Эту несвободу пришлось терпеть почти пол-урока.
Вэнь Сяо приоткрыл глаза, еще не до конца очнувшись. В ушах звучал голос учительницы литературы: «Народец помнит его благодеяния, и воздвигли храм к западу от павильона Аньян»... Этот ученик, только что из вашей бутылки лилась минеральная вода, а вовсе не тысячею юаней за бутылку красное вино. Поэтому, может, не стоит изображать вид человека, хмельного и разомлевшего?
— Продолжим. «Каждый...» — скажите-ка, эти двое учащихся, это вы тут занимаетесь мероприятиями по добрососедскому и дружественному общению?
Вэнь Сяо чувствовал неприятное стеснение в груди и не сразу сообразил, что ответить. Пока не услышал голос Чи Е:
— Учитель, всё, что вы сейчас видите — сплошные галлюцинации.
Учительница литературы изящно выгнула брови:
— Вы так крепко держите друг друга за руки, вряд ли это галлюцинация.
Только тогда Вэнь Сяо заметил, что судорожно вцепился в правое запястье Чи Е — так крепко, что кожа там почти побелела.
Вэнь Сяо остолбенел.
Учительница литературы вовсе не сердилась. С одной стороны, она и сама засыпала, когда объясняла этот классический текст. С другой стороны, Чи Е хоть и пропускал занятия целыми днями, но дебоширом не был и раздражения не вызывал: кроме учебы, у него всё было в порядке. А Вэнь Сяо с самого перевода сюда вел себя тихо и прилежно учился, так что заработал высокий кредит доверия.
Поэтому она придумала выход:
— Раз уж вы, соседи по парте, такие дружные и даже на уроке держитесь за руки, то не расцепляйте их. Держите, держите, и отпустите только тогда, когда прозвенит звонок.
Вэнь Сяо: «...»
Чи Е: «...»
Пока учительница литературы снова направлялась к учительскому столу, Вэнь Сяо заговорил первым:
— Прости.
Чи Е: «Не за что».
Из-за того, что один держал другого за запястье, да еще под смутные взгляды со всех сторон, Чи Е подумал, что этот поворот событий — просто чертовщина какая-то. Ему стоило сопротивляться с самого начала, когда Вэнь Сяо только схватил его за руку!
Но держать вот так чье-то запястье, кроме Я Я, пожалуй, приходилось впервые за все семнадцать лет жизни.
Он откашлялся, пытаясь найти тему, чтобы разрядить эту странную атмосферу:
— Что ж тебе за сон такой приснился? Сила в руках была такая, что мои кости чуть не хрустнули.
Вэнь Сяо не ответил, лишь повторил: «Прости», а потом взглянул на руку Чи Е:
— Кончики пальцев онемели?
Чи Е так долго находился в безвыходном положении:
— Давно уже.
Поразмыслив, Вэнь Сяо предложил:
— Давай ты возьмешь меня за запястье?
Посчитав это предложение дельным, Чи Е дождался, пока Вэнь Сяо разожмет пальцы, размял кисть и тут же перехватил его руку.
Сжав пальцы, он тихо хмыкнул:
— И впрямь хилый. Ну и тонюсенькое же запястье.
Вэнь Сяо холодно бросил в ответ:
— Я могу поднять пластиковую трубу одной рукой, и через минуту ты будешь лежать ничком с тяжелыми травмами.
— ... — Чи Е мгновенно вспомнил про разрушительную силу своего соседа по парте и поспешил исправить положение: — Так я к тому и веду, что внешность обманчива.
Вэнь Сяо коротко хмыкнул, молча принимая это объяснение.
Чи Е сжимал тонкое белое запястье и не смел шевельнуться, вспоминая утренний инцидент, когда Ли Пэй приходил кланяться и извиняться:
— Кстати, этот парень Ли Пэй — та еще птица. Притащился к тебе избитый просить прощения только ради того, чтобы подставить.
Вэнь Сяо и сам всё понимал, а Чи Е мало того что взял этот удар на себя, так еще и полностью выгородил его:
— Снова я перед тобой в долгу.
Чи Е небрежно искривил уголки губ:
— Мелочи, пустяки.
Он перебрал в уме все темы, но больше ничего не нашлось. А надеяться, что тему подкинет Вэнь Сяо, и вовсе не стоило — проще было рассчитывать на то, что завуч перестанет дежурить у школьных ворот в засаде.
Время тянулось медленно, как годы, но в тот самый миг, когда наконец прозвенел звонок с урока, Чи Е почувствовал себя свободным от тяжелого груза и быстро отпустил руку.
Сидевшие впереди Чжао Иян и Шангуань Юй одновременно обернулись:
— Черт, ну и зрелище! Вы что, правда за руки держались весь урок?
Чи Е откинулся на спинку стула:
— А то нет?
Шангуань Юй подхватил сочувственным тоном:
— Вообще-то, если бы вы положили руки под парту и не держались, учительница литературы со своего подиума всё равно ничего бы не увидела.
Услышав это, Чи Е повернул голову и случайно встретился взглядом с Вэнь Сяо. Он выдавил из себя одно слово:
— Твою мать.
На большой утренней перемене вся школа рассыпалась по стадиону, словно черные и белые камни на доске. Директор лично вышел с микрофоном и объявил о найденной в северо-восточном углу стадиона древней гробнице, строго предупредив всех учеников ни в коем случае не приближаться к этому участку.
Кто-то изумленно ахнул:
— Да это же кенотаф Ван Чжунмина! Мы же учили это по литературе: великий литератор, мыслитель, просветитель, предтеча неоконфуцианства. Четем чую, этот пункт будет на экзамене в конце семестра!
Чи Е посмотрел на соседа по парте, стоявшего прямо рядом с ним:
— Выходит, мы тут скакали под радиогимнастику на кенотафе.
Чжао Иян обладал слухом как у локатора:
— Под что скакали?
Вэнь Сяо стоял с прямой осанкой:
— Ни под что.
Не успели они разойтись и вернуться в класс, как вбежал Сюй Жуй:
— Докладываю! Свежие новости с передовой!
Заметив, что взгляды всего класса устремились на него, Сюй Жуй остался доволен.
Кто-то поторопил его:
— Да выкладывай уже, что за новости?
— Я тут формулирую мысли! — Сюй Жуй кашлянул пару раз. — Последние новости: в северо-восточном углу стадиона нашли не просто кенотаф, а еще и могилу-спутник — предполагают, что это захоронение ученика господина Ван Чжумина. Эту зону уже оградили огромным периметром, натянули сигнальную ленту, поставили синие ширмы, подходить никому не разрешают.
— Есть еще что-нибудь?
Сюй Жуй:
— Конечно! Эксперты уже побывали там, всё, что имеет хоть какую-то ценность для исследований, увезли.
Кто-то спросил:
— Тогда зачем так строго огораживать и запрещать нам приближаться?
— Боятся, что у тебя кишка тонка, подойдешь — и тебя впотьмах леший водить начнет, ха-ха-ха!
До второго года старшей школы оставалось всё меньше времени, давление нарастало, и любой малейший слух заставлял всех возбужденно гудеть целый день.
Следующие два дня Сюй Жуй неизменно приносил самые разные сплетни. То группа экспертов приезжала и уезжала, то школу показывали по телевизору, то после вечерней самоподготовки парочка уединилась на стадионе и увидела, как из северо-восточного угла выплывает белая тень, сопровождаемая плачем.
Выложив новость, Сюй Жуй призадумался:
— Слышен плач? Неужели это Ван Чжунмин в свое время задал своим ученикам слишком много домашки?
— Похоже, это тебе домашки задают мало! — классный руководитель Сюй Гуанци едва переступил порог класса, как тут же спихнул Сюй Жуя со стола учителя. — Следить за ходом событий можете, но не смейте забивать головы всякой ерундой! Повторяю: никому из вас не разрешается приближаться к северо-восточному углу! Не разрешается задерживаться в школе после вечерней самоподготовки! Всем ясно?
Весь класс нестройно откликнулся:
— Ясно.
Сюй Гуанци удовлетворенно кивнул:
— Хорошо, а теперь давайте посмотрим на ваши сегодняшние утренние сданные тесты по математике. Эх, процент правильных ответов просто ужасен! К счастью, мне осталось возиться с вами всего полтора года, иначе мои волосы точно бы не удержались на голове...
К началу вечерней самоподготовки Сюй Гуанци забрал старосту класса по математике и ушел проверять работы в учительскую. Первые три минуты в классе было относительно тихо, но стоило надсмотрщику исчезнуть, как под полом будто развели костер — класс забурлил, заискрился.
Сюй Жуй присел на корточки и поковылял «крабиком», пока не остановился у парты Чжао Ияна:
— Есть одно секретное задание, приглашаю тебя присоединиться. Принимаешь приглашение?
С этими словами он вытянул лист трехслойной мягкой салфетки, на которой было выведено слово «Приглашение».
Чжао Иян рассмеялся от такого приглашения:
— Ну и убожество! Ладно, ладно, что за задание, выкладывай?
Сюй Жуй состроил загадочную физиономию и повернулся к Шангуань Юю:
— Ваше Величество, а вы? Возьмете это приглашение?
Шангуань Юй был в хороших отношениях с Чжао Ияном, и раз уж тот взял, он тоже протянул руку:
— Одобряю.
Как только приглашения были розданы, Сюй Жуй таинственным шепотом понизил голос:
— Эта секретная операция — ночная вылазка!
Чжао Иян:
— Черт, мысли сошлись! Погнали, погнали, вот это адреналин!
Учеба сама по себе была скучной, а тут еще директор с классным руководителем снова и снова твердили, что приближаться к северо-восточному углу стадиона нельзя — любопытство не подавилось, а вот дух противоречия взвился до небес.
— Старый Сюй запрещает нам туда соваться, а мы все равно пойдем! Может, те двое влюбленных и правда не врали, и по ночам там действительно плачут призраки!
Сюй Жуй закивал:
— Я так и знал, что вы со мной на одной волне!
Оба переглянулись и хихикнули, а Чжао Иян снова повернулся к Сюй Жую:
— А кто еще в деле?
— Ты, я, Шангуань, да еще братец Чи на подстраховке.
— Братец Чи? — удивился Чжао Иян. — Разве братец Чи не пропал еще на большой перемене после обеда?
Сюй Жуй:
— Я спрашивал его в телефоне. Сначала братец Чи не заинтересовался, но потом я пообещал заплатить две тысячи за участие, и он после некоторых раздумий согласился. С братцем Чи за спиной даже если там призрак, его непременно сметут кровожадной аурой!
— И так бывает? — Чжао Иян окинул Сюй Жуя взглядом. — А сразу и не скажешь, староста, что ты у нас сказочно богат!
Сюй Жуй поморщился:
— Какое там богато — это же мои новогодние деньги, которые я копил, а теперь всё отдал братцу Чи.
Вспомнив что-то, Чжао Иян повернул голову и спросил сидевшего позади Вэнь Сяо:
— Не хочешь присоединиться к нашей ночной вылазке?
Вэнь Сяо как раз решал вариант по физике. Ответ состоял из двух слов:
— Не хочу.
Сюй Жуй тут же вставил:
— Братец Чи сразу сказал, что Вэнь Сяо наверняка откажется. Мол, Вэнь Сяо хилый, здоровьем слаб, ни за что не пойдет. А если пойдет, подует холодный ветер, разболится — кому это нужно?
Кончик ручки, зажатой в пальцах Вэнь Сяо, уперся в листок, оставив глубокую точку.
Чжао Иян задумался:
— И то верно. Ну тогда нас четверо, решено!
Прозвенел звонок с урока. Чжао Иян позвонил домой и сказал, что идет делать уроки к Шангуань Юю, а Шангуань Юй позвонил матери и сказал, что идет к Чжао Ияну разбирать задачи. Положив трубки, они принялись неторопливо собирать рюкзаки, тянув время.
Вэнь Сяо дорешал последнюю задачу по математике, закрыл колпачок ручки и бросил Сюй Жую:
— Я с вами.
Сюй Жуй растерялся: разве он только что не отказывался?
Дождавшись, пока во всех школьных окнах погаснет свет, четверо тихонько ускользнули из школы. Обойдя территорию по периметру вдоль внешней стены, они в конце концов остановились у северо-восточного угла стадиона.
Подул прохладный ветерок. Вэнь Сяо стоял на краю тротуара, закинув черный рюкзак на одно плечо и засунув руки в карманы, внезапно сообразив, что совершенно не понимает, зачем он увязался в эту вылазку.
После того как его сосед по парте перестал вести себя нормально, он, судя по всему, тоже заразился.
Шангуань Юй прикинул высоту стены:
— Перелезть через эту преграду сложнее, чем вынести шпаргалку с месячной контрольной и остаться непойманным.
Сюй Жуй потер руки на холодном ветерку и произнес:
— Шекспир однажды сказал, что жизнь героя начинается с вызовов и попыток! Лу Синь тоже говорил, что все мы воины, а воины не боятся никаких трудностей — ни мечей, ни каменных стен!
Чжао Иян привык действовать без лишних слов. Потерев ладони, он скомандовал:
— Отойдите в сторонку, я попробую!
С этими словами он сунул рюкзак Шангуань Юю, разбежался, оттолкнулся от стены, уцепился руками за металлические прутья решетки и взмыл вверх, словно мартышка. Перемахнув на другую сторону, Чжао Иян ошарашенно моргнул: — Я что, уже внутри?
Шангуань Юй перекинул рюкзак через стену и, прежде чем залезть самому, бросил Сюй Жую:
— Шекспир и Лу Синь оба были правы!
Чи Е явился позже всех: староста уже перелез, а он только подошел.
Вэнь Сяо спросил его:
— А где Я Я?
Чи Е:
— Выгулял ее ненадолго, домой пришел — она сразу рухнула спать.
Вэнь Сяо: «...»
Бросив взгляд на забор, Чи Е спросил:
— Ты первый или я?
— Ты.
Когда все пятеро добрались до северо-восточного угла стадиона, вокруг царила непроглядная тьма, а леденящий ветер так и свистел.
Сюй Жуй вовсю крутил головой по сторонам и возбужденно шептал:
— Завтра расскажу одноклассникам про наше приключение, и мы точно попадем в топ школьных сплетен, станем легендой Миннаньской второй школы! Глядишь, через три-пять лет в школе о нас еще будут слагать предания!
Чжао Иян с серьезным видом выбрал место и встал в позу:
— Никому не двигаться, я буду проводить обряд! На вечерней самоподготовке я в два счета освоил экзорцистское заклинание Даосского храма Цинъян! А то еще подумаете, что моё прозвище великого мастера — пустышка.
Наблюдая за тем, как Чжао Иян машет руками, Вэнь Сяо встал с краю и поинтересовался у Чи Е:
— С чего это ты вдруг решил сюда прийти?
Чи Е ответил без утайки, выдав три слова:
— Ради денег.
Как только Чжао Иян закончил свои пассы, все пятеро приподняли натянутую по кругу желтую ленту и пролезли внутрь.
Сюй Жуй подготовился на совесть: он вытащил фонарик и принялся водить лучом из стороны в сторону. Поводив немного, он снова струхнул:
— Раз только у меня фонарик, не притянет ли это призраков?
Шангуань Юй хмыкнул:
— Это смотря какой призрак — мужской или женский. Если женский, то на тебя она точно не посмотрит, все виды будут только на братца Чи и Вэнь Сяо.
— Логично. — Сюй Жуй снова включил фонарик, сделал пару шагов вперед и замер на месте: — Всё, я больше не могу, у меня ноги ватные!
Чжао Иян закатил глаза:
— Ты же сам всё это организовал, а как дошло до дела, так в кусты?
Откуда Сюй Жую было знать, что здесь так жутко? Ветер подул сильнее, и раздался резкий скрежет, от которого у него чуть сердце из груди не выпрыгнуло.
Чи Е подумал о том, что раз уж он получил деньги:
— Ветер раскачивает синие щиты. Шагайте за мной.
Сказав это, Чи Е двинулся вперед, Вэнь Сяо последовал за ним, а Чжао Иян и Шангуань Юй поспешили следом.
Сюй Жуй, прижимая к груди фонарик, застрял на распутье — то ли бежать за ними, то ли стоять на месте и мерзнуть. Пожалуй, остаться на месте было неплохой идеей: материала для завтрашних баек ему уже хватило с избытком.
Чи Е чуть повысил голос:
— Ну что, если сейчас появятся призраки...
Не успел он договорить, как Сюй Жуй, словно за ним гналась свора собак, бросился за спину Шангуань Юю, крепко зажмурил глаза и заорал:
— Вперед!
Пройдя еще немного вглубь, Чи Е понизил голос и спросил Вэнь Сяо:
— Сосед, не страшно?
Вэнь Сяо покосился на него:
— А тебе?
Чи Е тихо усмехнулся:
— Переживаю, как бы тебе не было страшно.
Вэнь Сяо сделал полшага вперед и поравнялся с ним — так близко, что их плечи соприкоснулись. Это служило ответом.
Атмосфера в начале и в конце процессии была совершенно разной.
Сюй Жую казалось, что слева, справа, под ногами и над головой черти высматривают его из темноты. Он тысячу раз пожалел, что вообще приперся сюда. В такое время разве дома решать варианты было не весело? Разве учить параграфы было не в радость? Разве слушать мамины нравоучения было не так увлекательно?
Сделав еще пару шагов, Сюй Жуй судорожно вцепился в одежду Шангуань Юя:
— Брат... братец Чи, ты ничего не слышишь?
Чи Е остановился и повернулся к Вэнь Сяо:
— Слышишь что-нибудь?
Вэнь Сяо кивнул:
— Шаги. Двое.
Чжао Иян сглотнул слюну:
— Да ладно, неужели те самые два ученика дедушки Ван Чжумина повылазили погулять посреди ночи?
Сюй Жуй плюхнулся прямо на землю, забыв про грязь под ногами, и затрясся, бормоча:
— Я же честно учил литературный минимум! Я никогда не путал порядок философов, просветителей и литераторов! Только не трогайте меня! Я виноват, я не должен был тревожить ваш покой...
Вэнь Сяо тихо спросил:
— Он что... играет роль?
Чи Е просветил своего соседа по парте:
— Нет, это чистая искренность.
У Чи Е терпения было поменьше. Он остановился на месте и прервал Сюй Жуя:
— Так мы идем дальше за желтую ленту или расходимся по домам?
Сюй Жуй и впрямь разрыдался:
— Может, лучше... лучше разойдемся по домам?..
Чжао Иян поначалу еще держался бодрячком, но от вида сидящего и ревущего Сюй Жуя у него у самого затылок покрылся мурашками:
— Точно, может... пойдем решать задачки домой?
В этот самый момент со стороны послышался быстрый топот ног по земле, а следом раздался истошный вопль:
— Призраки!
Сюй Жуй подскочил на ноги и следом за Чжао Ияном и Шангуань Юем рванул со всех ног, вопя на ходу:
— Спасите, призраки!
Тут же раздался другой голос, испуг в котором зашкаливал в несколько раз сильнее и звучал куда пронзительнее:
— И правда призраки!
Вэнь Сяо стоял на месте, но Чи Е тут же крепко схватил своего соседа за запястье:
— Без глупостей, не рыпайся!
Вэнь Сяо посмотрел на него как на дурака.
Чи Е объяснил:
— Я же боюсь, что тебя триггернет, и ты сгоряча первым делом врежешь им подсечкой.
Вэнь Сяо опустил взгляд и покосился на ногу Чи Е, шагнувшую вперед.
Чи Е перевел тему:
— Как думаешь, как далеко они убежали?
Вэнь Сяо прикинул:
— Скоро сделают полный круг по стадиону.
И верно: не прошло и минуты, как впереди показался Сюй Жуй, возглавлявший безумную гонку Чжао Ияна и Шангуань Юя. Сюй Жуй, у которого на каждом уроке физкультуры стояла еле проходная оценка, в этот раз обогнал всех.
Взгляд Вэнь Сяо упал на двоих преследовавших их с некоторым отрывом людей:
— Тот, что бежит позади, кажется, из нашего класса?
Холодный воздух заполнил легкие Сюй Жуя до отказа, бежать он больше не мог:
— Ведите меня... в подземное царство, я больше не могу бежать! Еще круг — и я отправлюсь туда сам...
Он еще не успел договорить, как сзади кто-то на полной скорости врезался в него, не сумев затормозить. Оба рухнули на пластиковую беговую дорожку, и Сюй Жуй дрожащей рукой навел фонарик на чужое лицо:
— ...Ты какого черта здесь делаешь?
— Это ты что здесь делаешь?!
В этот момент издалека луч мощного фонарика полоснул по глазам:
— Кто там! Кто здесь!
Под светом уличного фонаря.
Охранник окинул всех оценивающим взглядом:
— Посреди ночи, а мы уж думали — черные копатели.
В голосе слышалось легкое разочарование.
Сюй Жуй тут же вставил:
— Мы же тоже не думали, что посреди ночи кто-то патрулирует школу.
Луч охранника упал под ноги Вэнь Сяо и его компании:
— А ну докладывайте, чего не спится, зачем шатаетесь?
Сюй Жуй:
— Повторяем литературоведение.
Охранник замолчал на пару секунд, после чего перевел фонарик на другую группу:
— А вы?
Ли Вэньчэн ответил предельно честно:
— Одноклассники говорят, что я трус, я пришел сюда потренировать храбрость.
Вэнь Сяо смутно припомнил этого парня: в первый день его перевода старый Сюй велел Ли Вэньчэну поменяться местами и сидеть с Чи Е, но Ли Вэньчэн отказался.
Охранник проработал в школе не один десяток лет и чего только не повидал. Он махнул рукой:
— За мной в дежурку, назовете имена и номера классов, завтра доложу вашим классным руководителям, а теперь — марш по домам.
Выйдя за ворота школы, ребята постояли на обочине с четким ощущением провала.
Сюй Жуй вздохнул:
— Всё, завтра сто процентов заставят писать объяснительную!
Чжао Иян тоже вздохнул:
— Начнется с восьми тысяч знаков, без ограничений сверху, жуть.
Сюй Жуй скривил зубы и выдал с благородным видом:
— Объяснительную братца Чи... я напишу за него! Я ведь сам нанял тебя от злых духов отбиваться.
Закончив говорить, он стал ждать, пока Чи Е откажется.
Но Чи Е, вопреки ожиданиям, отказываться вовсе не собирался:
— Ладно, давай, дерзай.
Вэнь Сяо перевел взгляд на Чи Е.
Под этим пристальным взглядом Чи Е, к своему величайшему удивления, почувствовал укол совести.
Этого напарника он в свое время затащил в дело обманом. Поколебавшись, он выдал:
— Восемь тысяч поделим пополам, по четыре тысячи с носа, и ни строчкой меньше!
http://bllate.org/book/33394/4102471
Готово:
