Её голос звучал всё более взволнованно: — Но я-то знаю, что папа абсолютно не мог поступить так! Пусть со сроками выпуска вакцины вышло немного поспешно, но ведь он делал это ради борьбы с окаменением, ради спасения людей! И он точно не стал бы в обход законных процедур фальсифицировать данные экспериментов. Кое-кто говорит, будто он вообще не проводил испытаний на людях, но я верю, что он наверняка их проводил! Хотя... хотя я сама толком не разбираюсь в его опытах, я знаю отца — он никогда не стал бы наплевать на всё ради наживы! И ту фармацевтическую компанию он открыл вовсе не для того, чтобы загребать деньги, а чтобы добыть достаточно средств для исследований! С его характером он не мог усидеть в государственных структурах, а значит, и официального финансирования у него не было, так что ему приходилось зарабатывать самому! Но он учёный, у него есть научная совесть, он не преступник!
Янь Пэй молча дождался, пока она выговорится, после чего мягко коснулся её руки: — Ты абсолютно права, я тебе верю. Думаю, правда есть правда, и наступит день, когда люди во всём разберутся, такой день обязательно настанет.
Дин Сяожу смахнула слёзы, которые сами собой залили ей всё лицо, и шмыгнула носом: — Я просто слишком разнервничалась.
— Ничего страшного. Я понимаю. — Янь Пэй чувствовал, что отлично понимает её состояние. Понятное дело, когда окаменение и кровожадность захлестнули весь мир, после стольких бед почти ни у кого не осталось сил сохранять рассудок. И этот панический страх и гнев перед лицом угрозы жизни, что нависала неведомо из-за чего, требовали какого-то выхода. Этим выходом и стали создатели искусственной вакцины.
Они некоторое время сидели молча, глядя друг на друга, пока Янь Пэй осторожно не спросил: — Так ты совсем ничего не знаешь об исследованиях своего отца?
Дин Сяожу вздохнула: — Меня никогда не интересовали папины изыскания... Честно говоря, до вспышки окаменения я, как и все остальные, считала его взгляды жутко устаревшими. Он ведь вечно выступал против генетической модификации, твердил, что из-за неё люди теряют иммунитет и всё в таком духе. Только вот никто не принимал его слова всерьёз. Последнюю генную модификацию проводили больше полутора веков назад, да и его собственные гены были изменены, так какой смысл протестовать против этого теперь?
Янь Пэй покачал головой: — Ну, тут ещё как посмотреть. Посмотри, разве нынешняя ситуация не доказывает, что генная модификация оказалась не такой уж безупречной?
Дин Сяожу помрачнела: — Бесполезно. По крайней мере, генетическая модификация обеспечивала человечеству безопасность почти целое тысячелетие, а до этого грандиозная вспышка вируса уничтожила чуть ли не половину населения Земли... Хватит об этом, лучше послушай про мою семью. Я не люблю биологические исследования, мне по душе сочинять всякие истории, я пишу в интернете.
Конечно, отец тоже ни во что меня не ставил, говорил, что я целыми днями витаю в облаках, так что общего языка мы никогда не находили. Я в основном жила отдельно и домой почти не заглядывалась. А мама... она тоже не выносила все эти отцовские замашки, так что... Короче говоря, ещё до вспышки окаменения наш дом почти всегда пустовал: папа ночевал в лаборатории, я снимала квартиру на стороне, а мама шлындала где-то развлекаясь, в общем, на нормальный дом это было совсем не похоже.
Дин Сяожу немного отрешенно продолжила: — А потом, когда началась эта эпидемия, я бросилась домой, да только стоило мне прибежать, как наш район закрыли на карантин. Я осталась одна в пустой квартире, даже поесть было нечего — наш холодильник обычно стоял абсолютно пустым, — только вода оставалась. Не знаю, сколько дней я так просидела, но в конце концов от страшного голода меня уже отпустило, и я просто вырубилась. А когда очнулась, оказалась уже в отцовской лаборатории. Ума не приложу, как у него получилось прорваться через зону карантина и вытащить меня. Тогда-то я и узнала, что заработала сильнейшее истощение, пролежала в коме больше десяти дней, а мама пропала... В то время в нашем районе свирепствовала жуткая вспышка окаменения, я думаю... моя мама, скорее всего, заболела и её забрали на сожжение.
— Сожжение?
— Угу. — Дин Сяожу уныло опустила голову. — В самом начале эпидемии считалось, что окаменение передаётся при контактном заражении, поэтому всех умерших сразу собирали и сжигали. Позже выяснилось, что так эпидемию всё равно не остановить, а когда начались массовые вспышки, на сжигание тел уже просто не хватало людей — да и толку от этого не было.
Янь Пэй смутно почувствовал, как в голове мелькнула какая-то мысль, но прежде чем он успел за неё уцепиться, раздался стук в дверь. Дин Сяожу мгновенно насторожилась, подхватила с пола короткую палку и повысила голос: — Кто там?
Человек за дверью замялся на секунду, а затем ответил: — Я ищу одного человека.
— Шэнь Сяо! — Янь Пэй сразу узнал голос Шэнь Сяо и вдруг сообразил, что пробыл здесь уже больше часа. Он вскочил на ноги: — Это мой друг! За мной пришёл.
Лицо у Шэнь Сяо было довольно хмурым. Дверь открылась, но внутрь он входить не стал, лишь бросил на Янь Пэя острый взгляд: — Какого чёрта тебя сюда занесло?
Янь Пэй потёр нос и виновато усмехнулся: — Прости, я потом всё объясню, ладно? Ну что, пойдём теперь?
Выбравшись из трущоб, Янь Пэй бросил косой взгляд на Шэнь Сяо с непроницаемым лицом и натянуто улыбнулся: — Слушай, а чем ты там занимался? Почему так долго возился?
Шэнь Сяо помрачнел: — Я уходил ненадолго. Больше времени ушло на то, чтобы разыскать тебя.
Янь Пэй изо всех сил постарался изобразить невинность: — Я тут услышал, как кто-то кричал про кровь. Что, человека убили?
— Появился Кровопийца.
Янь Пэй опешил: — Кровопийца? Откуда он взялся?
— Он не откуда-то прибежал. У кого-то в Подземном городе обострилась Кровожадность.
— А-а-а... — Янь Пэй снова растерялся. — Эм, а откуда ты узнал, что я здесь?
Шэнь Сяо с бесстрастным видом ткнул пальцем в эмблему на его воротнике: — В ней записана вся твоя информация, включая координаты в Подземном городе.
— Ох, чёрт, извини. Встретил тут одну китаянку... то есть соотечественницу... заболтались, время пролетело незаметно, вот я и...
Шэнь Сяо холодно произвел: — Это ты устроил бурю в баре?
— Стой, с какой стати это я устроил бурю? Ты пришёл поздно и ничего не видел, а там трое мужиков откровенно распускали руки. Я просто заступился за человека, не мог же я смотреть, как обижают соотечественницу!
— Сейчас уже нет никаких различий по странам.
Янь Пэй почувствовал лёгкое раздражение: — Знаю, но это для вас. А в моём сердце она — моя соотечественница.
— Узколобо. Ты до сих пор не избавился от старых предрассудков. На дворе вообще-то 3507 год.
Янь Пэй разозлился: — Узколобо? Те, кто не страдает узколобостью, цепляются за малейшую ошибку её отца и теперь травят девчонку — это по-вашему, у новолюдей, называется честностью и справедливостью?
Шэнь Сяо бросил на него взгляд: — Ты в курсе?
— Да, Сяожу рассказала.
Помолчав пару секунд, Шэнь Сяо глухо произнёс: — Вспышка Кровожадности... так или иначе, доля вины доктора Дина в этом есть. Однако перекладывать ответственность на детей — это форменное проявление нездоровых настроений и безумного отчаяния нынешнего времени. Те трое тоже понесут заслуженное наказание. Под узколобостью я имел в виду то, что ты слишком зациклен на национальных границах. Ты должен понимать, что всё человечество давно стало единым целым, и каждый человек здесь — твой соотечественник.
На этот раз настала очередь Янь Пэя хранить молчание. Лишь спустя какое-то время он спросил: — Дин Тана казнило правительство? В конце концов, побуждения у него были благие, верно? Сяожу говорила, вы подозревали, что он рискнул выпустить вакцину без клинических испытаний на людях, и подозревали его в жажде наживы?
Шэнь Сяо медленно ответил: — Данные, которые доктор Дин предоставил по части клинических испытаний, действительно оказались фальшивыми. Упомянутые в отчёте подопытные в базе данных не числятся, что доказывает их вымышленность. Но казнило его не правительство. После появления Кровожадности он отправился в зону вспышки собирать больных для продолжения экспериментов, где на него напала стая Кровопийц. Его тело разорвали на куски, и личность удалось подтвердить лишь благодаря генетической экспертизе останков...
Янь Пэй шумно втянул воздух и долго не мог вымолвить ни слова. Они некоторое время шли молча, пока Янь Пэй с трудом не перевёл тему: — Сяожу говорила, что по соседству с ней живёт председатель Всемирного исторического общества. Как-никак, светило науки. Старик в возрасте, да ещё и болеет, нельзя ли проявить к нему хоть какое-то снисхождение? Ну, например, выделить ему лекарства?
Шэнь Сяо слегка вздохнул: — По законам чрезвычайного времени гуманитарии приравнены к простолюдинам. К тому же старикам не положено никаких поблажек — по крайней мере, до сих пор никто из пожилых людей против этого не протестовал...
Роман Дин Сяожу
— Ого! — едва переступив порог лаборатории доктора Руссо, Янь Пэй присвистнул. — Какая громадина!
И вправду: после тесных жилых помещений этот двухэтажный просторный комплекс не мог не восхищать. Яркое освещение, стерильная чистота, комфортная температура, а пробирки и колбы словно отливали хрустальным блеском — жаль только, что содержимое этих сосудов не вызывало особого восторга.
Янь Пэй уставился на огромную круглую стеклянную колонну: — Что это тут за дрянь? Неужели кровь? — Колонна достигала почти человеческого роста, и внутри плескалась багровая жидкость, пугающе похожая на настоящую кровь.
Аллен бросил на неё взгляд: — Это имитация человеческой среды, созданная на основе образцов твоей крови. Поскольку тебя самого нельзя напрямую заражать вирусом, приходится использовать такой метод: вводить заражённые вирусом человеческие ткани для моделирования процессов. Впрочем, пока эксперименты особо не продвинулись. Вирус, попавший в твою кровь, не уничтожен, но и твои клетки крови он не поразил — похоже, между ними установилось состояние сосуществования.
Янь Пэй обрадовался: — Значит, я не подхвачу вирус?
— Пока делать выводы рано, ведь это всего лишь симуляция. Условия здесь изолированные, а человеческий организм — среда полузакрытая, где помимо вируса на всё влияет масса внешних факторов. Но по крайней мере, это доказывает, что твоя кровь обладает способностью противостоять вирусу.
— И это ты называешь отсутствием прогресса? По-моему, отличный результат!
Аллен нахмурился: — Но твоя кровь не вырабатывает антител. Так что на данный момент эксперимент ещё не принёс результатов, которые были бы полезны остальному человечеству.
http://bllate.org/book/33356/4098063
Готово:
