Глава 8. Император Чжаоань
Внезапно вдали показалась вереница всадников, высоко державших факелы.
— По приказу генерала Гэ: сопроводить Чжаоаньского вана в столицу! — громко прокричал человек во главе отряда, после чего ринулся в бой с врагами.
Не ожидав появления подкрепления, неприятели мгновенно растеряли весь свой боевой задор. Заметив неладное, их командир тут же отдал приказ об отступлении. Жэнь Дунъюань остановился и посмотрел на Цинь Сюи:
— Генерал, мы...
— Сначала войдем во дворец, — слегка покачав головой, Цинь Сюи перевел взгляд на всадника.
Тот соскочил с лошади и почтительно поклонился:
— Скромный генерал Сунь приветствует Чжаоань...
Цинь Сюи пресег его движением руки:
— Излишние церемонии ни к чему. Пусть твои люди расчистят путь. Стража во дворце есть?
— Все устроено должным образом, Ваше Высочество может не беспокоиться, — понизив голос, ответил Сунь Юн. — Император «прикован к постели», но среди ночи приказал срочно позвать вана, так что мы, разумеется, выполняем приказ и входим во дворец.
Цинь Сюи с полуулыбкой погладил рукоять меча.
— Вот как. Тогда прошу заместителя генерала Суня расчистить дорогу.
— Слушаюсь, Ваше Высочество!
-
По приказу Вэй Тинсюаня императорский дворец был взят в плотное кольцо, чтобы предотвратить любые неожиданности. Жэнь Дунъюань и Сунь Юн остались охранять подходы к главному тронному залу.
Здесь было донельзя шумно, но от пролетавшего мимо ветра веяло мрачным запустением.
Внутри дворца Сюаньшэн ярко горели свечи, стояла зловещая, мертвая тишина.
Кровавые следы змейкой тянулись вниз по ступенькам. Мерный и уверенный шаг не спеша поднимался наверх; военные сапоги, не пытаясь уклониться или обойти, ступали прямо по багровым лужам, оставляя шокирующие кровавые отпечатки на еще чистом полу.
Двери тронного залу были распахнуты настежь. Перед самым порогом валялись бесчувственные тела — словно никому не нужные камни, их кое-как оттащили в сторону, свалив в кучу, чтобы освободить хоть какое-то место для прохода.
— Девятый принц, — раздался слегка хрипловатый голос.
Внутри зала, заложив руки за спину, стоял человек, прямой словно сосна.
— Императорский дядя, — невозмутимо отряхнув полу одежды, тихо позвал Цинь Сюи.
Словно не замечая царившего вокруг хаоса, он с бесстрастным лицом перешагнул через порог.
Курильницы источали тонкую струйку дыма, но сам тронный зал больше не поражал былой роскошью — его разнесли в пух и прах.
Отовсюду веяло тленом и гниением.
Перед ложем на коленях сидел человек, туго стянутый веревками. Растрепанный, с безумным выражением лица, он смотрел на вошедших так, будто хотел разорвать их на куски и сожрать заживо, содрав кожу и переломав кости.
В нем не осталось ни малейшего следа манер утонченного и благородного мужа.
Цинь Сюи долго молчал, а затем легко выдохнул:
— ...Старший брат.
Тот сначала остолбенел, но вмиг его взгляд наполнился предельной ядовитой злобой. Нервно хихикнув пару раз, он бормоча повторил:
— Старший брат?
— Старший брат... Цинь Сюи! — внезапно рявкнул он, с усилием задрав голову и изо всех сил уставившись на него. Глаза его вылезли из орбит и налились кровью. — Ты называешь меня старшим братом, да как у тебя язык поворачивается?!
— Разве ты не был полон преданности и отваги, разве в твоем сердце и глазах не было лишь той Заставы Фэнгуань, лишь простого народа поднебесной, лишь верности долгу и принципам? А?! — срывая голос, вопил он, заливаясь багровым от ярости криком, после чего вновь исказил лицо в уродливой насмешке. — Так к чему же все это теперь, когда ты подговорил князя Сянь поднять мятеж? Только посмотрите на нашего доблестного Чжаоаньского вана, что громил врагов в пух и прах! Оказывается, он тоже обычный мятежник и предатель, не сумевший устоять перед искушением власти!
— Герой Да Сюань, грозный генерал Чжаоань, внушающий ужас вражеским странам! Изменник престола, устроивший переворот во дворце! — лицо Цинь Миньюаня распухло и покраснело от крика, на шее вздулись вены. — Просто абсурд... Смехотворно до боли!
Его истеричный рев раскатывался под сводами огромного зала.
Цинь Сюи долго молчал, а затем вдруг тихо усмехнулся:
— Ваше Величество, и впрямь абсурд. И смехотворно.
— Все эти годы я охранял Фэнгуань и не возвращался в столицу, знает ли Ваше Величество почему?
— В поместье Чжаоаньского вана остались лишь старые слуги, а младший брат до сих пор не женился и не обзавелся потомством, знает ли Ваше Величество почему?
— Я всегда величал себя лишь скромным слугой и наотрез отказывался от наград и титулов... — голос Цинь Сюи внезапно взмыл вверх, и он чеканил каждое слово: — Ваше Величество! Знаете ли почему?
Цинь Миньюань люто уставился на него, не произнося ни слова.
Цинь Сюи холодно усмехнулся, скривив губы в издевательской улыбке:
— Старший брат не доверял мне... Еще когда был жив Император-отец, каждый раз по возвращении в столицу я замечал, как со старшим братом день ото дня творится неладное — судя по всему, даже ночи в компании прекрасных дев не приносили ему покоя. Уж не снилось ли ему, что дворец залит кровью и усеян стонущими трупами, а младший брат шагает, словно злой дух, по изуродованным телам... чтобы с мечом в руках явиться за его жизнью?
— Пока существует Цинь Сюи, он всегда будет висеть дамокловым мечом над шеей Вашего Величества. Как же утомительно жить в постоянном страхе, терзаясь подозрениями и опасаясь, что кто-то посягнет на столь желанную императорскую власть и заберет себе вожделенный трон!
Цинь Сюи шагнул вперед, легко похлопав его по щеке лезвием меча, и тихо рассмеялся:
— Второй брат, я ведь говорил тебе давным-давно: мне плевать на этот престол и на власть. Пока во втором брате живет любовь к Да Сюань, я остаюсь твоим самым острым клинком. Расширять границы или защищать рубежи — стоит тебе сказать хоть слово, и твой Девятый младший брат без колебаний бросится в бой... Жаль только, что второй брат этого не оценил. Я проливал кровь на границе, проходя через девять смертей ради одного спасения, но и это пустяки...
Он схватил Цинь Миньюаня за воротник, с ожесточением глядя на него исподлобья:
— Во что ты превратил Город Фэнгуань?! Каково тебе было ставить на кон жизни восемнадцати тысяч жителей города?! Каково тебе было обрекать воинов из Лагеря Ветряных Волков?! Если бы Фэнгуань пал, а Дунцзянъе граничил с Наньюй, Баншэн в мгновение ока превратился бы в приграничную зону! Из-за его особого рельефа его было бы одинаково трудно и защищать, и атаковать — если бы враг ударил исподтишка, оборону держать было бы просто нечем!
— А следом за Баншэном лежит Сюаньшзин! И если бы тогда Дунцзянъе снова ударил в спину, угадай, в каком положении оказалась бы Да Сюань? Не превратилась ли она в лакомый кусок мяса, который каждый мог бы разорвать на части?!
— И что с того?! — в упор глядя на него, прошипел Цинь Миньюань. — И что с того?! Какое мне дело до их жизней и смертей?! Эта страна словно досталась мне украденной, ведь истинным хозяином поднебесной должен быть я! Но вы все вечно умничали, все из себя строили талантов! Каждый норовил смотреть на меня свысока!
Цинь Миньюань безумно хохотал, с его подбородка капала слюна, но он, казалось, вовсе этого не замечал. Глядя на них двоих, он вдруг зашлся диким смехом и принялся бессвязно бормотать:
— Я знаю, что мой конец пришел именно здесь и сейчас. Я заслужил это, я должен умереть!
— Но вам... тоже не уйти! — лицо Цинь Миньюаня исказилось, он ядовито, с жгучей ненавистью уставился на обоих, одновременно плача и смеясь. — Ни у кого, кто занимает этот престол, не будет хорошего конца! Цинь Сюи, мой дорогой девятый братец, ха-ха-ха-ха... Тебе тоже не сбежать! Ты ничем не отличаешься от меня! Я буду ждать, я буду смотреть на вас оттуда, ха-ха-ха... Какое же великолепное представление! Просто загляденье, императорский дядя, девятый братец...
http://bllate.org/book/33084/4059258
Готово:
