Если Шэнь Янь не станет смотреть, разве всё это не пойдёт прахом?
— У меня чувствительная кожа, от него просто дует, — испугавшись, что Цзи Хуали снова заведёт шарманку, поспешно заявил Шэнь Янь. — Точно дует.
После этого он засеменил своими короткими шажками к машине, открыл дверцу и живо вскочил внутрь.
— Никакого ветра тут нет! — возмущённо бросил вслед Цзи Хуали и тоже забрался в салон.
Заметив, что Шэнь Янь игнорирует его, он и сам надулся от обиды, отвернулся к окну, уставившись на пейзаж снаружи, и стал изо всех сил делать вид, что Шэнь Яня для него не существует.
Когда жгучее ощущение чужого неотступного взгляда наконец исчезло, Шэнь Янь глубоко вздохнул, завёл двигатель и плавно тронулся с места. Лишь когда машина замерла у обочины перед светофором, он осмелился украдкой бросить взгляд на профиль Цзи Хуали.
Дорога до жилого комплекса прошла без происшествий. Справившись со своими эмоциями и выбравшись из машины, Шэнь Янь снова напустил на себя сугубо деловой вид личного помощника и открыл дверь для шефа:
— Цзи-цзун.
— Угу.
Цзи Хуали тоже уже успокоил себя: Шэнь Янь — просто бесчувственное полено, он ведь прекрасно знает об этом столько лет. Сам он младше Шэнь Яня, так что должен проявить великодушие.
Они вместе поднялись домой. Шэнь Янь принёс купленные цветы софоры на кухню. Разве может полноценный обед состояться всего из одного блюда? Изначально Шэнь Янь планировал приготовить побольше, но стоило ему заикнуться об этом, как Цзи Хуали всё зарубил на корню.
Цзи Хуали велел ему приготовить лишь одно блюдо — жареную софору с яйцом, а остальное можно просто заказать из ресторана.
Под благовидным предлогом: чтобы другие блюда не отвлекали его от кулинарного мастерства.
Шэнь Янь с радостью согласился — стряпать одно-единственное блюдо было куда проще.
Хотя исход был уже предрешён, Цзи Хуали давно согласился на поездку в Наньлин, и то, получится ли у Шэнь Яня воссоздать вкус прошлых лет, не имело никакого значения, Шэнь Янь всё равно старательно возился на кухне, стремясь в точности повторить прежнее блюдо.
Вот только рецепт, как он думал, давно стёрся из его заметок.
В жареной софоре с яйцом главное — раскрыть тонкий аромат самих цветов.
Шэнь Янь провёл на кухне полчаса. В конце концов заветное блюдо было готово, но на всё про всё ушло полтора часа: дополнительный час потребовался на то, чтобы сбегать за свежей софорой — к счастью, та пожилая женщина ещё не успела свернуться.
Шэнь Янь сломя голову нёсся обратно и успел забрать последние полдюжины лиан.
В тот момент, когда Шэнь Янь спалил софору, Цзи Хуали уже ни на что не надеялся — в прошлый раз было то же самое: половина блюда обуглилась, половина пересолена, а кое-где яйца даже не прожарились.
— Цзи-цзун, ужин готов, прошу к столу.
Шэнь Янь вынес собственноручно приготовленную софору с яйцом и поставил в самый центр. Чтобы продемонстрировать искренность, он обставил тарелку с софорой другими блюдами, заказанными из ресторана.
— На этот раз цветы не подгорели.
Цзи Хуали сел, бросил бесстрастный взгляд на софору в центре стола, лениво зачерпнул палочками немного еды и отправил в рот. Неудивительно, что ничего не подгорело — оно просто оказалось сырым.
Сохраняя непроницаемое выражение лица, Цзи Хуали потянулся за стоящим рядом стаканом и сделал добрых полглотка.
— Точь-в-точь как тогда.
— Правда? — Шэнь Янь тоже уселся за стол. — А я уж думал, опять всё испортил.
Он тоже потянулся палочками к тарелке, но попробовать не успел: Цзи Хуали неловко задел его руку своими палочками, и зажатые кусочки софоры свалились обратно в тарелку.
Шэнь Янь удивлённо посмотрел на Цзи Хуали:
—?
— Это моё, ешь что-нибудь другое.
Лицо Цзи Хуали оставалось совершенно каменным.
Шэнь Янь мысленно вздохнул:
—...Ладно уж.
Он не стал спорить: он проголодался, а в желудок всё равно попадёт еда, к тому же остальные блюда выглядели куда аппетитнее.
Не даёт есть — и не надо.
В следующий раз сам приготовлю и сам всё съем.
Еле доев ужин, Цзи Хуали молча сидел на диване с саднившим от пересола горлом, пока Шэнь Янь убирал со стола посуду.
Взгляд Цзи Хуали неотступно следовал за ним.
— Садись, — бросил он, оставив телефон на краю стола.
Шэнь Янь послушно опустился на сиденье.
Выждав паузу, Цзи Хуали заговорил:
— Линь Юэ вернулась.
Линь Юэ — это госпожа Цзи.
После смерти отца Цзи Хуали, едва поделив акции не прошло и трёх лет, она умчалась жить за границу и уже года два-три носа оттуда не калачала.
Руки Шэнь Яня невольно сжались в кулаки, ногти впились в ладони.
Неужели всё дело в том телефонном звонке?
Шэнь Янь не смел вымолвить ни слова.
— Не переживай, она явно прилетела из-за меня. Цзи Кай сейчас зажат в тиски и катится по наклонной, превращаясь в бродячую собаку. Разумеется, его дражайшая матушка вернулась, чтобы отстоять интересы своего любимого сыночка.
— Во вторник мы едем в Наньлин, так что сразу с Линь Юэ мы не столкнёмся. А чтобы она со злости на меня не сорвалась на тебе, после возвращения из Наньлин поезжай на время к Чэнь Синю.
Шэнь Янь покачал головой. Линь Юэ могла вернуться вовсе не только из-за Цзи Хуали — вполне возможно, её целью был и он сам. Сейчас только Цзи Хуали был способен противостоять Линь Юэ, и оставаться рядом с ним — единственный способ для Шэнь Яня обезопасить себя.
— Нет.
Глава 11. Откуда такое напряжение, учитель Шэнь?
Стоило Шэнь Яню отказаться, как он тут же потупил взгляд. Отказ прозвучал слишком быстро, он даже не успел толком подобрать причину. Украдкой бросив косой взгляд на Цзи Хуали, Шэнь Янь взмолился про себя, чтобы тот не стал допытываться.
Только не спрашивай, умоляю.
Если Цзи Хуали потребует объяснений, как ему поступить? Выбирая между прошлыми любовными отношениями с Цзи Хуали и давним знакомством с Чэнь Синем, Шэнь Янь без сомнений предпочёл бы укрыться у Чэнь Синя.
Не придётся опасаться козней бывшего возлюбленного, не нужно будет ломать голову над тем, как сгладить углы в общении, да и от обязанностей личного помощника Цзи Хуали удастся отдохнуть — можно будет спокойно заниматься делами художественной выставки.
Шэнь Янь перелопатил в голове всевозможные варианты, но так и не нашёл убедительного предлога, чтобы отмахнуться от Линь Юэ и выдать Цзи Хуали правдоподобную версию.
Что же делать! Украдком приподняв голову и изобразив рассеянный интерес к пейзажу за окном, Шэнь Янь принялся перекатывать слова во рту, пока наконец не выдавил из себя сухую отговорку:
— В контракте прописано, что в эти два месяца брать отгулы нельзя — за каждый пропущенный день снимут оплату, так что я лучше побуду рядом с вами, Цзи-цзун. Госпожа Цзи — особа важная, у неё память девичья, наверняка и не помнит, кто я такой.
Опасаясь, что Цзи Хуали не купится на это, Шэнь Янь с блуждающим взглядом поспешно добавил:
— Да и к тому же, с нынешним влиянием Цзи-цзуна, думаю, госпожа Цзи не сможет представлять для вас никакой угрозы.
Закончив говорить, Шэнь Янь внутренне содрогнулся: он и представить не мог, что когда-нибудь станет рассыпаться в дешёвых комплиментах, да ещё кому — бывшему парню.
Цзи Хуали поднялся на ноги. Высокий и плотного телосложения, он тут же заслонил собой свет. Шэнь Янь сидел, опустив голову, и отчаянно надеялся, что тот поверил.
Спустя долгое время он услышал голос Цзи Хуали:
— Хорошо. Но у меня есть условие.
Шэнь Янь подобострастно склонил голову:
— Слушаю.
— После возвращения из Наньлин, если ты куда-то отлучишься или покинешь поле моего зрения, каждые три часа ты обязан докладывать о своём текущем местонахождении. На ответ даётся десять минут.
— Договорились, — тут же согласился Шэнь Янь. Большую часть времени он неизменно находился либо подле Цзи Хуали, либо в офисе, и лишь в редкие моменты выбирался куда-то в одиночку, так что такая отчётность для него была сущим пустяком.
Цзи Хуали кивнул, и Шэнь Янь под благовидным предлогом тут же ускользнул в спальню.
Нынешняя спальня Шэнь Яня уже давно перестала быть чуланом.
Вскоре после того, как они расставили все точки над i, Цзи Хуали выделил ему другую комнату — аккурат по соседству со своей собственной, под благовидным предлогом: чтобы Шэнь Яню было сподручнее обслуживать его.
Шэнь Янь действительно перебрался в просторные апартаменты и больше не рисковал натолкнуться на Цзи Хуали по дороге в ванную.
Кондиционер, санузел, гардеробная — здесь было абсолютно всё.
Эпоха проживания в кладовке окончательно канула в лету.
Вернувшись в комнату, Шэнь Янь первым делом набрал с телефона незнакомый номер, дождался пары гудков и сбросил вызов. Одновременно с этим на экране компьютера всплыло сообщение.
— Линь Юэ вернулась.
— Через неделю в аэропорту Пудун, в три часа дня. Вместе с ней прилетает её старший брат.
Шэнь Янь быстро напечатал ответ, велев информатору продолжать пристально следить за перемещениями Линь Юэ, после чего кликнул на одну из папок.
Динь-дон! Прошло уже полчаса с тех пор, как прозвенел будильник. Шэнь Янь в ужасе вскочил с кровати: вчера он засиделся за делами допоздна, так и не приведя себя в порядок, и рухнул спать мертвецким сном. Смертельно уставший, он попросту не услышал будильник. Бросив беглый взгляд на часы, Шэнь Янь мысленно завопил.
Катастрофа.
Одной рукой подхватив пиджак, другой на ходу завязывая галстук, он в два прыжка добежал до ванной, почистил зубы, умылся, натянул одежду и глубоко вздохнул: в этот час он уже должен был готовить завтрак для Цзи Хуали.
Толкнув дверь, Шэнь Янь увидел, что Цзи Хуали уже восседает за столом и вовсю трапезничает. На столе аккуратно красовались порции сэндвичей на двоих, стаканы с молоком и пиалы с пшённой кашей.
— Простите, Цзи-цзун, сегодня проспал, — признал свою вину Шэнь Янь, приглаживая торчащую во все стороны вихром чёлку.
— Пустяки, — Цзи Хуали подвинул к нему пиалу с кашей. — До выезда в офис ещё полчаса, успеешь. Сначала доешь кашу.
Обречённо смирившись, Шэнь Янь унял непослушный вихор, опустился на стул и, заметив, что Цзи Хуали уже покончил с едой и уткнулся в планшет, принялся работать, не желая терять ни секунды, и зачерпывал кашу всё быстрее.
К счастью, каша не обжигала — она была приятно тёплой, словно её приготовили ровно к нужному часу.
Быстро расправившись с завтраком, Шэнь Янь собрал посуду, подхватил портфель и сел на хвост уходящему Цзи Хуали.
Цзи Хуали как раз расправлял галстук, стоя перед зеркалом.
— Повяжи.
Шэнь Янь опустил портфель на пол, бросил взгляд на часы, мысленно восстановил в памяти трёхсекундный метод завязывания галстука и шустро перехватил аксессуар из рук шефа.
Расправив полотно, он обернул его вокруг шеи Цзи Хуали, и дистанция между ними мгновенно сократилась.
— Откуда столько напряжения, учитель Шэнь? — протянул Цзи Хуали, вытаскивая из-за спины запонки и мазнув пальцем по уху Шэнь Яня.
— Никакого напряжения, — бросил в ответ Шэнь Янь. Цзи Хуали был слишком высок, и завязать узел с первого раза не выходило. — Будьте добры, Цзи-цзун, наклонитесь чуть-чуть.
Цзи Хуали послушно подался вперёд, но внезапно, воспользовавшись замешательством Шэнь Яня, резко сократил расстояние. В тот момент, когда его грудь оказалась в опасной близости, Шэнь Янь инстинктивно выставил вперёд руку.
Преграда из плотной ткани всё же спасла от неловкости. Шагнув назад, Шэнь Янь мысленно перевёл дух: в его глазах выходка Цзи Хуали выглядела форменным ребячеством, затеянным лишь ради того, чтобы поставить его в тупик. Опасаясь новых внезапных выпадов, он смотрел на шефа с удвоенной настороженностью.
Похоже, Цзи Хуали разгадал его мысли: оставшееся время он послушно держал спину согнутой, позволяя ловким пальцам Шэнь Яня орудовать у себя на шее.
— Готово, Цзи-цзун.
Шэнь Янь опустил руки, благоразумно отступил на шаг назад и прикрылся портфелем, как щитом.
Заметив, с каким настороженным видом Шэнь Янь шарахается от него, опасаясь повторения недавнего трюка, Цзи Хуали недовольно поджал губы:
— Чего отпрыгнул? Будто я тебя съем.
http://bllate.org/book/33239/4081667
Готово:
