Мэй Цзи всё-таки зашла слишком далеко — пусть и не до конца, но близко к этому.
Когда Шэнь Юэ притащил с собой Цуй Лань в главный зал, Мэй Цзи уже успела умоститься на коленях у какого-то молодого и красивого ученика. Судя по её виду, ей не хватало лишь тюбика суперклея, чтобы намертво приклеить их друг к другу. Стоявший неподалёку молодой демон-бык всеми силами пытался помешать выходкам Мэй Цзи ради сохранения чести всей расы демонов, но у него ничего не получалось, и он так отчаянно переживал, что у него чуть слёзы из глаз не брызнули.
Переглянувшись на этот цирк, Шэнь Юэ и Цуй Лань замерли. Затем Цуй Лань закрыла лицо руками, а Шэнь Юэ тяжело вздохнул, сорвал маску и шагнул внутрь. Цуй Лань последовала за ним — вся из себя донельзя соблазнительная и извивающаяся.
— Мэй Цзи. — Шэнь Юэ занял одно из кресел, лёгким движением руки прижал меч побагровевшего от гнева седого старика и безмятежно взглянул на него: — Прошу прощения за бестактность.
В его ладони заплясали древесные лианы.
Мэй Цзи ещё пару раз вильнула бёдрами, но, в конце концов испугавшись хлыста Шэнь Юэ, закусила губу и оторвала себя от молодого ученика. Состроив очаровательную гримасу, она подплыла к Шэнь Юэ, прильнула к столу и принялась строить глазки тому самому парню.
Ученик Дворца Тяньсюань обладал поистине железной выдержкой: с каким лицом сидел, когда Мэй Цзи была у него на коленях, с таким же сидел и теперь. Стоило ей уйти, как он невозмутимо отряхнул полы одежды и остался сидеть неподвижно, словно скала. Зато пожилой старик выглядел так, будто его седые брови вот-вот взорвутся от злости. Глаза его выкатились из орбит, а щёки раздувались точно у разъярённой в брачный период лягушки.
— С какой целью вы пожаловали, позвольте узнать? — Шэнь Юэ убрал лианы, невозмутимо скользнул взглядом по Мэй Цзи и, не меняя выражения лица, спокойно произмолвил: — Мэй Цзи по природе своей гостеприимна и дружелюбна. Пусть… её манеры и поведение порой кажутся чересчур вольными, дурных намерения она не питает. Если в чём-то вас обидела, надеемся на ваше снисхождение.
Лицо седого старика немного посветлело, и он проворчал себе под нос: — Хоть один адекватный человек нашёлся.
На самом деле ничего особенного не произошло. Всё дело было в том, что Пифэн за последнюю сотню лет стал слишком много жрать. Дворец Тяньсюань прислал людей разузнать обстановку: будут ли они и дальше жить соседями в мире и согласии или же начнётся война по принципу кому позволено храпеть под боком у чужого ложа — а ну-ка, выходите, устроим знатную резню!
Ответить на этот вопрос оказалось невероятно сложно. В конце концов, как бы ни был своенравен Пифэн, главным всё равно оставался он, да к тому же заядлым любителем покушать. Сам же Шэнь Юэ выступал за мир, а потому невольно задумался.
— Цуй Лань, ступай спроси Императора Демонов. — Шэнь Юэ погладил затаившуюся в рукаве и сладко спящую болезненную маленькую белку — то ли какого-то невообразимого по счёту правнука, — и тяжело вздохнул.
Стоило бельчонку ощутить тепло, как он невольно перевернулся, кубарем скатился по пальцам Шэнь Юэ и шлёпнулся прямо на его длинный и плотный подол. Спросонья раскрыв большие блестящие чёрные глаза, зверёк издал пару писков и, безвольно цепляясь за одежду Шэнь Юэ, попытался карабкаться вверх, но тут же раскинул лапки в разные стороны и соскользнул вниз. Мало того, что он придавил собственный пушистый хвост, так ещё и пузико обнажил, после чего принялся беспомощно сучить лапками от страха.
Наблюдавшая за этой забавной картиной Цуй Лань неожиданно для себя услышала своё имя. Собираясь уже подняться, она вдруг опустила голову и, высунув раздвоенный змеиный язык, напугала бельчонку. Зверёк от неожиданности прямо-таки намочил штанишки — то ли испугавшись Цуй Лань, то ли пытаясь сбежать от воображаемой кары, он мгновенно свернулся в клубок.
Шэнь Юэ с абсолютно бесстрастным лицом посмотрел на лужицу у себя на подоле, а затем спокойно перевёл взгляд на Цуй Лань. Женщина-змея тут же завиляла бёдрами и пустилась наутёк к выходу: — Я мигом за Императором Демонов!
— Прошу прощения. — Шэнь Юэ с ледяным выражением лица посмотрел на седого старика. — Выставили себя перед вами в смешном свете.
Судя по всему, выходки Мэй Цзи нанесли седому старику глубокую психологическую травму, поэтому подобное холодное спокойствие Шэнь Юэ, напротив, принесло ему некоторое облегчение. Однако стоило старику разинуть рот, как Мэй Цзи вновь перебила его.
— Как только придёт Император Демонов, мы сможем нормально поговорить, — Мэй Цзи подперла подбородок руками, бесстыдно обнажив кусочек белоснежной груди, и с кокетливой улыбкой добавила: — Если Император Демонов скажет оставаться соседями — будем соседями. Ну а если он проголодается… Уж я-то прослежу, чтобы ваши головы аккуратно упаковали и вернули вам! Седой старик, твоя голова — моя забота, ну а если этот паренёк…
Хи-хи…
Мэй Цзи не стала договаривать, но в просторном зале повис её зловещий, леденящий душу смех.
Лицо седого старика мгновенно переменилось.Молодой ученик не изменил в лице и бесстрастно произнес: Если действительно дойдет до такого, мы не посмеем утруждать барышню, мне будет достаточно поступить так же, как младший дядя-наставник.
Из-за этих слов Шэнь Юэ специально окинул молодого ученика оценивающим взглядом, а затем с унылым видом применил заклинание, чтобы привести в порядок одежду, заодно почистив и маленькую белку, после чего бережно уложил ее себе на колени и погладил. Белочка, судя по всему, все еще сильно боялась: она свернулась в плотный клубок и слегка подрагивала. Погладив ее немного, Шэнь Юэ сунул ее обратно в рукав.
За эти сто лет он, превратившись в раскидистое огромное дерево, расширил свои владения вплоть до самого берега небольшой реки. Дабай и Дахэй весьма невозмутимо обустроили жилище, идеально приспособившись к тому факту, что за одной из стен находится живое дерево. Стоило приблизиться к воде, как число питомцев Шэнь Юэ из семейства беличьих начало стремительно расти: начиная с белок и бурундуков, заканчивая бобрами и даже одной маленькой морской свинкой неизвестного происхождения, которую едва не съел Сяо Бай.
Впрочем, если говорить обо всем этом так подробно, то лишь для того, чтобы показать: Шэнь Юэ — добрый демон, любящий мир и не проливающий кровь. И вовсе не потому, что дома его ждет целая орава питомцев, требующих еды...
Все эти животные в основном добывали пропитание самостоятельно, и Шэнь Юэ, не считая редких моментов баловства, в их воспитании почти не участвовал. На сей раз лишь из-за того, что из всего выводка бельчат неизвестно по какой причине в живых осталось лишь это хилое создание, Шэнь Юэ не стерпел и протянул руку помощи.
Два человека и два демона подождали немного, и наконец Цуй Лань вернулась вместе с Пифэном.
Когда Пифэн не ел, он обычно излучал ауру властного, крутого, ослепительного и надменного холодного генератора. Едва войдя, он сразу направился к верхнему сиденью, а его похожий на грозовую тучу плащ волнами клубился и перекатывался, пока он не опустился на него с тяжелым шагом, аккуратно расстелив подолом на три-четыре ступени лестницы.
Дворец Тяньсюань. Пифэн слегка приподнял подбородок, прищурившись и долго разглядывая гостей, пока наконец не разобрал, что этот кусок мяса с нежной синеватой кожей помоложе, а вон тот белый и пушистый — постарше.
Старое мясо застревает в зубах...
Пифэн машинально лизнул собственные клыки.
Впрочем...
Пифэн невольно повернул голову и посмотрел на Шэнь Юэ. Он был абсолютно уверен, что ни Цуй Лань, ни Мэй Цзи не сравнятся по надежности и пониманию ситуации со Старым Древесным Демоном, который навещал их раз в несколько десятилетий. С мрачным выражением лица он осведомился: В чем дело.
Эти двое пришли узнать, останемся ли мы соседями или собираемся подраться.
Пифэн почувствовал себя немного озадаченным, мысленно рассуждая: с чего бы мне без всякой причины драться с этими людишками? Сколько же людей пришлось бы скормить мне за один присест, да и от одного человека мне толку — разве что в зубах поковыряться.
Мы испокон веков жили в мире, не нарушая покоя друг друга, так обстоит дело и поныне. — глубокомысленно ответил Пифэн, являя собой воплощение истинного величия правителя.
Сказано — отрезано. Раз уж сам Император Демонов сделал такое заявление, добавлять было больше нечего. Обменявшись парой дежурных фраз, бородач и тот молодой ученик собрались уходить. Пифэн глубокомысленно поскреб подбородок и, не обращая внимания на уходящих гостей, произнес, обращаясь к Шэнь Юэ: Почему мне кажется, что ты стал выглядеть намного хуже? Ты случаем не снял маску? Я же говорил, твой нынешний вид сильно портит мне аппетит к ужину...
Чтобы устрашить их. — невозмутимо ответил Шэнь Юэ. За это столетие он уже перенял у расы демонов (яо) прямоту и прелесть простодушия и, ни капли не смущаясь застывших на месте шагов бородача, сам подсказал Пифэну выход: Если портит — ешь меньше. Каждый раз, когда твой аппетит портится, тебе требуется на две туши быка больше, нам тоже приходится нелегко.
Служащий неподалеку молодой бык-демон, чье присутствие доселе казалось совершенно незаметным, наконец не выдержал и пролил горькие слезы отчаяния.
Цуй Лань даже попыталась утешить молодого быка-демона: Ой, да не плачь ты. Съесть-то тебя — совсем не больно, хрусь — и всего делов на мгновение. Только подумай, как сильно мучаются женщины-демоны, когда рожают детей, верно? Твое положение еще можно назвать легким.
Молодой бык-демон с рыданиями бросился вон: Я лучше рожать буду! У-у-у-у-у!!!!
Мэй Цзи окинула взглядом удаляющуюся спину молодого быка-демона со сложным чувством, словно тот был куда значительнее, чем казалось, и, колотя себя в грудь, простонала: С каких это пор мужчины-демоны норовят отобрать у женщин-демонов абсолютно всё? Мало того, что мужиков уводят, так еще норовят отнять право вынашивать ребенка все десять месяцев! Разве можно так жить демонам на белом свете!
Столкнувшись с подобным диалогом... Шэнь Юэ просто взял и вышел.
Падение уровня интеллекта здесь было до отвращения сокрушительным.
Если подумать, куда подевалась обещанная высокая внешность бессмертных заклинателей! У этого бородача не было ни капли красоты, вы вообще видите это!
http://bllate.org/book/33280/4086631
Готово:
