Сун Чжиюэ поджала губы и изо всех сил старалась не плакать, и этот вид заставил Бай Цзюцзю проникнуться еще большей жалостью. Она стала еще бережнее и мягче наносить мазь.
Закончив с мазью, Бай Цзюцзю уложила Сун Чжиюэ под одеяло, а отправляясь в ванную мыться, прихватила с собой и купленную одежду — собиралась заодно постирать ее после душа.
Вернувшись, она специально спросила на ресепшене, и к ее великому сожалению, в нынешнем отеле еще не была развита услуга прачечной.
Едва войдя в ванную, Бай Цзюцзю увидела две вещи, которые уже были постигнуты и аккуратно развешены на перекладине, и только вздохнула:
— Поистине, дети из бедных семей рано начинают вести хозяйство.
Сама она в семилетнем возрасте после мытья сразу бежала играть на улицу, разве думала она тогда о смененной одежде?
Тут же она вспомнила, что у нее нет сменного нижнего белья, а новое обязательно нужно выстирать перед тем, как надеть. Бай Цзюцзю посмотрела на сушилку, потом на фен, воткнутый в розетку неподалеку.
Сун Чжиюэ, судя по всему, сама постирала снятое белье, высушила его феном и только потом надела.
Бай Цзюцзю вздохнула.
Похоже, ей оставалось только последовать этому примеру.
И она принялась стирать.
Стирать!
Она уже и не помнила, сколько лет сама не стирала одежду.
Тряся белье в мыльной воде, Бай Цзюцзю жалобно протянула:
— Система, почему мне кажется, что я прибыла сюда не выполнять задание, а работать нянькой?
Система молча наблюдала за тем, как та сидит на корточках.
Честно говоря, было очень похоже.
Бай Цзюцзю провозилась внутри добрых полчаса.
Все это время Сун Чжиюэ пыталась помочь, но Бай Цзюцзю ее выгнала. В ванной не было места для сушки белья, поэтому она развесила его снаружи на платяном шкафу, а разобравшись со всем, наконец пошла мыться. Выйдя оттуда, она рухнула на кровать без сил.
Сун Чжиюэ протянула ей бутылку воды. Бай Цзюцзю приняла ее, сделала несколько глотков и с беспросветной тоской произнесла:
— Ложимся спать, завтра снова хлопот не оберешься.
Хлопот?
Сун Чжиюэ немного растерялась, но расспрашивать не стала и вернулась на свою кровать.
Бай Цзюцзю уже закрыла глаза, готовясь отойти ко сну, как вдруг почувствовала, что на нее падает тень. Она открыла глаза и увидела Сун Чжиюэ, которая застенчиво прижимала к груди подушку и стояла рядом.
Бай Цзюцзю удивилась:
— Что такое?
Голосок Сун Чжиюэ звучал мягко:
— Сестрица, можно я посплю с тобой?
Бай Цзюцзю замерла на пару секунд, подвинулась, освобождая место, и похлопала по матрасу:
— Забирайся.
На лице Сун Чжиюэ расцвела улыбка, и она тут же забралась на кровать, ложась рядом.
Здесь еще чувствовалось оставленное Бай Цзюцзю тепло.
Бай Цзюцзю лежала на боку, подложив руку под голову, Сун Чжиюэ тоже повернулась к ней. Они оказались лицом к лицу, но стоило их взглядам встретиться, девочка тут же смущенно отводила глаза.
Думая, что та чего-то боится, Бай Цзюцзю протянула руку и успокаивающе похлопала ее по спине.
Она видела в сериалах, что все молодые мамы именно так укладывают детей спать.
— Сестрица, ты — ангел, который пришел меня спасти?
Голос Сун Чжиюэ долетел до ее ушей, а влажные, сияющие глаза смотрели прямо на нее, переливаясь мягким блеском.
В глазах Бай Цзюцзю мелькнула улыбка, и она серьезно пояснила:
— Сестрица — не ангел, но сестрица пришла тебя защищать.
Сун Чжиюэ, кажется, поняла не до конца, но сладко зевнула. Бай Цзюцзю продолжила легко похлопывать ее по спине, приговаривая:
— Спи.
Сун Чжиюэ вовсе не собиралась засыпать от этих поглаживаний, а вот сама Бай Цзюцзю, закрыв глаза, похоже, уже погрузилась в сон.
Сун Чжиюэ долго вглядывалась в ее лицо, прежде чем погасить верхний свет, оставив лишь ночник.
В комнате царил полумрак. Окутанная нахлынувшей дремотой, Сун Чжиюэ прижалась еще ближе к груди Бай Цзюцзю и тихо прошептала:
— Спокойной ночи.
На следующий день Бай Цзюцзю проснулась от голоса Системы.
Хозяин системы, пора вставать, разве тебе не нужно искать жилье?
Хозяин системы, проснись, героиня уже встала.
Бай Цзюцзю перевернулась на другой бок и натянула одеяло на голову, но толку от этого не было — голос Системы звучал прямо у нее в голове.
Хозяин системы, ты помнишь, что прибыла сюда ради выполнения задания?
Хозяин системы, героиня ушла из дома.
Хозяин системы, героиня вернулась и даже принесла два паровых пирожка и стакан соевого молока.
Система сдалась. Поистине, это была знаменитая в Управлении пространственно-временными делами королева лени, которая скорее ляжет, чем сядет, и скорее ляжет, чем встанет.
Видя, как пятно солнечного света на занавеске постепенно увеличивается в размерах, Система больше не могла сдерживаться.
Пусть удача придет к тебе, пусть придет удача, удача придет...
Эта песня мигом заставила Бай Цзюцзю вскочить в испуге. Сун Чжиюэ, которая как раз наблюдала за этим немым спектаклем, испуганно отшатнулась.
В голове все еще ошарашенной Бай Цзюцзю творилась настоящая каша, и лишь спустя долгое время она пришла в себя, скрипя зубами и процедив сквозь зубы:
— Яолинлин, да ты часом не болен?!
Система уже привыкла к тому, что в гневе Бай Цзюцзю называет его полным именем, и праведно заявила:
Хозяин системы, сейчас время выполнения задания, пожалуйста, не ленись.
У Бай Цзюцзю не осталось сил на споры. В свое время она отчаянно выполняла задания и копила баллы именно ради того, чтобы в конце концов обрести возможность спокойно полениться и купить жилье. Едва накопив достаточно баллов, чтобы безбедно и беззаботно прожить несколько десятков лет, она не успела насладиться и парой лет покоя, как ее насильно забросили сюда выполнять новое поручение.
Еще мгновение назад ей казалось, что она все еще блаженно почивает в собственной постели, а всё происходящее — лишь страшный сон.
Тепло, исходившее от постели, заставило Бай Цзюцзю с острой тоской вспомнить ее собственное уютное лежбище, которым она едва успела насладиться.
Взглянув на Сун Чжиюэ, Бай Цзюцзю сонным голосом произнесла:
— Утро доброе.
Сун Чжиюэ посмотрела на залитое ярким светом окно с задернутыми шторами, а затем снова перевела взгляд на Бай Цзюцзю.
Лучше любых слов.
Бай Цзюцзю неловко кашлянула:
— Проголодалась? Пойдем поедим.
— Я уже позавтракала, — ответила Сун Чжиюэ, указывая на лежавшие на столе пирожки и соевое молоко. — Это я купила тебе.
Бай Цзюцзю бросила взгляд на еду и спросила:
— Откуда у тебя деньги?
В этот период сюжетной линии главная героиня должна быть бедным и жалким ребенком, неужели отец-игрок стал давать ей карманные деньги?
— Тайком взяла дома, осталось еще два юаня.
Сун Чжиюэ говорила совершенно спокойно, ничуть не сомневаясь в том, что поступает неправильно.
Бай Цзюцзю опешила. Она никак не ожидала, что правильная героиня способна на воровство, и поспешила ее поправить:
— Это не воровство, это ты их взяла.
Учитывая, каким отъявленным мерзавцем был этот ее приемный отец, который проигрывал в карты даже пособие по бедности, выделенное школе для девочки, то, что она забрала пару юаней, воровством не считалось.
Так рассуждала Бай Цзюцзю.
Сун Чжиюэ, судя по всему, не ожидала услышать от нее подобное. Она явно растерялась и лишь едва слышно протянула:
— М-м...
Проснувшись, умывшись и ощутив, как вся прежняя усталость улетучилась, Бай Цзюцзю тут же представила, сколько еще дней ей предстоит тянуть эту лямку, и почувствовала, как ее гордая спина мгновенно сгибается под тяжестью забот.
Она ела пирожки и запивала их соевым молоком, откусывая крошечными кусочками, с совершенно отсутствующим видом, словно лишившись души.
Заметив, что та жует без всякого аппетита, будто траву, Сун Чжиюэ спросила:
— Невкусно?
— Нет, — покачала головой Бай Цзюцзю.
В последний раз она ела паровые пирожки, когда помогала главному герою поднять восстание и свергнуть тирана. Нахлынули ностальгические воспоминания.
Расспросив Сун Чжиюэ о том, где находится ее школа, Бай Цзюцзю решила подыскать жилье неподалеку. Однако, поинтересовавшись ценами в агентстве недвижимости, она выяснила, что даже подержанная двухкомнатная квартира обойдется в несколько сотен тысяч.
Поразмыслив над всем, она изменила планы и решила арендовать жилье. Аренды на шесть лет вполне хватит, а когда героиня пойдет в среднюю или старшую школу, они просто снимут другую квартиру рядом с новой учебной заведением — это дешевле и проще покупки жилья, сплошная выгода.
Начальная школа, в которой училась Сун Чжиюэ, называлась Начальная школа Исянь и считалась довольно неплохим учебным заведением в уезде Сюаньпин. Как раз поблизости одна семья съезжала, и двухкомнатная квартира с гостиной, выходящая окнами на юг и оборудованная маленьким балконом, сдавалась в аренду. Солнца там было вдоволь, а плата составляла всего двести юаней в месяц.
Если бы не ее удача — она увидела объявление арендодателя в самый первый день, — кто знает, может, уже через пару дней эту квартиру бы сняли.
Бай Цзюцзю сразу же ухватилась за этот вариант. Но когда дело дошло до подписания договора, она вдруг вспомнила, что у нее нет ни местной сим-карты, ни достаточного количества наличных, и сказала хозяйке:
— Сестрица Ван, давайте так: я пока внесу плату за этот месяц, а за остальными деньгами схожу и вернусь уже для подписания договора.
Сестрица Ван была женщиной лет сорока с лишним. По нынешним временам двести юаней — сумма немалая, а раз арендатор собиралась снимать квартиру сразу на шесть лет, та с радостью согласилась:
— Хорошо, тогда позвоните мне позже.
Сун Чжиюэ ходила за Бай Цзюцзю хвостиком, за всю дорогу не произвела ни звука и следовала по пятам. Если бы в салоне связи продавец не бросил дежурный вопрос: А вашей младшей сестренке тоже купить телефон?, Бай Цзюцзю и вовсе забыла бы о ее существовании.
— Какой тебе нравится? — спросила она девочку.
Сун Чжиюэ замерла. Она думала, что продавец просто бросил фразу для поддержания разговора, а Бай Цзюцзю и вовсе не обратит на это внимания — в конце концов, никто в здравом уме не станет покупать семилетнему ребенку столь дорогую вещь, но та действительно спросила ее об этом.
Взглянув на ценники, Сун Чжиюэ выбрала самый дешевый.
Бай Цзюцзю лишь изогнула бровь, но ничего не сказала и просто оплатила покупку, заодно прикупив в соседней лавке две сим-карты.
После этой поездки та тысяча юаней, что была у нее с собой, испарилась подчистую. Представив, сколько расходов ждет ее впереди — а их явно будет только больше, — она содрогнулась: неужели ей придется идти работать?
Скрипя зубами, Бай Цзюцзю мысленно обратилась к Системе:
Хозяин системы, обменяй мне миллион.
Система пораженно ахнула, в его голосе зазвучало возбуждение:
Хозяин системы, ты уверена?
Уверена.
Дзынь! Один миллион уже поступил на счет, десять миллионов баллов списано. В знак благодарности за мощную поддержку нашей Системы, мы дарим тебе банковскую карту абсолютно бесплатно. Пожалуйста, забери ее в терминале самообслуживания в пятидесяти метрах отсюда.
Бай Цзюцзю остолбенела. Неужели Система сегодня решила проявить человечность? Карту, за которую обычно просят сто тысяч, отдает просто так?
Система же в этот момент блаженно любовалась тем, как чуточку подрос его показатель опыта. Будь у него физическое тело, он, пожалуй, улыбался бы во весь рот.
Вот только за любой предмет, который сотрудники Управления обменивали с помощью Системы, полагалось списывать комиссионные в пользу Главной Системы, в то время как сопровождающая Система получала пять процентов от этой суммы в виде баллов, которые автоматически конвертировались в опыт.
Иными словами, чем больше баллов тратили агенты во время выполнения заданий, тем больше опыта получала Система.
Разумеется, таковы были внутренние правила между самими Системами, о которых рядовым сотрудникам не объявляли, так что даже Бай Цзюцзю, будучи Агентом пространства-времени высшего ранга, не имела об этом ни малейшего понятия.
Когда Бай Цзюцзю подошла к банкомату, какой-то дядька, судя по всему, тоже собрался снимать деньги. Испугавшись, Бай Цзюцзю влетела на ступеньки за секунду до того, как тот успел ступить на них.
http://bllate.org/book/33125/4064934
Готово:
