Угомонив растерянность, он перевёл тему:
— Зачем вы меня ищете? Впрочем, стоять на пороге неудобно, входите.
В комнате Венера с довольно странным выражением лица разглядывал раскрытую книгу под названием Эволюция одежды династий Хуася.
— Вы хотите, чтобы я… прочитал эту книгу и ещё написал рецензию на десять тысяч иероглифов? — недоверчиво переспросил Венера.
Этот мир определённо сошёл с ума.
Мужчин, которые приходили к Венере, было не счесть: одни жаждали провести с ним ночь, другие гневно обвиняли в легкомыслии, а третьи рыдали и умоляли сойтись снова. Венере было плевать. Бог любви и страсти — он и есть бог страсти, что плохого в том, чтобы следовать собственным желаниям? Но любовь? Простите, хотя он и умел насквозь видеть чужие чувства и благословлять их, в нём самом не было ничего подобного. В прекрасных, подёрнутых рябью и полных невысказанной нежности глазах бога красоты ещё никогда не отражался чей-либо силуэт, а чувственные алые губы целовали многих мужчин, но ни одному из них он так и не признался в любви.
Он наслушался слишком много сладких речей и пустых обещаний, и это был первый раз, когда он столкнулся с такой кристально чистой просьбой. На мгновение он даже усомнился, не галлюцинация ли это, или его познания в китайском языке не столь хороши, и он просто неверно истолковал смысл.
Как такое возможно? Собеседник проделал столь долгий путь лишь ради того, чтобы заставить его читать книги и писать рецензию. Воистину, мир полон удивительных вещей.
Хотя Венера и быллы наслышан о том, что восточные боги более сдержанны и замкнуты и не столь страстны и раскованны, как западные, увиденное всё равно потрясло его.
Атмосфера академической науки на Востоке оказалась чересчур сильна.
Фань Уцзю кивнул:
— Именно так, мы пришли сюда именно для того, чтобы попросить вас об этой услуге.
Столкнувшись с человеком, который вчера отказался проявить к нему уважение, Венера тоже не стал церемониться и лениво откинулся на спинку дивана:
— Но с какой стати мне вам помогать?
Фань Уцзю на миг растерялся. У собеседника и впрямь не было подобных обязательств.
Се Биань невозмутимо произнёс:
— Знает ли уважаемый гость, что означает слово Хуася?
Венера приподнял брови:
— О?
— Хуася — это страна парадных одеяний и церемоний, земля, исполненная благопристойности. Великолепие одежд и уборов именуется хуа, а величие ритуалов зовется ся, — ответил Се Биань. — Вы — бог красоты, и, полагаю, вам было бы весьма любопытно изучить эстетику восточного костюма.
Фань Уцзю мысленно восхитился: Старый Бай и впрямь невероятно сообразителен и речист.
— Я действительно неравнодушен к красивым нарядам, — задумавшись, произнёс Венера. — Пожалуй, я даже просмотрю эту книгу, но рецензия на десять тысяч иероглифов — это ужасно хлопотно. Впрочем, у меня есть условие.
Фань Уцзю тут же спросил:
— Какое условие?
— Если честно, один извращенец рыщет по всему свету в поисках меня. При этом он чертовски силён, и мне с ним не справиться, — уныло протянул Венера, явно не желая вспоминать того, кого он назвал извращенцем. — Мне нужно абсолютно безопасное убежище.
Обладая красотой Венеры, он мог бы, несмотря на побег с пустыми руками, без труда очаровать любого, кто с радостью тратил бы на него деньги, так что проблем с крышей над головой у него не возникло бы. Но он этого не сделал.
Простого укрытия было мало — ему требовалась абсолютная безопасность, чтобы этот извращенец ни за что не нашёл его, не утащил обратно и не заточил на несколько сотен лет на дне океана. К тому же, после того как он совершил побег, индекс безумия того преследователя наверняка подскочил до небес.
Се Биань всё понял.
Догадаться было несложно: судя по вчерашнему растерянному виду Венеры и его нынешней осторожности при встрече с гостями, не нужно было быть гением, чтобы понять — это ослепительно прекрасное божество прячется от какого-то недоброжелателя.
Проявив осмотрительность, Се Биань уточнил:
— Насколько он силён?
Если связываться с этим противником было себе дороже, тогда стоило поискать другого западного бога.
Венера призадумался:
— Пожалуй, уровень Царя Богов.
Фань Уцзю опешил:
— Ты что, перешёл дорогу самому Зевсу?
Венера поморщился:
— …Почти. Не тому, кто правит небесами, но тому, кто владычествует над морями.
— Наш Владыка Яньло тоже находится на уровне Царя Богов, — спокойно произнёс Се Биань. — Никаких проблем, можете жить в нашей квартире. Тем более, что остальные комнаты у нас пустуют.
Яньван — как-никак владыка целого царства, он ничуть не уступит правителям из других пантеонов.
У Фань Уцзю дёрнулся нерв на виске, и он шёпотом обратился к Се Бианю:
— Ты не боишься, что, если из-за этого у Владыки появятся проблемы, он рассердится?
— Чего бояться? — бесстрастно отозвался Се Биань. — Разве Владыка не мечтал о культурном обмене? Если этот равновеликий ему иноземный Царь Богов заявится сюда, Владыка наверняка будет только рад и заведёт с ним долгую беседу по душам.
Фань Уцзю: «……»
Да уж, Старый Бай не просто мягок, он ещё и тот ещё интриган. Наверняка это месть за то, что Владыка Яньло заставил их переписывать книги целую ночь напролёт.
— Ну просто замечательно! — Венера облегчённо выдохнул, а затем поинтересовался: — Кстати, за вашу квартиру нужно платить аренду?
Фань Уцзю ответил:
— Месячная плата — сто тысяч поминальных денег.
У Венеры внезапно завязался язык:
— Я забыл упомянуть… ваш язык невероятно сложен. Моих познаний в китайском хватает лишь на самые простые разговоры, и иероглифов я почти не знаю. В этой книге слишком много редких слов, мне будет трудно её читать, на это уйдёт куча времени, да и рецензию я смогу написать только на латыни или по-гречески…
Се Биань сказал:
— Аренду я могу платить за тебя.
Венера мгновенно заговорил бегло:
— Я сию же минуту готов стать экспертом по китайской словесности.
У Фань Уцзю дёрнулось веко — он воочию убедился в том, что «способность платить» способна решить любые проблемы.
— И ещё, нас двое богов, — снова подал голос Венера. — Но жить мы будем в одной комнате, так что двойную плату за аренду брать не должны? Хотя плачу не я, но мне всё равно совестно заставлять вас тратиться больше нужного.
— Двое? — Фань Уцзю огляделся по сторонам. — А кто ещё?
Венера щелкнул пальцами:
— Купидон, выходи.
Стоило ему щелкнуть пальцами, как перед ними появился маленький мальчик с крошечным светящимся нимбом над головой, за спиной которого трепетали крохотные крылышки, а в руках он держал миниатюрный лук и стрелы; золотистые кудри и зелёные глаза делали его похожим на изящную фарфоровую куклу.
Малыш летал в воздухе, взмахивая крылышками, в пухлых ручонках он сжимал золотой лук с сердечком на конце и, запинаясь и сюсюкая, произнёс на ломаном китайском:
— Приветик.
Венера представил его:
— Это мой сын, маленький Бог Любви и Страсти Купидон.
Глядя на этого славного малыша с очаровательным голоском, Се Биань почувствовал, как что-то дронуло в самом сердце. В его чёрных глазах вспыхнул свет, ему безумно захотелось протянуть руку и потрогать пухлые розовые щечки ребёнка — на ощупь они наверняка были невероятно мягкими.
http://bllate.org/book/33088/4059982
Готово:
