Ли Ланьфэн и Вэнь Лань вместе ждали транспорт, только вот направления у них были диаметрально противоположными.
— Редкость какая, — с улыбкой сказал Ли Ланьфэн Вэнь Ланю. — Мне кажется, я уже почти год не видел, чтобы ты ровно в пять уходил с работы.
Вэнь Лань тоже усмехнулся:
— Я и сам к этому как-то не привык.
— Так дело не пойдет, — внезапно посерьезнел Ли Ланьфэн. — Нельзя привыкать горбатиться как лошадь, ничего похвального в этой привычке нет.
— Ну, вообще-то, — Вэнь Лань старательно заглянул в расписание поездов и, убедившись, что транспорт ни одного из них еще не прибыл, продолжил неторопливо, — я и сам не знаю, что буду делать дома в одиночестве.
Привычно сощуренные глаза Ли Ланьфэя резко распахнулись, и он с неверием воскликнул:
— Отсутствие планов на вечер — это у тебя теперь уважительная причина для сверхурочных?!
Вэнь Лань тут же открестился:
— Я не по своей воле остаюсь сверхурочно.
По крайней мере, не по своей воле оставался возиться со всякой мелочью : )
Коммуникатор тихонько звякнул, и Вэнь Лань, открыв экран, увидел сообщение от Чу Жаня, который интересовался, во сколько он вернется домой.
Взгляд Ли Ланьфэя еще не успел отскочить от лица Вэнь Ланя, поэтому он отчетливо заметил, как выражение лица собеседника мгновенно смягчилось.
Внутри у него что-то екнуло, он дважды цыкнул языком, после чего с неподдельным любопытством допытывался:
— У тебя что… кто-то появился?
— …Я целыми днями живу по маршруту дом-работа, — странновато помолчав, ответил Вэнь Лань, отбиваясь от расспросов. — Где мне кого искать?
— Ой, никто же не запрещает подобрать кого-нибудь по дороге. Вдруг на тебя еще и сам кто-нибудь набросится? — Ли Ланьфэн беспечно пожал плечами, совершенно не подозревая, что своими словами только что попал в самую точку. Задрав голову на прибывающий с другой стороны поезд, он помахал Вэнь Ланю рукой: — Я поехал.
Половина лица Вэнь Ланя утопала в шарфе, и он глуховато отозвался:
— …Угу.
А подобранный на крыше Чу Жань в этот момент как раз натягивал розовый фартук с мишками, который он отыскал в кладовой Вэнь Ланя, и занимался финальной сервировкой последнего блюда к сегодняшнему ужину.
Анти же Вэнь Лань засунул в карман, и бедняге оставалось лишь исполнять роль безмолвного датчика, считывающего обстановку вокруг, поскольку сам он не видел абсолютно ничего.
Чу Жань мысленно презирал этого бесполезного клона, но в то же время отчаянно завидовал тому особому обращению, которого удостоился Анти.
В конце концов, с его-то габаритами, ему, судя по всему, в этой жизни уже не светило оказаться в кармане у Вэнь Ланя.
Чем больше он об этом думал, тем сильнее тосковал: почему он вырос таким большим?
Ведь остальные суккубы такие крошечные и милые.
Вспомнив, как во время учебы в тренировочном лагере преподаватель тыкал ему в лицо пальцем и отчитывал, Чу Жань подпер щеку рукой и вздохнул.
Но, подумав чуть дольше, он понял: если бы в тот день учитель не довлек его до состояния полного аутизма и он не приземлился бы наугад на ту крышу, то никогда бы не встретил Вэнь Ланя и не признал бы в нем своего хозяина.
Чу Жань тут же воспрял духом: это была не иначе как узда самой судьбы!
Когда Вэнь Лань отворил дверь и вошел внутрь, перед его глазами предстала следующая картина: Чу Жань во всей своей немалой красе застыл на пороге, сверля его пронзительным взглядом, точь-в-точь огромный пес, дожидающийся возвращения хозяина.
Вэнь Лань невольно усмехнулся собственной аналогии. Закрывая за собой дверь и заодно пресекая попытку некоего суккуба придвинуться поближе, он мягко произнес:
— На улице холодно, а ты легко одет, не подходи ко мне так близко.
Чу Жань все равно шагнул навстречу:
— Ничего страшного, я не боюсь холода.
С этими словами он помог Вэнь Ланю снять пальто и с крайним усердием повесил его на вешалку у входа.
Вэнь Лань с малых лет не знал подобной заботы, поэтому в первые секунды совершенно растерялся и не знал, куда девать руки. Заметив, что Чу Жань тянется помочь ему еще и с шарфом, он торопливо заслонил руками свои вещи:
— Не надо-не надо… Я сам справлюсь.
Хотя этот арендный дом находился в трущобах планеты ИБ, во всех помещениях круглый год поддерживалась стабильная температура.
Вэнь Лань торопливо развязал шарф, находя оправдание для вспыхнувших щек тем, что он просто слишком тепло оделся.
Чу Жань ничего не сказал, но с виду несколько разочарованно отступил на пару шагов назад, давая Вэнь Ланю пройти.
Только что в узкой прихожей поле зрения Вэнь Ланя целиком и полностью занимал огромный суккуб, так что происходящего в глубине квартиры он попросту не видел.
Лишь когда Чу Жань отошел, он смог разглядеть обстановку в комнате.
У Вэнь Ланя от удивления округлились глаза, и он изумленно выдохнул:
— Это… всё ты приготовил в одиночку?
Чу Жань застенчиво улыбнулся и откинул со лба прядь алых волос:
— Я просто делал всё по инструкции, понятия не имею, понравится ли тебе.
Вэнь Лань снова перевел взгляд на Чу Жаня — его черно-белые глаза сияли, а в голосе прозвучали преувеличенные нотки, словно он уговаривал ребенка:
— Ты случаем не гений кулинарии?
— Тогда давай сначала попробуй, — предложил Чу Жань.
Вэнь Лань устроился за столом, а Чу Жань примостился рядом с ним, не став садиться напротив:
— Братец, твои предки ведь были родом из Хуаго, верно?
Вэнь Лань на мгновение замер с палочками в руках и тихо ответил:
— Наверное, да. А что такое?
Чу Жань покачал головой и придвинулся к Вэнь Ланю еще чуть ближе:
— Просто ты совсем не похож на нас.
— И как же вы выглядите? — Вэнь Лань не удержался от смешка и шутливо бросил: — Волосы и глаза всех цветов радуги?
Чу Жань с предельно серьезным видом закивал:
— Ага. Я почти никогда не встречал демонов с черными волосами и черными глазами. А если такие и попадаются, то они специально красятся.Вэнь Лань немного подумал и тоже сказал: У меня раньше было много однокурсников с черными волосами и темными глазами, но они всегда с таким энтузиазмом красили волосы в самые разные цвета.
Вот как? — с удивлением произнес Чу Жань. — Получается, у нас всё в точности наоборот.
Вэнь Лань: На самом деле это то же самое.
Все любят гоняться за тем, чего у них нет.
Чу Жань моргал своими ясными большими глазами, похоже, не совсем всё уловив, но и докапываться до сути не стал, а обеспокоенно спросил: Ну как? Еще съедобно?
Вэнь Лань проглотил еду, которую жевал, и кивнул: Не то слово, я уже сто лет не ел ничего вкуснее.
Чу Жань брякнул фантастическую вещь: Может, мне устроиться к вам в компанию поваром?
Вэнь Лань: Пожалуй, не стоит. Лучше ты будешь каждый день готовить мне порцию еды, а я стану носить ее в офис и разогревать.
На лице Чу Жаня запечатлелось выражение «разве так можно было», и он с готовностью согласился: Хорошо-хорошо!
Я шучу, — рассмеялся Вэнь Лань.
Заметив, что Чу Жань просто смотрит, как он ест, Вэнь Лань спросил: А ты не будешь?
Чу Жань издал неопределенное «угу» и ответил: Для меня вся эта еда — неважно, есть ее или нет.
Ой, — в голосе Вэнь Ланя отчетливо слышалось разочарование. — Тогда, раз я ем один, в следующий раз не готовь так много, столько продуктов переводится.
А затем совсем тихо добавил: В итоге я всё равно ем в одиночестве…
Чу Жань тихонько подал голос со стороны: Вообще-то я тоже могу немного съесть…
Вэнь Лань только этого от него и ждал, тут же протянув ему чашку и палочки: Давай! Попробуй-ка то, что сам приготовил.
Однако Чу Жань придержал его руку, в упор глядя Вэнь Ланю в лицо, и спросил: Могу я съесть кое-что другое?
Вэнь Лань мгновенно насторожился и попытался высвободить руку: Еще даже не совсем стемнело…!
Не то, — Чу Жань легко улыбнулся, обнажив пару острых клыков, и выглядел при этом скорее наивным и чистым, чем искушенным и прожженным. — Просто небольшую закуску.
Вэнь Лань невольно отвел взгляд от прямого взгляда Чу Жаня и принялся говорить о постороннем: Ах, сегодня… еще нужно поблагодарить Анти за то, что выручил меня.
Чу Жань неторопливо убрал руку, возвратившись к своему обычному безобидному состоянию: Анти? Что этот малыш может сделать?
Что с того, что маленький? Какой же он маленький и милый, — возразил Вэнь Лань и вдруг вспомнил, что сунул Анти в карман. Он поспешно поднялся, чтобы пошарить в карманах пальто, висевшего у двери: Чуть не забыл, я же положил Анти в карман… Э? Куда делся?
Чу Жань бесшумно следовал за Вэнь Ланем по пятам и произнес: Он спрятался.
Вэнь Лань резко обернулся и чуть не врезался носом в переносицу Чу Жаня. Их лица оказались на непозволительно близком расстоянии друг от друга — стоило кому-то хоть чуть-чуть податься вперед, и они коснулись бы губ друг друга.
Вэнь Ланю отступать было некуда: позади находилась вешалка, которую он сам же и поставил. Ему оставалось лишь вытянуть шею, чуть откинувшись назад, и попытаться рукой оттолкнуть похожего на стену Чу Жаня: …Зачем это он спрятался?
Либо он, либо я, третьего не дано, — Чу Жань прищурил свои золотистые глаза, отчего во взгляде промелькнула некоторая глубина.
Вэнь Лань: ?
Как-то странно звучали эти слова.
Но сейчас было явно не время разбираться с этим вопросом. У Вэнь Ланя от напряжения затылок налился свинцом, ему хотелось лишь побыстрее вырваться из плена этой странной позы: Чу Жань, ты можешь…
Однако Чу Жань перебил его, произнеся властным тоном: Братец, можно я тебя поцелую?
Вэнь Лань широко открыл глаза, встречаясь взглядом с золотистыми очами Чу Жаня: …?
На лице Чу Жаня не отражалось особого выражения, лишь в голосе пробивалась легкая обида, да глаза немного бегали: Ты не разрешаешь мне трогать там… Так хоть поцеловать-то можно?
Помимо того, что они питают дух, другие виды энергии тоже обладают определенной способностью утолять голод.
Вэнь Ланя слегка повело, и в ту же секунду ему почему-то показалось, что в этом есть свой резон.
А что такого в том, чтобы поцеловать?
Чу Жань ведь всего лишь трехлетний малыш.
Стоило ему поколебаться, как исполненный решимости Чу Жань уже обхватил его лицо ладонями.
Не успел Вэнь Лань предпринять хоть какие-то дальнейшие действия, как обжигающее тепло чужих губ уже нетерпеливо прижалось к его рту.
Вэнь Лань: …Мх!
Пусть даже это трехлетний суккуб, но он умел куда больше какого-нибудь двадцатилетнего одиночки.
Движения Чу Жаня не отличались грубостью. Каждое его действие было мягким, пусть и немного неумелым, но при этом в них чувствовалась непреклонная, властная сила.
Вспомнив о том, как Чу Жань рассказывал, будто раньше плелся в хвосте класса в лагере подготовки суккубов, Вэнь Лань сперва думал, что из того вышел никудышный ученик, ничему толком не научившийся.
Но существовало еще одно выражение: плохой ученик щедр на канцелярию.
Тем более что, каким бы плохим ни был Чу Жань, он от рождения оставался суккубом.
Вэнь Лань пребывал в каком-то тумане. Высокий суккуб полностью заключил его в свои объятия, Вэнь Лань слегка приоткрыл глаза, застыв с выражением человека, готового отдать всё, чего от него ни попросят.
Чу Жань немного отстранился и мягко напомнил: Братец, дыши.
Вэнь Лань густо покраснел. Лишь спустя мгновение он пришел в себя, судорожно втянул воздух и попытался поднять руку, чтобы вытереть уголок рта.
Чу Жань перехватил его запястье, снова склонился над ним и с нежностью слизал капли слюны, оставшиеся на губах Вэнь Ланя.
http://bllate.org/book/33233/4080530
Готово:
