросил, чтобы вспомнить, что я вообще-то ученик.
Чи Е находил Вэнь Сяо забавным: слов мало, но каждая реплика колет без промаха — сплошной фирменный стиль.
Как раз в этот момент принесли первую тарелку с шашлыком. Чи Е поставил поднос из нержавеющей стали посередине и первым делом взял шпажку со свиными ребрышками и зеленым перцем. Заметив, что Вэнь Сяо смотрит на его руку, он усмехнулся:
— Хочешь попробовать? Бери сам, на эту шпажку не зарипся. Не ешь зеленый перец — просто откладывай на тарелку.
Вэнь Сяо:
— Откуда ты знаешь, что я не ем зеленый перец?
Проглотив кусочек ребра, Чи Е с улыбкой в голосе ответил:
— В прошлый раз, когда ты ужинал в нашей лавке, в тарелке со свининой в кисло-сладком соусе ты выбирал исключительно мясо, а перец для тебя будто вообще невидимкой был — твои палочки к нему за весь вечер так и не прикоснулись.
Вэнь Сяо на мгновение выпал из реальности.
О том, что он терпеть не может зеленый перец, знали только родители, и больше никто на свете.
Больше не поддерживая разговор, Вэнь Сяо взял шпажку с ломтиками корня лотоса. Хозяин этой точки не жалел приправ, и лотос оказался жутко острым — от первого же укуса на глаза чуть не навернулись слезы.
Расправившись с шашлыком, Чи Е забрал телефон и велел Я Я:
— Хватит пялиться, от долгого просмотра глаза испортятся, будешь потом ходить как те очкарики из вашего класса — нос в очках, тяжело и хлопотно.
Я Я кивнула и перевела взгляд на Вэнь Сяо:
— Братец Кола тоже носит очки.
Вэнь Сяо подыграл нравоучениям Чи Е и снял очки:
— Можно и без них, они с простыми стеклами.
Чи Е слегка удивился:
— Твои очки... просто для красоты?
Приглядевшись к Вэнь Сяо теперь, Чи Е понял, почему его сосед по парте вообще носил очки.
Без тонкой серебристой оправы, смягчавшей черты лица, Вэнь Сяо, пусть и не преобразился до неузнаваемости, стал выглядеть куда холоднее и острее. Если подбирать слова, то от него веяло колючей, ранящей холодностью.
Если бы он в первый же день учебы явился без очков, никто бы в жизни не назвал его зубрилой и прилежным учеником.
Вэнь Сяо:
— Насмотрелся?
Чи Е отвел взгляд:
— Ага, нагляделся.
На следующий день соседняя парта Вэнь Сяо снова пустовала. Чжао Иян уже перестал поминать Чи Е всуе, осознав простую истину: для Чи Е прогулы — это норма, а вот появление в школе скорее исключение из правил.
Первыми пришли результаты экзамена по китайскому языку. Базовые баллы у всех плюс-минус совпадали, так что разница была невелика. Дойдя до фамилии Чи Е, преподаватель бросила взгляд на пустую парту:
— Пусть сосед по парте получит за него. Баллов — шестьдесят.
Вэнь Сяо поднялся со стула и забрал листок с результатами.
Шангуань Юй развернулся, окинул взглядом работу Чи Е и зацепился глазами за красующуюся в графе «Итог» цифру «60»:
— Каждый раз на экзаменах я колеблюсь: то ли братец Чи — истинный гений, то ли махровый двоечник.
Чжао Иян, в этот момент оплакивавший запоротые задания по цитатам из классической поэзии, тут же отозвался:
— Да неважно кто он, главное, что братец Чи мастерски управляет баллами! Сколько времени прошло, а я еще ни разу не видел у него оценки отличной от шестидесяти!
Из-за того, что в заданиях по древней поэзии было сделано слишком много ошибок, Чжао Иян добрую половину дня бормотал под нос, кляня себя за то, что накануне экзамена послушал в интернете всякую чушь вроде «бурный поток несется с трех тысяч чжанов, не сравниться Ван Луню с моей любовью к тебе» и «сегодняшний день полон вина, пусть катится мой заветный сон в дальние дали». Из-за этого дерьма в голове на самом экзамене у него начисто вылетело из памяти, как пишется вторая половина строчки.
Вэнь Сяо просто отгородился от его причитаний. Тогда Чжао Иян завел руку за спину и принялся стучать по парте Вэнь Сяо:
— Вэнь Сяо, Вэнь Сяо!
Этот стук тук-тук-тук действовал на нервы.
Прекратив писать, Вэнь Сяо отозвался:
— Чего тебе?
Чжао Иян просунул телефон в зазор между партами:
— Звонит братец Чи!
— Чи Е?
— Точно он!
Вэнь Сяо взял трубку и поднес к уху:
— Я Вэнь Сяо.
На том конце связи стоял страшный шум: гудели какие-то машины — «бум, бум», — смутно доносились чьи-то зычные крики, и этот галдеж резал уши.
После того как звонок завершился, Чжао Иян сгораил от любопытства:
— Чего это братец Чи хотел? Я-то думал, он мне звонит, а едва соединили — сразу потребовал перевести звонок на тебя.
Вэнь Сяо вернул телефон владельцу и поднялся, направляясь к выходу из класса.
Чжао Иян опешил:
— Ты куда это?
— К старому Сюю, отпроситься.
Отпроситься у старого Сюя оказалось проще простого. Стоило Вэнь Сяо заявить, что он плохо себя чувствует, даже не уточнив подробностей, как старый Сюй с легким сердцем подписал заявление. Он лишь посоветовал парню не взваливать на себя слишком много стресса и беречь здоровье, тем более что в расписании остались только уроки эстетики изобразительного искусства да английский, ничего страшного.
Поблагодарив учителя, Вэнь Сяо вернулся в класс, подхватил рюкзак и ушел.
В кабинете третьего класса младшей ступени Я Я уже собрала ранец и терпеливо ждала. Увидев в дверях Вэнь Сяо, она с любопытством вытянула шею, заглядывая ему за спину:
— Братец Кола, а где мой брат?
— У твоего брата дела, он попросил меня забрать тебя. — Вэнь Сяо только собирался подобрать слова получше, как Я Я с понимающим видом кивнула:
— Ой, побеспокоила братца Колу!
Сели на автобус и поехали обратно на Улица Цзючжан. Я Я показывала дорогу, они поднялись на этаж, и она отыскала в кармане ключ, чтобы открыть дверь.
Планировка квартиры Чи Е точь-в-точь повторяла жилье бабушки Вэнь Сяо: вещей минимум, идеальный порядок. Взглянув на окно гостиной, Вэнь Сяо убедился, что в прошлый раз ему не показалось: окно его собственной спальни действительно выходило аккурат напротив окон квартиры Чи Е. Внутри горел свет, позволяя разглядеть размытые силуэты.
Убедившись, что Я Я раскрыла ранец и принялась за уроки, Вэнь Сяо спросил:
— Что у тебя сегодня на ужин?
Я Я:
— В холодильнике есть еда, которую приготовил брат, ее нужно только разогреть.
Вэнь Сяо снял с плеча черный рюкзак и на пару секунд задумался:
— Ты делай уроки, а я загляну на кухню.
Когда Чи Е вернулся домой, было уже за девять. На первом этаже кто-то громко смотрел телевизор — проходя мимо, можно было расслышать вступительное слово ведущего передачи «Новости 1+1».
Он открыл дверь ключом. В квартире горел свет, и оттуда доносился ровный, размеренный голос, читающий вслух параграф учебника: «Ласточки говорят, что весенний дождь — зеленый. Посмотрите: весенний дождь падает на землю, и трава зеленеет...»
Чи Е замер на пороге, подумав, что эта ласточка, пожалуй, страдает параличом лицевых нервов.
Через пару фраз чтение прервалось, и Вэнь Сяо повернулся к нему:
— Вернулся?
Его взгляд скользнул по царапинам на тыльной стороне ладони Чи Е, но он сделал вид, будто ничего не заметил.
Чи Е счел нужным оправдаться:
— Таскал тяжести, поцарапался. — Закончив говорить, он и сам не понял, зачем вообще стал перед кем-то отчитываться.
— Посуду на кухне не забудь помыть. Уроки по китайскому Я Я уже сделала, чтение и предварительный просмотр текста тоже закончила, сейчас как раз садится за математику. Я пошел.
Прислонившись спиной к стене и ощущая странную расслабленность во всем теле, Чи Е бросил короткое «угу» и лениво улыбнулся:
— Спасибо, маленький учитель Вэнь.
— Не забудь поблагодарить, — бросил на него взгляд Вэнь Сяо. — Если возникнут трудности с задачками по математике у Я Я, можешь спросить меня.
— ... — Чи Е выпрямился во весь рост и шутливо выругался вслед: — Проваливай к своему деду за стенку!
http://bllate.org/book/33394/4102474
Готово:
