Глава десятая
Спустя три дня после того, как секретаря Фаня из Министерства общественных работ приволокли в резиденцию, в час ужина господин Ли вызвал Ши-у и Чу-ба, чтобы дать им поручение.
На столе стояло скромное угощение из четырех блюд. Среди них красовалась миска, которую Ши-у про себя окрестил «белокочанная капуста трех драгоценностей». Это и был ужин господина Ли — на первый взгляд, совсем не роскошный.
Ли Цзань взмахнул рукой, приглашая их сесть и поесть вместе с ним.
Ши-у, не церемонясь, первым же делом подцепил палочками капусту и принялся тщательно жевать. Хм, на вкус — ничего особенного…
— Докладываю господину: яда нет.
Ли Цзань давно махнул рукой на эту его странную привычку. Раз хочется есть — пусть ест. В конце концов, он позвал их именно на ужин, зачем же прикрываться проверкой на яд, лишь бы выпросить лакомый кусочек?
Не обращая внимания на выходку, Ли Цзань перешел к делу:
— Пост инспектора на участке канала в Фэнчжоу пустует, а на новое место назначили знакомого человека. Сегодня ночью вы отправляетесь в Фэнчжоу. Там уже все подготовлено, вас пристроят в городское управление в качестве мелких чиновников. Основная задача Чу-ба — следить за фэнчжоуским градоначальником, а ты, Ши-у, будь рядом с инспектором и действуй по обстоятельствам.
Оба в один голос ответили:
— Слушаюсь!
Ли Цзань взмахнул рукой:
— Путь предстоит опасный. Фэнчжоу граничит с Южными Землями. Согласно секретным донесениям, после Нового года там участились мелкие крестьянские бунты. Чаще всего они прикрываются недовольством налогами, грабят дома, но на деле это обычные шайки горных бандитов. Ши-у, ты хорошо знаешь те края. Если встретите их — рубите на месте, докладывать мне не нужно.
— Слушаюсь!
Ли Цзань бросил на него еще один взгляд:
— В этой поездке велика вероятность столкнуться с твоими старыми друзьями, будь осторожен.
Сказав это, он сделал знак, и управляющий вынес большой поднос, на котором лежали два плотно завернутых свертка ткани.
Двое ассасинов взяли их, развернули — внутри оказались новенькие, ослепительно блестящие метательные ножи.
Глаза Ши-у на мгновение сузились, он быстро метнул взгляд на господина Ли. Он узнал эти ножи. Когда в Южных Землях Пу Шао получил ранение в живот, использовали именно такое тончайшее оружие.
В Лагере Сюаньцзи не было принято угощать подчиненных ужином, а уж тем более, чтобы сам господин Ли приглашал к столу — неслыханное дело. Чу-ба всю трапезу просидел как на иголках, а вот Ши-у был спокоен, лишь неотрывно думал о ножах, что увидел только что.
После ужина Ли Цзань велел Чу-ба идти собираться, а Ши-у оставил для особого распоряжения.
— Не нужно терзаться сомнениями. В прошлый раз, когда на князя Циннаня было совершено нападение, за этим действительно стоял Наследный принц. Только разве мог он скрыть свои действия от меня? Хотя Жун Минь и держится независимо, а временами и вовсе идет наперекор двору, он остается достойным правителем удела. Южные Земли по сей день живут в мире, несмотря на все притеснения клики наставника Лю, и этим они обязаны именно ему.
Ли Цзань с легкой усмешкой продолжил:
— Поэтому я и послал своих людей из Лагеря защищать его. Однако, как бы хорош он ни был, тайное накопление войск — это уже не в какие ворота не лезет, верно?
Ши-у замер:
— Господин прав.
Хотя люди из Лагеря Сюаньцзи слышали немало тайн об императорской семье и чиновничьих интригах, господин Ли никогда прежде не давал им никаких пояснений. То, что сегодня он заговорил о князе Циннане, было крайне удивительно.
Ли Цзань слегка стукнул Ши-у по затылку:
— Что значит — прав? Дурачок! Я знаю, что в резиденции князя Циннаня все к тебе привязались, а глава личной охраны и вовсе относился как к родному. Но служба есть служба, не забывай клятву, которую давал при вступлении в Лагерь Сюаньцзи.
Ши-у опустил голову и опустился на одно колено:
— Буду помнить до конца жизни!
— Я верю тебе.
Ли Цзань стоял рядом, опустив взгляд на макушку ассасина, погрузившись в свои мысли:
— Реконструкция канала в Фэнчжоу должна была соединиться с рекой Афу в Южных Землях, но теперь все застопорилось в уезде Юйшу. Этот бедный уезд наполовину принадлежит Южным Землям, наполовину — Фэнчжоу. Как именно достраивать этот участок — обе стороны будут лишь перекладывать ответственность друг на друга.
Ши-у молчал. Он знал, что господин Ли рассуждает сам с собой: люди Лагеря Сюаньцзи лишь исполняют приказы, а в подобные раздумья они не вмешиваются.
— Ши-у, тот знакомый, за которым ты должен присматривать, — секретарь Министерства общественных работ Фань Бин. Он только что осознал свое место, но кто знает, не дрогнет ли его сердце вновь? Действуй как сочтешь нужным, не выдавай себя, а если потребуется…
— Подчиненный понял!
Ли Цзань кивнул и потрепал Ши-у по голове:
— Тот порез на ноге, полученный в Южных Землях, зажил окончательно?
— Докладываю господину: зажил.
— Хорошо. Эр-ши-эр бывает слишком опрометчив, не знает меры. После его возвращения Второй дядя уже «вразумил» его, так что не переживай.
Ши-у еще при втором нападении ассасинов понял, что главарь — это Эр-ши-эр. Хоть тот и был в маске, но ведь они выросли вместе, бок о бок с самого детства.
Потому все его действия: прыжок, чтобы закрыть собой дверь, спасение Пу Шао из огня и заслонение князя от метательного ножа — были лишь искусной игрой.
В конце концов, его миссией было проникнуть в резиденцию князя Циннаня и выкрасть карту дислокации войск Южных Земель. Страдание ради цели — метод вполне подходящий.
Единственное, что его изумляло: неужели Эр-ши-эр был там уже во время первого нападения, когда действовали люди принца? Ранение, полученное тогда Пу Шао, показалось ему подозрительным — сила удара была рассчитана слишком точно, подозрительно точно!
Сегодня, увидев новое оружие, выданное господином Ли, он сразу все понял. Тот, кто ранил Пу Шао, определенно был человеком из Лагеря Сюаньцзи. Цель была той же, что и у принца: внедриться в резиденцию князя Циннаня, разыграв «спасение красавца».
Только люди принца действовали слишком топорно. С чего бы это вдруг, когда князь отправился на прогулку и подвергся нападению, с неба свалился мастер боевых искусств? То ли дело план господина Ли — вот уж мастерство!
Внезапно Ши-у подумал, что князь Циннань — просто жалкий бедолага…
Но оставим пустые разговоры.
После ужина Чу-ба и Ши-у собрали вещи и через тайный подземный ход, предназначенный для разведчиков и ассасинов Лагеря Сюаньцзи, покинули город. В трех ли от него, на неприметном хуторе, они взяли двух быстрых коней и помчались на юг.
Двигаясь ночами и скрываясь днем, через двенадцать дней они прибыли в Фэнчжоу.
В небольшом кабачке на окраине, где у Лагеря Сюаньцзи была явочная точка, они встретились с контактным лицом, переоделись в форму мелких чиновников управы и только тогда вошли в город.
Чу-ба стал рядовым стражником. Хотя по уставу в фэнчжоуской управе должно было быть всего шестьдесят четыре стражника, у каждого из них обычно имелось несколько помощников «из вольных». А уж вокруг Баньтоу постоянно крутилось семь-восемь внештатных подручных, и того больше — при отделе сыщиков. Если подсчитать грубо, то в одном лишь фэнчжоуском управлении кормилось более тысячи человек…
Чу-ба и Ши-у переглянулись, слушая объяснения связного.
Фэнчжоу — обширный регион, управление, конечно, должно быть крупным, но чтобы содержать почти две тысячи человек персонала — это же сколько серебра уходит только на жалованье!
Если бы эти внештатные помощники жили лишь на жалование из управы, они бы давно перемерли с голоду на улицах. Так как же они содержали свои семьи?
Ши-у внимательно присмотрелся к связному. Тот был всего лишь писарем у начальника отдела в Фэнчжоу, но одежда и расходы выдавали в нем богатого человека.
Поняв общую картину, Ши-у сообразил, с каким выражением лица ему теперь предстоит общаться с будущими коллегами.
Управление водного хозяйства в Фэнчжоу считалось местом «чистым», но за последние годы, с началом рытья канала, оно превратилось в хлебное место, приносящее огромный доход.
Ши-у пристроили в подчинение к чиновнику управления: целыми днями он стоял у ворот да передавал бумаги.
Так пролетели десять дней, и двое ассасинов из Столицы немало повидали.
Чу-ба каждый день ходил следом за Баньтоу: за один выход по делам тот умудрялся собрать сборы под самыми разными предлогами — за проезд, за износ обуви, за еду и чай… Поразительное разнообразие!
Ши-у же денег в руки не получал, но видел, как мелкие чиновники заходили в кабинет со свертками, а выходили с пустыми руками, и каждые три-пять дней начальник раздавал бонусы.
Ши-у прикинул в уме: при такой службе за год только на этих «бонусах» такой мелкий чиновник, как он, мог загрести сотню с лишним лянов.
Он вздохнул: по сравнению с этим ужин господина Ли из капусты, пусть даже с деликатесами, кажется верхом аскетизма.
Еще через два дня, как раз первого числа третьего месяца, прибыл новый инспектор.
Все чиновники управы, от мала до велика, выстроились в приветственном строю у парадных ворот.
Фэнчжоуская управа была построена из синего кирпича, по бокам — стены в форме иероглифа «восемь», в которые вмурованы четыре стелы с описанием заслуг двух прошлых добродетельных градоначальников. Парадные ворота с арочным сводом — это и была церемониальная часть.
Всякий новый чиновник по прибытии обязан был спешиться перед воротами, после чего его приветствовали внутри.
Ши-у, затерявшись в толпе, молча наблюдал, как Фань Бин ведет себя непринужденно и элегантно. В голове всплыла усмешка: этот парень еще месяц назад был схвачен им, с мешком на голове, и приволочен в резиденцию.
Интересно, как именно господин Ли «беседовал» с ним той ночью? Впрочем, раз он так быстро стал «знакомым», не иначе как его «прожарили» раскаленным железом Второго дяди?
После той ночи обратно в особняк секретаря его отвозил не он сам и не Чу-и, должно быть, господин распорядился иначе.
Основываясь на многолетнем опыте, Ши-у отметил: господин Ли всегда крайне осторожен. Скорее всего, в Лагере Сюаньцзи есть предатели, поэтому ни на одно задание он не посылает одну и ту же группу дважды, да и поручения приходят внезапно.
В глубине души он верил, что только такой необыкновенный человек, как господин Ли, может победить этих жадных чиновников. Как там говорил Чу-и? Чтобы одолеть злодея, нужно быть еще злее него.
Гм, получается, Чу-и косвенно называет господина Ли злодеем из злодеев…
Ши-у вздрогнул от собственного вывода.
Фань Бин, будучи инспектором канала, после положенных любезностей с главой управы, обосновался в управлении водного хозяйства.
У Ши-у было достаточно средств, чтобы следить за ним каждую минуту, а его должность лишь упрощала задачу по прослушиванию.
Этот господин Фань, как он знал, был учеником наставника Лю и состоял в тесной дружбе с казненным заместителем министра Цэнем. Неизвестно, то ли печальная участь Цэня, закончившего жизнь «поделенным надвое» из-за коррупции в Министерстве общественных работ, заставила Фань Бина присмиреть, то ли «подробная беседа» с господином Ли открыла ему глаза на то, что долг чиновника — служить стране?
Так или иначе, поведение Фань Бина было удивительно правильным.
Ши-у, который уже предвкушал, как услышит нечто сверхсекретное, был разочарован до глубины души. Он размышлял и так, и этак, приходя к выводу, что либо упустил детали, либо эти коррупционеры стали еще осторожнее после недавних предостережений.
В итоге, будучи образцовым ассасином, он сократил сон до минимума, установив тотальное наблюдение.
И все же, терпение вознаграждается. Спустя полмесяца после вступления Фань Бина в должность, глубокой ночью из покоев инспектора проскользнула подозрительная фигура.
Ши-у заметил направление движения и коротким звуком флейты подал сигнал Чу-ба. Вдвоем они отправились в погоню.
Человек направлялся по единственному тракту, ведущему на север. У придорожного кабачка за городом он наткнулся на группу подвыпивших крестьян, затеявших драку. Посыльный попытался обойти их стороной, но кому-то из них «попал под руку кирпич», и он получил удар в спину.
Посыльный взревел, и тут же был окружен тремя-пятью деревенскими парнями. Раскаяние пришло мгновенно, но крестьяне были крепкими, и даже получив от него пару тумаков, все равно перли напролом.
Наконец, не выдержав, посыльный выхватил из-за пазухи официальную печать. Крестьяне вмиг протрезвели: кто-то бросился стряхивать пыль с его одежды, кто-то начал извиняться, а один и вовсе упал на колени, рыдая от страха.
Выместив гнев, посыльный поправил одежду и, проявив чиновничью спесь, заставил хозяина кабачка, дрожащего от ужаса, собрать с участников драки несколько мелких монет в качестве компенсации.
Посыльный двинулся дальше, вспоминая произошедшее с усмешкой. Из их криков он понял, что все началось из-за какой-то девушки, которая вышла замуж за другого, вот парни и напились с горя.
Однако, поразмыслив, он покрылся холодным потом.
Кто в здравом уме пойдет пить посреди ночи?
Он спрятался в стороне, сунул руку за пазуху и, нащупав краешек секретного послания, спрятанного под нижней одеждой, выдохнул с облегчением — сам себя напугал.
Он перевел дыхание.
Завтра на рассвете можно будет нанять повозку на почтовой станции, дальше путь станет легче.
Вспомнив о монетах, которые удалось вытрясти из крестьян, он довольно улыбнулся: завтра первым делом закажет себе доброго вина и закусок, а потом в путь.
Посыльный радостно шагал вперед, не подозревая, что его секретное письмо было давно украдено Ши-у прямо во время потасовки, изучено, а затем, под видом стряхивания пыли с его халата, возвращено обратно.
В этот момент ассасин Лагеря Сюаньцзи уже записывал содержание письма на секретном шифре Лагеря, запечатал его, нарисовал на конверте цветок и передал хозяину кабачка.
— Рисунок пиона.
Лицо хозяина стало серьезным:
— Слушаюсь! Сейчас же отправлю курьера в столицу.
Перехватив секретное донесение, Ши-у был полон сил.
Возвращаясь в город вместе с Чу-ба, он прошептал:
— Черт возьми! И правда, этот Фань Бин притворяется, будто подчиняется господину Ли, а втайне все еще «связан по рукам и ногам» с наставником Лю!
Чу-ба заметил:
— Эй, кажется, выражение «связан по рукам и ногам» так не используют.
Ши-у замер:
— А как тогда?
Чу-ба почесал затылок:
— Кажется, наш учитель говорил, что это выражение описывает неразрывные любовные узы между мужчиной и женщиной.
Ши-у:
— А между мужчинами — что, нельзя?!
Чу-ба:
— …
Ассасины и разведчики существуют лишь ради того, чтобы добывать для своего господина секреты или выполнять поручения.
Ши-у был счастлив, что сегодня вновь доказал свою полезность.
Он незаметно спихнул со своей койки стражника, который занял его место, и вытянулся во весь рост. Еще мгновение назад он был полон возбуждения, но тут же захрапел.
Чу-ба, вернувшись в свою комнату и глядя на койку, где он спал и где теперь лежала чья-то нога, молча надавил этому человеку на точку сна, а затем пинком отшвырнул его к стене, где тот прилип, словно геккон.
Он лег, вполне довольный собой.
Размышление: выражение «связан по рукам и ногам» в отношении двоих мужчин… и правда, как-то не подходит.
На рассвете стражники начали подниматься: кто-то шаркал ногами, кто-то плескался водой, кто-то зевал, а кто-то… пускал зловонные газы.
Ши-у задержал дыхание, резко открыл глаза и посмотрел на толстого стражника рядом, что храпел, выставив напоказ свою огромную задницу.
Интересно, возьмет ли его «Техника разделения сухожилий и вывиха костей»? Как он посмел испортить воздух, отравляя его?!
Он тихо протянул руку, сжал и потянул!
Черт!
Ши-у вскочил, нахмурившись, и пошел умываться.
У толстяка на заднице столько сала, что ни до костей, ни до сухожилий не добраться, какая уж тут техника?
Пока он умывался, в комнате раздался вопль:
— Кто ущипнул меня за задницу? Больно, черт возьми! Ой-ой-ой! Неужели бедро вывихнуло? Ой-ой-ой!
Ши-у тихо улыбнулся.
Во время завтрака к нему придвинулся Баньтоу, с которым он был в хороших отношениях, и прошептал:
— Сегодня пойдешь со мной в передний зал, там намечается выгодное дело.
Ши-у похабно ухмыльнулся:
— Неужели снова приедет красотка? В прошлый раз наложница семьи Пэн была весьма хороша, особенно там…
Баньтоу понизил голос:
— Ты парень смышленый, сегодня — верный способ заработать, просто иди за мной.
Хм! — подумал Ши-у. — Разве я не смышленый? Каждый раз отдаю тебе половину заработанного в качестве дани, умнее меня еще поискать!
Но вслух он лишь сделал сальную рожу:
— Начальник, просветите, что за выгода там намечается?
Баньтоу огляделся и прошептал ему на ухо:
— Сегодня прибудет знатный гость, чаевых там будет — как минимум столько. — Он раскрыл ладонь и перевернул её.
Сердце Ши-у дрогнуло:
— Кто?
— Князь Циннань! Люди из Южных Земель — ох какие богатые!
Баньтоу тихо хихикнул, не заметив, как в глазах Ши-у промелькнул шок.
http://bllate.org/book/33193/4074828
Готово:
