Лянь Суй крепко закутался в одеяло, так что видны были лишь лоб и глаза, и тяжело вздохнул. На самом деле в этом не было никакой необходимости — он вовсе и не думал сбегать. Ши Цзун — его любимый человек, как он мог сбежать?
Дзынь!
Раздался короткий звук входящего сообщения. Лянь Суй перевернулся и высунул из-под одеяла фарфорово-белую, изящную, но всю покрытую красными следами руку. Он взял с прикроватной тумбочки телефон, разблокировал экран и увидел сообщение в Вичате от Ли Чэнъяя.
— Лянь Суй, тебе получше?
Он легко коснулся экрана и вежливо ответил одной строчкой:
— Я в порядке, спасибо за заботу, Чэн Янь-гэ.
— Завтра вечером я устраиваю вечеринку в баре Victoria, я заеду за тобой, ладно?
— Я не пойду, веселись.
— Это Ши Цзун не разрешает тебе идти? До чего же он суетливый! За кого он тебя принимает?
— Я и сам не люблю места, где много людей, слишком шумно. Ты же знаешь.
— Считай это приветственной вечеринкой для меня, хорошо? Без тебя на этой вечеринке чего-то будет не хватать.
Лянь Суй прикусил губу, с полминуты вглядывался в экран и лишь потом набрал несколько символов:
— Ну ладно.
— Договорились, завтра я за тобой заеду.
— Угу.
Лянь Суй выключил телефон, положил его обратно на тумбочку и целиком спрятался под одеяло.
Он никогда раньше не бывал в таких местах, как бары или караоке-клубы. Во-первых, ему самому не нравилась подобная атмосфера, а во-вторых, Ши Цзун действительно запрещал ему туда ходить.
Три года назад отец внезапно отправил Ли Чэнъяня за границу, и он не смог его проводить, из-за чего чувствовал сильную вину. Позже, когда Ши Цзун узнал, что у него есть такой старший брат-сосед, он и вовсе заставил Лянь Суя прервать с ним все контакты. Поэтому все эти годы он ни разу не написал ему первым. На этот раз Ли Чэнъянь вернулся, и неизвестно, когда он снова уедет. Раз уж Ши Цзуна как раз не было дома, зайти отдать подарок и сразу уйти — должно быть, ничего страшного...
В худшем случае за ним снова увяжется толпа телохранителей. Брать с собой в бар побольше людей — это даже неплохо, безопасно.
На следующий день во второй половине дня Ли Чэнъянь давным-давно прибыл к Вилле Цюаньшань.
Глядя на преградившую ему путь дворовую собаку, он развязно усмехнулся:
— Что такое? Это и есть гостеприимство Ши Цзуна? Думает, приставив целого сторожевого пса, он сможет остановить твоего слугу?
Цзян Юй стоял у главных ворот виллы и с бесстрастным выражением лица поправил круглые очки в золотой оправе:
— Вы господин Ли?
Ли Чэнъянь с игривой усмешкой кивнул:
— А нюх у тебя и впрямь острый, знаешь, кто я.
— Мой господин сказал, что он не приветствует тех, кто носит фамилию Ли: они пачкают место, а потом другим приходится за ними убирать. Господин Ли — вовсе не гость, о каком гостеприимстве может идти речь?
— Ах ты бл...
— Чэн Янь-гэ.
Мягкий голос Лянь Суя раздался из-за спины Цзян Юя, и Ли Чэнъянь мгновенно опустил занесенный кулак.
— Пойдем, — Лянь Суй слабо улыбнулся ему.
— Ладно, не стану я спорить со сторожевым псом! — Ли Чэнъянь перекинул ногу через мотоцикл и похлопал по сиденью позади себя. — Садись, братишка прокатит тебя с ветерком.
— Прошу прощения, господин Ли, я доставлю госпожу до места назначения.
Досказав это, он сделал приглашающий жест в сторону Лянь Суя. Тот все понял без слов, посмотрел на Ли Чэнъяня и с легкой улыбкой произвел:
— Чэн Янь-гэ, я трусишка, не осмеливаюсь ездить на мотоцикле.
Затем он перевел взгляд на Цзян Юя:
— Тогда побеспокою управляющего Цзяна.
Цзян Юй слегка кивнул, быстрыми шагами подошел к черному Бентли и открыл дверь заднего сиденья.
От уединенной горы до оживленного центра города ярко-красный мотоцикл всю дорогу шел вровень с черным Бентли, а его бешеный рев нарастал волна за волной, напоминая то ли демонстрацию силы, то ли откровенную провокацию.
Проезжавшие мимо машины едва успевали уворачиваться, в то время как Цзян Юй сохранял невозмутимый вид, полностью игнорируя создателя шума по соседству. Двое людей и две машины ехали нос к носу вплоть до самого входа в Victoria, где они кое-как угомонились.
На улице еще вовсю светило дневное солнце, но стоило переступить порог бара, как внутри уже вовсю кипела жизнь. Мигающие огни, оглушающая музыка, безумно извивающие талию молодые парни и девушки.
Цзян Юй одной рукой нес подарочную коробку, а другой прикрывал Лянь Суя, не позволяя прохожим задевать его.
Ли Чэнъянь подошел к столику в кабинке, и толпа парней и девушек тут же уступила ему дорогу. Он сбросил красную кожаную куртку, небрежно швырнул ее и уже собирался схватить Лянь Суя за руку, но Цзян Юй преградил ему путь взмахом руки.
Вспышка беспричинного гнева взмыла вверх. Он только хотел было сорваться, как кто-то в толпе внезапно спросил:
— Янь-гэ, это еще кто такие?
Ли Чэнъянь оттолкнул Цзян Юя и приобнял Лянь Суя за плечи:
— Эй-эй-эй, все сюда, познакомьтесь, это мой младший брат, Лянь Суй.
Кто-то изумленно вскрикнул:
— Лянь Суй? Тот самый молодой господин Корпорации Лянь, что совсем недавно вышел замуж в Клан Ши?
Ли Чэнъяню это заявление жутко не понравилось. Он с размаху врезал ударом ноги, отправив говорившего целовать пол:
— Если не умеешь языком ворочать, пасть свою захлопни, мать твою!
— Ой-ё-ёй, простите, Янь-гэ, просто здесь свет так слепит, я не... не разглядел... вот и спросил.
— А это еще кто? — кто-то указал на стоявшего позади Цзян Юя.
Ли Чэнъянь презрительно усмехнулся:
— Не обращайте внимания, просто сторожевой пес! Не сидится ему дома, дом Ши не охраняет, прибежал сюда меня караулить. Уж не знаю, не повредился ли он рассудком, но костей у меня для него не припасено.
Лянь Суй нахмурился и дернул Ли Чэнъяня за край одежды:
— Чэн Янь-гэ, не нужно так говорить об управляющем Цзяне.
При этих словах позиция каждого сразу стала предельно ясна. Ли Чэнъянь усадил Лянь Суя на место, и присутствующие принялись подначивать Цзян Юя: презрительные смешки и издевательский свист зазвучали один за другим.
На сцене густо накрашенный мужчина танцевал страстный, соблазнительный танец, раскаляя атмосферу бара до предела — все было готово к началу безудержного веселья.
— Ну как, великая звезда? — похвастался Ли Чэнъянь перед окружающими.
— Неплохо-неплохо, и фигура, и техника... то есть, в смысле, техника танца, просто отпад!
— Погодите, да это же Хао Жань, актер из того недавнего суперпопулярного сериала! Янь-гэ, ты смог его пригласить? Ничего себе!
Перебивая друг друга, обсуждения продолжались. От тяжелых ударов барабанов и беспокойной музыки у Лянь Суя защемило сердце. Он глубоко вздохнул и уже собирался что-то сказать, как Цзян Юй поставил подарочную коробку на стеклянный стол:
— Господин Ли, это приветственный подарок от госпожи для вас.
http://bllate.org/book/33196/4075032
Готово:
